Перепутье Добра и Зла

Человеческий мир - любимое пристанище многих существ. Но Бог запретил своим ангелам спускаться к людям, они могли лишь изредка помочь, да и то - очень редко. Демонам было немного проще: Люцифер хоть также и не пускал их на Землю, но разрешал всячески строить козни людям, дабы обречь на вечные муки как можно больше душ. В этом была его выгода. Ад принимал всех: от некрещеных младенцев до предателей. Многие, кто попадал туда, не выдерживали спустя пару минут. Но был у адских палачей любимчик - шаман. Когда он впервые попал туда, они обрадовались, ибо им нравилась игрушка, с которой можно долго играть, причем так, как полностью хотела их прогнившая душа. Но потом шаман выбрался, а когда вернулся второй и третий раз... Демоны в панике разбегались. Это шаман был слишком могущественен - мог убивать демонов, чем он и занимался, находясь каждые пятьсот лет в Аду. Но теперь он не мог оставаться в этом пекле - Турнир Шаманов продолжается, а его мечта не требует отлагательств. Вот только оставался один лишь вопрос: как отсюда выбраться? Хао Асакура за свою очень долгую, насыщенную реинкарнациями жизнь, знал лишь одно: эти темные твари хотят поиграть с его душой (хотя, там остались лишь жалкие ее обрывки). Он бродил незнамо сколько то по пустынным просторам, то по огненным рекам. Демоны не появлялись ему на глаза, потому что знали - если он найдет их, выберется назад, в человеческий мир. А приказ Люцифера был ясен - не позволить Хао Асакуре этого сделать. Многие недоумевали из-за этого приказа. Этот шаман мог бы прислать им кучу душ своими убийствами, так в чем смысл оставлять его, там, где он скорее истребит всех демонов? Но мало, кто хотел спорить с самим Дьяволом, поэтому предпочитали молча исполнять приказ. Хао чертыхнулся, устало рухнув на серую землю и прислонившись спиной к огромному камню. В прошлые пребывания в Аду было намного легче вернуться, нежели сейчас. У шамана было отчетливое ощущение, будто кто-то ему препятствует. В темном красном небе неторопливо плыли черные полоски, казавшиеся облаками. Тяжелый запах серы, витавший здесь, мог запросто сжечь легкие, но бесплотным духам это было не страшно. Доставляло некоторые неприятные ощущения, но в основном было плевать. Всем хотелось выбраться из Ада, но не всем перепадал такой редкий, как само мгновение, шанс. Точнее, никогда. Было лишь одно исключение. Хао прикрыл глаза, собираясь с мыслями. В голове все еще отчетливо проносилось одно воспоминание, из-за которого казалось, что в венах закипает лава, а сила вот-вот вырвется наружу, уничтожая все вокруг из-за непреодолимой ярости. Как могущественный, самый сильный из всех живых существ мог проиграть своему младшему брату, обычному шаману, который даже не был равен по силе? Хао со злости ударил кулаком в землю. Теплые алые капли просочились, соскальзывая на серую безжизненную почву. Асакура задумчиво наблюдал за каплями крови, понимая, как привык к виду алой жидкости. И тут в голову шамана пришла гениальная мысль. Хао быстро вскочил с земли, направляясь прочь из пустыни. Он знал, что делать. Скоро мир вновь содрогнется в агонии, ведь в этот раз Хао получит корону и плевать, каким способом. Впрочем, не он один хочет заполучить эту силу. Асакура решил провести древний ритуал, основанный на крови и позволяющий найти Врата Ада. Через них он с легкостью сможет оказаться на Земле. Шаман мгновенно оказался в местности, где было полно скалистых гор, переплетающихся с огненными реками. Он взобрался на самую высокую, оглядываясь. Демоны по прежнему отсутствовали. Ну, так даже легче. Хао создал в своей руке небольшой водяной нож, который резал не хуже стали, и, чуть вдавливая в собственную кожу, медленно провел по левой руке. Кровь брызнула, быстро спускаясь реками из образовавшейся раны. Хао закрыл глаза и начал шептать заклинание, стараясь не замечать, как начинает кружиться голова и опустошаются вены. Когда он замолчал, мысленно приказывая себе не отключаться, кровь образовала замысловатый круг с различными символами, которые начали немного светиться. Через пару секунд из них вырвался мощный столб света, быстро потемневший. Темно-красный свет поглотил Асакуру, буквально выкинув его у огромных ржавых, скованных из темного железа ворот. Хао чертыхнулся, отлипая от огромного валуна и хрустнув костями. Все-таки, материальная оболочка в Аду - не самая лучшая идея. Рядом с вратами стояли двое демонов, которые были их стражами. Асакура довольно улыбнулся, хоть улыбка и напоминала скорее яростную, даже безумную, но было абсолютно все равно. Сейчас он все-таки убьет парочку демонов. Хотя... Этих двоих Хао узнал бы из всей черноглазой тысячи этих тварей: Соннелон и Карро. Демоны, характеризующие ненависть к врагам и жестокосердие. Одни из сильнейших демонов Ада, приближенные Люцифера. Хао Асакура не раз сталкивался с ними, поэтому прекрасно знал, на что они способны. Убить их будет проблематично, но победить - вполне вероятно. Асакура хмыкнул. Видимо, князю Тьмы действительно не хочется отпускать его, раз приставил к Вратам таких могущественных демонов. Но это не остановит шамана. Турнир скоро начнется, и он не собирается проводить еще полвека в пекле. Демоны уже