Рисуя будущее нашей кровью

      Очередной кусок сладкого теста был отправлен в рот. Маршмеллоу буквально таяли, принося небывалый заряд бодрости.       Бьякуран удовлетворённо зажмурился, перекатывая на языке тающий шарик сладости. — Бьякуран-сан, — тихий голосок Юни разорвал тишину, будто лист бумаги, издавая тот самый неповторимый треск. — Может, мы им поможем?       В кабинете второго босса Мильфиоре пахло чем-то приторно сладким, почти удушливым. Девочке было тяжело находиться здесь — ей казалось, будто где-то в углу разлагается труп. — Нет, — парень ногами оттолкнулся от стола и начал крутиться в кресле, чуть ли не засыпая себе в рот маршмеллоу. — Емицу сам должен осознать, что по глупости лишился не только потенциальной жены, но и любимого ребёнка, который в будущем должен занять место Ноно. — Тебе не кажется, что мы поступаем подло? — Аркобалено съёжилась, чувствуя давление совести, тихим звоном в ушах напоминающей о себе. — И не только по отношению к Вонголе, но и к Аркобалено: сила Тсунаёши-сана нужна для разрушения проклятия. — Ну-ну, Юни-тян, — Бьякуран тихо засмеялся, чувствуя предвкушение от скорой встречи с Тсунаёши этого мира. — Годом раньше, годом позже... Ты ведь сама знаешь, что его сила скоро начнёт выжигать личность изнутри. — Этого я и боюсь, — девочку передёрнуло, когда она вспомнила видение, которое когда-то пришло от её матери из другого измерения.       Развалины некогда величественного особняка Вонголы представляли из себя жалкое зрелище: разрушенные стены, просевшие этажи и огромные дыры в крыше заставляли усомниться в том, что здание с треском и грохотом не обвалится, если кто-то всё же решится толкнуть покосившиеся главные двери. Казалось, будто та напасть, что уничтожила резиденцию, не оставила даже фундамента.       Ария с ужасом обозревала открывшуюся картину, понимая, что они опоздали: Савада Тсунаёши сошёл с ума, не совладав со своей силой и сгубив кисловато-сладким безумием почти весь костяк клана... — Не нужно, Юни-тян, — Бьякуран на диво серьёзно посмотрел на первого босса Мильфиоре, перестав крутиться в кресле.       Аркобалено послышался треск крашенного льда, когда она посмотрела в глаза собеседнику. Верхушка айсберга стремительно покрылась трещинами, распадаясь на мелкие куски замёрзшей сиреневой воды.       Он винил себя... — Тсунаёши-кун справится? — голос был ужасно хриплым и больше напоминал звук наждачки. — Мы ему поможем, — Бьякуран вновь беззаботно улыбнулся и закинул руки за голову, вместе с креслом разворачиваясь к широкому окну. — Мы все ему поможем.

