Просто это жизнь

Честно говоря, я даже не очень помню, когда это все началось. Наверное, тогда, когда я его впервые увидела. Это было мое первое совещание на новой работе. И я на него опаздывала. Лето выдалось жарким, и разморенные солнцем водители еле тащились по пыльной дороге. Отрезок пути расстоянием всего в пару километров я ехала почти двадцать минут. В итоге мои нервы не выдержали, и я вышла за три остановки до нового места работы. Наверное, не стоило мне надевать эти новые неудобные, но безумно красивые туфли на высоких каблуках, но мне очень хотелось эффектно появиться в издательстве. Получилось на самом деле очень эффектно. Я вообще в принципе была очень эффектной женщиной. Плавно покачивая бедрами и звонко цокая каблуками, я вошла в конференц-зал с опозданием в тридцать пять минут. Голова моя была гордо поднята вверх, а взглядом я могла раздавить любого, выразившего недовольство. Коллеги напряженно замолчали, когда я появилась в дверном проеме. Пока я шла к своему месту по правую руку от начальницы, в зале царила тишина. Начальница хотела было отчитать меня за опоздание, уже открыла рот, но, видимо, передумала. Вовремя. Я бы не позволила себя отчитывать. Сейчас мне ничего не стоило поменять работу. Еще не прошло время моей популярности и меня возьмут в любое издательство, даже популярное и крупное, а не то, что в этот журнал. Вот только я не хотела уходить. Меня держало какое-то странное предчувствие. В предвкушении нового рабочего дня, я принялась разглядывать своих новых коллег. И стоило мне поднять глаза, как я увидела Его. В этот момент куда-то исчезли все эмоции и чувства, пропало время и пространство. Я просто смотрела на него и не могла думать ни о чем другом. Да, и не хотела. Я просто во все глаза смотрела на незнакомца. Парень не был красавцем, нет. Он просто был ТЕМ САМЫМ. На вид ему было не больше двадцати четырех, он сидел, сгорбившись, подперев щеку левой рукой, а правой что-то рисовал на листочке. Перед ним лежал фотоаппарат. Я не очень разбираюсь в технике, но видно было, что камера далеко не любительская. Значит, он фотограф. Парень старательно выводил на листочке какие-то закорючки, а я как ненормальная смотрела на него во все глаза и не могла оторваться. Вдруг парень поднял глаза и встретился со мной взглядом. Карие глаза парня улыбались. Он подмигнул мне и вернулся к своим закорючкам. В этот самый миг я снова превратилась в маленькую наивную девочку, которая впервые почувствовала, что может нравиться мужчинам. Меня охватил резкий приступ искренней радости и какого-то запредельного счастья. Что там дальше говорили на совещании, мне стало неинтересно. Я, конечно, слушала, но уже в пол уха. Я открыла ежедневник и, последовав примеру парня, стала выводить закорючки. Я думала. Размышляла о том, хочу ли я снова влюбляться, испытывать счастье в течение месяца-двух, а потом снова плакать ночами и проклинать судьбу. Я вспоминала свою прошлую жизнь и своего предыдущего возлюбленного. Он был достаточно популярным телеведущим. Мы познакомились около года назад, когда я брала у него интервью для журнала, в котором работала. Еще тогда я обратила на него внимание, но закопала свои чувства глубоко внутрь, чтобы не мешать работу с чувствами. Гиблое это дело. Тогда я думала, что на этом все и закончится, но я ошиблась. Интервью с Романом, а именно так звали парня, напечатали в свежем номере журнала. Мое имя было подписано внизу. Я искренне считала, что эта статья станет моим звездным часом. Коронным номером никому не известной журналистки, едва получившей высшее образование. У Ромы на этот счет было свое мнение. Он позвонил в редакцию с обвинениями в клевете и оскорблениях. Меня уволили без объяснения причин. В ту осень я узнала, что такое отчаяние и нищета. Мне было двадцать два, я только что получила высшее образование и не имела практически никакого опыта работы. Приходилось подрабатывать в мелких газетах, в которых платили гроши. Работала ночами. Кое-как сводила концы с концами и платила за съемную квартиру. Знание испанского языка позволяло подрабатывать на переводах. Я чувствовала себя рабочей лошадью и всей душой ненавидела Романа. Тогда я еще не знала, чем закончится вся эта история. За четыре месяца каторжной работы я очень сильно изменилась. Я стала грубой и даже жестокой. Я просто не могла иначе выживать. Когда опускались руки, я, стиснув зубы, прорывалась дальше. Я пробивалась через тернии к звездам. Я выросла за эти месяцы. А еще я перестала верить мужчинам. У меня все органы чувств обострялись, когда рядом со мной появлялась хоть одна особь противоположного пола. В конце