Фехтовальщица

      Боже, мой малыш вырос. Это так странно, теперь Паша больше не будет моим. И это не просто с кем-то его делить, а вообще. Все. Он сваливает. Не хочу. Он же еще совсем маленький, он не готов к этому жестокому миру. И в двадцать лет Паша еще слишком наивен. Вот только он приводил меня к себе на тренировку по Баскетболу, а уже сегодня он знакомит нас с его будущей женой. Ну, я ее знаю, а вот родители только слышали о Наде. Она правда хорошая, но я не хочу отдавать ей своего малыша. — Ника, пошли, помогать мне, — мама зашла ко мне в комнату. — Ты, что плачешь? — Да, — а зачем скрывать? Мама все равно узнает. — Мам, почему он так быстро вырос? — Дорогая, вообще-то это я должна говорить, — мама нежно обняла меня. — Мам! — Но время и правда быстро бежит. Вот только забирали его из роддома, а уже он в дом невесту приводит, — мама всхлипнула. О, только не это. Мы же весь дом слезами затопим. Ну и ладно, иногда можно побыть маленьким водопадом. — Девочки, вы скоро?! — похоже, папа не справляется, надо прекращать, наверно. — Все, Ника, пошли, — мама разнимает наши объятия. Так надо посмотреть тушь не размазалась. — Угу, я только в ванну зайду, умоюсь, — предупреждаю маму.       Иду в ванную. Я, конечно, знала, что этот момент когда-нибудь настанет, но не думала, что так скоро. Если честно, я рассчитывал, что не буду сегодня плакать, но видно не судьба. Подхожу к зеркалу и вижу, что потекла тушь. Просто отлично! Ладно, смою всю штукатурку с лица и не буду заморачиваться. Открываю воду и умываюсь холодной водой. Надеюсь, не будет видно, что я нюни разводила. А то будет очень неловко. Я же не собираюсь признаваться брату, что не хочу его отпускать? Вот, именно, что нет. Выключаю воду и тянусь за полотенцем. Опять всматриваюсь в отражение. Вроде, нормально, правда из косы несколько прядей выбилось, но ничего, так даже лучше. Вздыхаю и направляюсь на кухню помогать маме.       Вхожу на кухню и сразу чувствую запах фирменной маминой запеканки. Это самое прекрасное, что можно только съесть. Жалко, что я готовлю не очень. Да, я та самая ученица, у которой по кулинарной теме стоит тройка. Ну, не всем дан этот талант. У меня выходит готовить нормально только три блюда: Яичница, салат и борщ. Но я стараюсь расширить этот список, правда пока не очень это получается. — Все, я передаю должность помощника повара Веронике, — папа передал мне светло-зеленый фартук, который я сейчас же надела, и ретировался. Ну, да, он в этом деле полный профан, впрочем как и я. — Вика, подай сахар, — обернувшись, просит мама.       По-моему он стоял в шкафу около окна. Прохожу туда и сажусь на корточки, чтобы не наклонятся, и открываю дверцу. Так, это рис, это гречка, это принцесса Катерина, это перловка… Стоп. Почему тут кукла Рины? Достаю ее, потом у мелкой спрошу, почему Катерина тут, а не в ящике для игрушек. Откладываю куклу и ищу дальше. Вот интересно, почему у нас сахар стоит вместе с крупами, а не со специями? Сколько себя помню сахар всегда тут стоял. О, вот он, кстати. Достаю его и ставлю около мамы. — Спасибо, а теперь, дай мне столовую ложку. Подхожу к столу и выдвигаю оттуда ящик с столовыми приборами. Беру ложку. — Держи, — протягиваю маме столовую ложку. Она ничего, не говоря, забирает ложку и отдает мне пакетик от ванилина, чтобы я его выкинула. Я, молча, помогала маме. раздался звонок, оповещающий о приготовлении запеканки. — Вероника, достань, пожалуйста, — просит мама, перемешивая ингредиенты для пирога, как я поняла. Ну, а что можно еще приготовить из муки, яиц, ванилина, сахара и еще какой-то ереси? — Угу, — беру с вешалки перчатки и надеваю их. Открываю духовку и оттуда сразу идет жар и приятный запах запеченного сыра. Главное сейчас, быстро переставить противень на стол. Аккуратно достаю его и быстро кладу на подставку, которая стоит на столе. Фух, не обожглась. Я сняла перчатки и повесила их на место. Сажусь на стул. И тут мне приходит смс от Юрия, в которой говорится, что он завтра не сможет и наш урок