2.
23 октября 2017 г., 19:11
Гроза и гром, который день подряд. Порой даже вздрагиваешь из-за неожиданного раската грома. Не то, чтобы я когда-то боялся подобного. Просто когда ты находишься один в помещении, погруженном во тьму, по телу невольно бегут мурашки. Сегодня уже 3 день подряд, как я не могу уснуть.
У меня никогда не было проблем с психикой и в жизни было все совершенно обычно. Только в этом году небольшой напряг с экзаменами, мне жутко лень заниматься подготовкой и определением своего будущего, есть только тяга к музыке. К прочему только отвращение, ничего не могу с этим сделать. Я бы очень хотел играть в какой-нибудь группе, но, увы, все это мечты. Каждый подросток меня сейчас поймет. «Наше будущее нам не подвластно», — каждый раз это всплывает в моей голове, когда мама заходит в мою комнату и начинает орать: «Музыка ни к чему тебя не приведет, этим занимаются только наркоманы. Хочешь закончить как те, в вечных поисках дозы? Я не позволю тебе погубить свою жизнь. Убери гитару в сторону и займись наконец-то уже подготовкой к экзаменам». Для меня это все лишь пустой звук, не хочется, конечно, ее расстраивать, поэтому молча создаю видимость покорного сына. Теперь каждую ночь я просто ложусь спать, закрываю глаза и не могу уснуть, проходит час, два. Надоедает ждать, и я просто смотрю в потолок, чаще всего думая обо всем на свете.
Сегодня я вспомнил о той заброшенной церкви, которая находится недалеко от моего дома. И сколько я помню, все жители города обходили ее, это так глупо, они верят этим слухам, от здания ничего не зависит, всего лишь камень да и только. Я не любитель пособирать сплетни, но был слух, что там долгое время был наркопритон, но из-за многочисленных жалоб в один день туда ворвались правоохранительные службы, а после случился пожар.
И тут мне пришла в голову идея посетить эту церковь. А что такого, проблем с этим уж точно не будет. Здание хоть и оцеплено, но ни для кого не секрет, что туда ходят многие подростки, а раньше еще и бездомные люди, которых не пугают слухи. Сейчас же крыша при входе полностью разрушена, здание оказалось не таким прочным, и спустя годы обломки с грохотом оказались на полу. Я взглянул на часы. 03:50. Не собираюсь откладывать свой поход туда, раз уже настроился, нечего отступать. Главное, по дороге к входной двери не споткнуться и не убиться обо что-нибудь. Родители на южном побережье, дом в полном моем распоряжении. Ненавижу все эти пляжи и палящее солнце. Мне комфортнее остаться в нашем дождливом городке. Собираюсь за пару минут, беру с собой рюкзак и кидаю туда самое необходимое: фонарик, веревку и мобильник. Так, на всякий случай. Последний раз смотрю на время, уже 4 часа. Мне не нужны маршрутки или другой транспорт, 10 минут и я около своей цели.