концов, я просто перестала подпускать их к себе. Я создала образ железной девушки, которая только и делает, что работает. Стальная леди с сердцем из хрусталя, готовым в любую секунду разбиться. Когда я была уже на грани очередного нервного срыва, меня пригласили на собеседование в небольшую телекомпанию. Дело в том, что я всегда отличалась приятной внешностью. Не модель, конечно, но вполне симпатичная девушка. В телекомпанию требовалась ведущая новостного сюжета. Меня пригласили на собеседование. Дали попробовать поговорить на камеру. Я никогда не боялась ни сцены, ни камер, ни фотоаппаратов, поэтому мне не составило никакого труда пересказать тот текст, который мне дали. Меня приняли на работу в этот же день. С этого момента моя жизнь в корне изменилась. Слава захлестнула с головой. Испытание медными трубами я не прошла. На работе это никак не отражалось, а вот в душе я ликовала. Я поднялась из грязи в князи одним эфиром. Новые лица всегда ценятся на телевидении. Меня стали узнавать на улицах, стали просить автографы. Я была настолько счастлива, что не замечала мелочей. Про таких говорят, что они ослеплены славой. Я стала одной из таких. Я упивалась своими возможностями и открытыми впереди горизонтами. В те дни я просто мечтала отомстить Роману, поэтому, когда он мне позвонил, я удивилась и обрадовалась одновременно. -Добрый вечер. – Потрясающий мужской голос в телефонной трубке заставил меня вздрогнуть. -Я вас слушаю – мой ответ через пару мгновений, когда я смогла собраться с мыслями. -Меня зовут Роман, телеканал «Спектр TV». Не знаю, помните ли вы меня – усмешка в его голосе стала настолько явной, что я представила ее перед глазами. -Честно говоря, очень смутно. У вас что-то срочное? – а я умею держать удар. На том конце трубки явное замешательство. -Вообще-то я хотел встретиться. – Неуверенность в голосе парня. -Сейчас посмотрю свой график. – Шелест ежедневника. – Так, у меня есть время в среду после трех и до пяти и в субботу с восьми до десяти. -В субботу. В восемь. В «Старом Друге». У меня в руках будет роза. – Парень в последний раз усмехнулся, возвращая самообладание, и повесил трубку. Ресторан «Старый Друг» представлял собой огромный зал старинного образца. Он находился в здании примерно XVIII века. Самый дорогой ресторан нашего города. Убранство его тоже отличалось дороговизной, а на правый столбик меню было страшно смотреть. Я вошла в ресторан с опозданием на пятнадцать минут. Я все-таки девушка и мне свойственно опаздывать. Выглядела я просто сногсшибательно, у меня был повод. Романа я увидела сразу же, роза на его столе была явно лишней. Я прекрасно его помнила, и понимала, что парень элементарно издевается. Что ж, у меня есть повод не поддаваться его нахальным шуткам. А вот и он. Красивый, черт подери. Жаль, что сволочь. В ту ночь мы так и не легли спать. Мы много разговаривали и смеялись, а, в конце концов, пошли гулять пешком по набережной. Рома рассказывал разные смешные истории из жизни телестудии, рассказывал о коллегах и своем детстве. Этот мужчина был потрясающе красив, а к тому же богат. Не зря он числился в десятке самых сексуальных и завидных женихов нашего города. Весь вечер я пыталась понять, искренен ли Роман или же он так хорошо играет. Честно говоря, эта встреча перечеркнула все те месяцы ненависти, которую я испытывала к этому человеку. С того вечера наши встречи стали регулярными. Как мы начали встречаться с Романом? Я не знаю. Наверное, мы идеально подходили друг другу. Я была стервой, а он сволочью. Мы оба были молоды и красивы. Оба были знамениты. Похоже, общество просто вынудило нас начать встречаться. Принцип соответствия иногда выступает основополагающим в отношениях. Тебе со всех сторон говорят: «Посмотри, какой он хороший, не упусти свой шанс, смотри, какой он красивый и умный, а как на тебя смотрит. Не будь глупышкой, будь с ним». И ты сама себе накручиваешь, что он на самом деле такой, что вы идеальная пара. Ты придумываешь себе человека и встречаешься не с реальным, а вымышленным парнем. Черт подери, да ведь это происходит сплошь и рядом. Девочки, ну вот зачем мы придумываем себе мужчину, когда рядом с нами их и так много? Я переехала к Роману через месяц отношений. В тот месяц я толком и не понимала, с кем именно я встречаюсь, с Романом или вымышленным героем. Я впервые в своей жизни переезжала к мужчине. В мои двадцать два года у меня не было как таковых серьезных отношений. А о том, чтобы переезжать к мужчине и речи не было. Что я чувствовала? Смятение. И, наверное, страх. Я не боялась переезжать, нет. Я боялась перестать соответствовать тому образу, что