заметили шамана и стремительно нанесли первые удары. Шаман смог увернуться, хоть голова все еще кружилась после заклинания. - Асакура! - довольно ухмыльнулся Карро - Давненько не виделись. Куда-то собрался? Хао ненавистно посмотрел на демона. Карро был высоким, с хилым телосложением. Чуть левее центра груди сквозь серую кожу выступало вот-вот готовившееся вырваться огромное черное сердце, которое казалось гнилым. С некоторых его участков сочилась темная, почти черная кровь. Витиеватые темные рога злобно поблескивали красным во внезапно опустившимся на землю сумраке. Холодный могильный ветер растрепал длинные черные волосы и темные одежды демона. Он оскалился и вновь бросился в атаку, замахиваясь острыми когтями правой руки. Хао схватил его за руку и крепко сжал. Демон заорал, и попытался вырваться из крепкой хватки шамана, но пламя из его руки уже начинало окутывать Карро. Тогда Соннелон резко оказался позади шамана, намереваясь схватить его за шею и задушить, но Асакура мгновенно среагировал, откинув с силой Карро и отскочив от демона, который яростно поблескивал глазами. Кровь бурлила, словно кипяток, но это лишь придавало большую ненависть и желание разорвать демонов в клочья. Соннелон был намного выше своего собрата, в его узких серых глазах всегда плескался огонь жгучей ненависти. Он был облачен в темные доспехи и за его спиной висела неизменная секира, сделанная из свежих костей грешников. Демон начал медленно подходить к Асакуре, достав оружие. Шаман хотел спалить его к Дьяволу, но не сдвинулся с места. Он понял по насмешливому взгляду Карро, что его запросто сковали невидимыми цепями. Шаман попытался сделать хоть какое-либо движение, но демон жестокосердия лишь захохотал и еще сильнее сдавил путы, из-за чего доступ к кислороду был резко ограничен. Хао инстинктивно схватился руками за горло, пытаясь освободиться и вдохнуть спасительный воздух. Соннелон уже замахнулся своей секирой и хотел было нанести удар, рассчитанный лишь на то, чтобы серьезно ранить, но не убить шамана, дабы потом вернуть его в пыточную, но неожиданно из темного неба появилась черная молния, которая разразилась прямо в демона. Левая рука, от неожиданности выпустившая оружие, отлетела в сторону, кровь брызнула ручьем, едва не задев Хао, который был уже свободен. Шаман глубоко и часто дышал, отскочив от двух стражей к вратам. Карро валялся недалеко от скрючившегося Соннелона с отрубленной головой, а рядом с ним стоял парень, который был полностью в черном: черные брюки и массивные сапоги, черная мантия с огромным капюшоном, скрывающим лицо. Хао напряженно смотрел на него, не понимая, почему он убил демонов и что делает неизвестный ему шаман в Аду. Парень молчал, явно смотря в сторону Асакуры, и вдруг очутился рядом с вратами. Хао невольно дернулся. Он попытался прочесть его мысли, но незнакомец исчез, отворив врата, из которых вырвался сильный ветер, подхватывая Хао и унося прочь из огненной бездны. Солнце только-только встало из-за горизонта. Теплые лучи прошлись по земле, нуждающейся в тепле. Но холодный ветер разгонял эти мечты, разбивая их в осколки. Недавно появившиеся листья деревьев дрожали под его порывами. Йо зябко поежился, плотнее кутаясь в шарф, который на него нацепила Анна, и поправил наушники. Через день, после того, как пролетела звезда Судьбы, на мобильные оракулы пришло оповещение, в котором говорилось о том, что турнир продолжается и сейчас шаманам нужно найти деревню Добби Вилледж, в которой проходил второй этап турнира. И сейчас шаманы были в полной готовности. Анна пожелала Йо удачи и сказала, что он обязан стать королем Шаманов. Асакура лишь улыбнулся в своей привычной манере, чувствуя странную неопределенность. Ему нравилась обычная жизнь, и после прерванного Турнира Шаманов, он в полной мере ощутил всю красоту обыденности. И детская давняя мечта стать королем как-то затерялась в потоке других мыслей. - Йо, чего ты молчишь? - вырвал его из мыслей Хоро, который опять успел поспорить с Реном. Они уже были в автобусе, на полпути к аэропорту, в котором их должен был ждать самолет Тао. - Не знаю, просто... Я не думал, что в скором времени турнир продолжится - Йо чуть улыбнулся, отворачиваясь к окну. Хоро вскинул брови от удивления, но решил не доставать друга, а вновь поспорить с Реном. Остальные же решили тактично промолчать. Так и прошла вся дорога: с озлобленными диалогами, тихой музыкой, звучащей сквозь оранжевые наушники и негромкими разговорами. Когда шаманы прибыли в аэропорт, их уже ждал самолет. Забравшись на борт, они взмыли в небо. Облаков становилось все больше и больше, словно они пытались угнаться вслед за самолетом. Йо вдруг почувствовал острую, но мимолетную боль посередине груди и тихо охнул, невольно приложив руку. Сердце вдруг ускорило свой ритм, словно паника настигла его, заставляя качать кровь по всему телу с удвоенной силой. "Да что это такое?" - недоумевал шаман. Он не понимал, откуда взялись эти фантомные боли, но почему-то Йо казалось, будто это связано с одним очень важным для него человеком. Вот только действительно ли это так? Смахнув все на тахикардию и возраст(пусть и небольшой), Йо заставил себя забыть об этом и вскоре погрузился в беспокойный сон.