Daddy

— Алло? — Я почти подошёл к твоему дому, — в динамике телефона послышался гуляющий ветер и низкий голос Тэхёна с перебоями. — Почему ты не сказал мне об этом раньше? — Хосок взволнованно застонал. — Я ведь всегда звоню тебе только тогда, когда уже подхожу. Я не рассматривал такой вариант, что ты можешь быть занят, — громко шурша упаковкой от выпечки из кафе, младший замер на оживленном тротуарном перекрестке. — Я могу подождать тебя. — Я буду долго, Тэ… — Ты у Джуна? Я могу приехать. — У Юнги. — Ох, — Тэхён заметно расстроился. — А… удачи тебе? — Без обид, Тох! — улыбаясь, Хосок отключился. — Но у меня всегда есть вы — мои друзья, — заботливо шепча, Тэхён осмотрел весь свой набор сладостей в сумке, незаметно стащенных из кафе. Отражающие свет ровными бликами, перед глазами Чона автоматически распахнулись двери офиса Юнги. На первом этаже было необычно тихо, поэтому каждый шаг с эхом разлетался по помещению. Теперь у Хосока был страх быть оцененным коллегами Мина или даже того, кто был выше в социальном уровне. Отсутствие людей на первом этаже лишь придавало уверенности. — Имя? — преграждая вход в лифт, Хосока остановил один из охранников. — Чон Хосок, — он попытался вновь пройти вперед, но грубая рука остановила его. — Всё в порядке, я могу пройти. — Ваша ID карта? — У меня ничего нет… — взгляд Чона приобрел растерянность. — Чанву! — голос знакомого сотрудника из охраны рассеял нервозность. — Он может пройти. — У него нет документов на пропуск. Мужчина мгновенно подбежал ближе, на его губах появилась натянутая улыбка. — Можешь проходить, я очень сожалею о сложившейся путанице. Он новенький. Хосок почувствовал себя неловко из-за подозрительной неискренности, поэтому легко кивнул в ответ, скрываясь в лифте. Слуха коснулось яркое: «Стой блять!»; в закрывающихся дверях появилась кожаная сумка, а после и её хозяин. Чон поймал неожиданное комбо из странных, негативных ощущений, поэтому, вжимаясь в угол лифта, с ненавистью осматривал только вошедшего человека с алеющими прядками волос. — Он на встрече, ты знаешь это? — Чимин говорил в пустоту, занимая ровную середину небольшого лифта; в голосе слышалась издевка. — Я могу подождать, — Хосок не хотел разговаривать с ним, поэтому с каждым разом сильнее вжимался в металлические стены. — Это будет долго, можешь идти домой. — Юнги знает, что я здесь, и постарается закончить как можно быстрее. А теперь можешь сделать мне одолжение и завалиться, — настроение ухудшалось с каждой секундой. — Это нормально, что при твоём положении твои волосы выкрашены в красный? Чимин не поворачивался. — Нет, но Юнги разрешил мне. Он много чего позволяет именно мне, — в лифте раздался щелчок, а двери медленно распахнулись. Теряя надоедающий красный из виду, Хосок злился всё больше, шепча себе под нос. — Ты в порядке? — Сокджин обогнул фигуру матерящегося Чона и легко улыбнулся одним уголком губ. — Привет, Сокджин. Не совсем… Бровь старшего недовольно изогнулась, делая его с каждой секундой всё больше похожим на вопросительный знак; одна рука крепко удерживала стаканчик кофе и ключ от машины на пальце, а другая несколько папок с выезжающими бумагами. — Ты ведь знаешь, что Юнги занят сейчас? Я понимаю, что вечная занятость твоего мужчины может напрягать, поэтому иди за мной. Перехватывая несколько папок из рук старшего, Хосок проследовал за высокие двери с отражающей поверхностью; яркий свет слепил глаза и, жмурясь, младший узнал знакомую комнату отдыха. — Почему Чимин такой самоуверенный? — плюхаясь на кожаный диван, спрятанный в тени помещения, Чон возмущенно сложил руки на груди. — Он считает своим преимуществом лишь то, что Юнги его начальник? У него нет шансов, но почему он такого высокого мнения о себе? Сокджин аккуратно шагнул к излучающему свет окну и, пряча взгляд в глянцевых высотках города, неловко закусил губу. — Чисто гипотетически, как бы ты отреагировал на то, что Юнги и Чимин переспали. Гипотетически, конечно! — наконец, поворачивая голову в сторону напуганного