Мы были солдатами

      Когда они подошли к воротам, оборотень увидел вполне ожидаемую картину: раздражённая фиолетовая единорожка и подавленная жёлтая единорожка.       — Я очень надеялся, что вы меня не найдёте, но похоже шило в мешке не утаишь — сказал оборотень       — Локхид, я очень хочу узнать причины, которые заставили тебя прийти сюда, но поезд в Понивиль вот-вот придёт, поэтому нам надо поторопиться — проговорила Твайлайт.       — Как жаль, ну тогда нам стоит попрощаться — сказал оборотень.       — Это включает и вас Локхид, так что собирайся — раздражённо ответила Твайлайт. — У нас не так много времени.       — Но я никуда не собираюсь. Мне здесь гораздо лучше.       — Что?! — ошарашенно спросила Твайлайт. — Послушайте, Локхид, я понимаю, что последние несколько недель были очень тяжелы для вас, но нельзя вот так всё бросить. Да, всем нам будет тяжело, но если вы не попытаетесь пойти нам на встречу, то мы никогда не сдвинемся с мёртвой точки. Вы даже не представляете, сколько усилий я и Пинки Пай потратили, чтобы устроить вам приветственную вечеринку, на которую вы не соизволили появиться. Поэтому давайте вернёмся в Понивилль и начнём всё с чистого листа.       — Прошу, Локхид, давайте вернёмся — проговорила Кайнд Ворд.       — *Вздох*… Послушайте, я понимаю, что вы очень заинтересованы в том, чтобы вся эта операция прошла успешно, и не столько ради своих личных мотивов, сколько ради меня. Но поймите, гораздо проще будет свернуть эту операцию сейчас и забыть про неё. Поймите, я самый неподходящий кандидат для всего этого. Я кадровый военный, я участвовал в войне с самого начала. Я поверьте мне, когда это станет известно, и особенно если станет известно, сколько на моём счету убитых и раненых, то проблем станет гораздо больше. Поверьте мне, достаточно просто улыбаться на публике и плакать на кладбище. Я не могу позволить себе быть ходячим напоминанием.       — Поверьте, вы не будете… — сказала Кайнд.       — Нет буду. Вы никого не потеряли на этой войне, поэтому и не можете поставить себя на их место.       — Это неправда       — Что?       — Это неправда. Это война забрала у меня брата. Он был рекрутом в академии Вондерболтов, когда началась война. Он хотел отправиться на фронт, но они не отправляли кадетов, поэтому он записался добровольцем в пехотное ополчение. — на её глаза стали наворачиваться слёзы. -Он прослужил всего несколько недель, когда нам пришло похоронка. Они обороняли дорогу на Брокен-Хилл и их окружили. Они нашли его тело с несколькими глубокими ножевыми ранами. Всё что у меня осталось от него это могила на кладбище и значок Вондерболта.       — Твой, брат… Голубая шерсть, белая грива? — спросил оборотень.       — Да. Вы его видели там? Вы знаете как он погиб?       Несколько мгновений оборотень молчал, пытаясь понять, как лучше сообщить ей о том, что случилось там, да и стоит ли вообще. Наконец он решился:       — Да, я кажется знаю что случилось… Ваш брат… Я убил его… — практически прошептал оборотень       — Что? Нет, это невозможно…       — По описанию он подходит. Я был там во время штурма их позиций, и я помню такого пегаса. Он хорошо сражался, один из немногих, но я оказался лучше. И раны… Основная часть оборотней использовала пики или луки, так что ножевые ранения слишком хорошая примета. И это был мой нож.       — Нет, это невозможно… — продолжала повторять Кайнд. — Вы лжёте, вы хотите взять вину на себя, чтобы я начала вас ненавидеть.       — Думайте что хотите, но это правда. Ведь только правдой можно добиться доверия, верно Твайлайт? Вам стоит отправиться домой, у Кайнд Ворд вот-вот начнётся истерика, и вам придётся волочить её до станции на себе. До свидания.       После этого оборотень просто развернулся и отправился обратно в поместье. Вскоре, Критер догнал его.       — Локхид, погоди — остановил он его — Слушай, я знаю, что ты был там, но по поводу этого…       — Это правда — остановил его оборотень — По крайней мере это выглядит именно так. А теперь пошли, мне нужно выпить.       И он пил, пил сколько мог. Критер пытался составить ему компанию, и даже позволил оборотню немного развеется, однако вскоре сон сморил Критера, и он захрапел на диванчике, пока оборотень продолжал пить. Наконец, оборотень понял, что физически не способен больше пить, поэтому он просто стоял у окна, ментально готовясь к завтрашнему дню.       Он готовился к тому, что возможно Твайлайт вернётся завтра и начнёт его уговаривать вернуться. Вероятность того, что она вернется, мала, но всё же. Если нет, то стоит подготовиться к новому назначению. Либо он начнёт тренировать охранников или помогать с ремонтом. Может его отправят в поле собирать любовь. У него было не так много практики, но он всё ещё помнил, как это делается. В любом случае, он будет гораздо полезней здесь, чем с этими пони. Но ему стоит поспать хотя бы пару часов и дать организму отдохнуть и переварить весь алкоголь.       Он уже хотел было отправиться на поиски спального места, когда увидел, что через забор только что перебрался тёмный силуэт. И похоже не он один: двое патрульных уже бежали в сторону непрошеного гостя. Каким же надо быть идиотом, чтобы вот так пытаться пробраться на охраняемую территорию. Что же, неплохая возможность размять мышцы. Однако когда он добрался до места, там его поджидал неприятный сюрприз.       — Что там у вас, ребята? — спросил оборотень патрульных.       — Да какая-то кобылка — проговорил один из патрульных. — Оружия нет, но и не говорит, зачем пришла. Что будем с ней делать?       Прежде чем оборотень успел ответить, он смог разглядеть нарушительницу.       — *Вздох*… Естественно… — проговорил оборотень, смотря на Кайнд Ворд. — Ладно, поступим так, вы возвращайтесь к патрулированию, а я разберусь с ней. Когда будете проходить мимо ворот, скажите, чтобы выпустили её без лишних вопросов. Ясно?       Оба патрульных сомневались несколько секунд, но понимая, что иначе им придётся идти и искать Критера как старшего по званию, решили последовать данному плану. Когда патрульные отошли на достаточное расстояние, оборотень позволил себе начать говорить.       — Я не знаю, насколько глупой или отчаянной должна быть пони, чтобы попытаться «прокрасться» на охраняемый объект, набитый бывшими военными.       — Я хотела поговорить с вами.       — Вы могли хотя бы дождаться утра.       — Нет, не могла. Послушайте, когда я услышала от вас, что произошло с моим братом, я была более чем шокирована. Такие новости не каждый день услышишь. Однако поймите, я не виню вас за это. Мой брат пошёл добровольцем, он знал, на что шёл. А вы, как кадровый военный тем более знали. Наверняка вы думали, что это «ещё один» на вашем счету. Мне… мне очень тяжело это признать, но я не могу обвинять вас в произошедшем. Мне очень бы хотелось так сделать, но я не могу.       — Тартарус вас побери, неужели можно быть настолько наивной? Вы не можете меня обвинять, но другие могут. Поверьте, ваш брат не самое плохое, что я натворил. И другие не будут столь великодушны…       — К тому же, я столько всего натворил, что уже сам не смогу себя простить. Столько убитых, столько сломанных жизней… Я не понимаю, как вы способны находиться рядом со мной. Просто… просто отстаньте от меня.       — Нет — ответил Кайнд. — Если я отстану от вас, то вы так и будете продолжать винить себя во всех смертных грехах, пока наконец вы не выдержите и тогда… Я даже не хочу думать об этом.       