переносится на послезавтра. В ответ я печатаю согласие, просто, чтоб он знал, что я прочитала. Я бы могла возразить, конечно, но мы зарыли топор войны еще на третьем занятии. Ну, теперь мы хотя не орем друг на друга при первой возможности. Сейчас мы просто язвим. Кстати, он довольно интересный собеседник, когда спокоен. — Вика, иди, возьми из зала сервиз… — Какой? — перебила я мать. Просто она обожает сервизы, поэтому собирает их. Ее коллекция состоит из десяти наборов. И ни один даже отдаленно не похож на другой. — Персиковый с ангелочками, — объяснила мама. — Хорошо, — я убираю телефон, встаю со стула и иду в зал.       Захожу в зал и вижу папу, который смотрит телевизор. — Пап, а почему ты еще не расставил стол? — я подхожу сзади к нему. — А! Что? — подскакивает папа от неожиданности, но сразу успокаивается, увидев меня. — Ника, ты меня так до инфаркта доведешь, а я ведь уже не молодой. — Ну, пап, ты у нас очень даже молодой, и не отлынивай от работы, а то я маме расскажу, — пригрозила ему. — А я тогда расскажу, кто разбил одну чашку из ее любимого сервиза, — да, есть у меня такой грешок, но я не специально. И, вообще, я тут его мотивирую, а он меня сдать собирается! — Ну, пап, ну, это же не так сложно, переставить стол и разложить его, — я быстро перевожу тему. — Вероника, ты же маме помогала, так почему ты тут? — Мне сервиз нужен, — отвечаю я. — Вот и бери его и иди, — ну и ладно. Я подхожу к шкафу и достаю поднос, чтобы не ходить несколько раз. Ставлю на него посуду, которую просили. И иду на кухню, стараясь не уронить поднос. Расставляю посуду около раковины.       Хм, а может Пашу спрятать от Нади, а ей сказать, что он сбежал? Нет, не надо так делать. Во-первых, я спалюсь, во-вторых, меня посадят за похищение человека, а, в-третьих, Павел меня не простит. И этого будет не исправить. А если сегодня все пройдет идеально, то он не перестанет меня любить, еще и с Надей отношения еще лучше будут. Интересно, как Надя воспримет наших родителей? Наверно, хорошо, по крайней мере, я ей понравилась, а в Арише она видит милейшее существо. Ну, да, милейшее, конечно, Надя просто ее не очень хорошо знает. Помыв посуду, вытираю ее. — Мам, я все, — переставляю на поднос последнюю чашку. — Еще чем-нибудь помочь? — Нет, — мама призадумалась, — а хотя… Иди, посмотри во что оделась Арина, если что переодень ее, — она отворачивается и снова включает миксер.       Прежде чем выйти из кухни, я забираю Принцессу Катерину. Надо ее платье постирать, а то оно в чем-то испачкалось. Так, Аришки в нашей комнате нет, в зале тоже нет. Она, наверно в комнате брата. Захожу в эту спальню. И я действительно угадала, вот она сидит на кровати и… Что она рассматривает? Подхожу ближе вижу, что это старые фотографии Паши. Божечки, как мило. Смотрю на ее одежду. Ну, что ж вполне подходяще. На ней было черное платье с крупными пестрыми цветами, что делали платье нарядным, а не мрачным. Хм, по-моему это платье когда-то было моим. А вот прическа у нее не очень. — Зайка, — она оборачивается ко мне. Да уж, сзади прическа выглядела лучше. — Идем я тебя заплету. — Я сама уже все сделала, пока ты где-то пропадала, — ответила она с важным видом. Ну, да, «где-то», конечно. — Ариш, давай я переплету, — я хотела начать расплетать ее прическу, но сестра отдернулась от меня. — Не надо! Разве я некрасиво сделала? — спросила она. А вот и сложный выбор, если я сейчас скажу ей правду, то она расстроится, но Ариша будет выглядеть аккуратно. А если я сейчас скажу, что красиво, то она не даст мне ее переплести.       