Возвращение домой
28 июля 2017 г., 18:08
Санса позаботилась о том, чтобы ее лицо выглядело пустым и равнодушным, когда она услышит новости, не забывая о возможной мрачной и гнусной уловке, спрятанной в словах королевы-регента.
«Мой брат — предатель», — уныло произнесла она слова, что были так обыденны для девушки сейчас, словно ее собственное имя, когда Джоффри спрашивает, довольна ли та.
***
Суд разразился «на ура», возбужденные голоса бормотали имена Джейми и Сансы. Возле нее была улыбающаяся Серсея — первое правдивое проявление радости королевы, которое Санса увидела. Рыжеволосой красавице южное солнце слепит глаза и поэтому Санса переметнула свой взгляд в сторону. Она подняла лицо вверх, к северному окну, и открытая часть голубого неба вновь дала северянке надежду. Однако надежда — опасная вещь при королевском дворе. Санса не позволит надежде вновь укорениться в ней и ослепить ее. Девушка думает о своем отце, за этими стенами его голова гниет на пике. Чувство вины все увеличивается внутри Сансы и на короткое время она вновь ощущает надежду. И вот уже снова тоска по семье охватила рыжеволосую северянку и истощает ее до тех пор, пока та опять не становится пустой. Ведь пустота это же так легко…***
Пес сидит возле Сансы, одна его рука упирается в ее маленькую и хрупкую спину, а другая держит поводья лошади, оттягивая их вместе с сундуком, что подарит свободу Джейми Ланнистеру. Они уже в речных землях, это ведь дом ее матери, но здесь нет ни единого места, которое Санса бы считала родным, ничего, что бы грело ей сердце и звало домой. «Пташка», — подал голос Пес, и Санса оглянулась, ловя взгляд двух фигур, которых было плохо видно из-за расстояния. Одна из них — Убийца короля; грязный и избитый, но благодаря великолепной шевелюре он все еще похож на свирепого льва. Рядом с ним Санса заметила одного из людей ее отца, тот был на голову ниже Джейми. Она не могла вспомнить — а впрочем и не пыталась — имя этого мужчины, но узнала его по «прыгающей челюсти». А мужчина тот говорил только с Псом, в это время Санса смотрела на Джейми Ланнистера, стоящего в полный рост, да так близко, что девушка чуть ли не чувствовала его касания. Он выглядел таким же изможденным, какой внутри себя ощущала Санса. Ланнистер не улыбался ей, а взгляд его зеленых глаз промчался мимо девушки с осторожностью прежде, чем он разглядел ее прекрасные рыжие волосы сквозь свои пальцы. Губы Сансы безмолвно разъединились, когда рыжевласка ощутила кончики пальцев Джейми на своих волосах, кисти его рук касались кожи ее спины. На мгновение им показалось, что в целом мире больше никого нет и те двое за спиной Старк и Ланнистера исчезли. Санса не понимала внезапную вспышку сожалений, которые передают его черты, прежде чем он высвободит волосы и пройдет мимо нее. Раздался шум позади и огромная горячая рука на ее спине сменилась маленькой и холодной, которая будто призывала ее вернуться на Север. Они отвели ее в палатку Робба, подальше от взгляда того белокурого мужчины, который был переполнен надежды и злобы, чего Сансе понять так и не удалось. Робб опасался любых соприкосновений Джейми и Сансы, он придвинул сестру поближе и теперь ее кожа даже смогла ощутить дыхание брата. Девушка почувствовала холодные доспехи сквозь тонкой шелк своего платья и теперь при любом контакте Сансы с броней Робба она ощущала незначительную боль. Внезапно брат отошел от нее, и на мгновение Санса удивилась, увидев своими ярко-голубыми глазами лицо Робба, наполненное страхом и беспокойством, которое она уже давно не видела. «Санса?» — осторожно спросил Робб Старк. Она подумала о том, что это было бы даже правильно — заплакать сейчас, когда Робб коснулся ее тонких алых губ и провел шероховатой рукой по щеке сестры. Ушибы и синяки на ее лице уже старые, пожелтевшие, но девушка знает, что он рассматривает ее лицо в поиске новых, фиолетовых и синих, на бледной шее и груди. Он не хочет сделать ей больно, а напротив, хочет, чтобы сестра прочувствовала всю нежность его прикосновений, но сейчас это, увы, невозможно. Он боится, ведь мягкий вздох Сансы можно было почти ошибочно принять за всхлипывание, но ее глаза сухие, нет, она не плачет. Робб отвернулся от нее, потом напряг челюсть, и Санса увидела, что гнев и ярость резко возросли в нем, но она чувствует только мучительную пустоту внутри, где должно бы быть приятное облегчение. «Ты в безопасности», — сказал Робб Сансе следующим утром за завтраком в его палатке. Санса знала, что должна быть ему благодарна. Было бы так легко обнять его, сказать, как сильно она любит его, но все, что она могла сказать было: «Мой брат — предатель, Ваша Милость.» Поэтому северянка не сказала ни слова, увидя грусть, что скапливалась в уголках его губ, когда он хмуро глянул на нее. Его пронзительные синие глаза следили за девушкой на протяжении всей трапезы, это выглядело так, будто Робб мог заставить ее говорить через силу одиночества. Серый Ветер вздохнул возле Сансы, уткнувшись своей теплой мордой в ее колени. Санса помнила Леди, мысль о которой была неожиданной, как и призрачное ощущение мягкого меха, касающегося ее кожи, и те нежные серые глаза, что оживали в ее воспоминаниях. И вот, на мгновение ее рука снова на лютоволке и она напоминает себе, что Леди давно мертва, если даже и не от руки девушки, то от ее действий. Санса почти благодарна той боли, что быстро вспыхнула в ней, острое чувство чего-то, что ранее ускользнуло от нее. Похоже, она не может остаться.