создала сама себе. Боялась, что вместо железной леди Рома увидит маленькую хрупкую обиженную жизнью девочку, которая работает ночами и ходит по дому в огромных махровых тапках. Которая литрами пьет кофе и много курит, а еще боится высоты и тараканов. Я долго смотрела на открытый пустой чемодан и думала, зачем вообще согласилась переехать. Рома оказался отвратительным хозяином жизни. Что это значит? То, что он вытягивал из меня все жизненные соки. Это было сравнимо с сигаретными затяжками. Он медленно, но верно затягивался мной и выпускал пар. А еще он все ближе и ближе пододвигался к фильтру моего терпения. Все началось с того, что на меня посыпались претензии в том, что я много курю, потом я все чаще и чаще слышала о том, что я плохая хозяйка. Ему не нравилось абсолютно ничего. Ни то, как я готовлю, ни то, как убираюсь, ни то, как глажу его рубашки. Скандалы начались через неделю после моего переезда. Моих нервов хватило снести эти оскорбления и засунуть их в дальний ящик, ссылаясь на то, что мы только учимся совместному быту. Дальше было только хуже. Рома попытался сбросить меня с пьедестала славы. Ему было не комфортно, что я была популярна и что на меня обращают внимание другие мужчины. Огромные комплексы маленького мальчика. Он оказался неуверенным в себе ревнивцем. Парень ревновал меня ко всему, что отличается от девушки, запрещал общаться с противоположным полом, закатывал истерики, когда вокруг никого не было, грозился выкинуть все мои открытые вещи, если я буду их носить. Ему была нужна другая девушка. Та, которая смогла бы погрузится в него, стирать его носки и гладить рубашки, готовить ему ужин и воспитывать его детей. Я никогда не была такой. Воспитанная самыми низами жизни я глотала свободу, как утопающий глотает воздух. Мне было необходимо самой добиться многих вершин и в мои планы никак не входило быть тенью, пусть даже любимого, мужчины. В мужчине нельзя растворяться, иначе мы становимся ему неинтересными. Я никогда не растворялась в мужчинах, поэтому меня добивались многие, а не получал никто. Я ушла от Романа через месяц совместной жизни. Мне надоело выслушивать незаслуженные обвинения в измене. Чем больше я это выслушивала, тем больше мне хотелось сделать это назло. Я собрала вещи и ушла, пока Роман был на съемках. Ушла, тихо и молча. Я так устала от истерик, что не вынесла бы еще одной. Мои нервы были на пределе. Я устала плакать, пока никто не видит. Мне надоело пить успокоительные и наносить килограммы макияжа, чтобы не было видно синяков под глазами. Я вышла из дома и в первом же попавшемся по пути салоне связи сменила номер телефона. Несколько часов я бродила по улицам. Я заглядывала в окна первых этажей. Уже стемнело, и во многих окнах горел свет. В каждом окне мелькала маленькая жизнь. Жизнь обычная и счастливая. Жизнь без постоянного сопровождения телекамер и журналистов, стремящихся залезть как можно глубже в твою личную жизнь. Мне очень не хватало такой жизни. Я купила бутылку шампанского и отправилась к подруге. Верно, говорят, что для девушки лучший психолог это подруга с бутылкой шампанского. Мы с Анькой проговорили почти всю ночь. За шампанским спускались в ближайший магазин еще раза три. Хорошо, что я додумалась убрать мобильный телефон подальше, а через час забыть, куда его положила. Иначе неминуемо бы позвонила Роману и высказала все то, что о нем думаю. Интересно, почему, когда мы выпиваем, нас обязательно тянет позвонить бывшим парням? Рассказать, что мы счастливы и без них? Спросить, плохо ли им без нас? Обвинить, что они не относились к нам должным образом? А зачем? Зачем звонить бывшим с обвинениями? Ведь когда-то мы были с ними, значит, нам было хорошо. Проблема не в том, что они плохие, а в том, что мы слишком много себе придумали. Я проснулась от того, что на кухне шумела вода. Аня готовила завтрак. Я посмотрела на часы – 9 утра. И чего ей не спится? Я со стоном перевернулась на спину и закрыла руками лицо. Я не люблю утро. Вообще. Я всегда была совой, если это можно так назвать. Я любила гулять по ночам, работать, размышлять. А с утра приходилось думать лишь о том, как прожить следующий день и не умереть от голода. Вот с тех самых пор я и не люблю утро. Анька же наоборот была так называемым жаворонком. Мы познакомились на первом курсе университета. Нас волей судьбы поселили в одну комнату общежития. С тех пор мы были вместе. Анька была очень ответственной и хозяйственной. Поэтому основную массу работы по дому делала она. Наше утро начиналось с того, что Аня пыталась поднять меня с постели, а вечер заканчивался тем, что подруга пыталась заставить меня лечь