Отряд "Припять"

POV Ставр Крест хлопнул меня по плечу, обозначив начало штурма. Мы двинули к дверному проему двумя двойками. Я и Крест и Сармат и Скиф соответственно. Так было наиболее удобно, мы сразу могли перекрыть все направления, что мы и сделали. Я и Сармат припав на колени заглянули в дверной проем в разные стороны, а Скиф и Крест в полный рост перекрывали передовое направление. К счастью стрелять не пришлось. Комната была пуста и темна, ее освещал лишь аварийный фонарь, со скрипом вращающийся над входом в полуподвал.  — Чисто… — наконец, разбавил я скрип фонаря, — Проверьте, кто ни будь спуск.  — Принято, — коротко ответил Сармат и вместе с Крестом осторожно, пригнувшись, что б в случае огня противника уйти в перекат или лечь, двинул вперед. Как я понял по спокойно повесившим оружие на ремни ребятам, угрозы не было, после чего и я лениво сбросил свой Калаш на ремень, на котором он и повис у меня на животе (удобно и под рукой). Только после этого я глянул, что же там заставило ребят зависнуть, это была дверь. Гермодверь бункера. Картина Репина «Приплыли»...  — Такую хероборину просто так не взорвать, — сухо констатировал я, постучав костяшкой пальца по холодной стали, — Хотя можно попробовать…  — Надо бы Бармену сообщить, — сказал Сармат, после чего добавил, — «Грешники» ее походу тоже не открывали — глянь скока пыли у двери. — кивнул он на пространство у двери, которое и вправду было покрыто изрядным слоем пыли.  — Открывали они ее, просто очень давно. Видишь царапины на бетоне? Они явно что-то оттуда вытаскивали, погрузили на транспорт и укатили или на руках унесли, — констатировал Корж, который уже с пару минут стоял в дверном проеме и наблюдал за нами.  — С чего так решил? — спросил я, — А вдруг это работники лабы?  — Может быть. Но вероятнее всего — «грешники», ибо скорее всего они вытаскивали те самые клетки. Вопрос один — нахуя они их вытаскивали, и кто был в этих клетках?  — Может в клетках были их сородичи? — вдруг оживился Скиф, — Те сучары, что чуть нас не загрызли. Чего только тот сосыч стоит.  — Сосыч? — удивился Крест.  — Долгарь, пойди и глянь на тех красавцев, что мы грохнули. Полулюди-полумутанты, причем разумные. Ну, по крайней мере, не тупее своих нормальных соклановцев, — вдруг завелся Скиф.  — Мы уже встречали таких, при зачистке Чернобыля. Они правда были тупые… Как обычное зверье, — ответил Крест.  — В общем, хер с ними, сейчас это не главное. Надо отсюда сваливать. Идеи есть у кого-нибудь? — спросил я.  — Да чего гадать? Я вызову сюда еще машину, и уже на ней двинем к Доктору. У него там обрисовались проблемы на Болотах, он вам сам сейчас все расскажет. Бармен и Компания передали по рации что всем нам двигать… Поможем Доку, отдохнем там чутка. И нам уже кстати нашли работу, — сказал Крест, направляясь к выходу, — а по поводу места, не парьтесь, мои парни займут это место, дождутся подкрепления из сталкеров Бармена и будут ждать решения «Большого Собрания» о этой самой лабе, а за одно и последят чтоб оттуда никто не вылез.  — Добро, — кивнул я, — Потопали на воздух, а то уже тошнит уже от запаха мертвечины и крови. Но зато сон как рукой смахнуло. Выйдя наружу, мы увидели что машина уже оказывается, стояла и ожидала нашу бравую банду. Кто за рулем, нам уже было глубоко пофигу. Я лично как только сел — отрубился сразу, даже не разобрав голос того кто меня поприветствовал. Два часа спустя. Дорога на Болота. Очередная кочка, на которой подбросило машину, все же заставила меня проснуться. Мы все ехали, плотно сидя в старом УАЗике с тентовой крышей. От болота, до которого осталось всего ничего несло осенней прохладой и сыростью. К тому же солнце зашло за тучи, прямо говоря, что вместо привычной летней жары нас ждет дождь и грязь. Ну что же, дождь, так дождь, люблю под него спать. Даже в нашем старом хлипком схроне, в сделанном путем баррикадирования маленького дождевого туннеля, я частенько умудрялся высыпаться по пол-дня. Просто укутавшись в спальник и флисовое одеяло у тлеющего костра, возложив обязанности по защите на многочисленные растяжки и «секретки» в частности задаренную мне Флюсом систему предупреждения. Эх, многое бы отдал за отдых в том схроне. Жаль что его разграбили, а теперь там обосновалась очередная ночлежка для путников. Было там что-то необычайно уютное, свойское. Я вообще любитель скромных помещений. Может привычка с Чечни осталась, где мы с парнями организовывали дозорные лагеря из четырех землянок на четыре-пять человек, не знаю. Впрочем я опять отвлекся, ударившись в воспоминания.  — О, проснулась спящая красавица? — злорадно подколол меня Скиф.  — Иди в… Впрочем, ты еще не вырос до таких слов, — ответил я ему сонным голосом.  — Всенепременно, ваше высочество… — вновь съязвил наймит, отвесив шутливый поклон.  — Тебя хохотун укусил? — спросил я его уже не довольным голосом, — Кстати, мы сейчас где?  — Еще пол часа дороги, спи дальше, — вдруг отозвался сидящий за рулем зомби, — Кстати, рад тебя видеть Ставр. Как твой брат? — И тебе не хворать, Бенито… — после чего я понял, какую глупость сказал и поправил себя, — То есть, я тоже рад тебя видеть. Брат прекрасно, вновь в строю.  — Это хорошо, а по поводу фразы мог бы так не переживать, я привык, к тому же здоровье, понятие для меня весьма условное и очень растяжимое, — в конце немного улыбнувшись бледными мертвецкими губами, ответил зомби.  — Вы знакомы? — удивился наймит, — Извини камрад покойничек, что у других про тебя спрашиваю, но я тебя еще чуток побаиваюсь.  — Ничего, — неестественно, почти полностью вывернув шею назад, дабы посмотреть на нас обоих сразу, ответил Бенито.  — Ебтвоюмать! — вскрикнул мерк, глядя прямо в глаза повернувшемся на него зомби. Мой смех и смех Коржа почти разбудили Сармата. Он зафырчал, словно недовольный домашний кот и пробормотав что-то вроде «Да чтоб вас Василиск сожрал» посильнее приобнял спальник, что был у него вместо подушки. Но все же ему пришлось проснуться, после очередной кочки мы подлетели со своих сидений и головами остановились о натянутый тент.  — А, блядь! — взвыл Сармат, не понимающий что произошло.  — Гуки братан, они на деревьях! — оживился Кот.  — Кто?! — вытаращив глаза в потолок переспросил Сармат. В ответ лишь раздался смех всех собравшихся в стареньком УАЗе. Даже Бенито, даже Зона поржали над этой шуткой. Кроме Сармата. Он ничего не понимал и скорчив кислую мину потирал сонные глаза. Наконец-то я нормально решил осмотреть место, где мы. А были мы на пути к домику Дока, именно на прямо дороге к нему, справа и слева красовались рощицы из скрюченных деревьев скрывающие за собой теплицу и небольшой пруд с пристанью. На счастье Дока его дом был в очередном «Коровьем языке» что означало, что здесь никогда не возникнут аномалии, а само место до первого выброса находилось за тридцатикилометровой зоной, и фона тут отродясь не было. По слухам (я сам у Дока не спрашивал) сам Картограф отдал ему это место, сказав что-то в стиле «Тебе такие хоромы нужнее». Врать не буду, так люди говорят. А вот, кстати, и Док, на «долговском» УАЗике вместе с раненым. Как его там, Толиком? И вторым пленным. За рулем осмелюсь предположить, был Крест. Делать было нечего, и при такой болтанке я бы уже точно не уснул — так что я решил пялиться в окно, до самого приезда. Хоть дом уже и был виден, нужно было делать крюк вдоль реки, до моста, по этому я даже собрался что-то пожевать, запустив руку в большую утилитарку игравшую роль сухарки — но так, с рукой в подсумке, сжав пачку вяленого мяса и уснул. Чертов недосып. Я проснулся от того что меня тормошил Доктор. Напротив дремал Сармат, все так же обнимавший спальник. Вид Дока в отличии от нас был бодрым, но угрюмым. Видно, что мужчина недавно пил. Что для Дока было редкостью.  — Проходите в дом, ребята. Как обычно три гостевые наверху, ваша с Крестом и Скифом дальняя. Я пока займусь ранеными, а вы можете отоспаться до ужина.  — А остальные где?  — Так уже внутри, Корж решил приготовить ужин, я не стал возражать. Идите, раскладывайте вещи и завязывайте с энергетиками… Я лишь кивнул, после чего пару раз пнул Сармата по берцу. Он снова, нехотя зафырчал и посильнее сжал спальник, но после повторного тычка открыл глаза и посмотрел на меня как чекист на врага народа.  — В дом пошли. Но если хочешь, ночуй в машине. Я не спеша открыл тяжелую металлическую дверь, пропустил вперед Сармата и сам прошел следом. Внутри уже пахло какой-то едой и едва уловимо хлоркой, которой Бенито драит операционную по нескольку раз за день. Запах хлорки напомнил о прошлых визитах к Доктору… Не самые лучшие воспоминания. Особенно простреленная из гауссовки нога. На кухне стоял Корж и Лиса, которая неизвестно как здесь оказалась, они на пару возились у плит, одна у газовой и другой у электрической односекционной. За столом рядом с ними сидел Бенито, с довольным выражением лица он уплетал шпроты, отправляя себе в рот одну рыбку за другой, жадно закусывая их половинкой батона и запивая чаем. Вместе с ним сидел Крест, перекатывающий в руках банку колы. К Бенито он относился хладнокровно, даже немного положительно, тому же способствовал тайный приказ от начальства о том, что б подопечных Доктора — а там более его ассистента, ни за что не трогать. Мы с Сарматом разулись, нацепив на ноги домашние тапочки, коих у Дока было запасено лет на сто вперед. Нацепили их не только из-за холодных полов — но и из-за давно протершихся в берцах носков. Хорошо, что еще портянки не нацепили. Было бы то еще зрелище. Дом был все в таком же идеальном состоянии — обои, подбитые под потолком и у пола реечками, деревянный пол с коврами, раритетная советская мебель, весьма неплохая, старенький телевизор, советские люстры-цветки… Уютом веяло отовсюду. Док его умел создавать, а деньги и сталкерская помощь ему в этом изрядно помогали… Из ванной, куда мы шли помыть руки вышел Скиф, судя по сизому дымку и открытой форточке, выходивший сюда покурить. На что и получил от Дока легкий упрек и предложение курить на крыльце или балконе, если ему приспичит покурить ночью. Поняв свое упущение, мерк извинился и зевнув в кулак двинулся к дивану где сидели Кот и Лось.  — Док, мы пока пойдем, вещи скинем и кровати себе подготовим, после ужина сразу спать отрубимся, если ты не против, — сказал Сармат вытирая только что отмытые с мылом руки.  — Да, Док, извини. Просто мы на ногах почти два дня, вообще труба, — подтвердил я слова напарника.  — Хорошо. Всех ваших сил все равно с избытком будет. А вот Корж и его молодой ученик мне понадобятся, — сказал он, переведя взгляд на Кота.  — А что нужно будет Док? — спросил с кухни Корж, продолжая орудовать у плиты.  — Все по вашему профилю  — охота. Мои скромные владения терроризирует стадо Тарков, чертовы твари совершенно игнорируют мои защитные поля из артефактов, и чуть было не напали на Дружка, он чудом от них унес ноги. Доукомплектовывать стену мне пока нет времени. Проще этих зверюг истребить, — ответил Доктор.  — А я слышал что вы за мир во всем мире, и не одну зверюшку обидеть не можете, аки доктор Айболит. Вас же якобы Монолит проклял, — изумленным голосом сказал Скиф, на что Доктор рассмеялся.  — Этой байке про меня очень много лет… Очень много... — я уже ее и забывать стал, — сказал он сквозь смех и потирая правый глаз.  — А разве это не так? — вновь изумился Скиф, озадаченно почесывая затылок.  — Монолит — это сказка, созданная Хозяевами Зоны. «Монолитовцы» — просто зомбированные пси-излучателем бедняги. А я  — просто ученый-биолог, по совместительству еще и хирург по первому образованию, который захотел приключений на свою шкуру и сунувшийся сюда сразу после Второго Выброса, вот и вся сказка. А что зверюшек я люблю так это правда, но слегка преувеличенная, — сказал Доктор, усаживаясь в свое кресло, после чего к нему подошел Дружок, в ожидании очередной порции ласки.  — Эм… Я в ахуе, — констатировал Скиф, на что все остальные кто был в доме, ответили звонким смехом, в то время как морда Дружка расплылась в блаженной собачьей улыбке, пока Доктор чесал его за ухом. Когда мы уселись за стол, Док достал столь забытую для него водку. Его лицо, не смотря на недавние приступы смеха от незнания Скифа вновь вернулось к необычной для него грустной гримасе с потускневшими глазами.  — Прежде чем мы начнем, есть, я хочу, что бы мы помянули моих друзей, трех самых близких для меня в Зоне людей, — начал он.  — Трех?! — Ошарашено спросили мы с Сарматом.  — Да… Стрелок был убит полторы недели назад в своем же кабинете. Какая-то тварь заложила ему активированный «Грави». Даже тела не осталось, все что было в его кабинете — разнесло в труху, — дрожащим голосом сказал доктор, — Когда обсуждали план у Бармена, я еще сдерживался, а сейчас… Сначала Клык с Призраком, а теперь и Стрелок… Эти ребята были мне как сыновья… Да, у меня есть и свои дети, но они наверняка думают что я давно умер… А эти мальчишки... Я не смогу это объяснить, — сказал Доктор, после чего сел на свой стул. Бенито молча встал и ушел в операционную, принес от туда таблетки, но Док кивком отказался и начал наливать всем по рюмке «Казаков». Повисла неловкая пауза. Со Стрелком, мы общались лишь однажды, перед его походом в Припять через подземелья Припяти к военным. Док и Проводник вывели его на нас с Сарматом, как на тех немногих «чистонебовцев», кто оттуда выбрался после Выброса 2011 года, и кому можно было доверять. Впечатления о нем остались сугубо положительные. Он был человеком лет сорока, крепкого телосложения, с прогрессирующей лысиной и с сосредоточенным тяжелым взглядом. По его немногочисленным рассказам — многого он не вспомнил после ковыряния в его голове живодеров «О-сознания». Но он помнит что был родом откуда-то с Урала, попал добровольцем на Балканы, помогая братскому сербскому народу, а после вроде бы воевал в Чечне. Дальше, как он говорил — «Еще не вспомнил». Того небольшого опыта общения с ним хватило, что бы загрустить о потере хорошего человека. Тишина продолжилась, ее прерывало лишь плескание водки в рюмках. О Стрелке знали все без исключения, но далеко не все, в отличии от нас с Сарматом могли похвастаться личным знакомством с живой, а теперь уже мертвой Легендой Зоны. Бутылка водки, как и обед или скорее ужин были употреблены в гробовой тишине, лишь изредка разрезаемой словами поддержки в адрес Доктора и тоскливым поскуливанием Дружка, чувствующим всю боль своего хозяина. Вот тебе и отдохнули, вот тебе и послушали новостей. Как я умудрился пропустить такую новость, хуй его знает, но Дог на своем радио эту новость освещал, сказав что: «В НИИЧАЗ случился взрыв и есть жертвы». Не знал лишь кто жертва… Впрочем, что есть то есть. Надо двигаться дальше… Как оказалось, я ни фига не выспался. Ближе к одиннадцати меня снова начало клонить в сон, чему я и повиновался, вернувшись к старенькой раскладушке, с нормальным одеялом и подушкой, мой организм уже предвкушал крепкий сон в тепле и сухости, но засыпать вдруг отказался, хотя минуту назад дико хотел спать, как храпящие по соседству Скиф и Сармат. Ну делать нечего, подышу воздухом, послушаю «Апрель» и может нагуляю отступивший сон. На улице было прохладно и сыро, на небе ярко сияли звезды, а над ухом жужжали комары. В корзине рядом с уличной скамейкой лежал Дружок, смотрящий на меня своим одним видящим глазом.  — Тоже не спится приятель? — спросил я у пса, понимая, что ответа не получу, он лишь повернулся на другой бок и заснул. А я уселся на скамейку и повозившись в КПК включил радио. Местный радиолюбитель из ряда сталкеров, обосновался в одном из сталкерских лагерей, что раньше был маленькой армейской частью обслуживающий ретранслятор и на его базе организовал самое настоящее радио с собой в роли ведущего. Вдохновившись персонажем, ведущим радио «Три Дог Найтом» из постапокалиптической игры и назвавший себя в его честь, но у нас народ в Зоне не всегда прошаренный, стали звать его или Дог или Найт, на что он ни сколько не обижался, каждый день крутя для сталкеров музыку и сообщая самые свежие новости. За практическим неимением других станций (не считаю редко пробивающиеся в Зону станции с большой земли) его по свойски любили и переживали когда на частоте ничего не звучало. И сейчас, в столь поздний час, я ожидал, что он дрыхнет, поставив заранее собранный плейлист, но нет, он тоже не спал.  — А с вами все так же Дог Найт и сегодня мне как и вам, мои дорогие не спящие слушатели не охота спать. Не спорю, может сейчас кто-то не спит потому что в дороге из рейда или на рейд. Впрочем, по сути это не важно — вы ведь как и я все равно не спите. Так что думаю, моя компания и хорошая музыка скрасят ваше вынужденное бодрствование. А сейчас думаю, никто не будет против от песни группы «Кино», «Спокойная ночь». Спокойной вам ночи последние герои и крепкого или чистого тыла, — вещал он из тихого динамика моего КПК, после чего заиграла песня. Не, я под эту песню раньше напивался, после развода — так что пойду-ка я лучше спать, а то снова решу нажраться под эту песню. За одно и снотворное выпью, благо я его взял. И воды во фляге как раз запить осталось, а пока свежей наберу, меня как раз в сон и начнет клонить. Так и сделаю. Но тут из динамиков КПК донесся обеспокоенный голос Дога, прервавший очередной аккорд  — Ребят, я конечно понимаю что песня хорошая, но я вынужден ее прервать… Нам тут на почту оказывается днем кое-что интересное прислали. А я спать уже хотел идти. В общем, граждане сталкеры и товарищи группировочные… Нам прислал сообщение сам великий «Монолит» и на сей раз это ни разу не шутка… Они в общем нам угрожают, а мы думали что они мертвы. В общем, слушайте, а я пожалуй выпью кофе и попробую это переварить, — вновь раздалось из динамика, оборвав песню на проигрыше.  — Мое имя Эреб, я главный жрец «Монолита». Внемлите мне неверные, ибо это последнее что вы слышите, если не успеете убраться из владений нашего владыки Монолита. Вы, смерды думали, что вам удалось стереть нас в порошок? Что смогли разбили нас? Нет! Мы лишь переродились, словно феникс восстали из пепла! Вы, жалкие твари будете умерщвлены в жертву великому Монолиту! Он вернулся к нам, он вновь дал нам силы. Мы вернем ему наши земли! Слава Монолиту! — произносил кто-то монотонным, басистым голосом, делая акцент и меняя тон, на еще более грозный, при упоминании Монолита.  — Вот такие пирожки у нас с псевдокотятами, братцы-сталкеры… — констатировал Дог, было слышно, как его голос был напряжен и как он нервно стучал ложкой о железную кружку, перемешивая свой кофе, — Мы все помним как Монолит неоднократно давал нам прикурить в прошлом, еще до похода Стрелка и отключения Выжигателя… Все помним как он почти исчез год назад. Что думаете? Пишите или выходите со мной на связь и высказывайте свое мнение… И да, ждите завтра рассылку… Они вместе с посланием прислали еще видео с казнями… Собрали пленными всех кого могли — начиная от одиночек и заканчивая бойцами ООН и парнями и «Чистого Неба»… Впрочем, нам сталкерам не привыкать утирать нос безмозглым фанатикам, болт им ржавый по всей морде, а не земли. Ну а вам, дорогие слушатели, спокойной ночи и доброго хабара в походе… — стараясь скрыть напряжение в конце, протараторил Дог и включил очередной ночной плейлист. Ну пиздец. Еще и «Монолит» до кучи нарисовался… Пойду спать, может это сон? Вот проснусь и все будет как обычно, без угроз от фанатиков с секретным оружием.

***

Солнце било прямо по глазам сквозь щель между занавесками. Я заурчал, замычал и повернулся на другой бок. Спустя пять минут я понял, что уже не усну. Мозг уже заработал в обыденном режиме, анализируя творящееся вокруг, меня разбудили оранжевые лучи Солнца, эти окна выходят на Запад, значит вторая половина дня… Надо глянуть сколько же я спал… Ага, так, вот и КПК аккурат под раскладушкой… семь вечера, нормально то так… Народ наверное с охоты вернулся… Пойду узнаю что да как.  — Смотрите-ка кто проснулся, — позлорадствовал бывший мерк, внаглую раскинувшийся на диване с пачкой чипсов. Рядом на кресле не менее вальяжно сидел Бенито с бутербродами из шпрот.  — Добрый вечер Ставр, Сармат еще спит? — поприветствовал меня зомби, спешно проглотив очередной кусок бутерброда.  — Да. Док и охотники вернулись уже? — спросил я, спускаясь к ним.  — Да, с ними еще мужик какой-то пришел, Бенито мне не сказал кто это, сказал это сюрприз для всех нас. Сказал, только что Юриком зовут, — скептически сказал Скиф. Бенито коварно хохотнул, после чего одним укусом доел бутерброд и потянулся к тарелке за новым. На его бледном лице застыла коварная улыбка. Он что-то знал и это его изрядно забавляло.  — Ну пошли, познакомимся что ли... В комнате сидели охотники, доктор и я так понял, тот самый Юрий. Он был бледный, с проседью на висках, выглядел он словно мертвец, не такой конечно как Бенито, но почти так же стремно. Он заметил нас и широко улыбнулся, после чего потянулся к тарелке с пирожками, откуда-то принесенными, ибо не думаю, что Корж успел их приготовить, вернувшись с охоты.  — Это Юрий. Он пришел ко мне по одному важному делу, не обращайте внимания. А еще помогайте съесть пирожки… Для нас с Бенито и Дружком, это слишком много… Так что приятного аппетита.  — Откуда пирожки-то? — спросил, взявший сразу два Скиф.  — Соседка у меня появилась, — вздохнул Док, — Готовит вкусно и много, да и женщина хорошая, но вот очень уже много она готовит… Так что, ешьте, ребятки, приятного аппетита. И да, кстати, у нее там проблемы иногда по хозяйству есть, после того как расхлебаем эту кашу… Может кто-то вызовется ей помогать?  — Кстати да, помощь по хозяйству ей бы не помешала… — сказал Юрий, — Мы с… С моими друзьями, не всегда во всем успеваем помочь, так что…  — Соседка? В Зоне? Если б эти пирожки не были физически реальными и такими вкусными… Док… Я бы посмел подумал что ты, чуток того… — пошутил я, рассматривая начинку из неведомо откуда добытой капусты. Док лишь рассмеялся в ответ, на что его спутник тоже коротко хохотнул. После чего они встали и удалились на второй этаж в кабинет Доктора. Хм… Опять черти пойми что тут творится. Странные друзья, зверьё на Болотах, соседка с пирожками… Впрочем пирожки и вправду невероятно вкусные… Надо бы разбудить Сармата и использовать их по прямому назначению всем скопом, да еще и под кофеёк свежий, благо зерновой кофе у Дока был, и было его в достатке. Чую такими темпами, по возвращению из Зоны смотреть на кофе я не смогу ближайшие пару месяцев точно.

