Удобный предлог

              Крюк спешил в таверну, с трудом сдерживаясь, чтобы не бежать. В это время на улицах ещё хватало поздних гуляк, а бегущий человек всегда вызывает повышенный интерес. Так что, привлекать лишнее внимание не стоило, но ноги Киллиана, против его воли, норовили ускорить шаг.        Пирата грызла тревога. Чем больше он вспоминал подробностей об этом периоде своей жизни, тем неспокойнее становилось на душе. Крюк не мог не подпасть под очарование Свон, а значит, непременно попытается затащить её в постель. Тем более, если она флиртовала с ним. Главное, чтобы у Эммы хватило благоразумия не покидать таверну! Иначе, Крюк может наброситься на неё в первом же тёмном переулке. Конечно, Киллиан никогда, даже в худшие свои времена, не насиловал женщин. Другое дело, когда какая-нибудь девица, раззадорив его, в последний момент начинала изображать неприступность. Ему это даже нравилось. сломить сопротивление, сперва мягко, уговорами и ласками... или жестко, если красотка продолжала упрямиться. Это не было насилием. И потом, никто никогда не жаловался.        Но Свон... Если она увидит его таким, он навсегда лишится шанса покорить её сердце.        На крыльце никого не было. Киллиан заглянул в тускло освещённое окошко, но ни Эммы, ни Крюка не увидел. Настороженно озираясь, он вошел. Народу в зале было немного, и никому не было до него дела. В дальнем углу веселилась подвыпившая компания, за столиком неподалёку какой-то здоровый мужик тискал хихикающую девицу и, судя по звукам, под одним из столов кого-то тошнило. Матросы, по видимому, развлекались на втором этаже, у «девочек».        Не обнаружив в зале ни себя, ни Эммы, Киллиан чертыхнулся сквозь зубы, и развернулся к выходу, как вдруг его окликнул знакомый громовой голос. — Капитан!        Киллиан опасливо оглянулся и вздохнул. По лестнице, поправляя штаны, спускался один из его матросов. Это был рыжий Дон Дикси, или Дин-Дон, чья болтливость вошла на "Роджере" в поговорку. — А где же блондиночка капитан? Неужто сбежала? Или — Дон понимающе улыбнулся — вы оставили её в комнате, отдыхать?        Дикси был пьян, а потому позволил себе лишнего в разговоре с капитаном. Прежний Крюк за такое устроил бы наглецу взбучку, но Киллиан ухватился за возможность узнать хоть что-то об Эмме. — Мы с ней… немного разминулись. Когда ты видел её в последний раз? — Да с вами же, капитан, когда вы за стойкой сидели! — удивился Дин-Дон — Как раз перед тем, как я к Лоле поднялся. Давненько уже. — он блаженно потянулся во весь свой немалый рост и почесал голый живот — Выходит, где-то с час назад. — уточнил он — Вы с блондиночкой, к тому моменту, уже бутылку рома ополовинили. Я ещё подумал, хороша, чертовка, недаром капитан с её глаз не сводит. Это я про девушку, а не про бутылку. — Дин-Дон ухмыльнулся.        Киллиан сжал кулак. Ну разумеется, Крюк не сводил с Эммы глаз. Её рассчёт оказался верным — увидев её, он наверняка позабыл обо всём, и думал лишь о том, как бы побыстрее забраться к ней под юбку. И где они теперь? — Я её раньше тут не видел. Новенькая, что ли? — продолжал Дин-Дон, не замечая, какое действие возымели на капитана его слова — И, знаете, — он ухмыльнулся ещё шире, и заговорщически понизил голос, вернее, попытался это сделать. — Сдаётся мне, она вас подпоить пыталась. Готов поклясться, что заметил, как она выплеснула свою выпивку на пол.        «Умница, Свон!» — Хотя, ей оно только на пользу. — добавил здоровяк — Добрый ром, конечно, грех зря переводить, но она и без того уже едва на стуле сидела. Куда ей с вами в выпивке-то тягаться!        Киллиан похолодел. Неужели он всё-таки напоил Эмму? Тогда, скорее всего... — Спасибо, Дон, кажется, я знаю, где она. — он развернулся и выскочил за дверь, оставив Дин-Дона оторопело хлопать глазами. * * *        Сильные пальцы стиснули запястье Эммы. Она попыталась высвободить руку, но Крюк резко потянул её на себя, так что Эмма, и без того не слишком твёрдо державшаяся на ногах, упала в его объятия. Её правая рука оказалась прижата к телу, а левую пират по прежнему сжимал в стальном захвате.        В другое время, она, пожалуй, могла бы освободиться без особого труда, но сейчас Эмма очень сомневалась в том, что ей удастся это сделать. Она слишком плохо себя контролировала, и виной тому был ром... и, если уж быть до конца откровенной, возбуждение. "Последний глоток", которым "поделился" с ней Крюк по дороге на корабль, разбудил в Эмме то, что она так упрямо пыталась в себе подавить. — Я настроился на горячую ночку, а новую подружку искать уже поздновато, так что придётся тебе меня выручить. — Эмма сквозь кожу корсета почувствовала, как острие крюка упёрлось ей в бок. — Ты ведь не бросишь мужчину одного в холодной постели? — вкрадчиво прошептал Киллиан.        «Стоит ему надавить посильнее, и он проткнёт корсет. А может, заодно, и почку.»        «Киллиан никогда бы...»        «Только это не Киллиан!»        Эмма взглянула в наглые серые глаза и тяжело сглотнула.        «Ты его не знаешь…»        Там, в трактире, она совершила большую ошибку, не прислушавшись к этим словам. Она действительно не знала этого человека. Это был не беззаветно влюблённый в неё Киллиан, а жестокий пират, привыкший получать желаемое, и сейчас он хотел её. — Мне нужно на свежий воздух. — спасительная идея пришла в голову внезапно, и Эмма ухватилась за неё, как утопающий за соломинку — Мне нехорошо. Наверное, это всё ром. — По тебе не скажешь! — заметил Крюк, приглядевшись к её лицу. — Ты даже не побледнела. Скорее, наоборот! — он усмехнулся — Думаю, тебе лучше прилечь. — промурлыкал Киллиан, кивнув на койку. — Отпусти! Меня сейчас стошнит! — Если тебе в самом деле плохо, я знаю, как тебе помочь! — не разжимая рук, пират сделал шаг к шкафу, волоча Эмму за собой.        Отпустив её запястье, он открыл шкаф. Эмма попыталась дёрнуться, но Киллиан только крепче прижал её к себе, и она замерла, почувствовав, как левый бок ощутимо кольнуло. Джонс взял с одной из полок пузырёк тёмного стекла и протянул ей. — Выпей! — Ещё чего! — она упёрлась ладонью его в плечо, отталкивая руку. — Если тебе и впрямь дурно — это поможет! Всегда держу пару таких в каюте. Специально для гостей, плохо переносящих качку. — Крюк зубами откупорил пузырёк. Запахло какими-то травами, и чем-то ещё, резким, но довольно приятным. — Ну, или для себя, если хлебнул лишку. — добавил он, выплюнув пробку. — Я не стану это пить! — Не упрямься! — Вот ещё! — Эмма упрямо выпятила подбородок — Мало ли, что это за дрянь. — Красавица, не в моих интересах тебя травить! — рассмеялся пират — Наоборот, мне нужно, чтобы ты ожила. Смотри. — он сделал глоток из склянки, и поднёс её к губам Эммы.        Она с сомнением взглянула на него. — Пей! Средство верное, тошноту как рукой снимет. — Киллиан насмешливо заглянул ей в глаза — Или тебе уже полегчало?        Деваться было некуда. Покорно проглотив горьковатый, пахнущий мятой и полынью напиток, с отчётливым привкусом алкоголя, Эмма несколько раз глубоко вздохнула, и с удивлением поняла, что снадобье действует. — Ну как? — Киллиан поставил опустевшую склянку обратно в шкаф, и внимательно оглядел Эмму — Тебе лучше? — Лучше. — удивлённо ответила она, чувствуя, что в голове немного прояснилось.        Вдобавок, загадочное питьё, неожиданно, придало Эмме решимости. Её "отвлекающий манёвр" грозил обернуться серьёзными неприятностями. Нужно было попытаться убедить Крюка отпустить её, или найти способ сбежать. — Спасибо! — она убедилась, что может нормально стоять, и аккуратно высвободилась из его рук.        Киллиан на удивление легко отпустил её. — Мне, и правда, нужно идти. — осторожно произнесла Эмма — Ты даже не представляешь, насколько это важно! — Представляю! — усмехнулся он, стягивая плащ — Настолько, что ты вспомнила об этом лишь сейчас! — Если ты меня сейчас не отпустишь, то потом можешь сильно пожалеть! — Угрожаешь? — он изогнул бровь, а его пальцы принялись расстёгивать жилет — Напрасно. Дамы с характером мне по вкусу. — Это не угроза, Крюк, я серьёзно! Может произойти что-то очень плохое! — Обещаю, плохо тебе не будет. * * *        Киллиан торопился, как мог. Было лишь одно место, где могли сейчас находиться Крюк и Эмма. Девушек, которые ему особенно нравились, он непременно приглашал "осмотреть пиратский корабль". На "Роджере" ему было уютнее, чем в таверне, под аккомпанемент звуков, доносящихся из соседних номеров. К тому же, Крюк был свято уверен, что барышня, согласившаяся на подобную "экскурсию", прекрасно знает, на что идёт. И если Эмма окажется в его каюте, он может не принять её отказа всерьёз.       Знать бы ещё, как сильно он с ними разминулся. Вряд ли больше, чем на пол-часа, иначе они застали бы его на "Роджере". Только бы успеть!        «— Если он её хоть пальцем тронет, я убью его.»        «— Он — это ты!»        «— Ладно, тогда просто пересчитаю ему рёбра.»        «— Себе.»        «— Да плевать! Мы в прошлом, так что эти тумаки я уже получил.»        «— Не получил! Иначе помнил бы об этом, разве не так?»        