стокгольмский синдром?

POV Сехун

За окном тихо падал снег, навевая грустное настроение. Сидя на подоконнике, я рассматривал фотографии и информацию о Тао, которые успел собрать за последние месяцы. Меня поражал этот человек. Как же сильно он должен любить Бэкхёна, если все терпит? Я бы, скорее всего, не смог все это пережить, даже если бы безумно любил. Я нашел в папке моё любимое фото от него и чуть улыбнулся. Он что-то зажигает внутри меня. Это плохо. Но после того, как он мне поможет, я его все равно больше никогда не увижу. Надо держать эмоции в себе, иначе я сам вляпаюсь во что нибудь и причиню себе боль. Внезапно зазвенел телефон, и я тихо вздохнул. Пришлось вставать. — Да? — Господин Саито, к вам посетитель. Его имя Хуан Цзы Тао. — Пусть поднимется в мой номер. Положив трубку, я осмотрел комнату. Вроде все убрано, чисто. По телу прошла непонятная волна волнения, и я сглотнул. Надо водички попить. Сделав пару глотков ледяной воды из маленькой бутылки, я постарался привести себя в чувства. Так. Надо закрыть ноутбук. Не дай Бог увидит. И так гордый, еще зазнается совсем. В дверь постучали, и я открыл ее, даже не посмотрев на высокого брюнета. — Что это за имя такое? Саито Котаро? Что он к моим именам прицепился? — Что тебе в этом то имени не нравится? — Оно хоть какой то смысл имеет? Я закатил глаза, проходя в глубь комнаты. Тао последовал за мной, разматывая бордовый шарф с шеи. На его черном пальто еще не растаяли снежинки. — Котаро означает Тигр. — Тебе не страшно жить с подделанными документами? — А почему мне должно быть страшно? Я же сам их подделывал, а значит я в них уверен. — Ты думаешь, тебя так будет невозможно найти? — Конечно невозможно. Теперь я гражданин совершенно другой страны. А человека по имени Сехун больше нет. — Снова подстроили очередную смерть? Как Сухо? Я тяжело вздохнул, посмотрев ему в глаза. К этому времени Тао уже снял своё пальто, и стоял передо мной в тёмно фиолетовой шелковой рубашке, и черных джинсах. Его челка чуть падала на глаза, предавая ему очень милый вид. — Я ничего тебе не скажу про ту ночь. Если захочешь, спросишь у Сухо. Сейчас самое главное, это придумать, как ты оригинально можешь с ним встретиться. Он поджал губы, но все же кивнул в знак согласия. — Хорошо. Как я понимаю, тебя это совсем не должно касаться? Тао прошел мимо меня, присев в кожаное кресло возле окна. От него сразу повеяло сладким ароматом духов, и моё сердце стало немного покалывать. Ладно, со своим органом я разберусь позже. Не совсем обязательно напоминать мне о том, что я испытываю слабость к этому парню. — Да. Сухо запретил мне в это вмешиваться, но я больше не могу смотреть на него. Он очень сильно изменился. Он словно стал пустым. Тао кивнул. — Да, Бэкхён так же. Им не хватает друг друга. Я сделал глубокий вздох, и сел на подоконник, закрыв крышку ноутбука. — Я рад, что ты все понимаешь и спокойно воспринимаешь. — Это чертовски тяжело... — тихо прошептал он, а моё непослушное сердце снова закололо. Я помотал головой, посмотрев на собеседника. — Я знаю. Это тяжело жить с безответной любовью. Но нужно уметь отпускать. — Да... — Насчет Сухо. Даже если он полностью разбит внутренне, при встрече он ни за что не покажет это. Он может быть жестким. Но я думаю, что перед тобой он не будет ломать комедию. Тао чуть нахмурил брови. — В смысле? Я еле сдавил смешок, хитро улыбнувшись. — Видишь ли, в его руки попадало одно очень занимательно письмо, которое ты писал Бэкхёну... Точнее, твоё последнее письмо... Тао округлил глаза, позеленев в лице. Боже, он сейчас так смешно выглядит. Нервно сглотнув, он поджал губы. — Так вот... — как ни в чем не бывало продолжил я, давая понять, что и мимо меня это письмо тоже не прошло. — Сухо все про тебя знает, — благодаря мне. — Он доверил тебе самое дорогое, что у него есть. Бэкхёна. А раз так, то значит врать он тебе не станет. — Давай уже придумывать, как я с ним "случайно" встречусь. Я кивнул, встав с подоконника. — Чай будешь?

