Хм... это интересно!

– Нет… нет… Не надо! Пожалуйста!.. – Девушка отползала к стене. Высокий бледный худой мужчина стоял в нескольких метрах от неё. В ответ на её мольбу он лишь залился холодным смехом. – Нет! – Захлебываясь в слезах, девушка уперлась спиной в стенку. – О, Боже! – Она подняла к лицу ладонь. Она была испачкана в крови. Мужчина, неприятно скалясь, смотрел на неё. Он медленно приближался. Это конец. Глаза девушки будто заволокло дымом. Сквозь прозрачную пленку она смотрела на силуэт Шерлока, неестественно свисающий со стула. Рядом лежал, раскинув руки и уткнувшись в пол лицом, Ватсон. Его тело уже перестало дергаться от предсмертных судорог. Весь пол был в крови. Её платье, её руки… Даже костюм её мучителя стал насыщено-красным. – Отдай мне это, и твои мучения прекратятся, – прошипел мужчина. Он был ужасен. Бледное, красивое детское лицо на теле взрослого человека. Неописуемо красивое лицо. Такое она видела лишь раз, на картинке принца в детской книжке. Но она знала, что это не Принц. Ей уже не раз приходилось с ним встречаться. Увы, не на страницах безобидных историй. – Отдай!!! – Его лицо перекосило. Он облизывал сухие губы, обнажая острые зубы. Его руки неестественно удлинились. Они обвили её шею и стали сдергивать амулет. – Нет! Не-е-ет! Н-Е-Е-Е-ЕТ!! – Девушка начала судорожно биться в его объятьях. Его руки опутали её с ног до головы. Сам он чудесным образом умудрялся оставаться на расстоянии. Теперь она уже не видит его. Она чувствует только его руки. Они сковывают её движения. Цепочка медальона все сильнее врезается в шею. Она не может дышать. «Нет… Я не отдам… Так… Так не должна кончиться эта история… Так ведь не по правилам… Это несправедливо!» – понимая, что больше не может вдохнуть воздух, подумала Сти и закрыла глаза… В кроваво-красной комнате стало темно. * * * Джон облегченно сел на кровать. Наконец-то можно отдохнуть. Это что-то невообразимое. Он видел помешанного Шерлока. То, каким он становится во время очередного преступления, иначе, чем «помешательством», не назовешь. Он становится совершенно невменяемым. Казалось, более невменяемым здоровому (относительно) человеку нельзя стать. Теперь Джон понял, КАК ОН ОШИБАЛСЯ! Видимо, у девушек другой порог помешательства, при котором они еще считаются вменяемыми людьми. Три дня. Всего три дня прошло с тех пор, как к ним в гости пришел Майкрофт. Три дня. И что, вы думаете, эта Безумица успела сделать за эти три дня? А то. Джону теперь страшно выйти на улицу. Он не знает, КАК Такое можно было провернуть! С каждого столба. С каждой стены на него смотрят холодные глаза Шерлока. Даже то, что фотография черно-белая, не скрывает безразличия их хозяина ко всему происходящему вокруг. Ну, конечно, тот факт, что эти фотографии расклеены по маршруту, которым Сти ходит на работу – все объясняет. Но если бы она так постоянно останавливалась, то не успевала бы на работу! А на неё она ходила исправно. Вскоре он понял, в чем дело. Она возвращалась домой поздно, а дождавшись, когда он ляжет спать, снова отправлялась на улицу. А так как проспекты, по которым она ходила, были лучше всех освещены, а следовательно – более безопасны (на них была куча скрытых камер, так что она могла надеяться на подмогу Майкрофта или Джима), все было вполне объяснимо. Так Джон впервые продуктивно применил дедукцию. Что ж, это было не так уж и сложно! (Видимо, книжка, подаренная Сти, и вправду оказалась полезной! Он прочитал её от корки до корки и с вниманием стал относиться к различного рода логическим задачам в газетах. Хотя до Шерлока ему никогда не дорасти. Он это прекрасно понимал.) Также Джон понял еще кое-что. Сти уже три дня не ложилась спать. Это непорядок. Так что сегодня он подловил её в тот момент, когда она собиралась ускользнуть из дома. Не обращая внимания на её шумный протест, он заставил её умыться и лечь в постель. Так как он понимал, что она может просто прикинуться спящей и все равно убежать, он дал ей немного валерьянки. В таком состоянии и этих пары-тройки капель ей будет более чем достаточно. И вправду. Стоило её голове дотронуться до подушки, как она погрузилась в глубокий сон. Он тихонько ушел к себе в комнату и смог, наконец, расслабиться. Джон облегченно сел на кровать. Прикрыл глаза, глубоко вздохнул. Как же это все-таки странно. Где же Шерлок? Что с ним? Джон волнуется не меньше Сти. Но он же мужчина. Он не может так поддаваться отчаянию. Как же все-таки сложно быть мужчиной… Джон вздыхает, закидывает ноги на прохладную постель, укладывает голову на подушку и забывается беспокойным сном. * – НЕ-Е-ЕТ! Нет! Нет! – НЕТ! – спросонья повторил Джон и подскочил на кровати. О нет! Опять! Снова Сти приснился какой-то сон. Это уже начинает надоедать. Ему завтра рано вставать! Джон взбил подушку и поудобнее устроился под одеялом. Зажмурив глаза, он ждал, когда сон снова навестит его. Но тот почему-то не спешил. Мужчина невольно прислушивался к ночной тишине. В соседней комнате металась по кровати девушка. Она продолжала что-то невнятно говорить. Слышались её всхлипы. Это начинало раздражать. Он уже хотел ударить в стенку кулаком, когда понял, что всхлипы какие-то странные. Это уже скорее хрипы. Ну почему стены в этом доме такие тонкие! Послышался глухой удар. Видимо, Сти упала с кровати. «Ну и хорошо, значит, она проснулась», – посетила мозг мужчины злорадная мысль. Джон стал ждать, когда девушка поднимется с пола. Но никакого движения не было. Ватсон почувствовал, что внутри него нарастает какое-то беспокойство. Он пулей выскочил из-под одеяла, а в голове у него уже мелькали сцены того, как в комнату к девушке пробрались бандиты и задушили её, пока он так эгоистично ждал, что она успокоится. Джон распахнул дверь в комнату. На постели никого не было. Он бегом обежал постель. На полу лежал туго скрученный кокон из простыней и одеяла. Из него торчали конечности. Они не двигались. Джон на секунду остолбенел. Пустыми глазами он смотрел на замерший кокон. Вдруг что-то будто щелкнуло в его мозгу. Он судорожно схватился за простыню и со всей силы её сдернул. Остервенело он отметал в сторону постельное белье, местами раздирая его в клочья. За считанные секунды он добрался до Сти. Она была бледна. Рука сжимала злосчастный медальон. Цепочка, на которой он висел, перекрутилась и мешала ей дышать. Джон изо всех сил дернул амулет, но цепочка не поддалась. Он разодрал одеревенелые пальцы и раскрутил цепь. Теперь она свободно лежала на