Соединяя берега ущелья (Bridging the Ravine)

Три недели спустя Шерлок, Джон и Скотт стояли на принадлежащей госслужбам закрытой вертолетной площадке. Рука Джона покоилась у Шерлока на талии, а тот, в свою очередь, обнимал его за плечи. Другую руку Шерлок положил на плечо Скотту, стараясь этим подбодрить его в минуты ожидания. Скотт нервно переступал с ноги на ногу. – Боже, - сказал он. – Не могу поверить, что, наконец, снова увижу его. Я не думал, что его найдут, а когда вы мне сказали, что помощь психиатров потребуется ему дольше, чем они предполагали вначале… Не могу поверить, что он на самом деле возвращается. - На самом деле, - подтвердил Шерлок уже не в первый раз. – Не нервничай. Первое, что он захочет увидеть – это твое лицо. - Надеюсь, - ответил Скотт с сомнением и тревогой в голосе. Майкрофт что-то сказал в телефон. – Ну, вот и он, - сообщил он, имея в виду вертолет, и через несколько секунд в небе показалась маленькая черная точка. По мере приближения звук становился все громче, и вот вертолет опустился за землю. - Пошли, - сказал Шерлок Скотту, и они с Джоном повели его вперед. Двери открылись, и первыми по ступенькам спустились два агента и остановились по обе стороны от лестницы. Следом за ними показался Джереми. Он был одет в свободную голубую футболку и брюки, которые были ему на размер велики. Агенты Майкрофта зааплодировали, и Джереми взглянул на них, явно удивленный и смущенный таким приемом. Затем его взгляд упал на Скотта. Он остановился в нерешительности, и тут Скотт двинулся к нему. Джереми упал к нему в руки прямо там, около ступенек вертолета и громко зарыдал, не стесняясь этого. Скотт крепко обнял его и тоже заплакал. Джон еще ближе притянул к себе Шерлока, и они на мгновение обменялись полными сочувствия и понимания взглядами. - Я думал, что больше тебя не увижу, - рыдая у Скотта на плече, произнес Джереми. – Боже. Как я этого боялся… - Я тоже думал, что мы больше не увидимся, и мне было очень страшно, - говорил Скотт, не открывая глаз и крепко обнимая Джереми. По его лицу текли слезы. – Слава богу, что с тобой все в порядке, и что они нашли тебя. Слава Богу. – Он немного отстранился и заглянул Джереми в глаза. – Ты как, нормально? Джереми закусил губу. – Вроде того, - неровным голосом ответил он. – Скотт, ты, наверное, подумал, что я снова тебе изменил. И бросил тебя там. Так ведь? Скотт заколебался. – Были такие мысли, - сказал он. – А потом я сообразил, что с тобой что-то случилось. - Я не должен был идти тогда в баню, - Джереми снова заплакал. – Не должен был идти без тебя. Я сам во всем виноват. Когда они меня били, то все, о чем я мог думать – о моих изменах. Что я изменял тебе, единственному человеку, которого я когда-либо любил, которого недостоин, и что, наконец, меня настигло наказание. Я понимаю, что не заслужил ни второго, ни третьего шансов, которые ты мне уже давал. Ничего из этого я не достоин, но я люблю тебя. И никогда от тебя не откажусь. - А я тебя больше из виду не выпущу, - поклялся Скотт, глядя на него блестящими от слез глазами. – И не говори ерунды. Нет в этом твоей вины. Ты не заслужил ничего из того, что тебе пришлось пережить. Он положил ладонь на щеку Джереми и стал поглаживать ее большим пальцем. Другой рукой он полез к себе в карман. – Я захватил их с собой из «Долины». Остальные наши вещи перевезли к нам домой, но я подумал, что их ты захочешь надеть немедленно. – Он протянул Джереми подаренные отцом часы, и тот снова разрыдался. Как далек он сейчас от самоуверенного, улыбающегося во весь рот победителя конкурса мокрых маек, подумал Шерлок, глядя на плачущего в