Падший с Небес.

Все люди, взглянув на небо, следят за тем как плавают облака. Огромные, большие и белые исполины, они летят в воздухе, минуя многие километры, пока не истаивают к концу своего пути. Многим бы хотелось прикоснуться к ним, обнять, поплавать, погрузиться... Увы - облака это лишь сконденсированный пар, не более того. Попытавшись их обнять, ваша одежда лишь намокнет, а вы и не почувствуете той придуманной мягкости и пружинистости. Но... Но тут облака были другие. Плотные, достаточно твердые для того что бы их трогать, сжимать и ходить облака. Это не был простой пар - нет. Нечто большее. Ведь для жителей Небесных Островов это было так же повседневно как земля под ногами для жителей Синего Моря. Белое полотно кучевых облаков представало в однородной картине, так и ждущей, что бы ее кто то раскрасил. Кое-где из облаков пробивалась земля, и на ее поверхности росли редкие пальмы и деревья. В менее густых облаках, что называют Белым-Белым Морем, то тут, то там выпрыгивали рыбешки, с широкими перепончатыми плавниками, что служили им крыльями. Бирканцы и их близкие родственники скайпийцы называли подобных жителей облаков небесными рыбами. Множество пород этих живых организмов имели самый разный вид - были и маленькие, ничем не отличающихся от тех, что плавают в воде морей внизу, и большие, способные поспорить в размерах с китами, акулами и детенышами Морских Королей. Изредка здесь можно было увидеть змеиные, чешуйчатые тела огромных миног, что охотились на своих сожителей, впиваясь в плоть крючковатыми челюстями. В небе над облаками летали как обычные пичуги, что мигрируют согласно своим инстинктам, так и аборигенные, обитающие только тут особи. И сейчас, скрывая своей тенью растилающиеся внизу облака, в воздухе планировала огромная птица. Ее длинный, слегка загнутый клюв и острые когти на лапах, сразу могли подсказать любому здравомыслящему человеку ( кроме некоторых действительно глупых и беспечных лиц), что этот представитель фауны Скайпии весьма и весьма опасен. Покрытый фиолетовыми перьями, этот Сандзете еще не приобрел присущий взрослым особям рыжий воротник, ограничиваясь лишь легким белым пушком, но по размерам он явно приближался к тем трем метрам в высоту, что станут пределом его размеров. Сейчас этот подросток кружил над своей территорией, выискивая то, чем можно было бы поживиться. Голод тревожил нутро птицы, и та выискивала самые изысканные и легко доступные кусочки пищи. Желания охотиться у нее откровенно говоря не было, да и не нужно было - сейчас бы сошла столь любимая тухлятинка или... Внезапно внимание птицы привлекло нечто ярко-оранжевое, солнечного оттенка, что возлежало горкой на твердом облаке, неподалеку от маленького оазиса из пальм. Сосредоточившись на этом, птица заложила очередной вираж в воздухе, дабы разглядеть привлекшее ее внимание тщательней. И утвердившись в том, что это то, что нужно, вновь повернула в сторону, начав свое приземление. Захлопав крыльями, Сандзете выставила лапы вперед и устремилась к земле. Через три секунды острые когти вонзились в твердь облаков, и пропахивая себе путь, стали тормозить садящуюся птицу, оставляя длинные борозды. Кое-как приняв устойчивую позицию, хищник встряхнул своими перьями и двинулся к предмету, который привлек его внимание. Несколько крупных, ярких, блестящих своей кожицей на солнце и истекая каплями сока на своей волокнистой плоти, истончающей чуть сладковатый, свежий запах. От этого аромата в желудке птицы вновь зазвучало ворчание, призывающие съесть это редкий деликатес, который нельзя было найти в дикой природе. Такой желанный, вкусный и сладкий... Издав короткий крик-вопль, Сандзете клювом вгрызся в разрубленную на половинки тыкву, выклевывая ее плоть с урчанием... И при этом не задумавшись, как этот, несомненно, "культурный" плод со товарищи, оказался тут. Зря. Продолжая свою трапезу, птица не заметила, или даже проигнорировала тихий щелчок, что донесся с пальмы неподалеку. Клевываясь все дальше и дальше, птица была увлечена плодами... И поэтому не успела среагировать, когда с пальмы прозвучал громкий хлопок, и в ее левый глаз влетела тяжелая свинцовая пуля, выбивая содержимое ее головы. Алый фонтанчик крови, вперемешку с осколками черепа, расцвел по правой стороне, окрашивая облако под смертельно раненным животным в красный. Уже умирающее тело жертвы пару раз взмахнуло крыльями, и сделав короткий шаг, осело в быстрой агонии. Кровь медленно стекала по поверхности облака, а жизнь так и не ставшего взрослым Сандзете, утекала. Тем временем с пальмы, откуда