бледной груди. Джон запоздало потрогал пульс. Слава Богу! Слабо, но сердце еще бьется. Он поймал себя на том, что вместо того, чтобы оказывать помощь, он продолжает смотреть на девушку, а нужно действовать. Он удобно сел около неё на колени. Аккуратно убрав растрепавшиеся волосы ей за ухо (убеждая себя, что это просто необходимо, и дело не в том, что ему просто приятно это делать), он нагнулся к ней, разжал челюсть, положил ладони крестом на грудную клетку, набрал воздуха и припал к её губам, делая искусственное дыхание. * Темно. Как темно вокруг. Такое ощущение, что ты попал в воду и не можешь вздохнуть. Что-то мягкое, как губка, прикасается к твоим губам. Будто весенний ветерок воздух врывается в легкие. Ты открываешь глаза. Ты еще ничего не видишь. Но ты уже помнишь, что было секунду назад. Страшная комната. Комната, залитая кровью. И Он. Он был там. Он убил их. И тебя… Он убил тебя… Почему тогда ты жива? Может, ты уже Там? А кто это? Кто это над тобой? Проводник в Мир Теней?.. У его головы что-то светлое… Это же Джон. Может, они все-таки умерли? Значит, где-то рядом Шерлок… Ты делаешь судорожный вздох. Сильная рука подхватывает тебя и держит твою спину. Она такая… сильная… Это единственная мысль в её голове. Стоп. Есть еще одна. Рука теплая. Значит… * Джон отстранился от её губ. Пару мгновений ничего не происходит. Он снова набирает воздуха. Но тут девушка дергается. Лунный свет так странно освещает комнату… Он падает как раз на них со Сти. По её бледной коже ходят бледные блики света… Завораживает… Стоп! Не время отвлекаться. Джон подтягивает её к себе, укладывая на колени, и заглядывает в глаза, стараясь привлечь внимание. * – Джон! – узнает девушка образ. Из её глаз брызжут слезы. Неожиданно проворно она чуть ли не прыгает на него. Ватсон не ожидал такой реакции и, не удержавшись, они вместе падают на пол. – Я думала, ты умер! – все еще захлебываясь слезами, прохрипела она вместо объяснения. Девушка прижалась к нему. Она покрыла его лицо поцелуями, смешанными с солеными слезами. Джон принимает решение, что пора это прекратить. Он берет девушку за плечи и перекатывается с ней набок. Теперь она лежит не на нем, а рядом на полу. Её лицо находится на одном уровне с его. Он все еще шмыгает носом, не до конца оправившись от ночного кошмара. Джон снова садится на пол, немного поджав под себя ноги. Он берет девушки под руки и прижимает к себе. Её все еще трясет. Она обнимает его и, прижавшись к его груди, начинает надрывно рыдать. – Тише, тише. Все хорошо. Я рядом. Это только сон… – обняв девушку и крепко прижимая её к себе, немного раскачиваясь, словно маленькую девочку, стал успокаивать её Джон. Сти подняла заплаканные глаза на мужчину. Теперь она поняла, почему сначала приняла его за Ангела. В незашторенные окна потоком лился лунный свет. А светлые волосы Джона отражали его блеск, создавая вокруг головы подобие нимба. – Я такая глупая! Конечно, сон! Но… но Он пришел за вами… А Он не может не прийти… Я… я… А потом Он вас убил… Он пытался забрать… А потом комната стала красной… Все было в крови… Шерлока застрелили, он так страшно свисал со стула, а ты лежал у моих ног… из тебя текла кровь… я споткнулась о твою руку и упала... А Он все смеялся надо мной! А потом его руки… словно жгуты… Мне нечем было дышать!... Я… Мне было так стра-а-а-ашно… – никак не могла успокоиться девушка. – Ш-ш-ш, все хорошо, все позади. Я живой… Шерлок… тоже живой, – стараясь улыбнуться, мягко сказал Джон. – Думаешь? – удобнее устраиваясь у него на плече, спросила Сти. – Конечно! Это же Шерлок, верно?! – неуверенно произнес Ватсон. – Не знаю… – тихо ответила девушка. – Ну, к чему такие мысли! Вот завтра вернется Шерлок, я ему расскажу, какая ты была трусиха, он тебя на смех поднимет. – Не надо… – неловко заерзала девушка. – Ха-ха. Хорошо. Не буду… – тихонько целуя её в темечко, пообещал мужчина. Только ты меня больше так не пугай, хорошо? А Шерлок вернется. Вот увидишь. А теперь – давай спать! А то на полу нельзя долго сидеть! – поднимаясь сам и поднимая девушку, произнес Джон. Её все еще немного шатало. Странно. Сти стянула за собой на пол простыню, но на кровати была еще одна. Зачем нужно две простыни? Джон на секунду отпустил Сти и вернул скинутое одеяло на законное место. – Давай, ложись. Тебе нужно поспать. – Я не хочу спать… – косясь на постель, ответила девушка. – Как – не хочешь? Ты три дня не спала! – Это упрямство снова стало его раздражать. Он потратил весь вечер, чтобы загнать его в постель, теперь все начинать заново?! – Я хочу спать, но не хочу…спать. – Как так! Ты или хочешь, или не хочешь! – Сти стала разглядывать свои босые ноги. – Ты боишься засыпать, да? – потирая ладонью лоб, констатировал Джон. Сти всем видом показывала, что никогда не видела ничего интереснее голых ступней. – Но ты ведь уже не ребенок! Девушка вздрогнула всем телом, сложила руки на груди и повернулась к Джону боком: – Не ребенок. Было так смешно смотреть на неё! Длинная сорочка до пят, волосы, заплетенные в свободную косу, надутый вид… Прямо барышня из старых английских романов! Джейн Эйр! – Хорошо. Если я посижу с тобой, ты будешь спать? – Сти ничего не ответила. – Ладно… – Джон сел на кровать. – Я даю честное слово, что никуда не уйду, пока ты не уснешь. – Сти с подозрением посмотрела на него. – Я уже дал честное слово. – Я… хорошо. Я согласна. Джон залез поглубже на кровать, уступая место девушке. Она легла рядом. Джон устроился полусидя на одной из двух подушек. Девушку уткнулась головой ему в бок, он же положил на её правое плечо свою руку. Девушка закрыла глаза, полностью доверившись своему Ночному Стражу. Джон лежал ближе к двери, ему не нравилось, что она была открыта, но он боялся встать и закрыть её, чтобы не испугать Сти. Дверь жутковато поскрипывала на сквозняке, потому что окошко в комнате было открыто на проветривание. Сидеть было ужасно неудобно. – Что-то не так?.. – спросила Сти, когда Джон снова заерзал под ней. – Я тяжелая? – Нет… жестко как-то, будто на дереве сидишь… – Ха! Но так и есть, – снова уложив приподнятую голову, усмехнулась Сти. – Нет, я понимаю, что она СДЕЛАНА ИЗ ДЕРЕВА, но матрас же должен быть мягким! – Демонстрируя этот вывод, Джон постучал по матрасу. Он отозвался деревянным стуком. Джон не понял, что произошло, и повторил свою манипуляцию вновь. – Тук-тук, – отозвалась простыня. – Ха-ха… Все нормально. Ты лежишь на доске, вот она и стучит. – Тук-тук. – На этот раз по кровати