Карикатура на любовь

«Глупости, какие же всё-таки это глупости,» — думает Руслан, рисуя в углу комнаты ещё один крест. Но, что не сделаешь ради того, чтобы Юлик перестал трястись и, срываясь на крик, говорить о поселившемся на их кухне полтергейсте. А ведь ночь начиналась так хорошо. Они вместе приняли душ, съели великолепный ужин и уже собирались ложиться спать, но Онешко вдруг резко стало не до сна. Приподняв голову от подушки, он пристально прислушивался к звукам, нервно кусал губу и пытался разобрать в темноте спальни хоть какие-то детали. Ничего не выходило, на улице было охренительно черно: луна, как и звезды спрятались за облаками, а фонари почему-то казались огоньками от малюсеньких спичек. Тихие шорохи и треск мебели украшали эту картину миллионами жутких красок. Юлик наспех начал вспоминать, что обычно делают в таких ситуациях, но в голову приходило лишь изуродованное тело главного героя фильмов ужасов. Поэтому медленно придвинувшись к едва уснувшему Тушенцову, он ласково коснулся губами его уха и тихо прошептал: — Руслан, мне кажется, что за нами кто-то следит, — парень удивленно открыл глаза и непонимающе уставился на него, пытаясь понять, что на этот раз взбрело в мозги впечатлительного Онешко. — Че, думаешь Лизка опять «случайно» оставила в спальне включенную видеокамеру? Помотав головой, Юлик оглянулся вокруг, будто убеждая себя в том, что здесь никого нет, а потом чуть ли не залез на Тушенцова и ещё больше занервничал. — Ты не понимаешь, — выдохнул он, прижимаясь щекой к груди парня, — я имею в виду призраков. Нет, всё-таки Онешко сбрендил окончательно или же успел высадить бутылку другую пива и рассказывает басни на бухое сознание. Но лицо Юлика, даже при таком освещении, оставалось вполне серьезным и трезвым. Приподнявшись на локтях, Руслан прислонился спиной к изголовью кровати и замучено вздохнул, обнимая чуть дрожащие плечи парня. Сегодня точно была какая-то проклятая ночь, иначе почему они всё ещё не наслаждаются сладкой дремотой держась во сне за руки. Онешко снова дернулся, всматриваясь в приоткрытую дверь, будто за ней могли быть, черт его знает, какие стремные штуки. И как назло откуда-то из гостиной послышалось шелестение бумаг и шторы. Тушенцов с легкость мог принять это за сквозняк, но не Юлик, чье тело напряглось ещё больше. Снисходительно улыбнувшись, Руслан погладил его по волосам и постарался придумать, как можно больше успокаивающих слов. — Перестань выдумывать глупости, ты же не маленький ребенок. Никаких призраков не существует, это всего лишь сказки. — Да, а что за тварь сейчас шебуршится на кухне, блядь? Мышка, что-ли? — Зашипел Онешко, цепляясь пальцами за его футболку, и чуть не вжимая в подушку всем телом. — О’кей, придурок, сиди тут, а я пойду и посмотрю, — оттолкнув парня на другую сторону кровати, Тушенцов раздражено надел тапочки с заячьими ушками и, как настоящий мужчина, бесстрашно вышел из комнаты, даже не включив свет. А зря он этого не сделал. Задев ногой тумбочку, Руслан чуть не полетел лицом вниз, но благодаря неплохой реакции ухватился рукой за ручку двери. Удержавшись на месте, Тушенцов закатил глаза, когда услышал вскрик Юлика. — Успокойся, это я случайно запнулся. В гостиной было всё также темно и прохладно, а значит от окна действительно исходил легкий ветерок. Обойдя диван, парень направился на кухню, надеясь, что в холодильнике ещё осталась вчерашняя пицца. Почти пустые полки встретили его ярким светом прямо в заспанное лицо. Еды не было, как и желания бродить в час ночи по квартире в поисках несуществующих призраков. С надеждой посмотрев на верхнюю тумбочку гарнитуры, Руслан мечтал найти в ней печенье или хлопья. Дотянуться оказалось тяжелей, поэтому ему пришлось взять табуретку и наступив на нее  осмотреть содержимое, пытаясь на ощупь найти там что-нибудь съедобное. Только вот слизкие и в прямом и переносном смысле зайки на ногах совершенно не хотели помогать в этом. Съехав левой ступней вправо, Тушенцов почувствовал, как падает, и уже через несколько секунд валялся на паркете с пачкой конфет в руке и охуевшим лицом. На шум примчался ошарашенный Онешко и с ужасом посмотрел на парня, что-то тихо бормоча себе под нос. Он не сразу помог ему подняться, а потом слишком загробным голосом проговорил: — Видишь, я же говорил. Эта мразь живет в нашей кухне, а теперь оно хочет нас убить, — Руслан попытался оправдаться и сказать, что всего лишь полез за перекусом, но ему мигом закрыли рот и впихнули в руку черный маркер. — Нарисуй в каждом углу маленький крестик, а я пока соль найду. — Ты в конец ебнулся? Какая соль, какие крестики?! Двадцать первый век на дворе. Але, мы не в средневековье живем. — Ну слушай, один чувак тоже так говорил и что… — И что этот чувак умер? — Перебил Тушенцов, сжимая и разжимая гребаный фломастер в ладони. — А знаешь почему? Потому что он, блядь, герой фильма «Паранормальное явление». — Но, Руслан, а если мы действительно сдохнем? — Прохныкал Юлик, с опаской поглядывая на медленно закрывшуюся дверцу шкафчика. — Ладно, хуй с тобой, — наконец сдался парень, надеясь, что они поскорее закончат всю эту муть и наконец пойдут спать. — Сыпь свою соль, читай Библию, танцуй вуду танцы, мне поебать, лишь бы ты успокоился. Счастливо улыбнувшись, Онешко поцеловал его в щеку, и начал маленькими щепотками оставлять соль на столе и прочих поверхностях. А Тушенцов только тяжело втянул носом воздух, и начал рисовать на первой попавшийся стене крестик. Им, наверное, не хило влетит за испорченные обои, но главное Юлика больше никогда не подпускать к фильмам ужасов, потому что это такая глупость, что пиздец.