объятиях Скотта Джереми. Хотя, если вспомнить, что тому пришлось пережить, то удивляться не приходилось. Они слышали, как Скотт успокаивал Джереми, с трудом сдерживая слезы. – Я люблю тебя, - срывающимся от переполнявших эмоций голосом говорил Скотт. – И никогда не перестану. Даже если ты снова мне изменишь. Несмотря ни на что. Все, чего я хотел – чтобы ты вернулся целым. А все остальное неважно. - Все, чего я хотел – это снова тебя увидеть. И больше я не изменю тебе никогда, - поклялся Джереми. – Обещаю. Я думал только о том, чтобы мне представилась возможность все исправить. Я так сильно все испортил. Мне был нужен только ты. Я люблю тебя и я так виноват перед тобой. Отправившись тем вечером в баню, я чуть все не разрушил. Мою жизнь. Нашу жизнь. Все это. - Все уже позади, - сказал Скотт настолько нежно, что Шерлоку захотелось повернуться к Джону и поцеловать его прямо там, просто чтобы все подтвердить. Хотя необходимости в этом не было. Он точно знал все то, что ему было нужно. Майкрофт вышел на передний план, что-то сказал Джереми и Скотту, а затем подвел их к одному из черных лимузинов, которые, казалось, всегда находились поблизости от него. Обернувшись, Скотт посмотрел на них, будто засомневавшись, и Шерлок помахал ему, чтобы тот садился в машину, и жестами предложил списаться. Скотт кивнул. У них еще будет время встретиться. Сейчас этим двоим нужно побыть наедине. Майкрофт проводил взглядом отъезжающий автомобиль и повернулся к ним. – Спасибо вам, - сказал он без всякого официоза. – Интерпол уверен, что им удастся вызволить и остальных жертв в течение недели или около того. Принимая во внимание, в каком состоянии был Дэвидсон, который пробыл у похитителей всего несколько дней, невозможно предположить, насколько сильный психический ущерб был нанесен этим людям. Но для помощи им будет сделано все возможное. Джон покачал головой. – Но у большинства из них убиты партнеры. К какой жизни им предстоит вернуться? Шерлок посмотрел на него и задумался, что бы он чувствовал, если бы Джон оказался в числе убитых или похищенных. Ему захотелось заключить его в объятия и оградить его от любых бед. – К той, что лучше, чем у них сейчас, - сказал он. – Это главное. Джон встретился с ним взглядом. – Верно, - согласился он. – А там где есть жизнь, там есть и надежда. Господи, Шерлок, как я хочу побывать на этом суде! Хочу увидеть, как эти гады получат по заслугам! Не только Лукас и Пол – все они! Шерлок кивнул. – Обязательно, - пообещал он. – Я тоже хочу на это посмотреть. - У меня здесь есть еще одна машина, - деликатно кашлянув, сказал Майкрофт. – Если хотите, вас отвезут домой. - Да, пожалуйста, - ответил Шерлок, не вступая в пререкания. Он потихоньку проверил время. Они успевали. Отлично. Джон согласился, и они сели в предназначавшийся им автомобиль и поехали домой. Они еще некоторое время поговорили про Джереми и Скотта, а затем Джон, расслабившись на шикарных сиденьях лимузина, спросил: – Чем думаешь заняться вечером? Шерлок снова посмотрел на часы. – Знаешь, если ты не будешь возражать… я заказал нам столик в ресторане… Джон с изумлением посмотрел на него. – Ты? Когда? - Несколько дней назад, - слегка улыбнувшись, ответил Шерлок. – Мне ведь позволено время от времени тебя удивлять? Джон тоже улыбнулся. – Конечно, - сказал он. – И куда мы идем? Шерлок выдержал паузу для большего эффекта. – «Шей Пьер», - сказал он, и глаза Джона округлились до невероятных размеров. - «Шей Пьер», - с недоверием повторил он. – Я думал, чтобы там поесть, нужно записываться за полгода! - Так и есть, - сообщил ему Шерлок, очень довольный собой. – Это