постучала Сти. – Мне нельзя спать на мягком. Я нашла широкую доску и обшила её простыней, чтобы не было заноз… А сверху накрывала еще одной, на всякий случай. У меня спина… помнишь?.. – сказала девушка ему в бок. – Тебе неудобно? – Нормально… Я же все-таки солдат! Мне не привыкать! Не думай обо мне! Засыпай скорее! – Хочешь поскорее убраться от меня? Что ж, понятное желание. – Не в этом дело. Что за дурацкие мысли! Я же сказал, что не уйду! – Что не уйдешь, пока не усну. – Не думай ни о чем. Расслабься… – ушел от ответа Джон. «Тебе легко говорить», – вспомнила Сти образ Мучителя. По телу снова прошли мурашки. Девушка с глухим хлопком опустила руку на Джона и обняла его за талию. – Ох… – резко выдохнул Джон. Ночь была тихой и жутковатой. Ясной и пугающей. Иногда по небу проскакивали тучки, и, когда они закрывали луну, становилось совсем не по себе. Дверь продолжала поскрипывать. * – Джон! Я боюсь! – Что за глупости! – Не уходи! Или хотя бы оставь свет включенным! – Но ты уже не маленькая! – ОНИ ТАМ! Я точно знаю! Ватсон возвел глаза к потолку: – Их там нет. – Ты просто их не видишь! – Давай ложись! Сейчас придет мама и мне достанется за то, что ты еще не спишь! – Я не буду! – Гарри, успокойся! – прикрикнул мальчик на девочку, которая вскочила на кровать и стала топать по ней ногами. – Не буду – не буду – не буду! – Ло-о-о-ожись! – Джон подхватил девочку под руки, поднял её в воздух и уложил на кровать. – Все будет хорошо! – улыбнулся он крохе и подмигнул. – Не уходи. Мальчик снова глубоко вздохнул и немного осуждающе посмотрел на девочку: – Хорошо. Я сейчас тебе докажу. Мальчик сел на корточки перед кроватью и посмотрел под свисающую простыню. – Что там?.. – шепотом спросила девочка. – Там что-то есть?.. – Е-е-е-е-есть… – загробным голосом вещал брат из-под кровати. С перекошенным лицом мальчик резко выскочил из-под кровати, чем до смерти перепугал сестричку. Та громко завизжала и отпрыгнула на дальний край кровати. – Ха-ха-ха – с грохотом рухнул на кровать Джон, притянул к себе сестренку и начал её тискать. – Идиот… – извиваясь в его объятиях, трясясь от смеха, вызванного щекоткой, шутливо обиделась девчушка. – Нету под кроватью чудовищ. И никогда не было… – наконец уложив сестренку под одеяло, лег рядом с ней Ватсон. – Просто они тебя боятся… – нашла объяснение Гарри. Джон устало вздохнул и закатил глаза. – Ты мне не веришь! – Скажем так, я не верю именно в эту историю… – Девочка явно обиделась, услышав такой ответ. – Ладно. Я посижу с тобой, пока ты не уснешь. – Даже не думай делать это! – Девочка заметила, как мальчик потянулся к ниточке торшера. – «Не делать» чего? – выключив свет, ухмыльнулся мальчик. – Джон! – С криком Гарри ударила братца подушкой по макушке. – Зачем ты выключил свет? – В темноте ты уснешь быстрее! И прекрати драться! – Джон поймал руки Гарри и, приложив силу, снова уложил её под одеяло. Девочка понимала, что вырываться бессмысленно, все равно брат был сильнее её, но продолжала бухтеть из-под одеяла, которое Джон натянул ей до самого носа. Мальчик, посмеиваясь, слушал её бурчание, нежно поглаживая сестричку поверх одеяла. Не спрашивая её разрешения, он удобно устроился рядом, попутно прижав к себе сестричку, словно плюшевого медвежонка. – Э-э-эй! – запротестовала Гарри, когда холодные пятки Джона оказались под её теплым одеялом. – Что? Я замерз! Я же не возмущаюсь, кода ты приходишь ко мне посреди ночи с очередными байками про чудовищ, что живут в твоем шкафу или под кроватью! Ты без моего разрешения залезаешь ко мне в постель и храпишь в ней до утра! – Неправда! Я не храплю! – залилась краской девочка. – Да… Ты просто слишком громко посапываешь… Ой! – Гарри больно ударила его локтем. – Ты все еще боишься? –решил уточнить Джон спустя некоторое время. – Угу… – с подозрением косясь на шкаф, кивнула девочка. – Но я ведь рядом! – возмутился мальчик. – Никто не посмеет обидеть тебя при мне! Что человек, что дьявольское чудище! – Он ждет, когда ты уйдешь… – А знаешь что… – Девочка вопросительно посмотрела на мальчика. – Я никуда сегодня не уйду! Девочка с радостным визгом кинулась ему на шею. Джон в очередной раз уложил Гарри под одеяло. Сегодня был тяжелый день. Она была на тренировке. Пока он её встретил, накормил обедом, пока сделали уроки… вот и вечер. А уложить Гарри всегда было ужасной проблемой, которую с давних пор переложили на Джона. Только ему как-то удавалось отвлечь её от кошмарных фантазий и заставить спать. Родители уехали в город на спектакль. Приедут или совсем поздно, или завтра. Он хотел пойти гулять с друзьями, но, видно, уже не получится. Сестра намного важнее каких-то там гулянок! Она же снова может испугаться! А что будет, когда она не найдет его в соседней комнате? Она же может окончательно испугаться! Нет. Джон крепко любит сестру. Он не будет напрасно пугать её! Девочка легла ему на плечо, и, полностью доверившись своему Хранителю, расслабилась. Джон смахнул непослушные волосы с её лица и нежно чмокнул в щеку. Улыбнувшись, она погладила его по щеке. – Спи… Девочка мелко покивала головой в знак согласия и закрыла глаза. Джон удобнее устроился рядом с неё и навис над её ухом: «Ночь придет к тебе домой, Дверь, не бойся, ей открой. Навестят тебя тогда Сновиденья и Мечта. Принц Прекрасный, золотые локоны, голубые очи, На белом коне прискачет к тебе посреди ночи. Лишь глаза свои закрой, Следуй смело за мечтой. Спи, сестренка, засыпай… Про меня не забывай…» – тихонько напевал Джон её на ухо колыбельную. Гарри улыбнулась и через пару минут забылась спокойным сном. Она была младше его всего на пару лет… Но каким же она еще была ребенком! «Девушка прекрасная, коса до пояса, Доброе сердце, синие глаза, Ждет тебя она. Будешь счастлив с ней тогда, От несчастия спася, С ней пойдешь ты под венец. Это жизнь, а не сказки конец…» – сквозь сон исполнила для братца «мужское» продолжение колыбельной Гарри. «Ночь придет к тебе домой, Дверь, не бойся, ей открой. Навестят тебя тогда Сновиденья и Мечта. Принц Прекрасный, золотые локоны, голубые очи, На белом коне прискачет к тебе посреди ночи. Лишь глаза свои закрой, Следуй смело за мечтой. Спи, сестренка, засыпай… Про меня не забывай…» – Джон так погрузился в свои воспоминания, что не заметил, как стал петь колыбельную вслух. Сти лежала у него на плече. Мужчина неосознанно качался в такт песне, укачивая подругу. – Не так… – уже засыпая, возразила Сти, когда Джон закончил. – Что не так? – ласково убирая