* * *

POV Tao

Я дико нервничал. Сам не знаю почему, но было не спокойно на душе. Я же совсем не знаю этого человека, как я могу рассказать ему о самом сокровенном? О Бэкхёне?Конечно, они любят друг друга. Но это не значит, что только поэтому я должен ему довериться. Интересно, Сехун уже внутри? Почему-то с ним было бы спокойнее сейчас. Я помотал головой, стараясь прогнать волнение. Поправив галстук и черный пиджак, я гордым шагом вошел в огромный зал роскошного французского ресторана, стараясь найти глазами столик, за которым должны к этому времени уже сидеть Сехун и Сухо. Пробежав взглядом по занятым столика, я наконец нашел макаронную шевелюру и направился к их столику. Пройдя сзади Сухо, я встретился с Сехуном глазами, давая ему понять, что я готов. Обойдя круг, я встал за одной колонной, которую Сухо не смог бы увидеть. Через пару минут Сехун встал из-за стола, и Сухо последовал его примеру. Они вместе пошли в мужской туалет, и я тихонько направился за ними. Подойдя к двери, я остановился, прислушиваясь к голосам, чтобы войти в нужный момент. Я осмотрелся, и, убедившись, что я здесь один, дал короткий гудок Сехуну. Все чисто. — Чунмён, черт возьми! Когда ты соберёшь свои мозги в кучу, и найдёшь Бэкхёна? — Сехун специально повысил голос, и я резко открыл дверь, застыв в дверном проёме. — Чунмён? Бэкхён? — тихо, с наигранным приступом шока повторил я, и стоявший ко мне спиной парень медленно повернулся ко мне спиной. Я был удивлен, но он имел удивительно идеальные черты лица. Правда сейчас не было блеска в его глазах, из-за чего его красота терялась. Черная челка чуть ли не закрывала его глаза, на которых красовались очки с черной оправой. Он смотрел на меня, продолжая молчать. — Извини, я не зна... — начал притворно извиняться Сехун, но Сухо резко поднял руку, давая ему понять, что он должен замолчать. — Тааао... — тихо протянул он, и я невольно вздрогнул. Сухо прищурил глаза, присматриваясь ко мне. Вот значит какой ты, Чунмён. Вот тот, кого любит Бэкхён. — Сехун, исчезни. — Су... — Я потом с тобой разберусь. Сехун закатил глаза и стремительно направился к выходу. Он, даже не посмотрев на меня, покинул нас. Мы с Сухо смотрели друг на друга, не моргая. Видимо, мысли у нас были одинаковые. Мы думали о Бэкхёне. — Поговорим? — наконец разрушил тишину я, и Сухо чуть улыбнулся. — Естественно. Ты же за этим сюда пришел. Я вижу Сехуна насквозь. Можешь даже не притворяться, что совершенно случайно встретил меня. Он хорошо соображает в компьютерах, но людей он не понимает. Пошли. Все таки у нас с ним заказан столик. Там и поговорим. — Да, хорошо. Мы покинули мужской туалет, и уже через несколько минут мы сидели напротив друг друга. — Я слушаю. Сделав глубокий вздох, я посмотрел в его глаза. — Я не знаю, что случилось. Я понятия не имею, что заставило тебя так поступить с Бэкхёном, но я хочу сказать, что ты повёл себя глупо. Сухо изогнул бровь. — Неужели? — Да. Ты не имел права причинять ему всю ту боль. Ты хоть знаешь, через что ему пришлось пройти? Лучше тебе этого не знать. Oн пытался покончить с собой. Он не хотел жить. Ему ничего без тебя не нужно. — А ты хочешь поиграть в доброго рыцаря? — Он просто очень дорог мне, тебе ли не знать это? Он промолчал, не отводя от меня взгляд. Внутри меня все кипело, взрывалось. Как же я хотел вдолбить ему в голову, что он нужен Бэкхёну. — Если ты думаешь, что со мной он счастлив, то ты ошибаешься. Я совсем не нужен ему. Он не прогоняет меня только потому, что благодарен мне за все, что я для него сделал. А еще он боится остаться один. Хотя, на самом деле, он и есть один. Я больше не могу смотреть на то, как он день за днем лежит на кровати, и смотрит в потолок, засыпая в