Хосока, старшему стало страшно; тот смотрел на него застывшим взглядом, а губы невольно распахнулись. — Гипотетически предполагая, это могло произойти в реале? — Мои гипотетические чувства говорят — да. Чон моментально вскочил на ноги и, сжимая с силой кулаки, размашисто шагал к двери. — Хосок! — Сокджину пришлось бежать. — Дай мне договорить. Взгляд младшего опустел, он игнорировал чужие слова. — Когда последний раз они спали вместе? — Ну… — Ким отвел взгляд в сторону. — Возможно после того момента, как вы встретились. — Серьезно, блять? — с губ сорвалась лживая усмешка. — Какой ты после этого друг Юнги, если рассказал мне это? — Ты слишком молод для того, чтобы быть содержанцем. И я говорю это только потому что знаю, что ты видишь его больше, чем просто… — Сокджину было унизительно произносить это, молчание заполнилось виноватым покачиванием головы. — Ты по-прежнему невинный старшеклассник. Я уважаю тебя, поэтому не хочу, чтобы тебе разбили сердце. — Спасибо, — легко прикасаясь к руке старшего, Хосок криво улыбнулся, выбегая из комнаты огромного здания. — Где он?! — останавливаясь перед регистрацией с секретаршей у кабинета Юнги, Чон громко хлопнул ладонью по переливающейся поверхности стола. Минсу устало перевела взгляд на Хосока. — На собрании. Скажи, что передать, я… — Нет! Мне нужно поговорить с Юнги прямо сейчас. Откладывая аккуратный ноутбук в сторону, девушка заинтересовалась. — Что случилось? — Я должен спросить его о чем-то, что касается Чимина и измен, — Чон мягко потер ушибленную ладонь, в попытках успокоиться. — Интересно! — поднимаясь, Минсу вышла из-за стола, поправляя сползающую юбку. — Я провожу тебя в конференц-зал. Люблю драмы! Хосок грузно выдохнул и, спускаясь по лестнице вслед за спешащей девушкой, сглотнул огромный ком в горле, не дающий нормально разговаривать. — Дерзай! — останавливаясь перед окрашенной в белый дверью, Минсу улыбнулась одним уголком губ. Чон не медлил, хоть и в голове не было ни малейшего представления о дальнейшем разговоре, кулак уверено сталкивался с твердеющим металлом. За стеной раздался раздраженный голос, а вскоре в проеме показался его хозяин. — Ох, Хосок! Я немного занят в данный момент. Младший замер, бездумно осматривая знакомые черты лица Юнги; в груди пылал огонь из горечи и обиды. Прокашлялся, вернулся дар речи. — Это займет минуту. Юнги быстро оглянулся в кабинет за спиной и, неловко улыбаясь трем сидящим мужчинам, ожидающим выгоды, шагнул за пределы зала, прислоняясь к двери. В глазах поблескивали слезы, но, смыкая ряд пушистых ресниц, пелена исчезла, позволяя младшему поднять голову. — Значит ты действительно спал с Чимином?! — слова были словно яд на языке. — Что? — Юнги почувствовал, как рухнуло сердце в груди, а тело бросило в дрожь. — Не прикидывайся идиотом, ты знаешь, о чем я говорю! — голос хрипел на окончаниях, когда Хосок громко выпалил фразу, тыкая пальцем в грудь старшего; он чувствовал накатывающую обиду и, обволакивающий голосовые связки, ком в горле. Мин оглянулся на целый этаж своих подчиненных, поэтому, растерянно укладывая ладонь на плечо младшего, вывел их подальше от посторонних глаз. — Кто тебе сказал это? — Так это правда? — голос дрожал в растерянности. — Может мы и спали, но что с этого?! — Юнги сделал шаг назад, пожимая плечами, не увидев никакой проблемы здесь. — Я не знал, что подобного рода отношения должны быть эксклюзивными. Мы не обговаривали этого. Шум в голове вытеснял оправдания. — Это не нужно обговаривать, это должно быть понятно обоим сторонам. — Мы спали с ним первые две недели нашей встречи. Чимин не нравится мне так же, как нравишься ты. В чем проблема тогда? — В чем проблема? — пряча слезящиеся глаза в окне, Хосок устало вздохнул. — Действительно… И что это я тут устроил? — фальшиво играя удивление, Чон направлялся к выходу. — Обвинил тебя совсем ни за что. Позвоню позже, как успокоюсь. Сбегая с этажа, младший рванул вниз по лестнице. Юнги продолжил встречу, оставляя Хосока, убегающего в квартиру Тэхёна.