волосы с её лица, спросил Ватсон. – «Принц прекрасный, волосы как крыло ворона, Словно небеса его глаза, Кожа бледна, будто Луна, В счастливые края заберет он тебя навсегда…». Нам так пели… – сказала Сти. – Не знаю, я слышал только этот вариант. – Не важно. У тебя хорошо получается… – Девушка сложила ладошки книжечкой и положила их под щеку. Через секунду она уже спала. * Девочка ворочалась на кровати. Возможно, из-за того, что она снова забыла зашторить окна, и свет, льющийся в открытое окно, попадал ей на глаза. Хотя нет. Стоп. Уж что-что, а свет никогда не мешал ей уснуть. Окошко было не до конца закрыто. Уже стояла весна. Она приехала домой на пасхальные каникулы. Вечером она, как обычно, сидела на подоконнике и читала книгу, воображая себя принцессой, которая сидит в башне. Братец любит подтрунивать над этой её привычкой. Все-таки ей уже тринадцать лет. А ей все равно. Только в эти моменты она чувствует себя человеком. Никто её не унижает, никто её не трогает. Она создает свой мир, в котором нет места её окружению. Случилось то, чего она боялась. Старший брат уехал. Он был уже совсем большим… Взрослым молодым человеком. Он уехал в город. Теперь он работает там. Он так редко её навещает! Теперь она снова осталась одна. Раньше она хоть тешила себя надеждой, что забавляла его. Но теперь она тоже подросла. Она уже не та маленькая девочка, похожая на куклу, которую хочется везде таскать за собой. Она теперь подросток. Никого не интересуют подростки. Даже в детдоме больший шанс обрести семью у детей лет до девяти. А ей уже тринадцать. Как это несправедливо! Уж лучше быть фарфоровой куклой, которой жестоко играют, чем одинокой сиротой в бетонной тюрьме. Эс давно поняла одну истину: никого нельзя допускать в свое сердце. Поэтому она не чувствовала ничего, кроме глухой ярости, когда узнала, что Брат уезжает. Конечно, у неё немного болело сердце, но оно болело так часто, что она уже не понимала, что это болит её душа. Она давно перестала обращать внимание на такие мелочи. Ты всегда должен быть холоден, чтобы добиваться того, что тебе нужно. Иначе тебя просто уничтожат. Осталось только в совершенстве управлять своими слезами. А то в последнее время на неё столько всего навалилось, что они текут, а она этого не чувствует. Даже когда она совершенно спокойна. Психологи говорят, что это от пережитого в детстве стресса, и странно косятся на неё. Наверно ждут, что она озверело кинется на них, будто сумасшедшая. Будто её мать. Девочка резко села на кровати. Будто чертик из коробки. Единственное, за что она благодарна своей судьбе, – то, что у неё развилась интуиция. Когда живешь, как затравленный зверь, некоторые инстинкты обостряются. Она прижала ладонь к груди и стала слушать сердце. Прислушалась к внутренним ощущениям. Она была вся возбуждена. Она чувствует его приближение. Девочка вскочила с кровати и подбежала к окну. У неё было слабое зрение, но все же ей показалось, что где-то вдалеке она видит свет фар. Брат обещал заехать к ним на праздники. Но вот уже каникулы подходят к концу, а он так и не приехал. Девочка не отдавала себе отчета в том, что, просидев вчера до глубокой ночи на подоконнике, читая книгу, она ждала, что услышит рев мотора машины, на которой приедет братец. А он не приехал. Но теперь она просто была уверена, что это он. И пусть проселочная дорога еще пуста, она уже слышит его. Не долго думая, девочка молнией выскочила из комнаты и громко хлопая пятками, побежала по коридору. – Он здесь! – с грохотом открыв дверь, громким шепотом сказала девочка. – Что?.. Кто?.. Что ты делаешь в моей комнате? – Мальчик натянул одеяло до подбородка и исподлобья воззрился на гостью. – Он скоро будет здесь! – подошла к его кровати девочка. Её глаза блестели нездоровым блеском. Плохой знак. Она теперь от него не отцепится, пока он не сделает то, чего она хочет. – С чего ты взяла? – Я чувствую! – О Боже… – Мальчик закатил глаза и плюхнулся на подушку. – Послушай! – Девочка прижала его руку к своей груди. – И что? – не проявил энтузиазма мальчик. – Слушай… – хитро улыбнулась девушка. Мальчик прислушался к ночной тишине. Вдруг ему показалось… нет, не показалось! – Едет! – Он тоже услышал глухой треск мотора. – Да… – загадочно произнесла девочка. Она подождала, пока братец вылезет из кровати. Он накинул халат поверх пижамы, видимо, боясь простудиться. Девочка презрительно фыркнула, хотя вынуждена была признать, что сама уже замерзла стоять на холодном полу. Вместе они бегом сбежали вниз по лестнице. Вот они уже стоят у двери… – Приехал! – Девочка отодвинула шторку у окна, выходящего на улицу. – Прячься! Мальчик спрятался за вешалкой для одежды, Эс же залезла на небольшую тумбочку у двери. Мальчик презрительно фыркнул. Скажешь тоже, спряталась. Её же сразу будет видно! Как маленький ребенок! Хотя он ничем не лучше. Ему уже пятнадцать, а он ведется на её провокации. В замке послышался скрежет. Через секунду в дверном проеме показалась высокая фигура. Немного пыхтя, она затащила в прихожую небольшой чемодан. Послышался глухой щелчок. Фигура включила свет. – Ты приехал! – Что-то тяжелое повисло на шее. – Так не по правилам! – Ох… – с глухим стоном почувствовал на себе старший атаку братца. Тот с нечеловеческой силой терся об него головой. – Привет… – немного придя в себя, поприветствовал он детей. – И что вы тут делаете? Я же никому не говорил, что приеду. – Я услышал шум мотора! – гордо выпятил грудь мальчик. Девочка покраснела от гнева. – …Когда ко мне прибежала Эс и стала уверять, что чувствует твое приближение… – тут же поправился он. – Мне снилось, что ты едешь, а когда я проснулась, то решила, что это вряд ли просто сон… – еще сильнее покраснела девочка. – Вы так сильно меня ждали? – Да! – Ну ладно, идите спать. Завтра поговорим. – Но… – Никаких «но». Ночью дети должны спать. Пока. Мне сейчас не до вас. Я очень устал с дороги. – НО… – Пошли. Не будем ему мешать, – холодным голосом прервала брата Эс. Тот ей кивнул и, развернувшись, первым пошел к лестнице. Девочка ненадолго задержалась. – Что? – Старшему стало неудобно от ледяного взгляда, которым она смотрела на него. – Прости меня. – За что? – За то, что забыла, какой ты на самом деле. – Девочка повернулась к нему спиной и уже поспешила вслед за другом, когда на её плечо опустилась сильная рука: – Что ты хочешь этим сказать? – Я позволила своему воображению приукрасить тебя. Братец прав, я читаю слишком много. Я позволила себе