***

      Тихий детский шёпот и запах плавленного воска затопили комнату. Воздух едва уловимо искрился, а предметы вокруг летали, послушные чужой воле. Стоящий посередине комнаты мальчик, закинув назад голову, быстро шевелил губами, ища нужный рейтинг. В больших карих глазах были видны сияющие планеты и звёзды, мелькающие то в зрачке, то на радужке.       Сидящий в углу комнаты парень внимательно следил за действиями мальчика, порой судорожно выдыхая и неприятно кривя губы, когда очередной рейтинг не подходил. Странно уложенные короткие волосы отливали тёмно-синим, а разные глаза порой пугали своим мёртвым блеском. — Первое место в рейтинге «Самый подходящий босс для Рокудо Мукуро» занимает Савада Тсунаёши... — чёткий слух уловил нужную фразу, заставив иллюзиониста вздрогнуть. — Стой, Фуута-кун, — хрипло произнёс парень и прикрыл глаза, чувствуя предвкушение. — Найди мне рейтинги по этому Саваде Тсунаёши.       Мальчик согласно кивнул и глубоко вздохнул, снова начав шептать. — Первое место в рейтинге «Сильнейший из Хранителей Три-ни-сетте» занимает Савада Тсунаёши. Третье место в рейтинге «Пробудившийся Хранитель Три-ни-сетте» занимает Савада Тсунаёши. Первое место в рейтинге «Наследники клана Вонгола» занимает Савада Тсунаёши... — Достаточно, Фуута-кун, — парень медленно встал и подошёл к выдохшемуся мальчику, приобнимая его и уводя из комнаты. — Спасибо, ты очень помог, но тебе нужно отдохнуть, — они вышли из комнаты и тут же зашли в маленькую кухонку, на которой уже вовсю хлопотала чем-то похожая на разноглазого девушка. — Потом ты сможешь продолжить свой путь. — Мукуро-к... — мальчик вскинулся и внимательно посмотрел на иллюзиониста. — Не волнуйся, Фуута-кун, деньги мы уже приготовили, ты уйдёшь вместе с ними, — тут же спохватился парень. — Да нет же... — жалобно простонал ребёнок. — А что же тогда? — Мукуро в удивлении уставился на Фууту, которого только что усадил на чуть поскрипывающий стул.       Девушка развернулась и тоже посмотрела на мальчика, не понимая его реплик. — Я хочу с вами, — тихо прошептал он и с надеждой посмотрел на иллюзионистов. — Савада Тсунаёши занимает первое место в рейтинге «Не откажет ребёнку, нуждающемуся в помощи и защите». — Ты хочешь использовать этого парня в своих целях? — весело хмыкнул Мукуро, потрепав парня по голове.       Фуута покраснел до кончиков ушей, понимая, что поступает подло. Но он не может поступить иначе. Его защищает временное покровительство клиентов, но долго это продолжаться не может, поэтому он должен искать человека, который примет его в семью. И он бы даже не пикнул ничего этим странным иллюзионистам, но та самая мифическая Рейтинговая звезда осторожно подталкивала к Саваде Тсунаёши, будто знала, что у Фууты всё получится.       Да и соврал он насчёт последнего рейтинга, если честно. Просто так больше шансов напроситься в их группу выживания. — Вы ведь сами хотите стать его подчинёнными, а я могу помочь, — мальчик немного заикался и не поднимал голову. — Я смогу делать больше рейтингов по Саваде Тсунаёши и помочь финансово. — Фи-финансово? — прошептала девушка, но смутилась под взглядом Мукуро. — Вас ведь Виндиче разыскивают, — всё тише и тише продолжал он. — Вам тяжело зарабатывать и прятаться, а я могу помочь финансово и составлять рейтинги наиболее безопасных мест проживания и работы. Но если он откажется, то я тут же уйду и никому ничего не скажу! — тут же спохватился Фуута и наконец поднял голову. — Интересное предложение, — задумчиво пробормотал Мукуро. — Думаю, у нас всё получится, — он протянул руку мальчику и пожал маленькую ладошку, смотря точно в радостно сияющие глаза. — Буду рад сотрудничать, Фуута де ла Стелла.       Девушка покачала головой и улыбнулась, понимая, что стало на одного больше в их шайке-мотайке. Она хотела было вернуться к готовке, как в маленькой прихожей раздался щелчок замка и скрип старой двери. — Мукуро-сама, мы вернулись.

***

      Очередная затяжка заполнила лёгкие сигаретным дымом, принося чувство умиротворения.       Хаято закашлялся, когда воспалённое горло вновь опалила вспышка боли. На лекарства денег не было, хотя на вредные палочки с недотабаком пара евро всегда находилась.       Он прикрыл покрасневшие от недосыпа и болезни глаза, чувствуя аномальную слабость и ненавидя себя за это.       Все те семь лет, что он мотается по Италии, подрывник чувствует жгучую пустоту в груди. Она разъедает плоть, оставляет болезненные язвы на смуглой коже итальянца и до тихого воя давит на психику.       Он с завистью думает о кланах и семьях, понимая, что такой «обрубок», как он, никогда не будет принят кем-то. Даже в роли простого «пушечного мяса».       Такие, как Хаято, обычно загибаются от болезни или раны в вонючей подворотне под скулёж пробегающей мимо собаки.       Такие, как Хаято, никому не нужны. Они мотаются по миру и стараются прожить ещё хотя бы день, который закончится не пулей во лбу.       Такие, как Хаято, — озлобленные на весь мир волчата, готовые вцепиться в глотку первого встречного. Им не нужна забота или помощь, им не нужны сочувствие и любовь. Им нужен сильный человек, за которым можно будет пойти и в огонь, и в воду.       Таким, как Хаято, нужно невозможное.

