Падший с Небес.

- Тут все как я просил? - Конечно. Хоть и пару вещичек мне пришлось поискать более тщательно в других закромах, но я откопал тебе нужное. Только я одного не пойму - тебе все это зачем, Вейн? Нельзя обойтись без этого? - озадачено спросил мальчика худощавый, одетый в типичную для биркийцев белоснежную тогу Сонди, почесывая свою покрытую смоляным афро голову. Торговец ракушами просто не понимал, зачем мальчишке такой набор? За такую сумму и таким товаром, можно было бы вооружить как минимум пятерых воинов Бирки! А тут, один пацан... - Нет. Нельзя. Ты закончил с расспросами? - на грубый вопрос Вейна, он лишь прикрыл глаза, дав понять что дальше не будет расспрашивать о предназначении заказа. - Тогда вот твои деньги. Мешочек с экстолами занял свое место на столе перед торговцем, а маленький биркиец резко взвалил наполненную ракушами корзину-рюкзак на свои плечи, направляясь прочь из лавки этого через чур любопытного субъекта. Ему не хотелось обсуждать что либо с жителями его родного края ввиду того знания, какое презрение за своими лицами-масками они чувствуют по отношению к его матери и ему самому. В особенности ему. Биркийцев нельзя было назвать ксенофобами, но любви к другим народам они не имели. Особенно к синеморцам. Почему, спросите вы? Работорговцы. Раз в несколько лет с Джаи на Небесные Острова попадают очередные охотничьи партии за живым товаром, которые забирают с собой экзотичных для своего мира жителей облаков. В результате этого кто-то теряет отца, мать, сыновей, дочерей... О нет, скапийцы и шандийцы не имели такой неприязни - память о Монблане Ноланде все еще грела их души... В перерывах между стычек четырехсотлетнего конфликта, который никак не мог остановиться. Вейн был полукровкой, и это заставляло остальных жителей Бирки чувствовать к нему свою неприязнь. Иной, отличающийся от них. Ни один из представителей этого воинственного народа не имел таких сияющих голубым глаз и золотого волоса на голове - кровь неизвестного отца, что прибыл сюда со своей странной командой, дала это. И теперь ему приходилось за это платить. Ноша с плеч мальчика была переложена на волокушу, сцепленную с собранным им самим волновиком. В отличии от стандартной конструкции, по которой строилась большая часть этого легкого транспорта, "Шустрик" Вейна обладал более приземленной и обтекаемой формой, что при наличии трех мощных Бриз Ракуш делало его чрезвычайно быстрым. Откровенно говоря, для мальчишки его возраста такой транспорт был небезопасен - на таких скоростях он вполне мог бы не справиться с управлением, и при огромной скорости разбиться было проще простого... Вот только этого до сих пор не случалось. Удачей было или нет... *** Под визг бриз-ракуш, маленький волновик рассекал лежащее под собой Белое Море, направляясь за границу Бирки. Все дела в городе были сделаны, и теперь мальчик стремился обратно туда, где его по настоящему ждали лишь те, кому он был действительно нужен. Километр за километром облаков оставались за спиной, а в голове всадника проносились отнюдь не светлые мысли. Время поджимало - медикаменты, доступные под рукой сейчас, смогли остановить распространение лихорадки дальше, замедлив развитие симптомов, но это было лишь временно. Неделя-две - и болезнь вновь начнет действовать, ударными темпами захватывая организм. Почему... Почему же так могло случиться что именно мама Вейна выкопала ту злокозненную тыкву из земли их огорода, которая несла в себе споры забытой еще несколько сотен лет назад болезни, что была с трудом излечена? Злой рок - не иначе. А ведь сам он не заболел! Уже два месяца находясь рядом с больной, он не заразился, хотя по рассказам стариков древесная лихорадка скашивала целые деревни за несколько недель, не разбирая жертв - умирали и дети, и взрослые. Так что его иммунитет против этой болезни был загадкой, единственным ответом на который мог быть только его отец, о котором он даже из уст матери не слышал. Только слухи от остальных, да и бабушки Надии. Тем временем впереди по дороге начал показываться его домик. Не слишком большой, всего то одноэтажный, но до жути родной, единственный. Единственное что его смущало - так это форма... По рассказам старушки по соседству, раньше этот домик был в действительности огромной тыквой, внутренности которой просто съели, а оставшееся обустроили. Раньше тут жила семья скапийцев, которая торговала с собратьями, но съехали, когда поняли что вести дело тут не выгодно. А после домик заняла его мама, находившаяся уже на седьмом месяце.