спать. Нас не воспринимали по отдельности, мы всегда были вместе. До тех пор, пока Аня не вышла замуж. Борис был спокойным и уверенным в себе мужчиной. А главное он был надежным. За таким мужчиной чувствуешь себя как за каменной стеной. В нем чувствовалась сила и даже присутствовала толика власти. Сразу стало ясно, кто в доме будет хозяином. И вот уже два года моя любимая подруга замужем за единственным в ее жизни мужчиной и сейчас готовит ему завтрак и гладит рубашки. Я была искренне счастлива за подругу, хотя никогда не понимала такого счастья. Мне всегда нужно было что-то делать, куда-то бежать, с кем-то спорить. Аня же была полностью подчинена своему мужчине. Она даже не работала, потому что он так сказал. В принципе, ее абсолютно устраивал такой расклад ситуации. У нее было время, чтобы следить за собой и за чистотой в квартире. Вот уж чему я всегда завидовала – так это идеальной чистоте в ее квартире. У меня никогда не получалось поддерживать чистоту дольше двух-трех дней, потом обязательно наступал аврал на работе, либо творческий кризис, либо очередная истерика Романа и порядку приходил логический конец. Кстати, о Романе. Интересно, как он там? Когда я отыскала телефон, то обнаружила, что пропущенных вызовов на нем нет. Озадаченная данным положением вещей и стараясь вспомнить события прошлой ночи, я пошла в кухню. Бориса уже не было и, Аня, весело напевая, мыла посуду. Возле мусорного ведра в красивый аккуратный рядок были выставлены пять пустых бутылок из-под шампанского. Я со вздохом опустилась на табуретку. -Проснулась, спящая красавица. Доброе утро. – Аня не потрудилась повернуться ко мне лицом, но по голосу было понятно, что подруга улыбается. -Твое утро бывает добрым после пяти бутылок шампанского? – я удивленно посмотрела на затылок подруги. -Вопрос риторический, особенно, если учитывать, что я почти не пью. – Аня повернулась ко мне лицом. Вид у нее был озабоченный. – Тань, ну, зачем ты так резко ушла от него? -Резко? – я ошарашено смотрела на Аню. – Ты с какой березы рухнула? В последнюю неделю совместной жизни мне казалась, что чертям в Аду спокойней живется. -А если ему плохо? – Аня растерянно смотрела на меня. -А мне не плохо? – я уже срывалась на крик и начинала рыдать. – Мне не плохо? Я месяц прожила с мужчиной, который ни во что меня не ставил, который запрещал мне практически все! Я была влюблена в самовлюбленного, пафосного моржа! Аня истерически расхохоталась. Я удивленно подняла на нее красные от слез глаза: -Ты чего? -Морж. Смешно. Ты бы его еще пингвином назвала. – И мы обе рассмеялись. Я еще пару дней пожила у подруги, пока искала себе новое жилье. В итоге нашла небольшую уютную квартирку недалеко от телестудии, в которой работала. Кроме того, что я ушла от одного из самых известных мужчин города, в моей жизни ничего не поменялось. Хотя…. Поменялось. За мной всюду таскались репортеры, которые так и норовили задать каверзный вопрос относительно Ромы, но я отказывалась комментировать эту ситуацию. Зато Рома не терял времени даром. Через день после нашего разрыва в газетах появились статьи, которые неприкрыто обвиняли меня во всех смертных грехах. Я спустила все на тормозах, но через три дня Роман заявился ко мне на работу с оскорблениями. Вышел огромный скандал. Парень кричал на меня, обвинял в том, что я сама виновата, что он так ко мне относился, кричал что-то про измену. Я не очень-то помню все его обвинения, которые он кидал в мою сторону. Я, молча, все выслушала и, когда он замолчал, сказала всего одну фразу: «Пошел вон». Потом развернулась и ушла. Вечером вышел сюжет на телевидении. Приятного в этом было мало. Я выключила телевизор и подошла к распахнутому окну. Еще морозный, но уже весенний воздух приятно освежал заплаканное лицо. Я достала сигареты. Мне отчаянно хотелось курить. Два месяца, что я была с Романом, я не притрагивалась к сигаретам. Рома мне запрещал. А сейчас запрет был снят, и я думала, хочется ли мне курить потому, что я этого хочу или потому, что мне так долго хотелось нарушить этот запрет? То, что запретный плод сладок, я была наслышана, но отведать его вкус я так и не осмелилась. А теперь все можно. Я затянулась и стала смотреть на луну. Огромный желтый диск одобрительно кивал мне, будто подтверждая, что я поступила правильно. Вот только сама я убедилась в правильности своего поступка после скандала в студии. Рома оказался подлым и бил в самое больное место – он явился ко мне на работу, которая оставалась моим прикрытием во время наших отношений. И в этот самый момент, глядя на желтый холодный диск луны, я осознала, что пора в своей жизни что-то менять.