Оборотня уже порядком достало это постоянное навязывание помощи. Разве она не понимает, что его место здесь с его мыслями. Он никогда в жизни не просил помощи и сейчас тем более не собирается. Но как ему вдолбить в голову этой треклятой кобылки, что ему не нужна помощь. И алкоголь в его теле предложил ему способ.       — Ладно, вы победили. — проговорил оборотень. — Я вернусь в Понивилль, но при одном условии.       — Каком же?       — Смотри мне в глаза. — проговорил оборотень, одновременно зажигая свой рог.       Прежде чем Кайнд Ворд смогла отреагировать, её глаза загорелись зелёным цветом, а сама она обмякла.       Оборотень не был специалистом в области гипноза и контроля сознания, но он знал пару трюков, которые могут ему помочь. Одним из таких трюков была меметическая бомба. Она часто применялась на фронте, чтобы деморализовать противника. В общем случае, такая бомба лишь набор мыслей и чувств, которые реципиент должен получить и прочувствовать, желательно в определённый момент времени. Оборотень уже имел опыт внедрения подобных бомб в разум пленных, которых затем отпускали. По прибытии пленные либо трогались умом от страха, либо становились агрессивными и нападали на своих товарищей. Но если он сможет создать бомбу чтобы отпугнуть кобылку и при этом не сломать её психику, то он очень быстро и эффективно решит проблему.       И он начал готовить эту бомбу, хватая отдельные воспоминания из своей головы и примешивая часть воспоминаний самой Кайнд Ворд. Несколько минут и всё было готово. Осталось лишь внедрить эту бомбу в голову кобылки и отправить её домой.       Когда стража у ворот увидела приближающуюся фигуру Кайнд Ворд, они уже знали, что делать. По этой причине они просто открыли ворота и без лишних вопросов пропустили её. Конечно, натренированный глаз стражников позволил им заметить нетвёрдость походки и отстранённый взгляд, но они решили не придавать значения этим тревожным сигналам. Тем временем оборотень следил за всем этим издалека. Ему нужно было удостовериться, что кобылка покинет территорию без всяких проблем. На данный момент его больше волновал тот факт, что через несколько часов Твайлайт Спаркл будет у ворот поместья и требовать объяснений. Не потому что она сможет распознать, что он как-то повлиял на Кайнд, а потому что она сможет сложить два и два и догадаться, что он как-то с этим связан. Вот только каких-либо доказательств у неё не будет. А сейчас, сейчас ему нужно поспать.              * На следующее утро *              Настойчивый стук в дверь разбудил оборотня. Ночью ему удалось добраться до кабинета Критера и завалиться спать. Если бы его спросили, что ему снилось, то он не смог бы ответить точно. Какие-то обрывки воспоминаний, возможно даже не его, лихорадочно сменяли друг друга без какой-либо явной связи. И только стук в дверь вырвал его из этой бесконечной карусели образов.       — Кто там? — прохрипел со своего спального места Критер.       — Мой лейтенант, у ворот несколько стражников пони. Они требуют, чтобы мы выдали сержанта Локхида. Что мне им ответить?       И оборотню и Критеру потребовалось несколько секунд, чтобы переварить услышанное.       — Мать моя кобыла, что же ты натворил? — спросил оборотня Критер.       — Теперь даже я не уверен — ответил оборотень. Он ожидал, что Твайлайт будет стучаться поутру, но чтобы стражники за ним пришли — этого он не ожидал.       — *Вздох*…Ну пошли, покажем тебя. Иначе они вполне могут выбить ворота и вытащить тебя силой.       Когда они подошли к воротам, только тогда оборотень смог понять всю серьёзность ситуации. За воротами стояли несколько стражников в полной экипировке и в сопровождении офицера. Ни Твайлайт, ни Кайнд не было видно.       — Кот из вас Локхид? — спросил офицер.       — Я — ответил оборотень.       — У меня тут официальный ордер на арест. Поэтому пройдёмте уважаемый.       