Майкрофт так нас благодарит. Джон нахмурился. – Но он ничего не сказал… - Я попросил его о помощи, - сообщил ему Шерлок. – Посоветовал обратиться к метрдотелю. Тот ему обязан. - Вот это да. – Джон был явно впечатлен. – Думаю, придется одеться соответствующе. Шерлок согласился, а тем временем машина остановилась напротив их двери на Бейкер Стрит. В радостном предвкушении они поднялись к себе и принялись обсуждать, когда им нужно будет выходить, и что надеть этим вечером. Они одевались бок о бок, облачаясь в парадные костюмы. Казалось, эта спальня всегда наполовину принадлежала Джону, будто бы время «до» можно было не принимать во внимание. В результате практически ничего и не изменилось. Они брились вместе, чистили зубы вместе, и душ принимали чаще вдвоем, чем поодиночке. Они спали вместе, и это было замечательно. Всего два раза Джон отправился в спальню вперед Шерлока, оставив последнего радоваться предвкушению того, что, когда он пойдет спать, Джон будет уже в кровати, закутавшийся в одеяло, и простыни будут согреты его теплом . А Джон сонно повернется к нему, как бы тихонько не старался Шерлок пробраться в постель. К удивлению Шерлока, учиться спать вместе оказалось одним из наиприятнейших занятий. Повседневная жизнь в качестве партнера и любовника Джона была неизмеримо лучше, чем он когда-либо мог себе представить, а регулярный, феноменальный и приносящий глубочайшее удовлетворение секс был еще лучше, но что-то невероятно особенное было в том, чтобы спать вместе с Джоном. Они опробовали разные позы и положения, где чья рука должна находиться, насколько крепко нужно друг друга обнимать, чьи волосы и где щекочут чье лицо, и они обнаружили несчетное количество различных положений, в которых можно спать, и как держаться друг за друга во сне. Это напоминало кокон, к которому они возвращались в конце каждого дня, и любовь с новой силой возрождалась в их объятиях, пока они запасались силами для нового дня. И именно это, больше чем все остальное, давало Шерлоку веру в то, что, независимо от того, что с ними будет происходить дальше, пока они спят вместе, они будут вместе и через восемь месяцев, и через пять лет, и через двадцать. Он больше не боялся, что все растает как сон, мираж или галлюцинация. Все, что Джон пообещал ему, сбылось: ничего не изменилось по возвращении домой. Они никогда раньше не проводили вместе так много времени, и это было потрясающе. Они любили друг друга в каждой из комнат их квартиры, но Джон довольно настойчиво просил, чтобы их первый раз дома произошел в теперь уже общей, а не одного Шерлока, кровати. А еще он настоял, чтобы той первой ночью после возвращения из «Долины» Шерлок его взял. Поэтому в самый первый раз, когда у Шерлока был секс в собственной кровати, он ощутил себя внутри Джона, вздрагивая, находясь лицом к лицу с ним, чувствуя, как их тела соединились новым для них способом. Вначале Джон немного помог ему, затем перестал и позволил Шерлоку играть ведущую роль, подчинившись ему безоговорочно. Шерлок осознал в тот момент, что инстинкт и способность наблюдать были более чем достаточны, чтобы двигаться дальше. Он прислушивался к подсказкам, что дарили тело и голос Джона, подводя их как единое целое к ошеломительному крещендо, в котором воедино сливались желание и удовольствие. Шерлок вколачивался в Джона, тот сжимал пальцы у него на плечах, потом на спине, затем на ягодицах в попытке добиться максимального контакта. Он понял, когда нашел ту самую точку у Джона, почувствовав, как сбилось у того дыхание, мгновенно став бешено частым. И Шерлок стал двигаться еще резче и быстрее, дотерпев