Грустный Король

      В вышине растворялась и смешивалась с тёмным дымом густая пыль, взметнувшаяся под порывом ветра, созданного крыльями мощных драконов. Уши закладывало от криков людей вдали и рычания этих ужаснейших монстров, дрожью по коже проходились языки пламени, столь горячие и обжигающие, будто дразня и подготавливая к моменту, когда всё вспыхнет и превратится в пепел. Видя под ногами множество бездыханных тел, магических вспышек на фоне тёмного звёздного неба, Ники чувствовал, как его руки дрожат, стрела не находит цели, а глаза не могут сфокусироваться буквально ни на чём. Ещё с уроков охоты на Эросе он никогда не упускал из головы одной истины: «Натянул стрелу — определил свою жертву — обязан убить». Но никогда не предупреждал его, что он когда-то будет вынужден целиться в собственного отца — дракона, которого видел лишь однажды, в далёком детстве. — Ники, не время, — юноша чувствует, как чья-то рука дотрагивается до его плеча, а обернувшись, он видит перед собой Рэнджи, — ты должен собрать всю свою силу в кулак, дракон не на нашей стороне. — Н-но он мой… отец, — таррэ неуверенно смотрит на правителя, а затем на дракона, что пылающими алыми глазами обводит представшую пред ним небольшую армию. Однако, глаза его лишены рассудка, будто бы он под гипнозом, от которого невозможно оклематься даже столь сильному зверю. — Драконы уже долгие годы были в спячке и не вылезали за пределы Анастеи, что же это за напасть такая? — с недовольством воскликнул Ксеон. — Марк, Его Величество Август и Ники, вы удальцы дальнего боя. Пока я и Его Величество Лео будем отвлекать дракона нападением в ближнем бою, прошу вас, цельтесь как можно чётче и как можно более сильно зачарованными стрелами. Благодаря силам Великих Воителей магия полностью восстановилась сейчас. — С каких пор ты тут отдаёшь приказы? — выразил своё недовольство Август. — Ты хоть понимаешь, что хочешь полезть драться с драконом? Что ты знаешь о них, юноша? Это невероятно мощные и величественные существа, побороть которых могли только убийцы драконов, что исчезли уже очень-очень давно! Их не берут магические стрелы и заклинания, наши атаки будут просто напросто отражены. Если их и смогут побороть, то только Великие Воители или… алые маги. — Что за глупости? Алые маги уже очень давно исчезли, как и убийцы драконов, а Великие Воители сейчас совсем не те, что были, обычные «сосунки», — небрежно вывел Лео. — Алые маги исчезли? — неподалёку послышался чей-то смеющийся голос и все воины тут же обернулись. Перед ними стоял юноша в чёрной мантии и капюшоне, наполовину прикрывающем лицо. Его ухмылка не вызывала доверия, но все, кто был здесь, расступились перед ним, когда он решил подойти поближе к правителям и поравняться с Ники. Он подкинул алый камень и поймал его вновь, впоследствии проверяя реакцию окружающих. — И вовсе это неправда. Боже-боже, как же я, однако, был прав. Я так и знал, что Ксавьер и «Чёрное клеймо» пробудят драконов. Я рад, пришло и мне сыграть свою роль в этом спектакле. — Почему ты в мантии тёмного мага? — с недоверием обратился к юноше Марк, на всякий случай перехватывая сильной рукой посох за спиной. — А почему Вы в наряде Фенриссюэльской моды, хотя родом из Эль-Пьера? — с усмешкой ответил вопросом на вопрос Орэки. — Одежда — просто тряпки, важнее всего то, кто под нею скрывается. Нету причин для беспокойства, я на вашей стороне, у меня есть свои счёты с драконами. — Нет! Не убивайте Белого дракона, — запротестовал Ники, опуская лук и с растерянностью смотря на алого мага. — Он мой отец. Я хочу, чтобы он остался жив, просто… им управляют! — Не переживай, милый таррэ, — нежно вывел Орэки, делая вперёд к монстру несколько шагов, — я верну его тебе в человеческом обличье! — он вскидывает камень и тут же устремляется ввысь, впоследствии ловя камень и, сжав его в ладонях, замерев воздухе, он что-то начал быстро шептать совсем близко в свои ладони, будто бы заговаривая этот камешек. И хотя всё это кажется нелепым вначале, впоследствии перед ним образуется прозрачный алый барьер. Движением руки, маг закручивает образовавшуюся стену и отталкивает, направляя прямиком на дракона. А тем временем, на площадь вновь вступают новые отряды Тёмных магов. — Алый маг взял на себя дракона, мы же займёмся тёмными магами! — громко проговорил Рэнджи, сообщая всем воинам и отрядам, что прибыли к ним. — Чтобы голова каждого тёмного мага была снесена! В бой! — он вздымает вверх свой меч, впоследствии поворачиваясь к Ники и хлопая его по плечу. — Ники, соберись. Единственное, что мы можем сейчас сделать — это надеяться на Великих Воителей и… этого алого мага. Нужно его прикрыть.       