Оборотню ничего не оставалось, как подчиниться. Его товарищам в поместье и так несладко жилось и очередного скандала им не требовалось. И так под конвоем его доставили в участок, и сразу же повели на допрос. Всё это время оборотень пытался понять, где он мог проколоться. Он был уверен, что полностью убрал из памяти Кайнд все воспоминания о своём вмешательстве. Может он перестарался с бомбой и из-за этого произошёл слишком сильное изменение в поведение? Тогда вполне возможно, что они могли заподозрить его, впрочем, как и любого другого оборотня. И даже если они хотят предъявить ему обвинения, то по какой статье? Ни под одну из ему известных статей уголовного кодекса его действия не попадают.       Наконец его привели в комнату для допросов. Там его уже ждал следователь. Он сидел спиной к окну за простым деревянным столом. Когда оборотня ввели в комнату, то следователем жестом приказал стражникам выйти и пригласил оборотня сесть напротив.       Сначала оборотень отвечал на простые вопросы вроде имени, возраста, места жительства и т.д. Но вскоре пошли уже более серьёзные вопросы.       — Ну скажи, зачем же ты полез к девочке в голову? Что ты там хотел найти?       — Я не понимаю о чём вы.       — Давай ты просто ответишь на поставленный вопрос, ладно?       — Но я правда не знаю о чём вы.       — Ладно, пойдём с другого бока. Вчера ночью Кайнд Ворд вернулась в придорожный мотель и после этого несколько минут находилась в оцепенении. Мисс Твайлайт Спаркл попыталась узнать, что произошло. Это вывело мисс Ворд из транса, что привело к весьма неприятным последствиям. Мисс Ворд начала плакать, кричать и попыталась нанести себе физические травмы с помощью окружающих предметов. Мисс Спаркл удалось успокоить её и доставить в лечебное учреждение. В ходе дальнейшего опроса она явно указала на тебя как причину такого резкого изменения психического состояния. Так что, будешь дальше отпираться или как?       Оборотень молчал, обдумывая сложившуюся ситуацию. Он облажался, причем по крупному. Однако оборотня мало волновал тот факт, что он вполне может провести если не всю жизнь, то достаточно большую её часть в тюрьме. Нет, его больше волновала судьба Кайнд Ворд. Его пьяная задница в ту ночь забыла о первом правиле использования меметических бомб — не переусердствуй. Если слишком много болезненных воспоминаний свалить на голову неподготовленного, то велика вероятность развития различного рода психозов, лечение которых может потребовать годы терапии с минимальными шансами на успех. И вот он простым движением разрушил психику беззащитной кобылки, которая просто пыталась помочь. И это волновало его гораздо сильнее, чем сам факт ареста.       — Мне нужно её увидеть… — глухо проговорил оборотень.       — Чтобы ты ещё больше испортил ей психику? — ответил следователь. — Ну уж нет. Ты будешь сидеть здесь и отвечать на мои вопросы       — Это была не просьба — ответил оборотень.       После этих слов оборотень резко дернулся вперёд и одним ударом вырубил следователя. Затем, не теряя ни секунду он подлетел к окну и провозившись пару секунд с замком смог открыть его. Теперь он был относительно свободен, но время сильно поджимало. Приняв форму пегаса, он вылетел в окно и попытался найти хоть что-то указывающие на местоположение госпиталя. И он увидел — крупное здание с большим красным крестом. Надеясь, что это единственный госпиталь в городе, оборотень начал двигаться в ту сторону. Подлетев к месту, он начал приземление и только его копыта коснулись земли, он перешёл на галоп и буквально вломился в холл госпиталя. Оглядевшись, он смог заметить стойку регистратуры.       — Где находиться Кайнд Ворд? — подбежав к стойке, спросил оборотень.       — А вы собственно кто? — спросила медсестра. — Посещения Мисс Ворд запрещено.       — У меня нет на это времени… — проговорил оборотень. — Придётся по-плохому.       Если бы кто-нибудь обратил внимание, то заметил бы, что у пегаса, разговаривающего с медсестрой появилось зеленоватое свечение в районе лба. В этот момент глаза самой медсестры затянуло зеленоватой плёнкой.       — Спрашиваю ещё раз — где Кайнд Ворд? — спросил оборотень, но теперь гораздо медленней.       — Правое крыло… Первый этаж… Палата 107… — проговорила медсестра.       — Наконец-то — проговорил оборотень, переходя на галоп.       Оборотень бежал так быстро, как только мог. И хотя он пока не видел погони на своём хвосте, она могла образоваться в любой момент. Но ему нужно было время, хотя бы чуть-чуть, чтобы всё исправить.       Наконец он нашёл нужную палату. Осторожно приоткрыв дверь, он заглянул в образовавшуюся щель. Кайнд Ворд сидела на кушетке, свесил ноги и смотря на боковую стену палаты.       — Нет, нет, нет… Уходи, уходи… Отстань от меня!.. Не хочу… не хочу.       Именно в этот момент, когда он увидел Кайнд Ворд, забившуюся в угол и смотрящую на него полными страха глазами, что-то внутри оборотня окончательно переломилось. Впервые за долгие годы он почувствовал себя абсолютно бессильным, не способным сделать хоть что-то.       Через несколько минут стражники нашли его сидящем на полу, плачущим и повторяющим: «…мне так жаль». Сам оборотень смутно помнил что произошло. Он помнил, что его волокли по коридорам, затем везли по деревни. Потом его допрашивали, но он не мог понять смысла вопросов. Наконец его отволокли в камеру.       Несколько минут оборотень сидел неподвижно, уставившись в стену камеры, пытаясь осмыслить все, что произошло в течение нескольких последних часов. Когда же ступор прошёл, оборотень более чем активно начал действовать. Камера, в которой он находился, имела высокий потолок, чтобы вместить двухъярусную кровать, а под самым потолком проходила водопроводная труба. Оборотень быстро поднялся на второй ярус и смог повиснуть на трубе на несколько минут, проверяя, насколько она крепкая. Убедившись, что труба способна выдержать его вес, он спустился на пол и начал претворять свой план в действие.       В первую очередь он снял всё постельное бельё с кровати и начал скручивать его в подобие верёвки. Затем он сделал на одном конце получившейся верёвки петлю, достаточно большую для его головы. После этого он привязал другой конец верёвки к трубе, при этом оставив достаточно пространство до пола.       Теперь осталось совсем чуть-чуть. Надев на шею петлю, оборотень забрался на второй ярус кровати и подготовился искалечить последнюю жизнь в этом мире.              *Несколько часов спустя*              Сержанту Стронгхолду было приказано привести задержанного оборотня для дальнейшего допроса. Ему очень хотелось, чтобы всё это следствие поскорее закончилось, и этого оборотня забрали отсюда. За последний час уже несколько поней вынесли ему мозг с расспросами о том, что случилось.       В конце концов он добрался до нужной камеры. Однако прежде чем открыть дверь, он решил заглянуть через смотровую щель. Как только он это сделал, то понял, что проблемы только начинаются.       -Да чтоб тебе… — пробормотал Стронгхолд. — Дневальный! Зови дежурного по смене! Надо жмура оформлять!       После дальнейшего расследования было установлено, что оборотень совершил самоубийство по собственной воле, никаких следов внешнего давления не было обнаружено. Тело было передано лейтенанту Критеру для дальнейшего захоронения.       После нескольких месяцев психотерапии, Кайнд Ворд позволили продолжить лечение амбулаторно. После нескольких лет терапии она официально была объявлена выздоровевшей. За эти несколько лет она написала цикл повестей собранных в сборник «Чёрные рейдеры», который был назван критиками «Точным, правдивым и невероятно жестоким».