Паутина судьбы

В день Рождества все метушатся, улыбаются и истерически ищут подарки, коих на полках магазинов почти и не осталось. Питер же спокоен, он давно своим близким небольшими презентами запасся. Неду едва нашел и купил книгу по кодам, в которых лично сам не смыслил ничегошеньки. И подарил заранее, так как семья друга решила отправиться за город к бабушке, от чего Линс едва не плакал. Там ведь ни сети, ни даже электричества нет, а для него это равносильно жестокой пытке. Мишель купил новый красивый блокнот для рисунков — как-то заметил, что её старая тетрадка уже давно потрепана временем и полностью исписана вдоль и поперек. Тёте Мэй нашел очаровательный чайный сервиз, на который она вечно, гуляя по моллу, поглядывала, да купить не решалась. Но Питер прекрасно помнил, как горели у неё глаза при виде аккуратных чашечек нежно-голубого оттенка с яркими красными попугайчиками на блюдечках. И деньги у него были, да и для любимой тёти ничего ведь не жалко. А вот для Евы никак не мог ничего придумать, и уже хотел купить какой-то сувенирный шарик с штучным снежком внутри, да на помощь пришла Мэй, что потянула его в бижутерию, где помогла выбрать скромный, но весьма изящный серебряный браслет, что обматывал руку несколько раз. Стильно, красиво и совершенно неброско. Оставшись довольным всеми своими закупками, аккуратно всё упаковав, а некоторым уже и раздав, помогал тётушке на кухне. И хотя был только обед, и сам Питер пробыл на кухне от силы час — он уже жутко устал. И только поражался, как женщина может улыбаться, носиться энергичной пчелкой, при этом выполняя несколько дел сразу. Семейство Паркер было взволновано, ведь сегодня они будут не одни — Ева Стоун всё же написала Питеру, что явится к ним ближе к часу, чтобы помочь с приготовлениями, иначе будет чувствовать себя слишком неловко. Подарки дамам школьник уже положил под ёлку и нервно поглядывал на часы. — Успокойся, Питер, — смеясь, говорит старшая. — Не стоит так волноваться и готовиться к её приходу, — вновь забавно подмигивает и тут же едва не роняет лоток с яйцами. — Тебе тоже не стоит так волноваться, тётя Мэй, — и многозначительно обвел взглядом всю кухню и полностью забитый различными блюдами стол. Яйца он всё же ловко поймал и отдал их женщине, точно так же подмигивая в ответ. — Ладно, 1:1, — заливается звонким смехом и дает ему пять. Ровно в час, как и договаривались, звонок в дверь и Стоун на пороге. Питер только удивлялся, как это так — девушка и столь пунктуальна. Но говорить вслух благоразумно ничего не стал, только улыбнулся широко, жестом приглашая гостью в дом. — Вот, это вам подарки, под ёлку, — протягивает пакет, где лежат две небольшие коробки. Парень уже хочет сказать, что не стоило, но ловит взгляд зеленых глаз и понимает, что даже за такие мысли (что явно отразились на его лице), может получить шапкой в нос. Ева занимается десертами, ловко лавируя, чтобы не столкнуться с хозяйкой дома. Питера усадили на стул, чтобы под ногами не путался и не мешал. И Питер послушно сидит, смотрит на черноволосую и любуется открыто. Благо, девушка слишком увлечена своим делом, чтобы на него внимание обращать. Только раз, не имея сил открыть банку с джемом, обратилась к нему. И Питер понимает, что не прочь видеть ведьму зеленоглазую каждый день у себя дома. Вот проснулся, а с утра уже можно её мордашку лицезреть. Случись такое на самом деле — Питер Паркер был бы самым счастливым человеком на свете. А ведь тётя Мэй, тем вечером, когда от школьницы вернулся, увидев взволнованного племянника, что только глазами клипал, краснел, хихикал, а потом начинал биться головой об стены, только молча за всем наблюдала, а потом предположила, что он наконец-то в чувствах своих сознался. И вызвала тем самым едва ли не обморок и резкое отрицание. Только спустя пару часов, когда мальчишка успокоился, выведала всё и тут же обняла, похвалив за хороший и очень правильный поступок. Ева же была рада, что