до момента, когда тело Джона начало все сильнее и сильнее сжиматься вокруг него, а голос его становился все громче и громче, и он почувствовал, обнимая его член рукой, как Джон достиг оргазма, и горячие струи семени окропили их обоих. Он перестал себя сдерживать и толкался в Джона, пока наслаждение не затопило его полностью, и не выплеснулось из него несколькими волнами. Длилось это несколько долгих мгновений, и нежность пульсировала в нем, а потом Джон потянул его к себе, заключив в объятия, и они с трудом успокаивали неровное дыхание. Шерлок почти не чувствовал своего тела, все еще дрожа от пережитого. Потом Джон их разъединил и отправился за остатками шампанского, что они привезли с собой из «Долины». – Ничто не мешает нам допить его дома в постели, - сказал он, наполняя высокие тонкие бокалы, и Шерлок рассмеялся. Шампанское послужило мостиком, связавшим вчера и сегодня. Они испробовали все, что можно испробовать, никогда не говоря «нет» новой идее, новой позе или месту. И вместо того, чтобы заскучать от знакомых ощущений, Шерлок немало удивился тому, что чувство близости продолжало только усиливаться. Тело Джона было известно ему теперь как его собственное, и ему нравилось классифицировать звуки, что Джон издавал, те особенные эмоции, что проявлялись на его лице, группы мышц, что активизировались в том или ином случае. То, что он говорил во время секса, или после, а еще все, что происходило в остальное время. Разные мелочи – короткие прикосновения, и взгляды, и слова – все это связывало их сильнее день ото дня. Это было похоже на постоянный, непреходящий кайф. Шерлок был безумно счастлив, как он на днях за завтраком описал это Джону. – Каждый раз, когда я думаю, что невозможно быть еще более счастливым, наступает новый день, и я понимаю, что счастлив сильнее, чем накануне, - сказал он, когда они ели, держась за руки. - Я знаю, - ответил ему Джон, глядя на него тем самым взглядом, от которого у Шерлока начинало болеть в груди. – Я чувствую абсолютно то же самое, Шерлок. И, если честно, мне глубоко безразлично, если это делает меня сентиментальным идиотом. У меня такая любовь впервые. Я так долго любил тебя, и пытался это отрицать, пытался заставить себя поверить, что все это совершенно невозможно, и вот оно случилось – не только возможно, но и… совершенно феноменально. Это как жить в волшебном мире. А прямо сейчас Шерлок, стоя перед зеркалом, сосредоточенно пытался завязать галстук – все никак не получался нормальный узел. – Ненавижу галстуки, - мягко и спокойно сообщил он. - Я помню об этом, - Джон как раз завязал свой галстук, и кивнул Шерлоку – Ладно, давай я попробую. Шерлок послушно развернулся к нему, и Джон ловко перевязал ему галстук безупречным полувиндзором. Затем он поднял голову и припал к его губам долгим поцелуем. – Спасибо, - открыв глаза, прошептал ему Шерлок, когда поцелуй закончился. Джон улыбнулся. – За узел или за поцелуй? - И за то, и за другое. – Шерлок наклонился и возобновил поцелуй, и Джон не только позволил ему это, но и с энтузиазмом ответил, и неоднократно. Наконец, Шерлок отстранился. – Наверное, нам не стоит слишком увлекаться, - произнес он, хотя далось ему это очень нелегко. – Не хочется упустить наш столик в ресторане. - Да, точно, - согласился Джон. Он посмотрел на часы. – Ну что, мы готовы? Кстати, ты выглядишь потрясающе. Шерлок улыбнулся. – Ты тоже, - сказал он, и это было правдой. Он ни разу до этого не видел Джона в парадном вечернем облачении, и этот наряд чрезвычайно ему шел. - Подожди секунду, я сейчас вернусь, - сказал Джон, и Шерлок решил пока обуться и надеть пальто. Была