подумать, что ты и вправду любящий брат, который приедет навестить своих «младших». Как можно быть такой дурой! – Девушка скинула его руку со своего плеча и побежала вверх по лестнице. – Подожди… – Но девочка была уже далеко. Он услышал, как хлопнула дверь в её спальню. – Я действительно по вас скучал… Но его уже никто не слышал. * Сти снова чувствовала эту холодную пустоту в левой части груди. Она резала и колола. Такое ощущение, что тебя хорошенько искупали в холодной воде. Ну КАК можно было такое подумать! Когда Он был ласковым? Пока они с братцем живы-здоровы, он и глазом не моргнет. Нужно постараться основательно свернуть себе шею, чтобы он обратил на тебя внимание. Внутри девочки клокотал гнев. Что ж, теперь его будет мучить совесть. Ей понравился произнесенный монолог. Возможно, завтра им с братцем перепадет по мороженому. Он наверняка постарается загладить свою вину. С паршивой овцы хоть шерсти клок. Девочка села на подоконник. Странные люди – эти взрослые. Сначала унизят тебя, наплюют в душу, а потом подарят какую-нибудь безделушку. И все. Как будто это исцелит ту боль, что они причинили. Как бы ей хотелось и вправду иметь настоящую семью! Чтоб там были люди, и вправду её полюбившие. Хорошо бы, чтобы там был и братец… Милый. Похожий на мишку, но храбрый и честный. Который всегда утешит её, когда будет страшно. Который будет переживать её горести, как свои. * – Джон! – О, господи! Что, Гарри? – Ты не ушел! – Я же обещал! Я, между прочим, еще спал… – Ну все равно… спасибо! – Не за что… Ладно, если ты все равно уже проснулась, бегом одеваться и в школу… – Ну не-е-ет! – Да, кстати, ты мне еще не показывала свою домашнюю работу. У нас как раз есть немного времени. Давай сюда. – Но Джо-о-о-он! * – Очень хорошо, вы молодцы… – оценивающим глазом осмотрел Старший небольшой шалашик, который дети построили из простыней и стульев. – А вы не слишком большие, чтобы играть в это? – Нормальные… – буркнул мальчик, поправляя простыню. – Тем более, ты сам обещал… – сказала девочка. Она притащила одеяло и подушки и закинула все это в шалаш. – Ладно. Я помню. Залезайте. Дети с повизгиванием залезли в сооружение, укрылись одеялом и смотрели на брата. Около часа он им что-то рассказывал, а они даже не думали засыпать! Он стал все чаще смотреть на часы. – Ты куда-то торопишься? – холодно посмотрела на него девочка, когда он снова посмотрел на часы. – Да… Я договорился с друзьями… – Но ты обещал этот вечер нам! – Но у меня есть и свои планы! Я же не могу отменять их из-за вас, – разозлился старший. – Конечно, нет. Кто мы для тебя? Всего лишь родственники. Хотя нет. Я и вовсе – чужой человек, – не меняя выражения лица, упрекнула его девочка. Ну почему ему всегда стыдно после её слов! – Я могу спеть вам колыбельную. Помните её? – Делай, что хочешь… – Мальчик демонстративно отвернулся к стене. Ему было ужасно обидно, что братец не держит своего слова. – Пой, – не опуская холодного взгляда, приказала девочка. – Ну, хорошо, как там было… – Немного фальшивя, «почти мужчина» начал: «Ночь придет к тебе домой, Дверь, не бойся, ей открой. Навестят тебя тогда Сновиденья и Мечта. Принц прекрасный, волосы как крыло ворона, Словно небеса его глаза, Кожа бледна, будто Луна, В счастливые края заберет он тебя навсегда. Лишь глаза свои закрой, Следуй смело за мечтой. Спи, сестренка, засыпай… Про меня не забывай…» – Ужасно, – констатировала девочка и закончила песенку бесцветным голосом: «Девушка краса, темные глаза. Доброе сердце, светлая душа, Волосы до пояса, Ждет тебя она. Будешь счастлив с ней, когда, От несчастия спася, С ней пойдешь ты под венец. Это жизнь, а не сказки конец!» Девочка закончила и легла на сооруженное ложе. Младший уже спал. А ведь эта часть колыбельной была для него! Еще один… Девочка тоже повернулась к старшему спиной. Уткнулась носом в теплую спину и отключилась. Братец вздохнул и с тяжелым сердцем покинул гостиную, в которой спали его «малыши». * «Какой же она все-таки ребенок…» Они были одни в комнате. Братец уже ушел. Мальчик горестно вздохнул. Стоп. Не одни. Мальчик приподнялся на локтях. Он сидел в кресле и спал! Он вернулся! Может, он и не такой противный? Младшему совсем не хотелось этого делать, но не отказываться же от плана! Он тихонько встал с ложа, осмотрелся и достал что-то из одного ящика в комоде. Быстро вернувшись на место, он сунул что-то девочке в руку. Она был такая милая, когда спала! Когда её рот был закрыт. Он уже так к ней привык. Послезавтра она снова уедет в этот ужасный пансион. И оставит его одного. Ему тяжело было в этом признаться, но он испытывал к ней симпатию… «Докатились…» – Мальчик закрыл глаза и через несколько минут уснул. Он даже не заметил, что их лбы соприкасались, а ладони сплелись в единый замок у них на груди. * Старший заерзал на кресле и проснулся. Он чувствовал себя неуютно. Вскоре он понял, чем вызвано такое ощущение. На него, словно кошка из-под кресла, смотрела Эс: – Я не хотела тебя будить. – Да я сам… Повисла тишина. – Ещё рано. Спи. – Девочка снова легла. А вот по братцу еще не перестали ходить мурашки. Он сходил на кухню и заварил себе кофе. Когда он вернулся, девочка уже спала. А вот брат – нет. Он нежно смотрел на Эс, прикорнувшую у него на плече. Левой рукой он поправил на ней одеяло. Кто бы мог подумать, что он способен на нежность! Почувствовав взгляд, мальчик поднял глаза и с вызовом посмотрел на братца: – Ты нам больше не нужен. – Девочка стала что-то говорить во сне. Он крепче прижал её к себе, и, не сводя презрительного взгляда с Брата, утешил: – Все будет хорошо. Это только сон. * Девочка дернулась и открыла глаза: – Доброе утро… – Она постаралась скорее выбраться из мальчишеских объятий. – Что-то случилось? – Она заметила, с какой ненавистью смотрят друг на друга братья. – Все хорошо… – Что это за гадость у тебя в руках? – ткнул Старший пальцем ей в ладонь. – О, это, видимо, кто-то решил пошутить… Это дохлая лягушка, не бойся. КОЕ-КТО, видимо подсунул её мне, когда я спала, – сверкнула она глазами в сторону мальчика. Тот только пожал плечами. – Надеялся, что закричу от страха. Зря. Я не боюсь гадов. – Странно посмотрев в его сторону, девочка поднялась на ноги. – Иди помой руки и выброси эту гадость! Девочка кивнула и быстрым шагом покинула гостиную. – Зачем ты это сделал? – Просто так… – как-то невесело поднялся с ложа мальчик. – Хорошо, что это не таракан. Мальчика всего передернуло, он побледнел – Я не такой изверг, каким ты