Крюк ухватился за эту мысль. Трудно забыть драку с тем, кто как две капли воды похож на тебя! Значит, избивать самого себя не пришлось. Кроме того, он непременно запомнил бы, если бы у него что-то было со Свон.        Он вновь вспомнил тот их единственный поцелуй на острове. Нью-Йорк не в счёт. Там он был для Эммы опасным незнакомцем, и едва успел коснуться её губ, прежде, чем она ощутимо врезала ему между ног. Да, постоять за себя Эмма умеет, только вот она сейчас, по словам Дин-Дона, здорово пьяна. А Крюк — отпетый мерзавец, который не преминёт этим воспользоваться.        Нет! Этого не может быть. Он не забыл бы Эмму, как бы ни был пьян, а значит, она сумеет выпутаться. Возможно, он зря дёргается, и она уже ждёт его в ближайшем леске, где они спрятали книгу и её одежду, но сначала нужно обязательно проверить "Роджер".        Наплевав на опасность быть замеченным, Киллиан припустил со всех ног. * * *        Эмма попятилась. Крюк отрезал ей путь к лестнице, и сейчас медленно приближался. — Постой!        Он остановился в шаге от неё. — Я хочу уйти, слышишь? — Поздно сдавать назад, красотка.        Эмма смотрела на него, пытаясь сообразить, что делать дальше. Как назло, ничего путного на ум не приходило.        Внезапно, ей вспомнился Виконт. Впрочем, так своего любимца звала только мисс Мона, одна из её детдомовских воспитательниц. Но в её отсутствие, как дети, так и некоторые взрослые, которым посчастливилось узнать Виконта поближе, единодушно величали эту наглую чёрную тварь, не иначе, как Конвиктом*.        Матёрый котяра был бедствием всей улицы. Мисс Мона считала, что увечить животное - бесчеловечно, а потому Конвикт периодически метил всё, что считал своей территорией, а так же тащил, убивал, жрал или портил всё, до чего мог добраться. В остальное время он шарил по помойкам и, временами, отправлялся в длительные загулы, к ужасу мисс Моны и окрестных котов, и восторгу окрестных кошек, и большинства обитателей дома номер девять.        Киллиан сейчас был похож на Виконта в человеческом облике.        Темноволосый, в чёрных кожаных штанах, и распахнутой на груди рубахе, он смотрел на неё, склонив голову к плечу и слегка сощурив глаза, словно чего-то ждал. Виконт так же наблюдал за отчаянными трепыханиями раненых птиц. Если знаешь, что обед никуда не денется, то почему бы не посмотреть представление, для улучшения аппетита?        «Красивое, наглое, самоуверенное животное!»        «Это сейчас о ком?»        Эмма сглотнула и попыталась сосредоточиться. С ней творилось что-то странное. Положение было отчаянным, а в голову, почему-то, настойчиво лезла всякая чушь.        «Что будет, если уйти не удастся?» - мелькнула тревожная мысль.        «Ясно, что будет!»        Воображение не замедлило продемонстрировать ей приблизительный вариант развития событий, и Эмма вдруг почувствовала, что её начинает пробирать дрожь. И к страху этот озноб не имел ни малейшего отношения.        Крюк, по-прежнему, выжидательно глядел на неё.       «Что-то не так!»       Она прислушалась к собственным ощущениям, и с нарастающим беспокойством почувствовала, как ускорилось сердцебиение и кровь прилила к щекам. Ей стало жарко, дыхание участилось, а чувства будто обострились.        Вытянув руку, Киллиан коснулся её щеки и отвёл за ухо прядь белокурых волос. Эмма вздрогнула. Вопреки всему, она вдруг осознала, что ей хочется прижаться щекой к его руке, чтобы продлить прикосновение. Желание было таким сильным, что ей едва удалось удержаться. Казалось, кожа разгорается под его пальцами.       «Да что это со мной?» — Гляжу, снадобье подействовало. — Киллиан ухмыльнулся уголком рта— Как ты себя чувствуешь? — Что происходит? — выдохнула Эмма — Что ты мне дал? — Всего-лишь лекарство от тошноты. — усмешка стала шире — То, что ты чувствуешь - просто небольшой побочный эффект. Забыл о нём упомянуть. — Что за эффект? — Эта штука здорово разгоняет кровь. - пояснил Киллиан, любуясь румянцем на её щеках —Через часок пройдёт. — Час?        Ей становилось всё сложнее мыслить связно. Пульс грохотал в ушах и, казалось, отдавался эхом внизу живота.        «Да чем же этот гад меня напоил?» — Процесс можно и ускорить. Есть одно верное средство!        Киллиан шагнул к ней и обнял за талию. — Нет! — Эмма попыталась освободиться из кольца его рук, хотя для этого ей пришлось сделать над собой усилие. — Ну же, Эмили! — прошептал он, крепче обнимая её, и прижимаясь лбом к её лбу — Я истосковался по женской ласке!