***

      Юный киллер Ламбо Бовино никогда не был глупым.       Он был несносным, капризным, избалованным и крикливым. Но не глупым, нет.       Зелёные глаза лучились вечным весельем, малахитовыми искорками вспыхивая где-то в глубине радужки. Казалось, подожги, и всё к чертям взлетит.       Он всегда смеялся и делал вид, будто не понимает, что происходит вокруг.       Будто не знает, почему мама так и не вернулась из оперы, а папа рано поседел.       Будто не замечает, что его многочисленные братья и сёстры резко сократились в количестве.       Он постоянно видел отношение старших к детям и взрослым, понимая, что сейчас некий «щадящий» режим, который очень скоро может вырасти в «Вали отсюда, пока всё на месте!».       Он трясётся от ужаса, когда видит зловещие тени за окном и держит липкими пальцами лимонку, пусть и понимает, что в таком состоянии не сможет дёрнуть чеку.       Юный киллер Ламбо Бовино хочет, чтобы этот кошмар наконец закончился.

***

      Ямамото Такеши никогда не видел матери. Ямамото Такеши никогда не видел своего отца расслабленным и спокойным. Ямамото Такеши с трёх лет держит синай, доводя чуть ли не до автоматизма непревзойдённый Шигурэ Соэн Рю.       Ямамото Такеши играет в бейсбол и отстаёт в учёбе, засыпая на уроках из-за изнуряющих тренировок. Ямамото Такеши знает и поддерживает вся школа, порой закрывая глаза на оценки.       Ямамото Такеши чувствует, как фарфоровая маска трескается грязно-серыми полосами, теряя маленькие осколки. Улыбка вечного идиота всё сильнее въедается в кожу, порой пугая окружающих и зля отца.       Ямамото Такеши видит окроплённое кровью будущее, в котором громоздкое Небо падает на города, придавливая собой людские пороки и страхи.       И ему нравится это будущее, ведь он умрёт первым.

***

      У Сасагавы Рёхея никогда не было мечты. Но зато имелась цель, которую он хотел во что бы то ни стало воплотить в жизнь.       Ведь каждый раз, когда он смотрит на улыбчивую Киоко, он вспоминает тот налёт на дом, когда бабушка и дедушка стояли на коленях перед якудза и умоляли не трогать детей.       Киоко и Рёхей в тот момент забились в угол и, плача, смотрели, как обойма теряет гильзы, что со звонким стуком падали на пол. Киоко и Рёхей видели, как бабушка и дедушка грузными мешками падают к ногам налётчиков и затихают.       Киоко и Рёхей видели, как хищник смотрит на свой обед.       И Сасагава поклялся себе, что ни он, ни сестра больше не почувствуют этого змеиного взгляда более сильного.

***

      Хибари Кёя считал себя выше японской культуры. Почти все правила были так или иначе связаны с обществом, которое он терпеть не мог. Кёя буквально задыхался, когда находился среди людей. Чувство собственного превосходства змеилось по коже, обвивая сердце и проникая в самую душу. Он чувствовал слабость и пассивность окружающих, ненавидя их за это.       Он не видел ничего хорошего в этой жизни, будто грозовые тучи загородили небо, защищая его от людских взоров.       Он тренировался и искал более сильного соперника, чтобы развеять свинцовые тучи.

***

      Время утекало сквозь пальцы, подражая сыпучему песку. Мукуро в который раз подивился тому, что до сих пор гонится за неосуществимой мечтой, некогда подкинутой одним из Хранителей Три-ни-сетте.       И он бы давно прекратил поиски, занялся бы более животрепещущими проблемами, но... Где-то внутри его персональное проклятие шептало, чтобы он бежал за мечтой, искал «того самого человека», который развеет туман и покажет ослепительно-яркое небо.       У него слезились глаза, когда он видел счастливое будущее, которое, казалось, будет лишь фантазией. Он хрипло дышал и сжимал ладони в кулаки, когда видел забитых проблемами и страхами друзей.       И он сломя голову нёсся к недостижимой мечте, чтобы хотя бы дотронуться до счастья, чтобы и ему перепал кусочек вечной любви.       Он найдёт Саваду Тсунаёши и все непременно станут счастливы.