меня считаешь. – Он прошел мимо братца, задев его плечом. – Ну, я подумал, тебе будет весело снова напугать подружку тем, что её чуть не убило. – Старшему надоело, что только его мучает совесть. Мальчик обернулся у двери. Он был похож на привидение. Ничего не ответив, он захлопнул дверь. * Вот и Сти уже заснула. А Джон все не мог. Он рассеянно о чем-то думал. Что-то не давало ему уснуть. Будто почувствовав его состояние, девушка заворочалась во сне. Джон взглянул на неё. Его передернуло, и он поспешил отвести взгляд. Он не мог на неё смотреть. В этом было сложно признаться, но он испытывал какое-то отвращение. Уже стало достаточно светло, и он мог её разглядеть. Её лицо и руки покрывали мелкие шрамики. Было такое ощущение, что она когда-то болела проказой. Джон помнил, что это последствия укусов насекомых, но внешность девушки это не украшало. Чем больше он её разглядывал, тем неприятнее ему становилось. Джон всеми силами пытался прогнать назойливую мысль, закравшуюся ему в мозг. Но у него не получалось. С языка так и хотело сорваться одно лишь слово: «Урод». Ему было ужасно стыдно, но ничего другого в голову не приходило. Возможно, Шерлок уже давно заметил такой огромный изъян, портивший её внешность, но он его никогда не замечал. Он не знал, куда деть глаза. Ему было противно от себя самого! Он же свято верил в истину, что внешность человека – это еще не все! А теперь сам не может спокойно дождаться пробуждения Сти! Ведь это не делает её хуже! Джон не знал, как себя успокоить. – Джон, все хорошо? – услышал он тихий голос. Девушка смотрела на него внимательным взглядом. – Да… – Не ври. – Я просто… Кошмар приснился. – Ты не засыпал. – Ну, я…э… задумался… – пряча глаза, ответил Джон. – О чем? – Ну… о многом. – Хорошо… – Девушка странно посмотрела она него. Мужчина же старался не смотреть на нее. – Еще рано. – Да… – Ты должен спать. – Я... Да, конечно. – Ложись. – Мужчина покорно сполз на кровать и с силой зажмурился. – Расслабься. – Девушка легла ему на плечо. – Освободи свой разум. – Похоже на сеанс гипноза. – А почему бы и нет… Эй! Не дергайся! Я не умею гипнотизировать! Теперь, когда Джон устроился более-менее удобно, он почувствовал, как сильно устал. – Бамс… – Это сквозняк закрыл докучавшую ему дверь. Девушка что-то нашептывала ему на ухо. Сквозь сон смог кое-что расслышать: «Девушка краса, темные глаза. Доброе сердце, светлая душа, Волосы до пояса, Ждет тебя она…» – Не так… – уже сквозь сон возразил Джон. * Джон поднялся с кровати. Девушка еще спала. Он замерз. Ватсон подошел к окну и закрыл распахнутую форточку. Он чувствовал себя неуютно. Ему было стыдно за свои ночные мысли. Возможно, на их течение повлияло то, что он был ужасно утомлен. Хотя… А вообще, какая разница? Какая разница, как она выглядит? Она все равно никогда… Джон тяжело вздохнул. Он не хотел её будить. Крадясь, он направился к двери. В его голове роем пронеслись странные мысли. «А что было бы, если», «а вдруг»… Но никогда не будет ни «если», ни «вдруг». Он заглянул в зеркало. Ему что-то привиделось, и от неожиданности мужчина сделал шаг назад. Это белое пятно… Как бы он хотел, чтобы то, что ему показалось, оказалось правдой… Но это всего лишь игра тени и света. Он немного расстроенно дотронулся до зеркала в том месте, где ему привиделся силуэт… – Джон? – Ватсон вздрогнул. На него настороженно смотрело отражение Сти. – Что-то случилось? – Нет… Все хорошо… – отстраненно успокоил ее мужчина. – С добрым утром! – звонко поздравила его девушка, неожиданно оказавшись совсем рядом. – Ты какой-то грустный. – Да, есть немного… Просто не выспался… – потер глаза Джон. Это было правдой. – Ну ладно… – смерила его оценивающим взглядом Сти. – О, ГОСПОДИ! – Девушка посмотрелась в зеркало. – ГОСПОДИ, ГОСПОДИ! БОЖЕ МОЙ! – Она стала бешено трогать свое лицо. – О НЕТ, НЕТ, НЕТ! Она с ужасом смотрела на свои руки. Они все были покрасневшими, проявились шрамики. – Что со мной? – Вдруг она резко повернула голову и странно посмотрела на Джона. – Что? – не понял мужчина. – Ну-ка иди сюда… – Что, что ты… Девушка, не церемонясь, подтянула его к себе и развернула спиной. – Что…Кхе-кхе… – Девушка едва не придушила его, когда оттянула горло пижамы на себя. – М-да… Прости… – отпустила его Сти, посмотрев бирку на его одежде. – Я должна была сразу догадаться! – О чем… – поправляя кофту и растирая горло, спросил Джон. – У тебя пижама не из натуральных тканей… А так как я терлась о тебя всю ночь, у меня началась реакция. Черт. Придется все это замазывать! Ну почему всегда я! Почему из всех людей на свете такая напасть досталась именно мне! – Ну… прости… Я не хотел. – Да ты тут ни при чем… Почему мне постоянно приходится гримироваться! Я ненавижу косметику! Да я даже блеском не пользуюсь! – чуть не плача, продолжила осмотр девушка. – Да ладно тебе, успокойся… – «Красотка днем, в ночи урод, И так из года в год, И даже поцелуй любви Мне истинного вида не вернет…» – переиначила Сти детский стишок. И как-то угрюмо усмехнулась. – Не говори так… – Чего не говорить? Правды? Ты же сам от меня чуть ли не шарахаешься! Я же вижу! – Девушка отвернулась. Джон успел заметить в её глазах слезы. – Уходи. Тебе неприятно. Я знаю. Я сейчас это исправлю. Тебе незачем дальше видеть меня… такой. – Сти… – Уходи! – Но… – Думаешь, я не знаю?! – обернулась к нему девушка. – Я не спала всю ночь! Ты тоже! Но ты даже ни разу не посмотрел на меня! – Она отвернулась. – Теперь я понимаю, почему… – Сти, я… – Теперь ты так же, как Шерлок, можешь называть меня уродиной. У тебя даже больше оснований, чем у него. А теперь – уходи! – Но… – Уходи. Пожалуйста… Оставь меня… – Ладонь девушки, лежащая на перилах кровати, сжалась в кулак, костяшки побелели… – Хорошо… Я приготовлю завтрак. – Ок. Джон поспешил выйти из комнаты и закрыл дверь. В груди была ужасная тяжесть. * * * – Парам-пам-пам… – В такт ударяя по перилам, девушка спустилась в гостиную. Джон не знал, как на неё смотреть, поэтому предпочел не оборачиваться, когда ощутил её присутствие на кухне. – Как вкусно пахнет… – Он почувствовал тяжесть подбородка на своем плече. – Неправда… подгорело… – усмехнулся Джон. – Да ладно тебе! Девушка села за стол. Ватсон услышал скрип. Обернуться он все еще не смел. Он не знал, как на неё смотреть. Не покажется ли ей, что он на неё пялится? Он несмело опустил перед девушкой тарелку, стараясь не смотреть на неё. – Джо-о-о-он… – услышал он властный голос. – Да? Мало