I like you a lot.

      Я парю. Так легко на душе. Никаких ран и порезов. Лишь я и «Я».       Мы смотрели друг на друга очень длительное время, но если в моем взгляде была благодарность за то, что она остановилась, то в ее глазах пылала ярость. Она хотела поставить всех на место, она хотела разорвать на молекулы того парня, но не смогла. Другая она не хотела этого, другая она сопротивлялась — вновь эти кандалы, сковывающие ее тело и душу. Хотя, могла ли она назвать свое тело физическим, или она просто сгусток? Казалось, словно не было ответа на этот вопрос.       Я бы не против убить Дика, но что скажут другие? Вдруг они начнут избегать меня или еще хуже — захотят избавиться. Человека легко убить во сне, даже если взять всчет интуицию, инстинкт самосохранения. Во сне все это — неважно, во сне ты словно чистый лист.       Я проснулась от того, что в палату вошли. Дверь захлопнулась, а вместе с этим пропал и мой сон. Как долго он продлился, я не хотела знать. Я была бы не против еще раз ощутить это чувство свободы. В палате было прохладно, хотя в Намимори давно было лето, но даже если это был кондиционер, то не могли же сами медсестры допустить такую температуру и не исправить неполадку?       Я открыла глаза: потолок был похож на молочную пелену. Было так странно ощущать что-то впервые. Тот же вкус крови во рту, тот же размытый потолок, а теперь — так мне нелюбимую прохладу. Я решила поморгать пару раз, но пелена не хотела пропадать — тогда я просто прикрыла веки.       — Ты очнулась? — я услышала голос мальчишки лет пяти.       — Да, Реборн, — коротко ответила я.       — Ты вовремя проснулась. Сегодня вечером будет бой Тсуны и Занзаса. Нам сказали придти полным сбором.       — Вот как. Тогда вы меня понесете, так как сил у меня нет.       На это он хмыкнул.       — Знаешь, не одна ты в больнице… — без какой-либо грубости сказал он мне.       — В каком смысле?       — Ламбо тоже здесь и до сих пор не просыпается, У Рехея, Ямомото, Гокудеры тяжелые повреждения. Докуру Хроме также с тяжелыми повреждениями, но она уже ушла домой. Если, конечно, можно назвать ее местонахождение домом.       — А у вас кто хранитель?       — Хм, Тсуна — небо, Гокудера — ураган, Рехей — солнце, Хибари — облако, Хроме — туман, Ламбо — гроза, Ямомото — дождь, ну, а ты, соответственно, двуличие.       Наступила тишина. Знаете, не такая, из-за которой хочется лезть на стену, а приятное безмолвие, в который хотелось укутаться. В это же время за окном начал гудеть ветер; шелест листвы напоминал шепот, а птицы как-то настороженно стали перемещаться с ветки на ветку. Было странным то, что я не щурилась от солнца: его просто не было. Моя интуиция подсказывала, что сегодняшний день будет не лучше, чем эта погода.       — Слушай, Реборн…       — Дина, прости, что заставил тебя стать нашим хранителем двуличия. Если ты хочешь, то я отправлю тебя изучать японский язык, изучать хирагану и катакану. Даже если ты теперь можешь разговаривать по-японски, то маман не поймет этот резкий скачок знаний. Согласись, за ночь не выучишь.       — Хорошо, Реборн, но все же…       — И больше не сдерживайся. Если ты видишь, что противник сильнее, сделай все, чтобы ты не заснула на столь длительное время или даже…       — РЕБОРН, СКОЛЬКО Я СПАЛА? — прокричала я что есть мочи.       — А, пять дней. Так вот, я говорю, что…       — Пять дней? — уже потише, но на повышенных тонах спросила я.       — Да, пять дней. Теперь я могу продолжить?       Я кивнула. Реборн еще на некоторое время задержал на мне взгляд, после чего продолжил свою тираду. Я все это время кивала и понимала, к чему он ведет. Если бы я тогда не сдерживала себя, то, скорее всего, я бы не так сильно пострадала, как сейчас. Нет, это не из-за кольца, это чисто из-за моего состояния. Я не из этого мира, и все эти сражения с помощью пламени посмертной воли — новинка. Он это понимал, но все же заставил сражаться и теперь старается загладить хоть как-то свою вину этими разговорами, чтобы его совесть не сделала плешь на его голове.       А когда он закончил, то сказал, что в пять меня заберут и доставят домой к Дино, чтобы я приняла ванну, переоделась и была готова к девяти — морально и физически.       После наступления пяти часов вечера пришли люди Дино и забрали с собой. По их словам, за меня заплатили, поэтому меня спокойно выпустили из больницы на один день. После приехали к Дино, но его там не оказалось. Сказали, что он отсутствует, но знает о моем визите. Меня проводили в большую комнату, где предоставили сменную одежду, новое белье и предметы личной гигиены. Там я приняла ванну с травами, привела мысли в порядок, в общем, отдохнула. Ближе к восьми мне дали новую одежду, а в девять меня отвезли к школе. Там меня ждали ребята. Все, кроме Ламбо. Даже был тот, кто угрожал мне около школы — Хибари Кея. Там же находилась и Докуру Хроме — мы с ней как раз и познакомились. Могу отметить, что она очень застенчивая.       «Будь осторожна с ней. Она не та, за кого себя выдает. Так же, как и мы».       Что значат эти слова, я не до конца понимала, но готова поспорить, что Хроме точно не из другого мира. Я это нутром чувствую. Кстати, тех, кого перечислил Реборн, и вправду имели серьезные раны. Гокудера был очень помятым, имел множество синяков. Рехей — с перебинтованной рукой — то ли сломал, то ли вывих — спрашивать не стала. Докуро так же, как и Гокудера, была помятой, но, в отличие от «бомбанутого», не имела синяков на теле. А Такеши… Вся его грудь была перевязана, а на глазу была повязка, как у Дика. Подробностей я не знала, но чувствовала, что он не просто «споткнулся».       В десять часов вечера прибыла Вария. Меня удивило множество вещей. Занзаса тащили в кресле его слуги; блондин с короной был с ног до головы заключен в бинт, но прекрасно все видел. Маленький мальчик, который в тот раз парил, оказался аркобалено, так как я прекрасно видела его соску — темно-синего цвета. Но меня удивило то, что этот малыш был в птичьей клетке. Так же стоит упомянуть про парня с пирсингом — он, как и Гокудера, был частично «помятым». Что насчет Дика, моего противника, у него были связаны руки и во рту был кляп. Его глаза судорожно метались из стороны в сторону, пока не остановились на мне.       Спустя пару минут прибыли Червелло.       Чувствую, что сегодняшний вечер будет незабываемым. Кстати, о вечере. Погода действительно оставляет желать лучшего.