обнимку с твоей курткой, и просыпаясь с ней, — на глаза навернулись слёзы, и я закусил губу. — Это не нормально. Я не хочу, что бы он превратился в психа и чтобы остаток своей жизни он провел так. Что, черт возьми с тобой случилось? Почему ты его бросил? Сухо уставился в свою пустую тарелку, сглотнув. — Потому что у меня не было другого выхода. — Почему? — Потому что я связался с человеком, который много лет назад убил моих родителей. Из-за денег. Из-за горстки никому ненужных бумажек. Я решил ему отомстить, но этим самым я вырыл яму самому себе. — Каким образом? — Я все время наступал ему на пятки. Но несколько месяцев назад один из моих людей по неосторожности убил любовницу этого бандита, из-за чего тот сильно ранил моего хакера, — ответил он, а мне почему-то стало не по себе, перед глазами появился Сехун. — Нет, не Сэ. Другой. Он был при смерти. Я чуть не потерял его. Этот человек не должен был узнать про Бэкхёна, а моя квартира стала совсем не безопасным местом. Я заставил Сехуна все о тебе узнать, что бы я смог убедиться, что могу отдать Бэкхёна в твои руки. И я не ошибся в этом выборе. Мне было спокойно за него, что он рядом с тобой. Однако в моей жизни был еще один человек, который знал про наши с Бэкхёном отношения. Мой лучший друг. Кай. Вы с ним совсем не похожи. Ведь он до самой смерти не мог смириться с тем, что я люблю Бэкхёна, а не его. И он сдал меня Шраму. — Шрам, это тот бандит? — Да. Он сдал ему наше местонахождение. Шрам натравил туда полицию. Чтобы избавиться от меня. Раз и навсегда. — А что же двигало Каем? — Ревность. Он решил "если не мне, то никому". Я никогда не отвечал на его чувства. Он все время пытался сблизиться со мной. Но я не мог подпустить его к себе. В ночь его смерти, Кай раскаялся. Эта пуля должна была принадлежать мне. Но он закрыл меня собой, не дав умереть. Он извинился за своё предательство, ведь из-за него погиб один наш человек, еще двоих арестовали. Я видел искренность в его глазах. Полиции было лишь известно то, что я обладаю маленькой татуировкой, с надписью "Ким". Но они не знали, что у Кая такая же. И он заставил меня позволить ему умереть вместо меня. Это было его последней волей перед тем, как он навсегда закрыл глаза. Сехун был прав. Сухо мне не стал врать. Наоборот. Он рассказал обо всем, что накипело. Ему было это необходимо. Это был его крик души. И я рад, что он поведал об этом именно мне. — Я был разбит, Тао. Я потерял стольких дорогих мне людей. Из-за своей глупой жажды мести. Как я могу защитить Бэкхёна, если я не в состоянии постоять за своих друзей и самого себя? Как я могу нести ответственность за жизнь самого дорогого человека, если я так часто прокалывался? — Просто будь с ним. Все остальное не важно. Вместе вы сможете преодолеть абсолютно все, а по отдельности вы слишком слабы. Я прошу тебя... Вернись к нему... — Он не простит меня. — Бэкхён тебя простит... Он не умеет на кого-то злиться... У него слишком доброе сердце, которое сейчас умирает без тебя. Сухо боролся сам с собой. Я видел эту внутреннюю войну... Сухо... Решайся... Ты же не сможешь жить без него. Он посмотрел в мои глаза. — На какой грани отчаяния ты должен находиться, если просишь меня об этом? — Я больше не знаю, как ему помочь... Это только в твоей власти... Сухо взял дрожащими руками стакан с водой, сделав пару больших глотков. Я с ожиданием смотрел на него. Поставив стакан на стол, он кинул на меня взгляд. — Увези его из Кореи. Здесь он не будет счастлив. — Ты вернёшься к нему? Сухо чуть улыбнулся. — Отвези его в Японию. — В Японию? Почему именно туда? — Ты разве не знаешь? — А что я должен знать? Сухо улыбнулся, видимо вспомнив что-то. — Мы встретимся там. — Где? — В Японии.