соли?.. – Обернись. – Да-да… Конечно… – мужчина обернулся и стал с интересом разглядывать свои ступни. Как Сти несколько часов назад. – Посмотри на меня. Джон несмело поднял глаза. Девушка свободно сидела на стуле, закинув ногу на ногу. Правой рукой она обнимала спинку стула. С холодной насмешкой она смотрела на Джона. – Теперь можно, – вяло улыбнувшись и дернув бровями, усмехнулась девушка. Действительно, царапин уже не было видно, но их образ ещё был жив в памяти мужчины, поэтому ему еще казалось, что он замечает их тень на её лице. Она смотрела на Джона тяжелым взглядом. Ему стало неуютно. Будто почувствовав это, она уткнулась в тарелку и стала ковыряться в ней вилкой. – Ну что ж! День отличный! Смотри, солнце светит! – решил как-то развеять затянувшееся гнетущее молчание Джон. – Я бы хотела быть мужчиной… – задумчиво мотая ногой под столом, невпопад ответила девушка. – Это почему же? – закидывая очередную порцию завтрака в рот, с интересом посмотрел на неё собеседник. – Ну… Много причин… – Например? Мне интересно… – улыбнулся Джон. – Тебе скучно, да? – зорко глянула на него Сти и усмехнулась. – Если честно, очень. Но я не Шерлок. Мою скуку могут развеять и обычные интересные истории. А не какой-то сверхотвратительный труп. – А пальба по стенам? – Девушка глядела, озорно сощурив глаза. – Сти! – Ладно-ладно… Ну, не знаю… Мужчинам легче… Они независимы! Не нужно говорить, что в наше время девушки отвоевали право быть наравне с мужчинами. Я не это имею в виду. Феминистки… Пф. Многие феминистки сами по себе мужеподобны. Кстати, Гарри случайно не феминистка? Ой, прости… Ха-ха. Ну что ж ты так! – Девушка весело наблюдала за тем, как Джон откашливался от попавшего не в то горло кусочка яичницы. – Нет, она не феминистка. Наверное… – Ладно. Не в этом дело. Вы считаетесь добытчиками, вы спокойно идете работать туда, куда вам хочется. Даже на женские профессии. Ты заметил, что мужчины – это лучшие модельеры, парикмахеры, бухгалтеры? Мужчины легко добиваются своего. Они в силах расположить к себе любую девушку, даже если она им не нравится… – Неправда… – еле слышно возразил мужчина. – К примеру, Шерлок и Молли. Она же им чуть не бредит! – не услышав Джона, продолжила девушка. – А он пользуется ей… Когда ему захочется. Или взять тебя. Наш милый Казанова. Мужчины считают, что они способны добиться своего… – Неправда… – Правда! – ударив вилкой по столу, громко возразила Сти. – Правда… – Уже более спокойно она продолжила: – Мы постоянно вынуждены вас ждать. Мы не можем демонстрировать свои чувства… Только отъявленные стервы готовы на это, но даже они скрывают свои истинные намерения. Мы словно бездомные кошки наблюдаем за вами и ждем, когда вы обратите на нас внимание. Кого-то забирают домой, а кто-то всю жизнь должен довольствоваться объедками с городских помоек. – Сти… – Есть, конечно, и породистые кошки. Их берут домой из-за наследства, какими бы ободранными они ни были. Вы же даже не замечаете, сколько жизни мы в вас вкладываем. Мы не спим ночами, думаем о вас. Готовы идти за вами хоть на край света! А вы? – Сти… – …нет! Вам кажется, что так и должно быть! Вы не щадите себя! Идете на войну, уходите от нас к другим, а вы ведь даже не подозреваете, как нам больно! Вы выматываете из нас душу… Мы готовы продать за вас свою душу, лишь бы какой-нибудь чокнутый злодей не тронул вас. А что делаете вы? Пропадаете, попадаете в западни, из которых вас один черт знает, как потом вытащить! И чего вам не хватает? Приключений?! Господи, да возьмите книгу, что ли, почитайте! Ну почему из-за того, что у вас начисто отсутствует инстинкт самосохранения, я вечно должна за вами следить! Неужели вы не понимаете, что, если вы погибнете, у меня не будет смысла продолжать свою жизнь! – громко хлопнула по столу девушка. – Прости, меня, кажется, занесло… – Девушка снова перевела взгляд на тарелку… – Это несправедливо… Хотела бы я быть мужчиной… Ведь, говорят, шрамы их украшают… Я была бы самым прекрасным юношей! – Девушка криво усмехнулась. – И, возможно, не была бы такой одинокой… – Она снова завела вялую возню в тарелке. – Не волнуйся, Шерлок обязательно найдется… – Я не совсем это имела в виду… Да ладно, ты пока не можешь понять… – встряхнула головой Сти, нежно посмотрев на Джона. Ватсон постарался отвести от неё взгляд. – Джо-о-он. – Что? – Я знаю, о чем ты подумал. Еще раз повторяю: перестань делать поспешные выводы. – И о чем же? Ладно… – Не желая получить ответ, он решил перевести разговор: – Ты очень симпатичная. Уверен, когда-нибудь ты найдешь того, кто тебя полюбит… – А полюблю ли я его? – в упор смотря на мужчину, спросила девушка. – Обязательно… – поспешно вытирая рот салфеткой, кивнул Джон. – Ну все, мне пора… Пока. – Пока. – Ватсон стремительно пронесся мимо неё в гостиную. – Пока, – повторила Сти, услышав грохот закрывающейся парадной двери. * * * Джон вернулся домой. В доме было тихо. Тяжело ступая, он поднялся наверх. В гостиной никого не было. Он зашел на кухню. На столе под полотенцем стоял теплый ужин. Джон мысленно поблагодарил миссис Хадсон, но, сняв покрывало, понял, что это не её стряпня. Уж больно… нестандартно выглядела еда, с одной стороны пригоревшая до углей. Их, конечно, срезали, но след ещё остался. Ватсон взял тарелку и пошел наверх. Ему хотелось посидеть в своей комнате. Там уютнее, чем в пустой квартире… Он поднялся выше. И услышал странное мурлыкание. Он с удивлением посмотрел на соседнюю дверь. Поставив тарелку на тумбочку, он несмело постучался к соседке. Ему не ответили. Тогда она нажал на ручку и слегка приоткрыл дверь. Заглянув в комнату, он улыбнулся. Девушка сидела в наушниках за своим синтезатором и играла на нем какую-то мелодию. Она сидела к нему боком. Видимо, она перетащила инструмент от окна к зеркалу. Непонятно, зачем. Он заметил, что на столике у зеркала стоит фоторамка. Но что на ней, он не видел. Ватсон распахнул дверь и встал в проеме, опершись о косяк. Сти была погружена в свои мысли. Вдруг ей почудилось, что на неё смотрят. Она, вздрогнула всем телом, рукой дотронулась до рамки, нажав на какую-то выпуклость, и с грохотом опустила её на тумбочку. – А, это ты… – повернув голову, улыбнулась девушка. – Хм… да… – Что играешь? – Да так, детская песенка, – снимая наушники, ответила Сти. – Можно войти? – Конечно. – А почему ты сегодня не пошла... Есть какие-то новости? – Ты же мне вчера ясно дал понять, что не одобряешь моих ночных отлучек, – сощурила глаза девушка. – Как будто