С невероятной скоростью неслась гарпия от алого дракона, что с каждой секундой нагонял, приближался всё ближе и ближе, отставая порой лишь за счёт магии, сидящего в самом конце, Такумы: он уже несколько раз ослеплял этого монстра, но из-за неопытности не мог продержаться дольше, чем несколько секунд, да и колдовать, паря в воздухе на неопределённо большой высоте было не самым приятным вариантом. Он уже несколько раз кричал сидящему впереди Макото о том, что пора уже или принять бой, или придумать план, потому что постоянно убегать не получится, прислуживая Ксавьеру и Зеро как шуты. Было отчётливо видно, как зачинщики этой войны довольствуются плодами своего труда, наблюдая за бойней и погоней.       В момент, когда гарпия уже стала выбиваться из сил, а поддерживающий её своей магией Зен начал ощущать боль в разных частях своего тела, Макото заставил птицу резко развернуться и как можно быстрее направится в сторону Ксавьера и Зеро. На могущественной скорости, увлекая за собой и дракона, они готовились к этому ужаснейшему столкновению. Шансов выжить кому-либо оставалось достаточно мало, особенно тем, кто находится ближе к шее гарпии, но Ян постарался образумить всех и заверить, что он подхватит каждого из них. — Все спрыгиваем с гарпии на раз, два,… три! — Макото отпускает мягкое оперение тут же спрыгивая с животного и падая вниз спиной, будучи свидетелем того, как гарпия врезается в дракона демона, а затем и алый дракон дополняет их аварию своей крупной тушей. Тем временем, каждый успел спрыгнуть вниз, а Ян быстро стал подхватывать каждого, в конце концов настигнув и Макоту, что соблаговолил ухватиться за ногу ангела. Рюу, как самый лучший друг, висел на своём спасителе, обняв за талию и иногда случайно задевая своими сапогами голову Такумы, что так же ухватился за одну ногу Орфеева. Медленно, они стали спускаться вниз. — Стойте, а где Зен? — задал вопрос Лиам, озирая, в меру своих возможностей, по сторонам. — Его нигде нет!       Эйдриану-младшему повезло меньше всех. Будучи не способным вовремя разорвать поддерживающую связь с гарпией, он сделал это очень поздно и, во время столкновения, его очень резко скинуло с животного, в процессе чего он столкнулся лбом с Ксавьером, а затем, под сильным порывом ветра, перевернувшись в воздухе и перелетев через правителя, машинально ухватился рукой за воротник его костюма и утянул за собой вниз, к земле. Если бы не это, то Грустный Король, возможно, ещё бы удержался на своём драконе, и слетел бы с него только после второго столкновения, но уже с алым драконом. Однако, такая судьба постигла не его, а Зеро, что очень хорошо приложился головой о твёрдую чешую на горбатом носу животного и сейчас летел к земле с разбитой головой.       Зен моментально проводит рукой по воздуху, замечая, как из его ладони буквально льётся синий магический поток энергии и, выкрикнув пришедшее в голову заклинание, ощущает, как вдруг замирает в воздухе, а повернув голову, видит за спиной магические синие крылья. Эйдриан находит взглядом Ксавьера и тут же направляется к нему, в полёте не умея остановиться, хватая его за часть одежды и притягивая к себе, да подхватывая за талию. Но стоит им уже приблизится на безопасное расстояние к земле, как он отталкивает его и быстро приземляется на ноги, пока Грустный Король ударяется об обгоревшие обломки дворца и медленно поднимается с земли. — Зен Эйдриан, — усмехается демон, уже крепко встав на ноги, но впоследствии тут же сгибаясь в три погибели и хватаясь за голову. — Да как же ты мне надоел, сукин ты сын! Всё не сдаёшься! — визуально видно, как руки Ксавьера заметно темнеют, пока не приобретают оттенок, будто смоль, а глаза то ли красного, то ли привычного серого оттенка. — Что-что? Не хочешь, чтобы я убивал твоего дорогого дружочка? Ну ты ведь понимаешь, Ксавьер, что я так не могу, верно? — Тц, — Зен прищёлкивает языком и уже не глядя перелистывает книгу. Ему достаточно провести рукой по открытой странице, чтобы почувствовать, нужное ли заклинание он открыл. Оказывается, это сокровище не нужно было переводить на понятный язык, достаточно было лишь пробудить свои магические способности. Его руку вдруг начинает колоть, когда он останавливается на странице с заклинанием, где нужно использовать алую магию. — Неужели этот камень… — Зенни~ Не будь таким невнимательным, — демон делает шаг вперёд и тут же оказывается рядом с парнем, смолистой рукой ударяя ему прямо в грудь, зарядив удар тёмной магией. Эйдриана отбрасывает куда-то в сторону, но книгу он не роняет, ударяясь спиной об обломки дворца. На груди чувствуется после удара такая жгучая боль, будто бы ему поставили клеймо. — В конце концов, ты сражаешься… — правитель ставит ногу противнику прямо на грудь. — С Его Величеством Богом.       