и произошел выстрел, началось шевеление с тихими ругательствами. - Черт... Надо в следующий раз сбавить давление в ракуше - все плечо отбило. Листья пальмы шелестели из-за движений на ее верхушке, которые вскоре прекратились, когда в верхушку ствола уперлась маленькая детская нога, обутая в кожаный мокасин, на котором, ремешками, на внутренней стороне стопы были закреплены два шипа. Сделав еще шаг вниз, вторая нога уперлась шипами в ствол пальмы, закрепившись в нем. Так, шаг за шагом, стрелок спускался вниз, из под листвы пальмы. Стрелком оказался мальчишка лет восьми. На это указывала закрепленная на его спине странная винтовка - длинная, практически с рост своего владельца, в ней было несколько странных элементов, не характерных для типичного огнестрельного оружия. Большая скоба находилась около у спускового крючка, своим концом ближе к прикладу закрепленная на замок-прищеп. Так же винтовке особый вид придавал проволочный приклад, сейчас находящийся в сложенном состоянии, и гайка-утолщение на конце ствола. Магазина или чего-то подобного видно не было, что могло сказать о том, что сие произведение оружейного искусства однозарядное. А закрепленная ближе к затвору ракуша, наводила на мысли, как оно стреляет. Сам же стрелок выглядел при этом оружии весьма... нелепо. Как еще можно назвать вооруженного таким оружием мальчика, одетого в легкие бриджи, короткое черно-синее пончо и умилительную, до ужаса смешную шапочку-чульо, с огромным количеством цветов и крупным помпоном на макушке. Все это, вкупе с довольно миловидным личиком, белоснежными крылышками за спиной и огромными, голубыми как два озера, глазами, делало из мальчика объект для тисканья... Только вот просто так Вейн не давал к себе прикасаться. Он просто ненавидел когда его пытаются трогать чужие люди, даже если это женщины. Характер этого паренька был не по возрасту серьезным, и сосредоточенным. Жители порой удивлялись такому поведению, и все же не придавали этому никакого значения. Почему? На то были причины. Ведь когда некоторые за спиной называют тебя "ублюдок" и "безотцовщина"... Тем не менее, Вейну было плевать. Сейчас у него были более важные, и более серьезные дела, которые надо было именно сейчас сделать. Отогнув ткань пончо на груди, маленький биркиец вытащил из под него вдетый в ножны короткий нож. Тщательно осмотрев лезвие, он вздохнул, сказав лишь: - Поехали...

***

- Мда. Я так и не мог бы додуматься, как завалить эту пташку одному, тем более в таком возрасте. Как ты смог, Вейни-чан? - Банджи, я же просил так меня не называть. - Ой ну ладно-ладно.- помахав рукой в примирительной жесте, крылатый здоровяк с полностью выбритой головой и крупной, иссиня черной бородой усмехнулся. - Я просто не могу не удивиться тому, что ты это провернул. Так как? - Ну... Я просто следил за ними некоторое время, и выяснял их повадки. Так я заметил что эти "хищники" не прочь полакомиться чем-то сладким... - Сладким? Ты серьезно? - Вполне. Я сам удивился когда это увидел. - ответил Вейн, отгружая с волокуши мясо Сандзете, снятое с туши. Набрав несколько десятков килограммов самого вкусного мяса и часть внутренних органов, он привез его к Банджи, который давал неплохую цену. Ведь денюжки ой как нужны были. А мясник легко реализует такой товар в кратчайшие сроки... - Хм... Не знал об этом, если честно. И все же - как ты его смог убить? Взгляд мужчины упал на волокушу, загруженную мясом, и натолкнулся на длинный ствол. - Погоди-ка... Это разве не тот старый мушкет, который ты выменял у старика Хорога? - Ну... Не совсем. Только ствол от него. Все остальное я заменил. Банджи всегда удивляла находчивость и рукастость этого мелкого пацана. Сколько вещей он сделал за это небольшое время, сколько маленьких делишек провернул? И вот сейчас перед ним было очередное доказательство его гениальности. Взглянув на Вейна, Банджи молча спросил разрешения осмотреть оружие. Мальчик лишь махнув головой, одобряя это. Мужчина протянул руку и схватил винтовку за ствол. Только вытянув его, он понял, как мальчик глубоко поработал над ржавым ружьем. - Хо. Бриз Ракуша? - Да. Пороха и прочего я достать не смог, так что решил заменить его на Бриз Ракушу. Пуля выталкивается сжатым воздухом, который накапливает в камере. Отдача немного легче, да и вспышки нет. Удобно... - И приклад как я погляжу ты убрал. Хотя помня, в каком состоянии он был, его было проще сжечь на растопку. Но только я не пойму - ты всегда его держишь заряженным? - В смысле? - Ну, я просто не понимаю, как бы ты успел зарядить его через дуло за такое короткое время... - Оно не дульнозарядное. - отрицательно замахал головой мальчик. - Сдвинь эту скобу под крючком вперед. Выполнив совет парня, мясник снова удивился. - Интересная система.