первая неделя августа, но вечера стояли холодные. Вскоре Джон присоединился к нему, и они пошли на улицу ловить такси. Зал в «Шей Пьер» был не слишком большим, но достаточно просторным, чтобы их разговор не слышали за соседними столиками, и это было прекрасно. Официанты были высококлассными, а винная карта – впечатляющей. Они сделали заказ – приготовленные в бренди медальоны из говядины для Шерлока и фаршированную куропатку в соусе «Биск» для Джона. В выборе вина они последовали совету официанта. Тот откупорил бутылку и разлил вино по бокалам, и они наслаждались напитком, закусывая его еще горячим свежеиспеченным багетом. Еда была превосходна, и Шерлок наблюдал за Джоном, дожидаясь подходящего момента. Как только они закончили с десертом – сырной тарелкой с шоколадными вафлями, Джон склонился вперед и взял руки Шерлока в свои. – Я так рад, что ты организовал нам этот ужин сегодня, - сказал он, улыбаясь своей самой нежной, самой прекрасной улыбкой. – Я и сам хотел предложить где-нибудь поужинать этим вечером, естественно, при условии, что все будет в порядке с возвращением Джереми. А этот ресторан просто прекрасен. Великолепный выбор! Шерлок улыбнулся ему в ответ. – Я рад, что тебе понравилось, - сказал он. Он чувствовал, что Джон не договорил, и не ошибся. Джон продолжал улыбаться, глядя ему в глаза, и темная синева его взгляда подсвечивалась мерцающим светом, исходившим от стоявшей на краю их стола свечи. – До этого я делал подобное всего однажды, - сказал он. – И в прошлый раз это было очень непросто. Теперь я точно знаю, почему: от того, что я знал, что делаю неправильный выбор. А в этот раз это так легко. Я люблю тебя, Шерлок. И хочу быть с тобой всю оставшуюся жизнь. Знаю, мы уже говорили это друг другу. Даже пообещали. Я просто хочу совершить еще один шаг и все оформить официально. Ты станешь моим мужем? Шерлок с трудом сглотнул комок, что внезапно почувствовал в горле, и посмотрел на их руки, стараясь не заплакать. – Да, - тихо, но твердо ответил он. Посмотрев Джону в глаза, он повторил. – Да. Безусловно. Лицо Джона засияло в улыбке, и он сжал ладони Шерлока, а затем отпустил их, и полез в карман. – Это тебе, - сказал он, и вложил в руки Шерлока маленькую синюю коробочку. Шерлок с любопытством ее открыл. И не смог сдержаться. Сначала он заулыбался, а потом уже и засмеялся вслух. Он совсем не собирался этого делать – в прошлый раз Джону пришлось прерваться на середине предложения, и он очень не хотел повторить ошибку, которую совершила Мэри, но справиться с собой не смог, и продолжал смеяться. - Что такое? – Джон слегка нахмурился. Он еще не выглядел обиженным, но явно был к этому близок. – И что смешного? Шерлок покачал головой. – Ничего. Это кольцо прекрасно. Спасибо. – Он снял кольцо с бархатной подушечки и надел на палец. Естественно, оно ему подошло. Джона это не убедило. – Что такое? – повторил он свой вопрос. Поэтому Шерлок улыбнулся самой наимилейшей своей улыбкой, отодвинул коробочку в сторону и сам взял Джона за руки. - Я не хотел прерывать тебя, - пояснил он. – Не в этот раз. Но так получилось, что… - он достал из кармана абсолютно такую же коробочку и вложил ее в руки Джону. Глаза Джона расширились. – Боже мой, - сказал он. – Не может быть! - Может, - признался Шерлок. Джон смеяться не стал. – Когда ты это купил? – спросил он, глядя на Шерлока, а не на кольцо. Дело было в пятницу. – Во вторник, - ответил ему Шерлок. Джон кивнул. – Твое я купил в среду. Тот маленький магазинчик на Мэрилебоне, да? - Да, - подтвердил Шерлок. Он кивком указал на коробочку. – Открой. Джон так и сделал, и теперь уже и он