Зен приподнимается и тут же скидывает ногу врага со своей груди. Поднявшись на ноги, он достаёт из кармана алый камень и крепко сжимает его в руке, направляя напротив демона. Как не странно, тот сразу же отступает, недовольным взглядом прожигая данный «амулет». Эйдриана это заставляет хитро усмехнуться, и впоследствии, он прикладывает камень к печати в книге, прочитывает заклинание и тут же ощущает, как по всему телу расходится тёплая волна энергии. Под ногами тут же расходятся, как от капель на воде, алые волны и проходят сквозь всё, что находится вокруг. Но потомок не умеет контролировать данное умение, которое сумел пропустить сквозь себя и понять, что за навык применял тот, кто смог уложить толпу тёмных магов. Алое свечение заполонило почти всё вокруг него, пока он не почувствовал столь сильное напряжение в воздухе, а впоследствии мощный взрыв, что заставил его моментально упасть на колени.       Он поднял затуманенный алой пеленой взгляд на противника, заметив, что демон вновь сгорбился и опустился на одно колено, крепко схватившись руками за волосы и неистово крича. Сначала он кричал голосом правителя, но затем этот голос сменился голосом адского создания, высокого, с хрипом, что напугало Эйдриана. Тот уже подумал, что у него всё получилось, но Грустный Король вновь поднялся на ноги, крепко сжимая кулаки и яркими алыми глазами, с неистовой яростью и безумством вглядываясь в Зена, будто пытаясь просверлить его взглядом. Это уже не было похоже на Ксавьера. Тёмные волосы, казалось, стали ещё темнее, а бледная кожа — ещё белее, почерневшие руки, будто бы в чёрной краске, покрылись вмятинами, увеличились ступни ног, что буквально разорвало сапоги, открывая вид на почерневшие ноги и выросшие в считанные секунды острые когти.       Эйдриан тут же заставил себя вскочить на ноги, в панике стараясь сообразить, как ему обороняться. Он не понимал, что привело к такому преображению, и лишь спустя минуту, когда демон двинулся к нему, до парня дошла одна мысль: демон почти покинул тело Ксавьера, принял свой настоящий облик, значит, их надо окончательно разъеденить, после, убив лишь только демона. — Но как…? — прошептал он себе под нос, быстро просматривая взглядом переворачивающиеся страницы книги. — Ну же, Зен… думай.       Ему пришлось увернуться от мощного скачка демона в его сторону и попытки садануть его когтями, после чего монстр снова стал медленно шагать в сторону врага. Это давало парню достаточно времени для того, чтобы попытаться вспомнить хоть что-то, что может ему помочь. Ещё раз использовать камень без умения это делать было опасно, магические заклятия использовать как оружие — тоже бред, потому что так он убьёт и демона и Ксавьера одновременно. Но что же тогда оставалось?       Ещё пара стычек, Зену удаётся мощно садануть монстра по лицу с помощью своей магической силы, а тому в свою очередь удаётся нанести Эйдриану настоящее плечевое ранение своим длинным когтем, что его из колеи особо не выбивает. Он не может сражаться в полную силу, зная, что просто напросто убьёт и Ксавьера, и демона.

«Зен, ты слышишь меня? — раздаётся в голове чей-то голос, и кажется уже знакомым. Парень точно уже слышал его однажды, этот голос предупреждал его, что зло может подчинить и его, ещё когда он шёл на переговоры с правителями. — Стоит тебе сейчас растеряться — ты не сможешь его спасти. Слушай внимательно. Это твой… последний шанс!»

      Эйдриан в очередной раз уворачивается от уже более мощного ряда ударов демона и старается не упустить из разума эту тонкую ниточку чьего-то голоса, чьих-то указаний. Он не мог быть уверен в том, кого он слышит, но сердце чувствовало, что ему можно доверять.

«Ты не сможешь сам разделить демона и Ксавьера, но ты можешь помочь Ксавьеру в его борьбе, — говорит голос, — возьми камень. При очередном нападении монстра, приложи камень к его лбу, когда будешь уворачиваться и произнеси заклинание… — в книге тут же открылась нужная страница. — У тебя не получится, если запоздаешь хотя бы на секунду, заставить камень контактировать с его кожей как можно дольше — тем больше энергии ты сможешь передать, но сосредоточься на Ксавьере, здесь ты совершаешь выбор, кто должен победить в борьбе за его тело. Будь внимателен, ты будешь намного быстрее истощаться. Но это последний шанс».