- оценил Банджи открывшуюся ему камору заряжания.- Пули должны быть большими. Накрыв отверстие большим пальцем, он примерно отметил, что калибр оружия варьируется где-то ближе к двадцати миллиметрам. Мощная штука, особенно для стрельбы на дальние расстояния. Только вот нарезки на стволе явно не было, так что дальность из-за этого должна сильно урезаться... Хотя... - Хо. Хо-хо-хо-хо! Нарезка? А почему не полная? - Не было подходящего для этого инструмента. Тем более мне и такой хватает. Остальное делает пуля. Я долго на ней трудился, что бы добиться подходящей формы Вытащив из кармана пулю, Вейн протянул ее Банджи, дав ее рассмотреть. Вытянутой, цилиндрической формы, она была похожа на маленькую турбинку, с многочисленными мелкими лопастями - Мда, сложноватая. Я бы наверное забил на это дело, и просто использовал обычную. Но если такой эффект... Скажи, ты измерял дальность стрельбы? - Ну... Да... Только не шагами. - отвечая на этот вопрос, маленький биркиец сдвинул свою шапочку назад, обнажая свои золотистые, непривычные для его народа, волосы. Тонкие пальчики погрузились в эту копну, и начали ее расчесывать, показывая легкую неуверенность. - Мне удалось попасть с Южной Скалы в кокос на пальме Пилигрима. - Чего?!- прикрикнул от удивления здоровяк, подпрыгнув на месте. И на это было причины - ведь Пилигримом местные жители называли находящийся немного вдалеке очередной небесный островок, площадь которого была так мала, что там только росла одна пальма, которая изредка плодоносила своими типичными на Скайпии квадратными кокосами. Но дело было не в этом. Попасть с Южной Скалы в пальму на островке было сложно из-за того, что расстояние между ними было никак не меньше километра! Удивительная точность для "сопливого" мальчишки и его самодельной винтовки, сделанной из проржавевшего мушкета. "Все таки зря говорят про Вейна гадости. Хороший парниша. И руки из правильного места растут и голова на месте. Хоть что-то хорошее от синеморцев..."- в голове подумал Банджи, возвращая оружие его владельцу. Уложив свое оружие обратно, Вейн вновь натянул чульо на свою головку, в ожидании смотря на здоровяка-мясника. - Я это... Тороплюсь. - невзначай сказал он ему, делая намек на то, что бы уже отдать гонорар за добытую дичь. - А. Точно. Вот держи - как договаривались. - и на протянутую ладошку мальчишки свалился мешочек с его честно заработанными экстолами. Мальчик лишь одобрительно махнул головой и подхватил свою винтовку с плетеной корзиной-рюкзаком, уже собирался попрощаться со своим, возможно, единственным другом, как тот задал вопрос, сменивший настроение парнишки. - Как твоя мама? Остановившись на дороге, маленький биркиец посмурнел, а его лицо стало до жути холодным и бесстрастным. - Плохо. Лекарства не помогают. Только дают облегчение. - негромким голосом ответил он, сжав оружие в своих руках. - Прости... Так все таки ты не оступишь? Ты все таки собрался туда? - Да. Другого выхода нет. Дерево может находиться только там. - Я понимаю, но... Ты еще ребенок. Ты не доберешься туда. - НЕ ГОВОРИ ТАК! - резко развернувшись, Вейн выкрикнул эти слова в лицо Банджи, исказив свое в жуткой гримасе. - Я знаю что это будет сложно! Но другого выхода нет! Никто ей не поможет кроме меня! Я должен попытаться! - Вейн... - протянул его собеседник, но мальчик продолжал. - Ты думаешь я зря все это делаю? Охочусь, коплю деньги? Нет! Это все ради нее! Она поступила бы точно так же ради меня! Что я за сын, если позволю ей умереть?! Я знаю что слаб, но другого выхода нет! Другие жители Бирки ради нее и пальцем не пошевелят! Я знаю что она для них изгой, после того как она родила меня! И пусть! Пусть они все хоть желчью изойдут! Я ее не брошу! Вглядываясь в лицо этого мальчика, стоящего прямо перед ним, Банджи понимал, что он силен. Нет, не телом. Волей. Он не боялся охотиться на Сандзете, который способен порвать в клочья более опытных и взрослых охотников. Не побоялся собрать это ружье, в случае ошибки которое могло выбить ему глаз, или, что хуже, оторвать руки высвободившимся из ракуши давлением воздуха. И не боится отправиться туда, где его ждут самые невероятные опасности на пути. Не только животные, но и родственное биркийцам племя, которое не пустит чужака на свою землю... Варсу... Ибо только там можно было найти то, что спасет матери Вейна жизнь - Дерево Кона...

***