рассмеялся. – О, Господи. Вот в чем дело, - сказал он, доставая абсолютно идентичное кольцо. – Извини! Ты организовал этот ужин специально для того, чтобы сделать предложение, а я тебя опередил! - Все нормально, - заверил его Шерлок, и так оно и было. Он наклонился вперед, и сказал, - Тем не менее, могу теперь я спросить? Или так не полагается? - Конечно, можешь, - ответил Джон, закрывая коробочку. Он снова вложил ладони Шерлоку в руки и мечтательно на него посмотрел. – Пожалуйста. Шерлок постарался перегнуться к нему через стол так далеко, как это было возможно. – Джон Уотсон, ты моя единственная любовь и смысл моей жизни. Ты станешь моим мужем? Глаза Джона заблестели. – Конечно, - негромко сказал он, прикасаясь пальцами к левому глазу. – Да. Да, да, да. – Он открыл коробочку и надел себе на палец кольцо. Шерлок залюбовался тем, что блестело у него на пальце. – Ты сам выбрал или тебе посоветовали? – ему очень хотелось это узнать. Кольцо было из платины с кованым орнаментом со скругленными краями. Джон отрицательно покачал головой. – Сам, - сказал он. – Выбор занял целых пять минут. - У меня ушло тридцать, - признался Шерлок. – Оно обязано было быть безупречным. Джон улыбнулся. – Я увидел это кольцо и просто понял, что это оно, - сказал он. – Как же хочется поскорее всем рассказать! Шерлок тоже заулыбался. – Да, будет забавно, - согласился он. – Когда будем планировать свадьбу? Ты хочешь большое празднование или что-то потише? - Большое, вне всяких сомнений, - ответил Джон. – На самом деле, я собираюсь получить удовольствие от процесса подготовки! - Нужно будет позвать Тодда и Маргарет, - твердо сказал Шерлок. – Это в большей мере их заслуга, что мы, наконец-то, прекратили вести себя как полные придурки. - Безусловно, - согласился Джон. Он широко улыбнулся. – Когда мы были там на прошлой неделе, ты не обратил внимание, что Кайл постоянно находился поблизости от Тодда? - Обратил, - подтвердил Шерлок. – Думаешь, они могут сблизиться? Для Тодда это было бы хорошо, я полагаю. - Согласен. И для Кайла тоже. У них отлично получится вместе управлять центром, - сказал Джон. Вскоре им принесли счет. Шерлок посмотрел на Джона и попытался заставить себя поверить в то, что Джон теперь его жених. – Ты позволишь? – спросил он, имея в виду счет. – Майкрофт предложил оплатить, но я бы хотел сделать это сам, если ты не возражаешь. Джон кивнул, улыбаясь. – Не возражаю. И спасибо, - сказал он. Шерлок положил на поднос свою кредитку, даже не взглянув на сумму, пока не пришло время ввести код в принесенный официантом терминал. Он оставил настолько щедрые чаевые, что метрдотель вместе с официантом проводили их до дверей, с энтузиазмом пожелав спокойной ночи. На улице оказалось, что ночь выдалась звездной. На часах было почти одиннадцать, и людей вокруг почти не было. Джон сделал шаг и оказался совсем рядом с Шерлоком. Он обнял его за плечи, и Шерлок позволил ему эти объятия, и сам положил руки на талию Джона. – Ты мой навсегда, - сказал Джон, стараясь заглянуть в глаза Шерлоку, будто с трудом мог в это поверить. – Это единственное, о чем я бы попросил судьбу, Шерлок. Единственное, чего я на самом деле хотел со дня нашей встречи. Шерлок кивнул. Он прижался лбом ко лбу Джона. - Я тоже хотел только тебя. Неужели ты и правда станешь моим мужем? - Только попробуй меня остановить, - с вызовом ответил Джон, но улыбаться не перестал. - Ни в коем случае. – Шерлок поцеловал его. Потом поцеловал еще раз, не размыкая кольца объятий, и даже если бы весь остальной мир вокруг них сейчас растворился, это было бы совершенно не важно. Наконец-то они были дома.