согласилась, ведь будучи одна дома, она бы посмотрела телевизор, полазила по всемирной паутине, почитала, покушала и пошла бы спать куда раньше обычного. Потому что в такие дни настроение у неё паршивое, а глаза то и дело наполняются слезами, которые она упрямо отгоняет. Чтобы не угнетать себя, не чувствовать себя ещё более ужасно, старалась об этом всём не думать вообще. Но внутри сидел неприятный ком, который царапал душу и не давал расслабиться, пуская маленькие неприятные токи по всему телу. Хотелось только скрутиться калачиком и плакать. И иногда она именно так и делала, только вот никому и никогда об этом не рассказывала. Слишком личное. Сейчас, находясь в приятном волнении, с грустью осознавала, что быть счастливой и ни о чём тревожном не думать — было для неё дико. Она отвыкла, совсем забыла, каково это — когда счастье покалывает на кончиках пальцев, и улыбаться хочется просто так, без причины, ибо настроение хорошее. Паркеры дарили тепло и уют, о котором Стоун даже мечтать перестала, ведь устала каждый раз пустым взглядом смотреть на осколки разбившихся надежд, рыдая в душе и разочаровываясь в жизни всё больше и больше. Во время ужина вся еда казалась невероятно вкусной, хотелось попробовать все кулинарные шедевры госпожи Паркер, а не тупо ждать десерта, ведь только сладкое приносило ей истинное удовольствие. Тётя Мэй щебетала без умолку, рассказывая забавные истории, а молодёжь внимательно слушала, не перебивая, только смеялись и старались не подавиться. — Ладно, птенчики, мне пора, — поправляя прическу и крася губы, загадочно улыбаясь, оповещает тётя Мэй. — У меня свидание, буду завтра, — кратко объясняет всё и, стуча каблуками, быстро уходит. Не забыв захватить с собой шубку, на прощание подмигнула. Теперь-то Питер понял, почему его тётушка обожаемая так вырядилась привлекательно, макияж делала больше часа, да и вообще решила показать миру всю свою настоящую красоту, которая обычно скрывалась за закрытой и скромной одеждой. Ева без слов начала убирать со стола, мурлыча под нос веселую рождественскую песенку, что безостановочно играла на улице. Парень, вновь залюбовался — светлая и пушистая кофта, оголяющая ключицы, делала образ знакомой более мягким, добрым и нежным. Так и хотелось обнять, погладить и посидеть возле камина… Тряхнув головой, прогоняя сопливые романтические мечтание, на пару с бурной фантазией, что разошлась от одного вида тонкой шеи. Девушка просто сделала себе низкий хвостик на бок, чтобы волосы не мешали, вот Паркер и завис тут же, едва слюни не начав пускать Но опомнился вовремя, перестал стоять истуканом, и тут же поспешил помогать. Хотя, по идее, гостья-то она, и помогать должна, а не брать на себя всю работу. Но во взгляде брюнет увидел, что спорить не стоит, и только заулыбался ещё шире, ибо понимает её уже без слов. Когда посуда была помыта и расставлена, Питер быстро сделал горячий шоколад, чтобы похвастаться своими умениями, а заодно и воплотить свое маленькое желание — согреть эту малышку хоть немного. И хотя ростом они были почти одинаковым, и худышкой назвать её нельзя — округлые слегка широкие бедра, талия и пышная грудь. Всё делало её более женственной и взрослой, нежели большинство его ровесниц. Но всё равно хотелось защитить, пригреть и подарить счастье, ведь она его определенно заслуживает. Выключенный телевизор, тихая мелодия из радио, и они вдвоем, сидят возле камина на диване. Ева завороженно смотрела, как полыхает огонь, попивая шоколад, а Питер же не сводил глаз с неё. Затянувшеюся тишину спасло сообщение от вездесущей тёти Мэй, что напомнила им о подарках. — Она божественна, — лишь прошептала девушка, приподнимая уголки губ. Питер с замиранием сердца наблюдал, как Ева аккуратно открывает свой подарок, а потом пораженно поворачивается к нему. — Нравится? — облизывая пересохшие губы, нервничая, интересуется школьник. — Невероятно, — едва шепчет и тут же себе надевает. — Спасибо, Питер, — и