Дневник дрянной магессы

Меня зовут Нор-Шу. На древнем языке магов это означает Черная Змея. Так назвал меня мой отец. И он был единственным, кто звал меня ласково — Шу. Недруги зовут меня Норой. Таким же именем я представилась и в Круге. Я ненавижу имя Нора, но Шу — это только для друзей. А их у меня нет и никогда не будет. А еще я эльфийка. Вернее, не совсем. Мой настоящий отец (а именно тот, кто обрюхатил мою мать) — он человек, и похоже даже, знатный. Но я никогда его не знала. А мать свою я ненавижу. Потому что она выбросила меня, как только я родилась. А родилась я гермафродиткой. Да-да, у меня есть член и вполне боеспособный. Но не это потрясло мою мать, когда она впервые увидела мое тщедушное тельце. Уши — вот что. Они были недостаточно острые, а это был первый признак того, что у ребенка человеческая кровь. Мать моя жила в эльфинаже и была замужем за ублюдком, который в жизни своей не простил бы ей измены, поэтому она страшно боялась разоблачения. Но ей повезло. Завернув меня в пеленку, чтобы скрыть уши, она показала мужу лишь мою промежность и сказала ему, что ребенок родился прОклятым. И оба они решили отнести меня в лес и бросить там на съедение волкам. Так у меня появились первые враги — мои родители. Конечно, историю своего происхождения я узнала не сразу, а уже позже, когда выросла, но об этом потом (если будет желание). А сейчас я расскажу о человеке, который спас меня тогда и которого я всегда считала и буду считать своим истинным и дорогим отцом. Это был ведьмак по имени Элнор. Он и нашел меня в лесу после того, как меня там бросили.

***

Отец мой был очень своеобразным человеком. Он был оборотень, вампир, маг крови, безжалостный убийца и почти демон, и я его люблю уже только за это. В нем нет ни капли доброты и сострадания, а улыбался он только мне. И взял он меня не из жалости, а почуяв во мне недюжинную магическую силу. Иначе бы просто сожрал, потому что набрел на меня, пребывая в образе дикого медведя. Отец подобрал меня, принес к своей хижине, находящейся где-то на границе Тени и плотного мира, и там подбросил в логово к кормящей волчице. Волки выходили меня, а когда я начала вставать на четвереньки и более менее ползать, отец забрал меня из пещеры и начал кормить сам. Я питалась сырым мясом, молоком диких газелей, ягодами и грибами, а еще пила отвары трав. Отец обучал меня магии (в том числе и магии крови), владению оружием, тренировал мое тело сызмальства, растягивая и укрепляя мои мышцы, и до последнего надеялся, что я начну развиваться мальчиком, но увы. В двенадцать лет стало окончательно понятно, что я все-таки девочка. Но это его не особо разочаровало. Он все равно воспитывал меня жестоко и сурово, выматывал тренировками, бросал в Тень к демонам и призракам, наблюдая, как я выкручусь самостоятельно, стал моим первым мужчиной, а позже приводил ко мне ведьм, чтобы я училась пользовать и свою мужскую ипостась. Член у меня вполне развился, и я быстро освоила навыки страсти, так что даже самые ненасытные развратницы были в восторге от меня. Отец меня больше не трогал, полностью предоставив мое тело женским ласкам, но я по-прежнему хотела его, хотя не смела признаться в этом даже себе самой. Отец любил меня как дочь. Лишив меня девственности и приучив к нормальному сексу, он всего лишь сделал меня полноценной женщиной, не боящейся мужчин, но на этом его уроки прекратились. Я страдала и плакала по ночам, но только не при нем, потому что за слезы он бил меня нещадно, и это было единственное, чего он никогда мне не прощал. Не смей показывать своих слабостей, так он говорил, и я разучилась плакать. Во всяком случае, при нем. Вот таким был мой отец. И я его очень любила и люблю до сих пор. Он сделал меня сильной, бесстрашной, безжалостной, лишил меня сердца, и за это я ему особенно благодарна. Но однажды мы расстались навсегда. Это было пару лет назад. Отец тогда стал надолго исчезать из дома, возвращался обессиленным, израненным, напряженным, а потом мы начали так часто менять места стоянок, что я уже запуталась, где живу. Но в один прекрасный день он сказал мне, что возможно, нам придется расстаться. Твой путь должен продолжиться среди людей, так он говорил, иди и доверься Создателю, и Он приведет тебя туда, куда надо. Это был наш последний разговор. Этой же ночью он внезапно ворвался в мою спальню, выхватил меня из постели, обратился драконом и взмыл в небеса. Я точно знаю, что нас преследовали, но не могли догнать. Отец долетел до далекого океана, спустился там к бушующим волнам и стряхнул меня со спины прямо в кипящую пеной пучину. Он знал, что я не пропаду, и таким образом второй раз спас мне жизнь, но при этом пожертвовал своей. Последние его слова, которые телепатически прозвучали тогда в моей голове, были: что бы ни случилось, не приближайся к моему телу, пережди под водой до рассвета и беги на другой конец земель, не оглядываясь. Вот и все. А потом на него напали белые драконы — посланники Света. Их было трое. Отец бился отчаянно, двоих убил, одного смертельно ранил, и лишь только после этого позволил себе рухнуть на скалы и там и остался. Меня всю трясло, но я не посмела ослушаться и подойти к отцу. Я нырнула под воду, как он и говорил, спряталась в подводных пещерах, но вылезла оттуда лишь через три дня, потому что чувствовала, что меня все еще искали. Но не нашли — я обратилась в камень и стала частью скалы. Через нее я слышала последние вздохи отца, затихающие удары его сердца, но не проронила ни слезинки, чтобы не расстраивать его перед смертью. Я знала, что он тоже слышит меня, а когда дыхание его остановилось, я поклялась отомстить всем, кто был причастен к его гибели. Так у меня появилось еще множество врагов — это последователи культа Света. Ведь именно они натравили белых драконов на моего отца. Я не знала тогда, зачем и почему, но знала лишь одно: это злодеяние не сойдет им с рук, потому что они лишили меня единственного существа на свете, которого я любила.