***

Сармат, Корж и остальные с жадностью уминали все, что смогли найти в холодильнике, что подходило под параметр «О! А этом можно и с кофейком или чайком навернуть!», включая те самые пирожки. Я же, наевшийся быстрее всех, уселся на диван и с легкой тоской листал фотографии жены и дочери. Как бы я хотел поскорее к ним вернуться… Но людей подставить я не мог тоже, почему должен был быть здесь и ждать дальнейших указаний от Бармена. А так хочется обнять Зинку, услышать ее звонкий смех и услышать ее тысячи девичьих школьных историй, проблем и пожеланий… Как же хочется просто прижаться к Оле, крепко ее обняв, забыть о тех ужасах что твориться здесь, в Зоне или творились там, на войне. Проснутся утром в её объятьях, по-человечески побриться своей старенькой опаской*, разбудить дочь к завтраку и сходить с ними в то же кино… Да хоть на те же мультики, столь любимые моими девчонками. То, как дороги тебе люди, понимаешь лишь когда есть вероятность отбросить копыта.  — Вась? — разорвал мой поток мыслей Сармат, — у тебя что-то с лицом.  — Что же? — удивился я.  — Глаза как у таксы, улыбка как у свободовца под травой, — кратко и емко описал друг.  — А-а-а-а… По дому скучаю, скорее бы тут все доделать, да свалить, — вздохнул я. Всем кроме Сармата было не до меня, у них шел какой-то свой спор.  — Может тогда ну его, это задание? — спросил меня друг.  — Да не, нормально, не хочу Бармена подставлять, раз уж подписался. Да и тебя остолопа, в одиночку фиг куда отпустишь, ты сразу же вляпаешься. — ответил я, смотря на ребят смотрящих какое-то видео, после чего меня отвлекла вибрация моего КПК, с рассылкой. «Монолит»… Показательная казнь… Так значит то что я думал мне приснилось — явь. Ну жопа, что еще сказать. «Монолит» стал больше походить на исламистов, чем на зомбированных. Блеск. Зона умеет развлекать обитателей, подбрасывая такие внезапные сюрпризы.  — Вам нужно срочно пробираться в лабораторию, что вы нашли! Мы, кажется, нашли ключ! — прервал нас Доктор, вернувшийся из кабинета практически бегом.  — Ну не мы, а я. Скажи спасибо Журналисту и его любознательности… — возразил догнавший его Юрий.  — Да… Передашь ему мои благодарности… Выдвигайтесь к бойцам «Долга» что заняли колхоз где базировались «Грешники», ожидайте, ключ вам доставят позже, — начал окрыленный Болотный Доктор, после чего, умчал обратно в свой кабинет, не дожидаясь Юрия, напоследок крикнув, — Крест, тебя там кстати ждёт кое-кто.  — А как быть с «Монолитом»? — спросил Корж.  — А никак. Надо решать проблемы по мере их поступления, — сказал Юрий, откусывая пирожок, — Я кстати недавно пробной партией начинки для пирожков траванулся… Было очень нехорошо, умирал долго. Но вы не переживайте. Эти проверенные*.  — Чё?! — подивившись пирожком сказал Скиф.  — Сболтнул лишнего, да? — поинтересовался Юрий, — Ну я тогда, пожалуй ретируюсь… Мне надо еще кое-что сделать, меня ждет один жирный и откормленный хряк.  — Чё ты товарищ вообще несешь? — продолжил спрашивать его Скиф, глядя вслед уходящему сталкеру.  — Да так… — сказал тот и вышел из дома.  — Гребанный отморозок… — сухо, немного поморщившись и покачав головой, ответил Скиф, после чего посмотрев на пирожок с недоверием откусил еще кусок.  — Зона. Излучение. Стресс. Может кукуха? — Спросил из неоткуда появившийся Кот.  — Может и кукуха, — подтвердил слова брата Лось. Я, Крест и Сармат лишь посмотрели на это все в недоумении. Нам было не до странных гостей Доктора и их не менее странных фраз. Нас куда более интересовала его фраза про ключ, про лабораторию и все сопутствующее этому. Ибо лезть туда надо, а что бы элементарно свести риски к минимуму, и не вляпаться по дурости — нужно знать как можно больше. Простейшая догма любого стратега — больше знаешь, более тщательно сможешь проработать предстоящую операцию, и не облажаться. Тем более что проверку боем с этими ребятами я прошел, вроде как не отмычки, но и не спецы. Ну разве что Лось, как я понял — бывший омоновец и Скиф — бывший морпех и бывший «работник» Синдиката. Значит вся штурмовая часть висит на нас четверых. Подлатанного за ночь Феникса, с огромной поясной сумкой с артефактами я не беру в расчет, он вроде как и из бывших снайперов войсковых, стреляный, но раненый, с перемотанными руками, еле сжимающими СВД, впрочем… Док грозился что благодаря артам парень придет в себя к завтрашнему утру… Что-то на мою прострелянную из гауссовки ногу он таких обещаний не давал и я добрых две недели провел у него, так сказать, в санаторно-курортных условиях. Впрочем, такой коллекции артов у Дока тогда не было, как и некоторого оборудования. Да и перерезанные запястья и незначительный перелом не сравнить с частично раздробленной костью и в клочья разорванными артериями и мышцами… Находись я тогда на операционном столе у гражданских врачей — был бы щас как тот пират, с деревянным протезом вместо ноги, и с попугаем-матершинником на плече. А благодаря Доку, я на своей ноге, и вообще без последствий. Ну разве что нога ноет на перемены погоды и болит за день до Выброса. Карманная метеостанция, мать ее. Некоторое время спустя. На подъезде к колхозу.  — Рота подъем! — крикнул мне сидящий за рулем Сармат.  — Только после того как ты пойдешь на хуй… — сонно прогундел я.  — Да ну тебя, камрад. Скучный ты какой-то, да и спишь постоянно, — вздохнул друг, объезжая очередной ухаб.  — Может потому что я действительно старый? Как-никак мне уже тридцать три… — сказал я, с ноткой сарказма.  — Пффф! Старикан ваще, — подыграл мне друг, — Ви батенька, случаем не знаете — почем сёдня валидол? Первым заржал Сармат, не успевший толком договорить свою фразу. Скорее всего его прорвало со своего «старческого» акцента… Что ж, то ли от акцента, то ли от самой шутки, а то ли и вовсе из-за его смеха, на посмеяться пробило и меня. Да так пробило, что наш слившийся в гогот смех разбудил всех едва задремавших пассажиров нашего УАЗа… М-да. Неловко вышло.  — Прежде чем вы начнете нас материть… До колхоза осталось всего пять минут, так что… — попытался я успокоить всех, дабы не быть посланным далеко и на долго.  — Ска… Мааа, еще пять минуточек! — пробормотал Кот, после чего посмеиваясь, откинулся на свое кресло, в попытке уснуть.  — Ну, теперь то ясен кот, хрен уснёшь, — вздохнул Скиф, — на кой ляд я в это подписался. Жрал бы сейчас Коржовскую стряпню на берегу возле Лиманска. Прерывать ребят мы не стали. Сармат лишь заехал в открытые «долговцами» ворота. Эти парни уже заняли круговую оборону и сидели как на иголках. Даже парни с РПГ были… «Нехило окопались парни Воронина» — стоило подумать мне, как мое удивление заметил Крест.  — Эти парни были сняты мной с поста. Из-за гона мутантов на наш лагерь, Воронин приказал усилить квады гранатометчиком.  — Хм… Лютенько так. Прям как в Ханкале. Ладно, ты мне расскажи вообще, про эти направленные гоны, про ваше тяжелое положение и очередной мир со «Свободой».  — Миру уже с месяца три. Устали мы от войны. Нет, есть конечно отдельные придурки, у которых моча в башку бьет… Но их наказываем что мы, что «Свобода», причем по всей строгости. Поняли, что во многом наши идеологии не совершенны, и если убрать утопические части… Мы можем мирно существовать и даже сотрудничать. Что я давно и говорил.  — Ты говорить так начал друг, как Ворону встретил, так что не выделывайся. Друг после подколки забурчал что-то себе под нос и отказался продолжать разговор. Как ребенок ей-Богу. У меня так дочурка дуется, если ей Киндер не купить. Ну да ладно. Может что у него там случилось?  — У вас с ней все в порядке?  — Да, вполне, просто трещишь при всех… Словно и не спец бывший, а бабка базарная.  — Да ладно тебе, разведка, ты чего?  — Осмелюсь предположить что страхуюсь… После этих слов друг взглянул на полусонного Скифа. Явно намекая, что ему не доверяет. На что тот приподнял ранее спущенный на брови, словно шляпу, «Ops-Core» и громко зевнув в кулак выдал:  — Мужик, не обессудь. Но мне честно говоря пофигу с кем ты спишь. Вот реально. С девкой из «Свободы», ну и ладно, совет вам да любовь. Слава Богу что не из «Монолита». Хотя — было бы интересно, какова баба-фанатичка по «этой» части, и есть ли у них вообще в рядах «защитников Монолита» представительницы прекрасного пола. Ответа от нас не последовало, нас в очередной раз прорвало на истерический смех. От чего обматерил нас уже Кот. Ну да и черт с ними, за то не скучно ехать. Впрочем, парень был единственный, кто успел заснуть. Точно, что Кот, так же быстро засыпает… Надеюсь хоть мышей не жрет…  — Станция «Петушки» господа и товарищи! Просьба не забывать личные вещи: мобильные телефоны, расчески, КПК, оружие, гранаты и гранатометы. Особенно гранатометы! — начал ерничать Сармат, — Спасибо, что воспользовались услугами нашей компании!  — Сармат, да? Скажи, а вы всегда такие веселые перед чем-то смертельно опасным? — спросил Кот.  — Ага. А иначе помирать скучно, — сказал друг широко улыбнувшись, — Ну, помирать, громко сказано конечно, но суть думаю, поймешь, - посмеиваясь сказал Сармат.  — Тут как в классике «Перед смертью не надышишься — так хоть проржаться умудрюсь», — добавил я, проверяя снаряжение не выходя из машины. В тот момент я вставлял свеждозаряженный магазин в свой «Бердыш».  — Аппарат у тебя красивый, я даже не разобрал сначала, что за модель… — Сказал Скиф.  — Да, обвес на него можно сказать эксклюзив, не меньше чем сам пистолет… Заказывал через одного хорошего человека, что этот пистолет мне и подарил еще полтора года назад…  — И чем же он эксклюзивен? — с неподдельным интересом спросил Скиф, взявший пистолет в руки, с моего естественно разрешения. Мужчина с любопытством пялился в прикреплённый к пистолету «Docter», попутно ощупывая анатомические щечки рукоятки.  — Ствол сильно отличается от базы. Стволы под 9×18мм и 9×19мм более усиленные, что бы патрон повышенной мощности жрать, доработанная автоматика. Он теперь может, как «Стечкин» лупить. Эта штука идет как оружие спецотрядов «Долга» — спецзаказ от них. Шел пробной партией, — ответил я, обрадовавшись очередному любителю оружия в списке своих знакомых.  — А у долгаря что не такой же? — спросил он, с ухмылкой глянув на Креста.  — Во-первых, запомни пожалуйста… Я — Крест, если сложно, то по имени — Стас. А во вторых — этот АПБ, что у меня, это мой талисман. У Сармата же — просто дело вкуса, хотя пистолет ему предлагали, как другу «Долга». Это Ставр у нас тактикульщик, искал замену «Глоку» и ему подобным, — ответил мой друг, выйдя из машины.  — Не, ну я отчасти нашел, у меня-то «Гюрза» и «Грач» еще есть… А вообще — я заказал на этот ствол углепластиковую крышку ствольной коробки с возможностью установления каликов*, анатомические щечки рукоятки, на стволы на все резьбу нанес. Когда глушителя нет, накручиваю утяжелитель-пламегаситель. Не хуже ЧВКшневских «Глоков» и P-250. Плюс мультикалиберность. За разговором про пистолет я и не заметил как вышедший Крест уже с кем-то то ли обнимался, то ли боролся… Чего? А, стоп, это ж Ворона… Ну тогда все понятно, видать каждая из группировок решила отправить по наблюдателю, которые знакомы нам, ну по крайней мере мне и Сармату, ну и Бармену, как организатору. Только они не учли что их наблюдатели — любовники. Впрочем, нам же лучше, не будет клановой грызни. Человека то мы нового нашли, что нас ждал, только где блять ключ? Не кувалдой же нам эту дверь вскрывать? Хотя с такими требованиями от Бармена и компании — не удивлюсь. А по поводу двери… все было уже ясно. Код пришел на КПК с трудом отпросившемуся с нами Фениксу. Тот был уже более свеж, но все еще был бледен как поганка и потирал едва зарубцевавшиеся следы порезов на руках. «Долговцы» нам даже ничего не говорили, лишь молча кивнули, увидев начальника. Чую именно благодаря Кресту Воронин все же отправил нам на помощь два квада. Не смотря на всю жопу что у них творится. Надо отдать им должное, за их принципиальность и желание помочь общему делу не смотря на собственные проблемы.  — Ребята! Я так рада вас видеть! Ставр, Сармат! Мы почти год не виделись! — Радостно завопила наша старая знакомая из Свободы.  — Ага. Вы как с Крестом укатили за периметр, «в отпуск» — так мы и не общались. Я уж подумал, он тебя дома запер, — стукнувшись с ней кулаками сказал я.  — Пусть попробует, — довольно улыбнувшись, сказала девушка, поправив выпавший из-под капюшона локон темных, длинных до плеч волос.  — Здарова подруга! — поприветствовал ее Сармат, похлопав по плечу, после чего она нас приобняла, — Уже не шифруетесь?  — А смысл? Перемирие теперь станет миром, если мы разгребем свои проблемы…  — Так что по этому, мы с ней живой пример, понимаешь? А по поводу проблем… Стоило нам только окончательно решить проблему идеологий, на нас посыпались беды. Если у нас, из-за дисциплины, согласные остались и приняли все как должное… А не согласные ушли в вольники или как мы их прозвали — отставники. То у «Свободы», — начал было ГРУшник, но тут его перебила его пассия.  — Но у нас… Произошел разлад. Миклуха, вернувшись из Центра Зоны хотел внести ясность, окончить конфликт, объединить силы… Что бы Зону можно было толком изучать, не отвлекаясь на лишнюю грызню. Благо «долговцы», поняли, что им ее вряд ли удастся уничтожить, — сказала она, смотря сияющими от неподдельной радости на своего любимого. Хэппиэндовые Ромео и Джульетта, блин.  — Воронин, по опыту прошлых лет, принял единственно верное решение — сдерживание Зоны и максимальная помощь науке с обеспечением порядка на зачищенных территориях. Тут-то наши интересы со «Свободой» и пересеклись. На ученых мы и сошлись, — начал рассказывать «долговец», наконец, внеся ясность в перемены в Зоне, — И в тоже время на нас беды и посыпались, как из рога изобилия. На нашу новую базу в Чернобыле повалили мутанты всех мастей и в невиданных количествах. База стратегически важна, бросить ее не можем…  — А у нас… Лукаш сбрендил, впрочем он мне и до этого не нравился. За каким-то хреном решил собрать всех кто побуйнее и поотмороженнее, развязать войну с «Долгом», завести дружбу с Синдикатом, измазать имя «Свободы» в известной субстанции, — Вздохнула девушка, — Так что как видите друзья… Дела наши ужасны.  — Я бы назвал эти дела одним словом — Пиздец! — невесело констатировал Сармат.  — Солидарен, — сказал, подняв руку, мерк, пожевывая в зубах свежезакуренную сигару, — Со «Свободой» у Синдиката есть какие-то темные мутки…  — Завались! — Крикнула она, наставив на него пистолет.  — Расслабься… Я бывший мерк… — вздохнув сказал мужчина, слегка приподняв руки.  — Если бы вы его не привезли, Вась… Я бы его лично грохнула. Из-за их дел уже много наших пострадало, — на нервах сказала девушка, через силу заставив себя убрать «Глок» в кобуру.  — Когда все это дерьмо началось — я с концами ушел из Синдиката. Они стали заниматься конченым пиздецом, на который я не подписывался. Я в основном занимался охраной и разведкой лабораторий, поиском ценных артефактов. А меня погнали сталкеров мочить по беспределу. А я, сам из бывших. Так что нет, — Сказал Скиф, после чего повернулся на стоящих у второго «бобика» Коржа и компанию, — Вот кстати вас ребят мне мочить и приказали.  — Ты нам это говорил… Спасибо что напомнил. При всех блять! — психанул с чего-то Корж.  — Не обращайте внимания, я когда ему впервые рассказал, он меня чуть не грохнул. Я ведь тогда три недели с ними был на внедрении. Внедрился так что бросил Синдикат к едрениной фене, осознав их сволочность. Все же лучше вольная сталкерская жизнь, — широко улыбаясь выдал Скиф.  — А какого черта комбез мерков носишь? — спросили хором Крест и Ворона.  — Ну дык память, да и мерки не трогают. Плюс он под меня шился, родной, как вторая кожа… — с ностальгией протянул мужчина, слегка нахмурив от такого напора густые брови.  — Может, мы закончим попусту пиздеть, выясняя отношения, и наконец, возьмемся за дело? — вспылил уставший маяться Феникс.  — А ты «хирург» умные мысли говоришь… — сказал Сармат.  — А ты врач что ли? — изумленно спросила молчавшая до этого Лиса.  — Я снайпер, — вздохнув сказал Феникс, после чего начал разминать травмированную руку.  — А почему тогда хирург? — спросила она еще более изумлено.  — Потому что, подруга. Так зовут снайперов. Еще с бородатых времен — за умение действовать с хирургической точностью, — вздохнула Ворона.  — Как же это я не догадалась… — растерялась Лиса.  — Милая хватит. Пошли уже, будешь на шухере, а мы внутрь, — сказал Корж.  — Не-а. Хватит мой дорогой, я не первый год с тобой по Зоне шатаюсь. Я иду с вами всеми, — настояла девушка, явно воодушевившись примером Вороны, не зная того что ее подготовкой занимались мы с Крестом и Сарматом, очень много времени. Креста бы тогда расстреляли, узнав что он тренирует бойца «Свободы». Правда, она работала только по заказам ученых и с «Долгом» не воевала… Но на период войны группировок… всем было насрать. Девушек мы предупредили о том пиздеце что внутри, но очень сдержанные охи и попискивания от Лисы мы услышали. Ворона же держалась молодцом, лишь переводя взгляд с очередного расчлененного трупа. Ну хотя бы противогазы и гермозабрала одели все. Что бы не дышать этой чертовой вонью. Да и черт знает что там внутри.  — Ну Феникс. Вскрывай, — сказал я, глянув на него из-за плеча, — Остальные организуем ему прикрытие, с коридором для отхода. Чтоб в случае чего, мы залили дверь свинцом, а он отскочил.  — Легко, — довольным голосом сказал Сармат, цепляя к своему старичку АКМу магазин от РПК.  — Я вскрываю… — вздохнув сказал Феникс, после чего начал набирать предоставленные Юрием пароли. Неожиданно на КПК пришло извещение от Журналиста, в общий канал: «Погиб сталкер Юрий Семецкий. Растерзан Хряком». Сначала я, было, хохотнул, но тут до меня начало доходить. Так же как и до Сармата. Он так же шокировано повернулся на меня, в его глазах так и читалось: «Эт че мы Семицкого в живую видели?! Он еще нам сам сказал что идет себя мочить при помощи кабана… Бля» Да, именно такое длинное предложение читалось в его глазах.  — Твою мать! — Крикнул Феникс, шандарахнув ногой о дверь бункера, — Пароли неверные.  — Ты все проверил? — спросил Корж.  — Да. Ну тогда, домой. Обломаем Дока, — ответил Феникс.  — Не-а… Мы ее взорвем как я и планировал вначале… — обломал всех я. Судя по лицам все уже собирались по своим делам, — Мы Доку пообещали разобраться. Значит вскрываем и разбираемся.  — Это ж, сколько взрывчатки нужно… — Вздохнул Кот.  — Поверь, мало. Ставр свое дело знает. А еще у него идея, — предположил Сармат, видя мою ухмылку. И добавил полушепотом,  — Правда после его «гениальных идей» меня пару раз чуть не контузило, один раз завалило зданием, и чуть не прибило башней танка.  — Ага. Крест, притащи пожалуйста от своих орлов четыре ПГшки… Прожжем кумулятивными струями петли и первые два запора. Дверь можно будет свалить направленных взрывом на левую сторону, — Попросил товарища я, — Ну а дальше я уже на деле покажу что делать. Ждать долго не нужно было, уже через пару минут мы с Крестом откручивали у гранат ПГ-7в движки. А Сармат и Кот делали на них упоры из проволоки. Расчет был прост как дважды два. Гермодвери советского производства обычно запираются на один — два основных засова, нам это столь не важно, и на четыре стержня. Два сверху и снизу и два под петлями. На случай если их просто взорвут. Вот тут-то и пригодится кумулятивная струя. Она прожжет петли, заодно и повредит эти самые стержни. Нам останется лишь рвануть накладной заряд в середине — а дальше, дверь должна сама выпасть или отодвинуться. В теории… Такие двери я еще не вскрывал по долгу службы, но опыт мне об этом говорил… Ну или судьба хотела надо мной поиздеваться.  — Все готово. Нам ныкаться? — спросил Сармат крепя в указанном месте крайнюю БЧ.  — Да. И оружие наготове, вдруг там ебала какая прячется. Я подключаю взрыватель и подойду к вам, — ответил я, скручивая очередную пару проводов. Колхоз мать его, но что поделать.  — А здание не рухнет? — спросила Лиса, смотря на угрожающего вида БЧ от ПГ-7в.  — Нет, они направленно взрываются, тонкой медной струёй. Практически плазмой. Вот эта шашка тротиловая что я затолкал в щель, где должен быть стержень сильней рванет. Так что, нет… Наверное, — ответил я, наиграно произнеся последнее слово, — Готово. Ща бахнем. Я выскочил из ангара, крепко сжимая в руках детонатор. Сейчас что-то будет. Даже если дверь не сразу вырвет, я ее точно добью. Благо у «долговцев» был еще огромный, мать его, ящик отменного тротила. Да и почти не нужные в Зоне кумулятивки у них тоже были в приличных количествах. В любом случае, если не сразу так за пару часов — двери точно наступиит хана.  — Ба-бах!  — со смехом сказал я, зажав кнопку на детонаторе. Грохот взрыва несмотря на безопасное расстояние и укрытие в виде стены больно отозвался в ушах. А все почему? Потому что активки* не надел, зачем спрашивается покупал? Впрочем, не об этом сейчас речь, речь о том что как только осела пыль, мы ломанулись вперед, ощетинившись стволами и готовые увидеть все что угодно. Вплоть до стаи кровососов. Но вместо этого — там была частично выбитая, повисшая на засове гермодверь, и ничего больше. Придется еще раз взрывать, Хотя нет. Она со скрипом, начала заваливаться, повиснув лишь на одном засове. Значит правильно все рассчитал. Тяга воздуха была в порядке. В лаборатории исправно работала вентиляция, несмотря на годы запустения. Из двери выдувало прохладный сырой ветерок разгоняющий дым и пыль, после взрыва. Значит отравиться какой-либо гадостью можно не бояться, но гермозабрала и противогазы я был снимать все равно не стал, чисто для профилактики. Зато я бы стал внимательнее прислушиваться… Внутри что-то кряхтело и бубнело… Но идти надо было. Отдав Сармату, Кресту и Скифу приказы жестами, мы медленно двинули вперед, шагая по раскрошенному взрывной волной кафелю. Шли мы через раздевалку. Разделенную на «чистую» и «грязную» зоны, как и полагается в зонах радиактивного заргязнения. В тех же общежитиях ликвидаторов было так. Когда-то в телешоу видел… Да и в учебке сколько этим уши прожужжали. Из дверного проема слышался приглушенный шум тяжелого дыхания исходящий из глубины коридора. Коридора мать ее, заброшенной давным-давно лаборатории. Я выглянул из-за угла и увидел шлюзовую. А рядом смотровое окно охранника. В нем кряхтя и бормоча высохшими до состояния вяленой говядины губами, сидел зомби, рассматривающий свой бейджик, который он сжимал еле работающимися атрофированными руками. На нем был синий истлевший комбинезон. Поверх которого был напялен старенький бронежелет еще времен Афгана — 6Б5-18 кажется… Но чехол опять же нетипичной расцветки, черный. С нацепленной поверх разгрузкой хрен знаете чьего производства. Осмелюсь предположить, охранник «Хозяев Зоны» или «О-Сознания», кому как больше нравится… Я вообще про них не очень-то много и знаю… Но точно знаю со слов Бармена и документов, что он мне дал почитать, что они Зону и сотворили, а эти охраняли творивших. Я уж был подумал облегчить его страдания — но вот бронестекло, явно этому не сопутствовало. Поэтому стрелять я и не стал.  — Еще веселее. Тут разъебанная в хлам клавиатура. Пароль не ввести. Вдруг подошел бы, — вздохнул доковылявший вслед за нами Феникс.  — Стекло взорвем. Дверь же взорвали… Чего уж нам, — сказал я, уж было, начиная снимать рюкзак…  — Зачем? У меня идея получше… Давайте попробуем использовать его, — сказала Лиса, тыча пальцем в зомби,  — свою карту что у него в руке приложить к терминалу? Они ж механическую память ведь имеют. В теории должен рано или поздно повторить, особенно за кем-то…  — Я… Я охуел просто… Я… Извини меня короче, я был о тебе немного худшего мнения, ты откуда такие умные вещи знаешь? — шокировано ответил я, не ожидая от этой наивной экстрималки, столь умную мысль.  — Два года работы с учеными… Плюс неоконченное обучение на ветеринара… Так что я хоть и наивна, но точно не тупая, — уделала меня девка.  — Мда. Первое впечатление, всегда обманчиво… — ответил не менее ошарашенный Сармат, смотря на заржавших Коржа и Чижа.  — Ну тогда… Как в той крылатой фразе — «Инициатива ебёт инициатора», тебе его и дрессировать. Удачи. А я пожалуй пока магазы оставшиеся снаряжу. А то вдруг там, целая стая этих «Собак Павлова» — сказал я, тыча стволом «стотрешки» в смотрящего на нас, своими перекошенными глазами зомбаря. Время шло. От нечего делать я заварил себе и ребятам чай на горелке. На звук прихлебывания горячего напитка зомбарь отреагировал весьма активно, смотря грустными, мертвыми глазами на наше чаепитие с конфетами и галетками с джемом, и подвывая от зависти. На жестикулирующую ему Лису ему было плевать. Но стоило мне только допить чай и подумать о старом добром тротиле… Этот пустоголовый все же понял что от него хотят, небось чая просто в награду захотел, и медленно, прихрамывая побрел к панели у окошка. Еле шевеля конечностями, украшенными откусанными участками плоти и частично обглоданными пальцами. Он все же прислонил ключ-карту к датчику, отворив тем самым нам дверь. Сармат, подскочивший к ней первым, повернул рычаг фиксации гермы, тем самым застопорив проход. Я же в то время быстро, собирал пожитки, чуть не поскользнувшись на фантиках. Надо было спешить. Ибо зомби мог быть не один. Вдруг их там целый комплекс. По этой причине я снял с плеча «Мурку» и сложил ее приклад, дабы лучше с ней возится в узких коридорах. Заряд крупной картечи — лучший аргумент в спорах с любой нечистью Зоны. Да и Сармат посчитал так же, приготовив к предстоящей бойне старенький «Вепрь». Мы пробрались внутрь, пройдя старый, покрытый паутиной и плесенью гермозатвор, с которого на пол ссыпалась добротная порция ржавчины. Слава Богу еще работает… Да и зомбарю «спасибо» надо передать. Ну как, «спасибо»… Я зашел в помещение охраны. Зомби, который до этого наконец понявший то, что от него хотели, с довольной рожей пускал слюни и грыз сенсорную панель для ключ-карты. На меня он обратил внимание лишь, когда я достал пистолет. Он медленно обернулся. Смотря на меня пустыми, словно две стеклянные бусины глазами. Засипел, после чего выдохнул, словно собираясь с силами. На что я нажал на спусковую скобу. Твоя смена закончена. На поясе у зомбаря в кобуре красовались АПС и мощный шокер, всем своим видом демонстрирующий то, что он окончательно и бесповоротно сломан. А вот АПС был в весьма неплохом состоянии. Думать я не стал. Снял работягу вместе с кобурой с пояса, достал из поясных подсумков дохляка три запасных магазина, и передал их Коту, который все еще щеголял с потертым «Люгером». АПС всяко получше будет в серьезной стычке… Подарку парень обрадовался, бережно обернув его в тряпку с маслом и убрал в рюкзак. На шухере, пока я и Кот мародерили коморку охранника стояли Корж и Сармат. Остальные же, были просто на подхвате. Ожидали все чего угодно, но только не того что было дальше.  — Повезло нам с зомбарем, — довольным голосом сказал Феникс.  — Нет… — ответил Корж, всматриваясь в темноту коридора.  — Эт почему? — вдруг спросил Сармат.  — Его кто-то недавно жрал, — ответил Корж, освещая очередной угол фонарем.  — Свои же. Фигня, — ответил Сармат.  — Нет. Они только дохляков своих жрут… — ответил Корж  — Ну так к чему это ты? — спросил уже я, вышедший практически с пустыми руками из коморки.  — К тому что… — начал было Корж, но... Республика Дагестан. 2006 год. Плановая зачистка одного из населенных пунктов. Грохот автомата раздался совсем рядом, буквально в пяти метрах от моего укрытия в виде бетонной плиты, некогда бывшей навесом школьного входа. Отступать было особо некуда. Рядом горело дерево и подбитая нами «Нива» с ПКМом. Двор весь простреливался. Оставался путь только вовнутрь, добить остатки ублюдков, что вчера подорвали колонну МВДшников. Грохот выстрелов неожиданно затих, раздалось шебуршание и мат на неизвестном мне языке. Где-то вдали послышались шаги, чехи мчали на помощь своему собрату, который нерационально потратил свой боезапас.  — Что, патроны кончились, пидор?! — Крикнул я, готовясь выскочить из-за укрытия, дабы дать короткую очередь  — Я твою голову у себя на двери повешу! Зачем пришел в мой дом, свинья?! — Крикнул он мне, судя по звукам рыская по разгрузкам убитых товарищей в поисках полного магазина.  — Это вы к нам домой приперлись! — Крикнул я, высунув автомат и дав все-таки короткую очередь наугад, дабы отогнать его от боекомплекта, После чего крикнул уже своему боевому товарищу, — Костя! Костя, блять! Обходи их!  — Я буду убивать тебя медленно, за такие слова! — кричал мне недоделанный джигит, что все же нашел боеприпасы, надо было действовать. В перекате я выскочил из-за укрытия, как только услышал харрактерный звук прищелкивания магазина к Калашу. У меня была доля секунды что бы пристрелить его раньше, чем он дошлёт патрон в патронник. Грохот короткой автоматной очереди потертой семдясятчетверки. Бренное тело недобитого ичкерийца расползается по стене, оставляя полосу крови, навсегда сжав в руках старый АКМ.  — Я вас блядей давил, давлю и давить буду! — Крикнул я в сторону мертвого тела, после чего рывком продвинулся вглубь здания. Куда уже забрался Сармат.  — Красава, бери своих и в левое крыло! — крикнул мне командир второй группы, Сармат.  — Я беру двор! — Крикнул Стриж, махнувший своим бойцам и ломанувшийся к остову «Урала». Дальнейшие крики бойцов каждой из групп я уже не слышал. Я шел вперед, прикрываемый своими парнями, в надежде вместе с группой Сармата, без потерь зачистить второй и третий этажи этой сраной школы. Поскорее избавить ее от воплей враждебных нам радикалов. Отомстить за всю кровь что у них на руках. Её черный балахон, молодое, еще совсем девичье личико, едва укрытое пыльной паранджой я наверное не забуду никогда. Она смотрела на меня карими глазами, спрятанными под густыми, черными ресницами. Её изящное тело не скрывало даже чертова паранджа, что пыльными, черными как смола лохмотьями болталась на ней. Её тонкие словно выточенные из слоновой кости руки, сжимали Калаш, что она направила на меня. «Аллах Акбар» — крикнула она, собираясь дать очередь, но я опередил ее. На автомате, выпустив в нее может два, а может три патрона. Она умерла мгновенно. Словно спиленное дерево упав на спину. «Пятерка»* не пощадила ее красивую внешность, она вообще никого не щадит. Казалось бы маленькая пулька, снесла девчушке часть черепа. Разворотив затылок и разбросав на стены содержимое её черепной коробки. Война во всей своей красе.  — Дунай, Грач, работаем по старой схеме, один кроет, двое прикрывают, — крикнул я своим бойцам, смотря как на коридор обшарпанной, поебаной войной школы как на адский лаберинт.  — Принято! — Крикнул мужчина, поливая коридор свинцовым дождем.  — Гранату им Вась! — крикнул Дунай, подскочивший к дверному проему.  — Давай! — крикнул я, извлекая РГДшку. Перед грохотом гранаты раздались вопли, крики проклятий, кто-то попытался выскочить, но дверь мы прикрыли, дав через нее сразу пару коротких очередей. Впрочем, это было неважно. Почти сразу рвануло так, что дверь повисла на оставшейся петле, а наши уши наглухо заложило.  — Не порочь имя Аллаха, шакал! — Крикнул Дунай, как бы отвечая на последние фразы тех подорванных чечей.  — Им уже похуй Дунай! — крикнул Грач, пытаясь перекричать стрельбу.  — А?! — Спросил он, явно не расслышав из-за заложенных ушей и канонады боя, — Им похуй, а вот мне нет!  — Граната! — крикнул Грач, вытолкнув нас в дверной проем, буквально за секунду до взрыва, нам даже хватило времени откатиться, впрочем, ему повезло немного меньше.  — А-а-а-а-а, блять! — взвыл мужчина от боли, — Я «трехсотый». Средний!  — Дунай, Бери его! — крикнул я подчиненному, вскакивая на ноги и рванув к дверному проему.  — Я сам отползу! — Крикнул мужчина, дав пару очередей в дверной проем, что бы не подпустить противника. Я встал у двери, сжав в руках «лимонку», уже без чеки. в этот момент Дунай, схватив Грача за ремни РПСки и потянул вглубь комнаты. Мужчине это явно не понравилось. Он опять взвыл от боли, но зато жив будет, и его не убьет осколками лимонки, что я сжимал в руках. Убрав пальцы с предохранительной скобы, я сделал один оборот руки с ней по своей оси. За это время, издав характерный, мелодичный звон, предохранительный рычаг отлетел от гранаты. После чего уже сама граната полетела в коридор. Где почти сразу взорвалась. Разнесся грохот взрыва по всему зданию. Вообще… Этот способ с оборотом кисти мне старожилы еще с Афгана подсказали. Так можно отправить гранату в полет чуть позже, чтоб рванула она не долетев до земли. Один-два оборота и ваша шайтан-болванка шарахнет не через 5-6 секунд, а через 3-4. Ибо предохранительная скоба уже слетела, а эти секунды вы теряете на оборот кисти, и считать ничего не надо. В бою не до счета. Совсем. Нас обсыпало побелкой, а у двери упало мертвое тело арабского происхождения. Впрочем, кого я только не видел за эти два года… Бандеровцев, негров, французов, арабов, афганцев, ну и собственно чеченцев и дагестанцев, с азербайджанцами и грузинами до кучи. Национальная солянка, мать ее…  — Как он?! — крикнул я Дунаю, выглянув в коридор.  — Жить будет, но к врачу надо… Я его жгутанул. Надо его выводить, — констатировал Дунай.  — Блять! Да как я так лоханулся-то?! — недовольно зашипел мужчина, — На самом, сука, интересном, блядь, месте! Парни, задайте этим пидорам от моего имени!  — Выводи его, вместо него возьми кого-нить из ребят, того же Шкафа или Малюту! — спрятавшись обратно в дверной проем ответил я бойцу, — Я вас прикрою и постараюсь пока к Сармату и его орлам пробиться! Они кажется, тоже там зажаты.  — А ну, подымайся, горемыка! — хмыкнув, сказал Дунай, рывком своей богатырской туши подняв на ноги Грача.  — Васян, держись тут, а я прослежу, чтоб Аскер к тебе быстрей пошел, — наиграно придурошно ответил мужчина. Понять его было можно, пытался юмором заглушить боль в ноге. Перезарядив Калаш спаркой магазинов от РПК, я в наглую высунувшись из дверного проема, пошел работать в наступление с подавлением. Периодически заливая свинцом опасные места. Столь большая наглость зажала дудаевцев в укрытия, впрочем ненадолго. Я-то шел на них, до тех пор, пока очередной жбан или конечность не покажутся на линии моего огня. Вот сейчас например, я зарядил в локоть торчащий из-за стены, перебив нахер руку его владельцу, заставив того тем самым выпасть из укрытия и словить пулю в голову? Нет блядь, у меня патроны в Калаше закончились! Пришлось бросить его на ремень. Выдернув из кобуры АПБ и добить противника короткой очередью из него, после чего, практически сразу упасть за баррикаду из кирпича, где с противоположной стороны лежал только что убитый негр.  — Парни, есть у кого РПГ?! Коба?! «Карандаши»* остались?! — крикнул я в рацию, отстреливаясь теперь уже от прущих на меня ичкеров.  — Так точно! Еще парочка. Куда положить? Я как раз могу во двор выйти. Там где Стриж! — Ответил мне довольным голосом гранатометчик.  — Отлично! — крикнул я, уже не в ответ мужчине, а увидев Дуная и Шкафа, начавших заливать врагов свинцоым дождем с другого конца коридора, — Делаем так! Парни меня кроют. Я ухожу в один из классов, парни обратно на лестницу, а ты мой дорогой, запульни-ка им «Карандашик» прямо в центральные окна второго этажа, даже немного правее!  — Окей, я как раз на позиции, — ответил мужчина, я даже его заметил, высунувшего свой РПГ из-за остова «Урала», он уже выцеливал нужный участок.  — Давай! — крикнул я, словно спринтер рванув в класс, перескочив сайгаком учительский стол и больно саданувшись коленом о него. Грохнуло похлеще любой «лимонки». Засвистели осколки, вылетели оставшиеся стекла. Еще сильнее завоняло дымом и паленым мясом. Скорее всего, уложило их всех. Ну, по крайней мере хотелось бы верить в это.  — Васян, это Саня. Ты живой? Мы, блять, еле-еле заныкаться успели! Высунулись тут такие — а там РПГ в окно летит! — возмутился в рацию Сармат.  — Слушать эфир надо, глухая тетеря! — крикнул я, вставая, перебарывая боль в колене и снимая с плеча Калаш. Быстро выщелкнул пустую спарку, перевернул ее, вставил на место и передернул затвор. Плотно прижал автомат к плечу и ломанулся в коридор, где было уже тихо. Горел деревянный пол, дым и пыль стояли столбом, наглухо перекрыв обзор. Лежали растерзанные тела, кто-то пытался ползти, но лишь ловил от меня контрольные. С другого конца коридора появился Сармат. Дальше осталось самое легкое, объединиться с парнями кто держал третий этаж и штурмануть его совместно, благо по нему работали наши снайперы, особенно Гор, выбивающий чуть ли не сквозь стены очередного урода из своей КСВК. Третий этаж оказался пуст. Ичкеров просто непросто уложили снайперы и Коба, отправивший туда оставшийся «Карандаш». Впрочем, добить оставшихся было нужно. Заодно и скоротаем время, пока приедет машина, за ранеными. Веселое блядь времяпрепровождение — простреливать головы мертвым и раненным ичкерам. Впрочем, стало еще веселее… Из двери вышел мальчик. Пареньку было от силы лет десять. Лохматый, грязный. Сын одной из смертниц что готовили здесь. На его глазах были слезы, которые он то и дело размазывал по лицу рукавом большой ему, грязной толстовки. Он что-то тараторил на своем и шел к нам.  — Опустить оружие! — крикнул я, — Дунай! Что он говорит?!  — Он… Он молится, — растерянно ответил мужчина, прежде чем до него начало оходить.  — Дяди… Зачем вы убили моих близких.? — сквозь истерику спросил мальчик, резким движением достав что-то из большого ему рукава. Хотя… Может он просто его одернул. Черт его знает. Я не помню… Зато я помню как я выдернул из кобуры АПБ и прострелил ему шею*. От чего его тело свело одним сплошным спазмом. Вытянуло струной и он хрипя начал оседать на землю, в то время как мы ломанули вниз. Я не помню взрыв… Я не помню было ли что-то у него в руке… Но я помню его лицо. Перекошенное болью и страданием. Мокрое от детских слез… Блять! Остановите это! Наши дни. Лаборатория Х-25. POV Феникс. В мозгу все звенело. Всплывали туманные образы и фигуры. В голове перемешивался винегрет из мыслей. У ребят все было еще хуже… Они валялись пуская слюни и крича какие-то неразборчивые фразы. Что-то крепко било нам по мозгам. Всем разом. А меня видать спасла пластина титановая… Что стояла у меня после операции… Вот те на. Впрочем… Мне было пиздец как худо, но думать нечего. Надо это скорее прекратить это дерьмо… Сдернув с плеча «Витязь» двинул вперед, по коридору, в направлении которое подсказывала мне интуиция и усиливающаяся головная боль. Надо бы принять что-то для мозгов… Например ту дрянь что мне подогнали на «Скадовске»… Делать было нечего, на ходу закинул в рот пару пилюль, и запил водой из гидратора, чуть не подавившись, от того что забывшись от глюков и мыслей сконцентрированных на приеме лекарств, чуть не врезался в зомбаря, что поднимался по лестнице. Благо он выдал себя громким мычанием, за что получил пулю в бошку. Света не хватало. Горело лишь аварийное освещение. Скрипучие вращающиеся лампы, нагнетающие и без того животный ужас. И мне кажется, источником излучения было что-то разумное. Оно пыталось пробраться мне в голову, искало ключик к тому, что заставит меня сконцентрироваться на одной мысли. На той мысли через которую эта тварь заберется мне в голову. Но нет. Как назло в голове был целый фейерверк мыслей. Не унимающийся даже на фоне серых покрытых подтеками стен и скрипучих аварийных ламп. Я подобрался к лестнице вниз. По ней текла вода из прорванной надо мной трубы. Она едва заглушала стоны и вой что был внутри. Зомби, их были десятки. В халатах, домашней одежде, форме охраны и монолитовских комбезах… Они перли единой массой. В которую я отправил РГДшку. На мое удивление, пси-воздействие ненадолго ослабило давление на мой мозг. Грохот взрыва видно не понравился твари, что долбила нас излучением. Ничего с-сука, это еще цветочки. Вот когда я доберусь до тебя, будут ягодки! Руки ныли, вернее, ныли рубцы, столь быстро затянувшихся ран. Эта боль позволяла развеивать мысли, не давая отдаться психотропному излучению. А вот уже мысли о этом самом излучении, о тех парнях что меня спасли, давали мне силы идти вперед, по телам дохляков уложенных гранатой. Давая желание добивать тех, кто выжил и тех кто еще жив. Гоня меня вперед по коридорам мертвого комплекса. Тварь сама себя спалила. Я бы никогда не додумался пойти в маленькую дверку с надписью «Архив», если бы возле нее не стояли вооруженные зомби, да еще и в таком количестве, словно охрана, они ожидали меня, и сразу же начав палить в мою сторону. Отчего я отпрыгнул назад в коридор, спрятавшись за угол… Где меня схватили дряхлые костлявые руки очередного зомби. Они тянули меня к своей гнилозубой пасти, в которую я пальнул из своего ТТ. Зомбарь этого не пережил, и упав на землю словно мешок с картошкой… Но тут-то и началось. Эта тварь поняв всю мою угрозу, перебросила все силы на меня. Я уже было терял контроль над собой, от этих сраных образов, звуков и голосов в моей голове… Но я все же умудрялся на рефлексах стрелять по очередным зомби, стоявшим у двери. У логова своего хозяина. И тут я вспомнил про то как эта тварь реагирует на взрывы. Я швырнул к двери еще одну гранату. Тем самым убив двух зайцев… Вернее зомби, заодно и ненадолго ослабив давление мутанта на мой мозг. Сразу после грохота, от которого у меня заложило в ушах, не смотря на активные наушники и приоткрытый рот, я перебежкой рванул к дверному проему и то что я там увидел, повергло меня в шок… Там был контролер, с непропорционально большой головой, словно пришелец из фильмов про марсиан. На его руках были наросты, покрытые волдырями и чешуйками мертвой кожи. Этими руками он сжимал металлические опоры стальных архивных полок. От шока я завис на месте. А тварь тем временем лениво разжала руку и начала направлять ее на меня. От чего меня начала пронизывать боль. Ощущение было что на меня начали наводить луч от огромной лупы. Собрав оставшиеся силы я зажал спусковую скобу и высадил почти полный магазин парабелумов* в этого урода. От чего он грохнулся на спину. Закашлявшись бурой жижей из пробитых легких. Громко захрипел и забилася в конвульсиях, издавая страшные звуки похожие на стон. Смотря на бьющуюся в конвульсиях тварь, я понял что мне больше ничего не давит на мозги… Наступила ясность и четкость мыслей. А значит и с ребятами все наверное тоже в порядке… Впрочем надо было скорее добить эту тварь. Пальнув ему в грудь из ТТ. Бошку его мне было жалко портить. Думаю Сахаров за нее заплатит… Хорошо заплатит… И похуй что я сейчас оцениваю шкуру неубитого медведя… Монстра… Я подошел к нему в упор. Взглянув на чуть дышащее тело, на то что раньше было лицом, а теперь было рожей с выпученными, словно после базедовой болезни глазами. Сделал пару выстрелов в грудь, в область сердца. Окончательно оборвав жизнь мутанта. И только сейчас, убив его я смог рассмотреть на нем, одетый поверх робы лабораторный халат. Запачканный кровью, с вытекшей ручкой в кармане… Мда… Ну да черт с ним, надо двигать обратно… Надеюсь все живы и в своем уме…