      И как только демон рвётся вперёд, Зен уворачивается, впоследствии, останавливая существо за лоб ладонью как раз с вложенным в неё камнем. Он тут же опускает взгляд на книгу, пользуясь моментом, пока демон не ускользнул, но ничего не получается — тот резко отпрыгивает назад и скалится. Эйдриан недовольно прищёлкивает языком и, не в силах уже держать в узде свои эмоции, бежит навстречу демону, пока тот замешкался, валя его на землю и насильно прижимая к его лбу чёртов камень, быстро проговаривая чуть ли не ему в губы это заклинание и моментально закрывая глаза, стараясь сосредоточится на Ксавьере, на том, кого так отчаянно мечтал спасти всё это время.       Ники не верит своим глазам, когда Орэки, израненный, падает у его ног, но не теряя сознания, просто садится и переводит взгляд на высокого мужчину, что только что, казалось бы, был большим Белым драконом. Руки юноши дрожат, глаза наполняются слезами и в противовес всему своему культурному воспитанию, он, забыв обо всём на свете, обнимает отца. Он наконец-то видит в его взгляде осознанность и эту отцовскую мягкость, которой желал так давно. Он не в силах сказать что-либо, не в силах издать и звука, но лук и стрелы выпадают из его рук, а внутри всё болит. — Сын… — тихо произносит мужчина, обнимая таррэ в ответ и осторожно поглаживая его по волосам. — Я так рад видеть тебя вновь… Спасибо тебе, — он переводит взгляд на Орэки, что только-только поднимается, хватаясь за раненую руку. — Без проблем, — с улыбкой отвечает алый маг и думает оставить отца и сына одних, но только сделав шаг, чувствует, что сейчас упадёт, однако, его тут же подхватывает подошедший Каин. — Так ты чёртов алый маг, — с недовольством тут же произносит вампир, — и зачем нужна была вся эта таинственность, а? Бесит. — Не время ругаться, надо помочь Воителям расправиться с Зеро, — Орэки смотрит куда-то вдаль, где «Чёрное клеймо» в осаде шести воителей тут же падает на колени и второй по счёту раз его душа покидает тело. Только на этот раз — навсегда. — Тогда, осталось лишь сразиться ещё с двумя драконами. Не время отдыхать. — Отряды тёмных магов взяли на себя правители, думаю, Воители сейчас возьмутся за драконов. Надо им помочь, — выдаёт результат Каин, — вот только как ты сможешь это сделать? Ты сильно ранен. — Ну же, Ксавьер, — шепчет Зен. Он чувствует, как его тело медленно начинает покидать какая-либо энергия, вся она переходит в тело правителя. Эйдриан приоткрывает глаза, тут же замечая, что руки, глаза и ноги его противника вернулись в прежнее состояние, а сам правитель лежит без сознания.       Под телом Грустного Короля на земле красуется яркое чёрное пятно, в следующий момент превращаясь в пыль и исчезая, испаряясь, словно вода.       Зен приподнимается и оседает рядом с телом любимого. Тот без сознания, а Эйдриан чувствует, как его тело покидает какая-либо энергия. Вдали слышится чей-то крик. Драконы без чувств все повалились на землю с огромным грохотом, волна от которого даже дошла и до спины потомка. Он обернулся и взглянул на горящие останки дворца, на небольшую армию на площади, упавших на землю драконов, чёрный дым, рассеивающийся в светлом розоватом небе рассвета и его друзей — потомков Великих Воителей, что только сейчас покончили с последними тёмными магами. — Почему драконы сами по себе упали, а землю без чувств?! — удивлённо воскликнул Ксеон, крепче перехватывая оружие и пытаясь найти причину в небе, но там нету ничего, кроме магических вспышек. А когда он возвращает взгляд вниз и смотрит на Марка, тот озирается по сторонам и тут же выкрикивает: — Зен! — маг видит, как Эйдриан, сидя на земле где-то поодаль от дворца, среди развалин, тут же падает, видимо, теряя сознание. — Ксеон, быстрее! Драконы отключились, потому что исчез тот, кто питал их магической силой! Зен… он победил!       Стоит им прибежать к нужному месту, как они резко останавливаются, видя перед собой два, находящихся без сознания, человека: Грустный Король и Зен Эйдриан — потомок Великих Воителей. Причем, второй потерял сознание, крепко сжимая в своих ладонях руку любимого, благодаря чему Марк и понял — вот он, человек, который нужен его брату. Маг присел на колени рядом с ними, проверил пульс и кивнул Ксеону: «Живы». И стоило только этому произойти, как Райнер, смахнув накатившие слёзы, тут же громко прокричал: — Победа! Продолжение следует…