***

А дальше все было банально. Я отправилась в Антиву, потому что такие двуполые существа, как я, только там и не подвергались гонениям. Скорее напротив — в антиванских увеселительных заведениях мы были самым дорогим и изысканным развлечением для секса. Если вас удивляет, откуда я все это знаю, то скажу: об этом рассказали мне ведьмы, с которыми я спала — ведь мы не только в постели кувыркались, но и общались, и я бы даже сказала, вели светские беседы, порой очень увлекательные. Благодаря им я и познала мир, при этом не живя в нем ни дня, и теперь знала многие тонкости разносторонней городской жизни в любых, даже самых отдаленных уголках королевств. Наверное, именно поэтому мой отец так часто водил их ко мне: чтобы они просвещали меня. Но как бы там ни было, а в Антиве я действительно очень быстро нашла себе применение. Выбрав самый дорогой бордель, я пришла туда и показалась хозяйке. Она сразу отвела меня в свою комнату, там раздела, ощупала все мое тело, проверила на чувствительность влагалище и осталась довольна: многочисленные оргазмы мне имитировать никогда не приходилось — это ей и понравилось. Для клиента важна искренность, так она сказала, потому что вранье они всегда почуют и заплатят меньше. После этого она велела мне лечь с ней в постель и отдалась мне, и снова осталась удовлетворенной. И уже потом предоставила мне шикарную персональную комнату с огромной кроватью и двух служанок в придачу. Так началась моя жизнь антиванской проститутки. И она мне вполне понравилась. Единственное, о чем я жалела, что так и не увидела нормальных мужчин, которые хоть отчасти напоминали бы мне отца. Ко мне приходили в основном женщины всех сортов и расцветок, а так же мужчины, которые любят, когда их трахают в зад… да собственно и все. Член мой был пересыщен ласками и любовью, но моей женской ипостаси доставались лишь жалкие крохи, и это было обидно. Моей девичьей частью вообще мало кто интересовался, и мне хотелось плакать от этого. Я даже пожаловалась хозяйке, и она, к моему удивлению, очень обрадовалась такому повороту. С этого же вечера она стала поставлять ко мне в комнату разнополые парочки, а то и сразу троих, и тогда я уже взвыла от того, что меня откровенно затрахали. Но я терпела, потому что хотела больше денег, а хозяйка нарадоваться на меня не могла — ведь ее доходы тоже росли. Так прошло больше года, но однажды мой бизнес рухнул. Потому что в один прекрасный день я всем нутром почуяла, что меня нашли враги отца и начали преследовать. Мне не хотелось доставлять проблем людям, которые отнеслись ко мне по-хорошему и помогли заработать, поэтому я в тот же вечер пришла к хозяйке и попросила расчет. Она, конечно, не хотела меня отпускать: сначала грозилась, потом предложила больше денег, но я была непреклонна. И ей пришлось сдаться. А чтобы не подставлять ее и не просить прикрывать меня, уходя, я сказала, что отправляюсь в Тевинтер. Сама же направилась в Ферелден. Вы спросите, почему? Да потому что там самый лояльный Круг магов (по словам все тех же ведьм — моих любовниц), и я хотела там спрятаться, чтобы спокойно все обдумать и решить, что же мне делать дальше. Я была уверена, что мои преследователи не ждут от меня такого безрассудного шага и действительно станут искать меня в Тевинтере, а это значит, что я смогу выиграть время и разобраться в ситуации. Ведь на самом деле я и понятия не имела, кто меня ищет и зачем. Я просто чувствовала, что мне не надо попадаться этим людям на глаза и тем более в руки, и уходила от них как можно дальше. Но жизнь так устроена, что рано или поздно на все вопросы всегда приходят ответы. И на мои пришли. Просто тогда еще было не время. И я отправилась в Ферелден.

***

В Круге меня приняли тепло. А все потому, что я притворилось несчастной девушкой, которая только недавно обнаружила у себя магические способности, и теперь, посчитав это проклятием Создателя, отчаянно просит Круг помочь ей их обуздать. Я рыдала и причитала на пороге, как умалишенная, умоляла о поддержке и помощи, да так искренне простирала руки к Небесам и к своим спасителям, что даже у железного Грегора дрогнуло сердце. Старик Ирвинг-то сразу меня пожалел, и в итоге все они быстро проглотили мою вымышленную биографию, которую я и приводить-то здесь не хочу, потому что она скучная и обыденная, и меня приняли в Круг. С первых же дней я постоянно молилась в церкви, обливалась горючими притворными слезами рядом с такой же идиоткой, как я, но которая и в самом деле считала свою магию проклятием. Не помню, как ее звали… Кажется, Элен… Но не важно… А еще я делала вид, что с трудом осваиваю уроки, что практика мне никак не дается, выглядела полной дурой, и великолепно играла этот спектакль до тех пор, пока мне не приглянулась одна из старших магесс — невероятно обаятельная и женственная рыжая красотка. Мне тут же перехотелось быть тупицей, и вдруг я поймала себя на мысли, что могу ухватить сразу двух зайцев. И я стала брать у нее персональные уроки магии, которые на удивление быстро осваивала (хи-хи). А все благодаря моей прекрасной учительнице… А что? Пожалуй, я напишу немного о своей жизни в Круге, это будет не лишним. Заодно и вспомню, как и что было.