Шутки Судьбы

«Я люблю тебя… Я все еще люблю тебя и любил каждую минуту… Не важно, проводили ли мы время вместе или же порознь… Ты всегда занимала все мое сердце и все мои мысли… Когда я рискнул отказаться от всего и встал рядом с тобой под дождь… Когда я без колебаний заслонил тебя своим телом, спасая от летящей в твое сердце стрелы, пущенной рукой моего родного брата… Когда мы любовались снегом в тот самый первый раз в доме Ука и ты улыбалась, глядя в небо, словно прямо на твоих глазах творится волшебство… Когда я спас тебя от падения и моя ладонь впервые коснулась твое талии, легко подхватывая тебя, словно пушинку, ко мне в седло… Ты бывала невыносимой, а порой такой очаровательной и смешной… Уже тогда я знал, что ни за что не смогу тебя забыть… Что бы не случилось… Противоположность любви – это не ненависть. Это отказ от кого-то. Мне было страшно. Страшно как никогда в моей жизни. А все потому, что я боялся, что ты поймешь все не правильно и откажешься от меня, решив, что я первый оставил тебя одну. Ведь ты не знаешь, как я тоскую по тебе, как тянется к тебе одной моя душа, а мое сердце и вовсе давно принадлежит тебе. Но как бы я не хотел этого, я не могу быть рядом с тобой. И вот ты исчезла вовсе, обратившись в прах. Словно тебя и не было никогда. Словно ты лишь прекрасный сон. И просыпаясь каждое утро, я иду в сад, в надежде еще хоть раз увидеть тебя. Я верю, что однажды мы обязательно встретимся вновь. Я буду ждать тебя. Я всегда буду ждать тебя.» Вот уже 7 лет, со смерти Хэ Су, Император Кванджон, или же Ван Со, каким его знала девушка, терзался воспоминаниями и мыслями о своей единственной и вечной любви, которая так и осталась недосягаема. Он продолжал жить и дышать ею, не смотря на то, что ее уже давно не было в живых. В важные для них даты Император посещал ее могилу. В такие дни он был особенно молчалив и замкнут. Однако, его горе не отражалось на его правлении. Даже наоборот. Молодой Император помнил все наставления его маленькой, но такой бесстрашной Су. Он старался править мудро, думать о людях, заботиться о народе, при этом балансируя между знатными кланами. Ведь без их поддержки империя могла развалиться. Со помнил уроки Отца, не забывал слова Хэ Су и с каждым годом Империя расцветала и богатела. Чего не скажешь о самом Со. У Императора было двое детей. Первая, старшая девочка, которой совсем недавно исполнилось 7 лет, была плодом их с Су любви. Его сокровище, его драгоценный цветок. Он мог лишь смотреть на нее издалека, а девочка ошибочно считала его дядей, но радовалась каждому приходу величественного родственника, который непременно приносил с собой подарки. Сердце Ван Со обливалось кровью и рыдало. Ведь он желал рассказать ей все, назвать ее своей дочерью. Однако, он помнил слова Джона и главное желание любимой – девочка не должна познать ужасов жизни в Императорском Дворце. Ее жизнь должна быть легкой и беззаботной. Однажды она станет совсем взрослой, полюбит, выйдет замуж и у нее появятся дети. И она непременно будет очень счастлива с любимым мужем и своими уже малышами, вобрав в себя всю силу их – Ван Со и Хэ Су – любви. Только это придавало ему сил и уверенности в том, что он поступает правильно. Вторым ребенком был его сын. Их с Императрицей Ён Хва сын, по имени Джу. Откровенно говоря, Со не считал его своим ребенком. Он не чувствовал в мальчике ничего родного. Это был всего лишь ребенок. Первый претендент на трон. А помня историю с собственной матушкой, Ван Со знал, что Ён Хва попытается всеми силами посадить своего ребенка на престол. Рано или поздно. Ведь она даже и не скрывала своих намерений с самого начала, когда было решено, что они заключат брак и девушка станет Императрицей. Вот только она надеялась, что сможет обуздать дикого зверя. Сможет приручить Волка. Однако, это ей не просто не удалось – она стала лишь красивым дополнением Императорского дворца. Вопреки своим стремлениям, Ён Хва не добилась ничего из того, что хотела. Она никоим образом не влияла на Императора Кванджона и не могла никак изменить его решений. Она стала его любовницей лишь однажды и то - это было сложно назвать ночью любви. Чем больше Императрица вспоминала ту ночь, тем более укреплялась в мысли, что это был самый настоящий акт спаривания животных. Волк, потерявший свою Волчицу, был вынужден согласиться на продолжение рода. Ведь он Вожак, Император. Однако, Он не поддался каким либо порывам. Не было ни ласки, ни поцелуев, ни объятий. Они оба задавались вопросом, как что-то вообще получилось. Всего одна ночь, но успешная, и вот на свет появился Джу. Со не любил его. Он видел в мальчике угрозу, скорее соперника, нежели любимое чадо. Да, иногда его грызло чувство вины, ведь с ним поступали не лучше в свое время. И все же, молодой Император ничего не мог с собой поделать. Ён Хва безрезультатно пыталась сблизить Ван Со с сыном, но все ее надежды на исполнение собственных грез рассыпались в пыль ровно в тот день, когда в день рождение сына Кванджон не просто не посетил его, чтобы поздравить – он сослал его затворником в Шинджоу, где мальчику предстояло провести долгие годы, получая, впрочем, хорошее образование. Но что же это, если не золотая клетка для маленького мальчика? Своих племянников Ван Со точно так же приказал увезти подальше от Дворца. При этом Император строил благостные отношения со всеми кланами, так чтобы предупредить попытки свергнуть его с престола и развалить все то, что ему удалось построить. Итак, на что же была похожа жизнь самого процветающего Императора Корё? Его сын жил вдали от родителей, Императрица строила мелкие козни в своем маленьком мирке, а сам Император каждую ночь метался без сна в постели, чтобы, сдавшись, подняться и подойти к окну, глядя на мерцающие звезды. И в этом ночном чистом небе он видел мерцание ее глаза и сияние улыбки. Он тянул к нему руки, словно вот-вот мог бы коснуться ее, мог бы поймать и заключить в свои объятья. Но сердце знало, что это бесполезно и Ван Со был безутешен. Он видел ее каждый день в каждой второй девушке Домивона. Хэ Су была его личным наваждением, видением, его усладой и настоящей пыткой. Он знал, что это невозможно и все же, надеялся и мечтал, что еще хоть раз, однажды, ощутит в руке ее теплую крохотную ладошку…