***
Выскакиваю из дома, приятная свежесть после хорошего дождя бьет в нос. Ах, как же я люблю воздух после грозы. Пара кварталов и вот оно, еще издалека она нагоняет жуть, и желание убежать у многих берет вверх. Но сегодня я пойду до конца. Стараюсь как можно тише перелезть ограду. Пройти через центральный вход мне не удалось, дверь была опечатана и намертво закрыта. А взять что-то наподобие монтировки мне не пришло в голову. Изначально я лишь хотел прийти и посмотреть на нее издалека, однако она так прекрасна ночью. Я не ощущаю страха ни капли. Поэтому направляюсь в обход. Должно же быть что-то, хоть что-нибудь. Навыков взлома у меня явно нет, просто подростки должны были оставить какой-нибудь ход. Чтобы посещать это место не раз, не два, приводить туда своих друзей. У них по-другому просто не бывает. Пытаюсь уловить взглядом хоть что-то, что поможет мне. Вдруг слышу хруст, останавливаюсь, снимаю портфель с плеч и достаю фонарик. У меня под ногами оказывается груда битого стекла, отступаю в сторону. Поднимаю взгляд на само здание и вижу разбитое окно. То, что надо. Только вот в чем сейчас проблема, с моим ростом, даже если очень постараться, мне не дотянуться до него. Недалеко вижу тропинку, которая когда-то была полноценной дорожкой, но в данный момент приваленная бурьяном с обеих сторон. Выбора особого у меня нет, раз решился на что-то, нужно довести до конца.***
Освещаю себе путь и не спеша продвигаюсь по ней, выхожу на открытое пространство. Это был сад, и на первый взгляд он мне показался даже очень ухоженным, по сравнению с этой тропой. Декоративные кусты идут, как грани, ограждающие от чего-то. Провожу рукой и иду вдоль, перемещаю фонарик в зону вне круга, отсюда кажется, что там даже темнее и все будто в тумане. Мне нужно вернуться до рассвета. Оставляю разглядывание темноты и понимаю, что круг сужается, еще одна дорожка. Если она выведет к другому помещению, то лучше не стоит идти по ней, иначе я просто потеряюсь тут. Направляю поток света и вижу каменную статую ангела: он прикрывает глаза руками, будто плачет. Черт, его руки, чуть вздрагиваю, они были красными. Ни лицо, ни само тело не задето, только руки. Это все юные бунтари, решили напугать своих сверстников, после рассказа об этом месте подкрепить фактами. Это краска, но проверять я не собираюсь, выглядит жутко. Уже собираюсь уйти из этого места, как замечаю второго ангела. Он стоит напротив, его руки сложены на уровне груди, а взгляд направлен на первого ангела. Не знаю, кто был скульптором этого, но каменные глаза настолько печальны, что кажется будто ангел сейчас заплачет. Думаю, прошло уже минут двадцать с моего ухода, если не найду способ, как пробраться внутрь, то придется отступить. Порыв ветра был больше похож на вздох. Пробираюсь сквозь декоративные кусты и осматриваю сад, вижу беседку недалеко. Зачем делать такой странный вход, хм. Мне нужен небольшой камень, оглядываюсь по сторонам и вижу то, что мне было надо. Не желаю тащить это в руках, обвязываю веревкой и тащу к выходу. Еще пару усилий и я перенесу его на дорогу, а дальше все просто. Тяну и слышу шорох. Так, нет, сейчас лучше даже не думать, там ничего нет, это все мое воображение. Замираю, резко оборачиваюсь, и стая воронов взлетает и перемещается на дерево, около беседки, наблюдая за мной. Наконец-то возвращаюсь к этому окну, убираю веревку на место, ставлю ногу на камень, все вроде бы надежно. Цепляюсь руками за подоконник, дерево практически все прогнило. Хватаюсь за край и, ногами упираясь в фундамент, забираюсь внутрь. Помещением, в котором я оказался, был коридор, состоящий из нескольких десятков комнат. Прогнивший пол при каждом движении скрипит, с потолка капает. Комнаты у меня не вызывают интереса. Меняю свой маршрут по направлению к главному входу. Тут все изменилось, огромная люстра, когда-то висевшая на потолке, сорвалась и пробила пол. Все стены изрисованы какими-то оккультными символами, цифры, имена, засечки. Нет свободного места на стенах. Смотрю наверх и вижу сквозь пролом в крыше звезды. Мне так хочется забыть обо всем, тут так прекрасно. Я начинаю кружиться и поднимаю руки. Опускаюсь на пол и прикрываю глаза, на лицо мне спадают редкие капли. В такой атмосфере я полностью расслабляюсь. В этой тишине удар камня об пол показался слишком звучным, я вздрагиваю от этого звука и резко открываю глаза. Наверху находился балкон, раньше