тебя это когда-то останавливало… – Как знать… – Девушка оперлась о спинку стула и сложила руки у носа в замок, отдаленно напоминая Шерлока. Стул был «офисный». Девушка оперлась ногой в пол и легонько качалась на нем из стороны в сторону. – Откуда тебе знать… – А что… там за песенка? – Тебе не понравится, – улыбнулась девушка. – Почему это? – Ну… Ты не любишь грустное… – Как будто у тебя когда-то было веселое! – Не было… – улыбнувшись, качнула головой девушка. – Сти, я понимаю, что ты волнуешься о Шерлоке, но… – Да при чем здесь он! – рассерженно махнула рукой девушка. – Больно надо о нем постоянно думать… Я думала о своей семье… И как вам с Шерлоком повезло… – ОЧЕНЬ повезло… – Да нет, правда… Ты просто не понимаешь, как это здорово – иметь семью… – Но ты же что-то говорила об опекунах… – Пф… – фыркнула девушка. – Я их не видела уже лет пять. Я даже не знаю, где они сейчас. Они обо мне тоже ничего не знают. – «Слава богу», – мысленно добавила девушка. – Они, наверно, о тебе волнуются… – Конечно. Ночами не спят… – Я серьезно… – Я тоже… Ты просто их плохо знаешь. – Может, ты просто слишком многого от них хочешь? – Что? – Ну… Не знаю… – Под презрительным взглядом девушки Джон почувствовал себя неуютно. – Возможно, я чего-то не понимаю… – Возможно. А если не понимаешь, лучше не говорить. – Ладно… – Джон… А ты любишь книги? – Странный вопрос… Но я умею читать! – пошутил Джон. – Да, точно! И как я могла забыть! А ты никогда не чувствовал себя героем какой-нибудь истории? – Иногда чувствую… Вот с Шерлоком я чувствую себя в лучшем случае Санчо Пансой… – Ха-ха! Хороший герой… – А ты? – Не знаю… Мне сразу в голову лезут грустные истории. – Ты просто так себя настраиваешь! – Наверно, ты прав! Не все так плохо… У меня же теперь есть вы! – Вот именно! – А ты читал «Питера Пена»? – Да, но не могу сказать, что это моя любимая история… Там была Фея… Такой тщеславный мотылек. Она мне никогда не нравилась. – Динь-Динь? Да… Она мне тоже не нравится… А как тебе Питер? Самовлюбленный выскочка, считающий себя лучше других, имеющий короткую память и очень быстро забывающий «ненужную информацию»? – Ха-ха! Я понял, куда ты клонишь! Да, он действительно напоминает Шерлока… Правда, у Мориарти обе руки целы. – Они просто еще не садились играть в шахматы… – Друзья немного посмеялись над вытекшей параллелью, находя в своих историях все новые совпадения. – А кто я? – спросил Джон. – Только не говори, что я… – Венди! – Нет! Я так и знал! – Чем тебе не нравится?! – Она девочка… – Ну, ты ведь так же, как и она, воспитываешь Холмса… Если честно, я сейчас думала о той книге. – Да? – Я вспомнила старенькую песню из одной из экранизаций… – А можно послушать? – Я же говорила, что она грустная. – Ну и что? – Ладно… – Девушка выдернула из пианино шнур наушников. – Если ты так хочешь. «– Послушайте, мальчик, вы плачете, мальчик. Вам кто-то нарушил душевный покой? Но вы же… Мальчишки не плачут, не так ли? – Не плачут! Обидам любым вопреки!» – Сти, изменяя голоса, стала напевать старенькую песенку. Джон посмеивался над тем, какие рожицы корчила подруга. Под самый конец лицо девушки уже не было таким забавным, скорее грустным. Она посмотрела на Джона, будто говоря: «Сейчас поймешь, почему я её вспомнила»: «– А адрес у Вас… Незадача какая! Ведь очень легко заблудиться письму… – Письму? Да ведь писем я не получаю! И, думаю, их и писать ни к чему… – Ах, Питер, ты все-таки жутко упрям! – Нет-нет, письма глупы! – Нет-нет, вы неправы… Спросите у мамы…» – Девушка странно ухмыльнулась и неудачно ударила по клавишам. Она убрала руки с пианино и произнесла последнюю... строчку: – «Живу я без мамы…». Всегда недолюбливала этот фильм… – Бац! – Что-то ударило в окно, заставив людей в комнате вздрогнуть от неожиданности. – Вот пакостники! Опять мальчишки по окнам камнями кидаются… – кинулся Джон к подоконнику. – Это не мальчишки, – улыбнулась девушка через плечо фигуре на улице. – Это?.. – не поверил своим глазам Джон. – Это всего лишь Мэтт. – Рапунцель, Рапунцель… проснись, Спусти свои косоньки вниз! – МЭТТ! – раскрыв окно, громко рявкнула девушка. – Вижу, ты еще не спишь. – Ах ты… – Девушка скомкала листик, лежащий на столе, и кинула им в неудачливого кавалера. – Ха-ха-ха, – рассмеялся мужчина, увернувшись от снаряда. – Сейчас! – смеясь, сказала девушка. – Неужели нельзя было просто позвонить! – недовольно буркнул Джон. – Да ладно тебе… Не ревнуй! – больно ткнула его локтем девушка. – Я не ревную, с чего бы это… Сти со смехом смотрела на надувшиеся губы друга. – Я вернусь… Не знаю, когда…Не сердись на Мэтью. Просто я ему вчера рассказала о том, как ужасно Дисней экранизировал эту историю. И посоветовала ему почитать сказку… И вот результат. – Я чувствую себя старой ведьмой! – Да ладно тебе! Тем более, кос у меня уже давно нет… – навертела Сти на палец свои уже начавшие отрастать волосы. – Так, вроде все! Я пошла… Цени, что имеешь… – шепнула ему на ухо девушка, пробегая мимо. – Пока… «– …Живу я без мамы… – Так вот почему горько плакали вы…» – Джон услышал, как Сти допела песенку Венди, сбегая по ступенькам. * * * – Приве-е-е-ет! – Привет! Ну что, пойдем? – Пойдем! – Разделимся или вместе? – Продуктивнее было бы разделиться, но я ужасная трусиха! – Ха-ха… Не думаю… Что ж, пошли! Мэтт согласился помочь Сти с расклейкой этих плакатов. Он сомневался, что это поможет. Сейчас другое время. Всем плевать на трудности ближних. Но разве не бывает чудес на свете? * * * – Поздно. Успешно? – Рано. Провально… – Сти села на пуфик у ног Джона. –У меня есть еще пару идей. Может, сработает… – Твоя работа? – Джон развернул к ней экран ноутбука. – Работа не моя. Задумка – да, – улыбнулась девушка. – Я догадался… – вздохнул Джон и развернул к себе ноутбук. На сайте в рамках, где обычно вылезает назойливая реклама, не менее назойливо выскакивали портреты Шерлока с номером телефона и просьбой сообщить о его местонахождении. – Я так не умею… Я вообще мало что умею… Зато я знаю, кто умеет. – Когда управляющие сайтами придут на работу, они удалят это. – Я знаю… Но я должна была попробовать! И потом, к тому времени эти постеры увидит множество человек. – И все они подумают, что это очередной развод! – Наверно… Плохая идея… Какая я дура! – Ничего страшно! Главное – не отчаивайся! – Джон. Я не знаю, что делать… – Девушка уткнулась ему в коленку. – Ничего. Только ждать. – Я это умею. Но я чувствую, что этого мало! – Тогда не знаю… У меня тоже плохие предчувствия.