смотрит своими глазами колдовскими с такой щемящей благодарностью, что у него сердце в пятки уходит. Хочется признаться, да страшно, и момент такой прекрасный разрушить может, а заодно и её настроение. Нет, не сейчас. Она уж точно к такому повороту не готова ещё. Ева мнется и смущенно взгляд опускает, а потом всё же решается и быстро чмокает его в щеку в знак благодарности. Нервно теребя низ своей кофты, смущенно улыбаясь, протягивает подарок. У Питера вновь широкая и глупая улыбка, румянец на щеках и ощущения настоящей сказки. Раньше такого с ними ещё не происходило. Подрагивающими пальцами парень всеми силами старается сдержать себя, чтобы не разорвать красивую красно-синюю упаковку. Избавившись от подарочной бумаги, открыл коробочку и увидел часы. Он не мог поверить — как это она так удачно угадала? — Я просто видела, что ты последнюю неделю в школе, перед каникулами, — объясняет Стоун, заправляя волосы за ухо и улыбаясь. Реакцией Питера довольной осталась. — Что ты без часов ходишь. Да и Нед сказал, что это Флеш «случайно» на них капнул чем-то во время уроками химии, — и пожимает плечами, словно это было очевидно и просто. Только вот Паркер не мог поверить, что она такие мелочи подмечает, да и оказывается, на него всё же иногда смотрит. — Спасибо, — как и девушка, тут же надевает себе. Часы были явно дорогими, хорошими и качественными, а еще почти точь-точь, как старые, которые он на самом деле просто любил-обожал. Неужели она и это запомнила? Питер плюет на здравый смысл и вновь касается её щеки рукой. Поглаживает нежную кожу большим пальцем и понимает — он хочет проделывать это вечно. Как сейчас, так и в будущем. Ева вновь не отталкивает, только смотрит, а потом и вовсе, как кошка, трется о его ладонь, прикрыв глаза. У Питера взрыв мозга, кульбит сердца и умирание от счастья бабочек в животе. У Питера любовь, рёбра выламывая, наружу рвется. Он сам не замечает, как склоняется к ней, желая наконец-то сахарные губы поцеловать, ощутить их мягкость и познать нирвану. Да вот трезвонит мобильный телефон, который словно кувалдой рушит всю атмосферу, заставляя Стоун испуганно отскочить и едва не свалиться с дивана. Нед, как никогда, не вовремя, но перебить товарища, у которого слова, аки пули из автомата вылетали, было нереально. Устало вздыхая и едва не хныча от неудачи и такой подставы от друга, наблюдает за тем, как его ведьмочка быстро хватает чашки от шоколада и семенит на кухню. Питер знает, что сегодня больше такого шанса не будет. А в ближайшем будущем он решимости не наберется точно. Нед поздравляет, желает много всего нужного и ненужного, как-то странно хихикает и со временем начинает нести полную чушь заплетающимся языком. Потом трубку перехватывает его мама, просящая прощения за глупого сына, который умял целую коробку конфет с ликером. Усмехнувшись, ведь Нед действительно мог просто не заметить какая начинка, поздравил женщину и отключился. Уткнувшись ладонями в лицо, пытался справиться с нахлынувшим смущением и придумать, как же стоит вести себя дальше. — Всё в порядке? — присаживаясь рядом, спрашивает Стоун, держа в руках чай, от которого исходил невероятный аромат. Словно и не было ничего. Ей за выдержку просто аплодировать надо. — Д-да, Нед просто разошелся чуток, — повел плечом, всё еще досадуя, что ничего не вышло. Но они точно стали ближе, и такой маленькой победе тоже стоит радоваться. — Хм, — тянут задумчиво, а потом чашку огромную, что едва двумя руками держала, предлагает брюнету. Тот сглатывает и соглашается. Промочить горло не помешает точно. Запах лимона, и чего-то сладкого вскружил голову, заставляя расслабиться. — Косвенный поцелуй, — бурчит себе под нос, и красными пятнами покрывается от своей догадки. У Евы мартовский кот просыпается внутри, урча от удовольствия, желая ласки и нежных, заботливых и любящих рук. Она сама себе толком отчет не отдает, боится до дрожи в коленях, но всё равно решается на безумный шаг.