А что если все свалить на маму? Да, пожалуй, так и поступлю. — Зайка, у тебя очень красиво получилось, но мама считает, что с колоском ты красивее… — Правда? — малышка пододвигается ко мне ближе. — Правда, — я беру в правую руку куклу, — принцесса Арина, тебе очень идет колосок, — пищу я голосом куклы. — Вот, видишь даже принцесса Катерина так считает. — Ладно, но только потому, что так считают принцесса Катерина и мама. — Вот и хорошо, идем за расческой и резинкой, — я подаю Зайке руку, чтобы она встала. Крошка берет меня за нее и мы идем к нам в комнату. Я подхожу к небольшому комоду и открываю отделение с нашими расческами, заколками, резинками. — Какую тебе резинку? — спрашиваю у нее. — Зелёную, — она садится на стул. Хм, ну, наверно, она говорит про свои любимые, которые идут в паре. Достаю их и показываю Арише. — Нет, это не та, — она мотает головой. — А какую? — Ну, зеленая, она еще с цветочком, — объясняет она. Так, может эта? Беру резинку, которую сделала тетя Наташа. — Да, вот эта, — она забирает у меня резинку. Я достаю расческу и начинаю чесать ей волосы. — Ай! — Рина, потерпи чуть-чуть. — Ау! — она кладет свою ладошку на часть головы, где я чешу. — Убери руку, — ее рука остается на месте. — Ты сейчас больно начнешь чесать, — причитала сестренка. — Я буду аккуратно. — Обещаешь? — Честное Волконское! — я поднимаю ладонь вверх. — Ладно, — она все же убирает руку. — Ой! Больно! — Да ладно! Не так уж сильно я тебя и расчесываю! — Давай спрей, чтобы не так сильно больно было, — я начинаю злится. Малышка вскакивает и бежит за спреем. Да, уж, не думала, что она так запутает волосы. — Вот, — она подает мне синюю полупрозрачную бутылочку с жидкостью, а потом садится на стул. А я начинаю ее расчесывать.       Через десять минут колосок был готов. — Вот и все, — я ее отпускаю, сама же раскладываю всё по местам. Интересно, я там не запачкалась? Подхожу к зеркалу и вижу, что нет. На мне все было хорошо, белое платье в крупные цветы было без всяких пятен, а коса выглядела очаровательно небрежно. Боже, да я красотка. Пф, на самом деле нет. Ну, правда, вот мешки под глазами, в которых поместится по бомжику. Вот, обветренные и искусанные губы, которые я постоянно мажу гигиенической помадой. Глаза без очков казались непропорционально большими, прям как у Кота из Шрека, к тому же я бледная, как Смерть. — Вика! Открой дверь! — кричит мама. — Сейчас! — я бегу открывать дверь, выйдя из комнаты. Останавливаюсь перед входом в квартиру и пытаюсь успокоится, чтобы выглядеть хоть немного презентабельно.       Заглядываю в глазок. А это и правда они: серьезный Паша и чересчур нервная Надя. — Привет! — я открываю дверь и обнимаю невесту этого оболтуса. — Привет, Вероника, — ответила мне Надя. Боже, она такая вежливая. Прям идеальная девушка, и умная, и добрая, и вежливая, и красивая. Вот была бы братом сделала предложение ей еще раньше, чем он. Только я не лесбиянка и я не брат. — Проходите.       Паша идет с Надей в зал по договоренности, а я следом за ними. — Папа, Мама, знакомьтесь это, — он указывает на девушку, — Надя — моя невеста. — Очень приятно, можешь называть нас мамой и папой, — мама улыбнулась. — Ой, что вы, это как-то не удобно, — Надя в ответ улыбнулась. — Не удобно спать на потолке, к тому же все равно теперь мы не чужие, так что называй нас так, — мама обняла ее. Надя сначала не поняла в чем дело, но потом обняла в ответ. — Ну, раз мы познакомились, теперь можно и к столу, — сказал отец и все сели за стол. Я села между мамой и Зайкой, а напротив меня села Надя. Некоторое время кушали, молча. — Надя, а кем ты хочешь стать? — внезапно спросил папа. — Я хочу стать маркетологом, — ответила девушка, отпивая из чашки сок. — Хм, довольно интересная профессия, а ты не хотела стать, к примеру, врачом или учительницей? — спрашивает мама. — Если честно, даже не задумывалась, хотя врачом я не хочу быть, — поразмыслив, ответила Надя. — Почему? Ты боишься крови? — предположила мама. — Нет, не боюсь, просто я не готова нести ответственность за чужую жизнь, вдруг я ошибусь? Тогда по моей вине может умереть человек, — объяснила девушка.       Постепенно одни темы в разговоре сменяли другие. И где-то к восьми вечера Паша пошел провожать свою невесту до дома. Убирая посуду, мы вместе с мамой обсуждали Надю. Невестка маме очень понравилась. Поэтому все мои опасения, которыми я поделилась с мамой, были опровергнуты. Надеюсь Паша действительно будет с ней счастлив.