он служил как верхний клирос, сейчас же это выступ, который разрушает вода, капающая с потолка. Мой взгляд останавливается на силуэте. Я не могу понять, кто это или что это. Только могу сказать, что оно довольно высокое и тощее. Не кричать же мне: «Эй, здесь кто-нибудь есть?» или «Кто ты? Иди ко мне, давай познакомимся». Боже, это так тупо. Это вообще может быть моей галлюцинацией, возникшей из-за бессонницы. Ну и просто смотреть на это не лучший выбор. А вдруг это наркоман, и у него тут осталась закладка еще с тех времен. В заброшенных зданиях люди не любят сталкиваться друг с другом. Ведь то, что они делают, есть нарушение закона. Оно не выдерживает первым и срывается с места, и только потом я отвожу взгляд. Смотрю на небо и понимаю, что скоро наступит рассвет. Сейчас, наверное, уже около пяти, пора уходить. Встаю и направляюсь к выходу, но мое внимание задерживается на одной из стен. На ней были написаны имена в столбик, видно, что писал один человек. Некоторые были уже зачеркнутые, прохожусь пальцем к концу и вижу всего одну букву и точку. Они были выцарапаны, а не как все написаны краской. Обвожу букву «G» пальцем и ухмыляюсь. Когда я вернулся домой, мне хватило сил, чтобы только бросить свой рюкзак на пол и рухнуть на кровать.***
Мое утро обычно начинается с проклятий всего существующего. Я отключился всего на пару часов, потом прозвенел этот чертов будильник. Сегодня пятница, но пропускать школу я не стану, лишние проблемы мне не нужны. Сходив быстро в душ, переодеваюсь и проверяю сообщения на телефоне. От Майки: «Ну ты где?». И Рэй еще спрашивал по поводу сегодня, пойдем куда-нибудь или нет. Честно говоря, я никого не хочу сегодня ни видеть, ни слышать, просто хочу спать и все. Не отвечаю на сообщения и выскакиваю из дома. Довольно быстро добираюсь до школы, сразу же направляюсь в кабинет английского и сажусь рядом с Майки. Тот не выдерживает и сразу начинает расспрос: — Где ты был, почему не соизволил ответить на мое сообщение? Что-то случилось? — И тебе привет, Майки, все прекрасно, — монотонно отвечаю я. — Рэй предлагает устроить у тебя дома тусовку, твоих же нет, да? — Майки, я не собираюсь пускать в свой дом толпу потных, пьяных и желающих уединиться подростков. Они разрушат мой дом и все, что там находится, так что мой ответ нет. Черт, как же меня начинает раздражать все происходящее вокруг, а я только зашел в кабинет. Он продолжает рассказ о пользе тусовок, о том, как нашел себе девушку на одной из них, о том, что и мне пора бы завести отношения. Звенит звонок, и я уверен, что на ближайшие минут десять он заткнется. Учитель уже начал что-то рассказывать. Я, подперев рукой голову, пытаюсь его слушать. Но все же в данный момент меня волнует тот силуэт в церкви, что же оно такое. Майки не желает меня оставлять в покое и толкает меня, так что я чуть ли не ударяюсь головой об парту. Шиплю и спрашиваю: — Ну что? — Мы должны что-нибудь придумать. Ну не будь такой занудой, Фрэнки, — продолжает он, при этом толкая меня локтем. Я резко поворачиваюсь, злобно смотрю на него и собираюсь сказать, чтобы он отвалил от меня: — За… — но закончить мне не дают крики из коридора. — Мистер Уэй, немедленно остановитесь, иначе вы будете исключены из школы! — раздается вопль директора. Тут же весь класс замолкает на секунду, после следует волна хохота. И кто-то кричит с последней парты: — Майки, что же на этот раз твой брат придумал? Нассал ему на лицо? Что еще? Он перепробовал столько вариантов, чтобы его исключили, но каждый раз его что-то спасает. Майки же закатывает глаза, поворачивается и показывает фак всему классу. Его брат, его никто не видел, кроме директора и самого Майки, конечно же. Я не знаю ни его имени, ни как он выглядит. Хоть с Майки мы очень долго дружим, но он всячески пытается избежать разговоров о нем. Только однажды он говорил, что он болен и все. Тем временем самые наглые повыходили из классов и наблюдают за происходящем в коридоре. Разъяренный директор несется за черным пятном, которое успело выскользнуть из школы до того момента, как кто-то успеет выскользнуть в коридор. Директор пытается отряхнуть свои волосы от кусков земли и дождевых червей. Когда преподаватели отошли от очередного срыва уроков, они начали загонять учеников обратно в кабинеты. Этот парень либо действительно болен, либо притворяется. Во всяком случае, я бы хотел с ним познакомиться.
