В свете последних событий

Люси

      Длительное ожидание по определению выматывало и вызывало раздражение. Когда итог — отсутствие партнера? Высший уровень негодования. В третий раз за месяц подвел собственную девушку. Надежда давно в гробу, но я продолжала верить, что Нацу с возрастом изменится, и ждала знака свыше, если тратила на сына Игнила силы впустую.       Злобно подула на выбившийся локон светлых волос, но тот вернулся в исходное положение.       — Бесит! — пришлось убирать прядь рукой.       — У тебя все хорошо?       Вздрогнув и оторвав взгляд от фонтана, я обнаружила перед собой лицо Миры. Учитывая, что ее не было здесь, когда я пришла, невольно задумалась, сколько же времени прошло с момента моего появления на центральной площади.       — Привет. А ты давно наблюдаешь?       — Минут пять. И все это время ты не шевелилась.       Затекшие мышцы будто ждали сопровождения в виде констатации очевидного от постороннего — заныли до сжатых зубов. Я полдня выбирала наряд, макияж и прическу. Все усилия под Эферион. В следующий раз оставлю привычную одежду.       Гордость покачала головой. Я всерьез планировала следующее свидание? Настолько смирилась, что плевать на здравый смысл?       — С Нацу поругались?       Такими темпами скоро расползутся слухи о том, что у нас с огненным убийцей драконов возникли проблемы в отношениях. Мира — чудесная подруга, но она болтушка.       — Нет, — отмахнулась я. — Он просто… Нацу. Мы должны были пойти поужинать вдвоем в честь годовщины, но он забыл. Романтика не его конек.       Или точнее, такое слово отсутствовало в его словаре.       Словарь.       Будто бы Нацу настолько умен, чтобы выучить что-то помимо названий блюд. Драгнил никогда не поймет, что я не только его личный повар, но и подружка, требовавшая определенного внимания.       — Хочешь, я с ним поговорю?       Девушка смотрела на меня жалостливым взглядом, а мне меньше всего хотелось ощущать себя в роли зверька, отданного на жертвенный костер. Неужели нельзя быть тактичной и не демонстрировать своими большими красивыми синими глазами насколько сильно подруге хотелось меня ободрить, потому что по мне плакала упаковка бумажных полотенец и ящик вина.       Мира, да что ж ты мимо не прошла!       — Не стоит. В конце концов, он придет ночью со щенячьими глазами и извинениями.       И придет для того, чтобы набить брюхо запасами из чужого холодильника и, если силы останутся, дать разрядку члену, если вспомнит о его наличии. Когда мы занимались любовью? Неделю назад? Или две?       — Я привыкла, когда дело касается драк и миссий, наша с ним личная жизнь отходит на второй план. Мальчишки.       Хотя старалась изобразить иронию, я понимала, что отговорки звучали неубедительно. Кого обманывать пыталась? Мира во лжи, уловках и тайных заговорах — ас.       — Люси, могу я тебе кое-что посоветовать, как подруге?       И еще Мира достаточно проницательная. Натолкнулась бы я на кого-то другого — удалось избежать расспросов.       Самый неудачный месяц за последние несколько лет. Сначала проигрыш на миссии и, как следствие, вылет из претендентов на звание мага S-класса, затем очередной извращенный намек от Лакса; а теперь третья неудачная попытка выбраться со своим молодым человеком на свидание, из-за которой я снова уйду в размышления о том, что не умею принимать правильные решения в любовных делах.       Ох, фантазерка, очнись ты уже. Парень, который забывал, лучше парня, который изменял.       — Конечно. Высказывайся. У меня полно свободного времени.       — Тебе нужно всерьез задуматься, хочешь ли ты таких отношений.       Будто бы я сама не понимала.       — Это же Нацу.       — Именно. Вы вместе год. А он хотя бы раз приходил вовремя? Приходил ли вообще? Я же вижу, между вами начались сложности.       Метеорит на блондинистую голову пришелся бы кстати, и не важно на чью, главное, чтобы разговор завершился. Зря я переживала. Согильдцы и так начали замечать, что я и Нацу не походили на счастливую влюбленную парочку.       — Не все отношения строятся на романтике, знаешь ли. К тому же, говорю, я привыкла.       — Сколько ты его ждешь?       — Не уверена, — я посмотрела на циферблат наручных часов, с ужасом осознав, что наступил вечер. — Почти два часа. Я даже не заметила, как стемнело.       Неудивительно, что люди вокруг странно на меня поглядывали. Столько простояла на одном месте! Я убью Нацу. Сегодня точно не впущу домой. Клянусь, сын Игнила у меня получит пинок под зад на ночь, а не отбивную с рисом. Я не могла простить ему и этот случай склероза — сделал из меня мишень для сплетен.       — Так отношения между парнем и девушкой не строятся.       — Мира, я не хочу обсуждать данную ситуацию. Я просто отправлюсь обратно в квартиру и буду дожидаться своего любимого…       Идиота. Но вслух я, конечно, не обозвала парня.       — Я буду признательна, если ты постараешься не раздувать из кота дракона.       Мираджейн несколько секунд подумала, прежде чем кивнуть.       — Хорошо. Но одну я тебя не отпущу в таком состоянии. Давай, я попрошу Лакса, чтобы он тебя проводил.       — Что?! Почему его?       Вопрос прозвучал чересчур пискляво и эмоционально. Если бы меня записали на диктофон, то получился бы идеальный мультяшных персонаж.       Неужели Мира и об этом прознала? Как умудрилась? Мы же скрывались. Ладно, черт с Нацу. Я переживу игнорирование наших планов. Однако ни одна живая душа не должна знать, что у меня связь с Дреяром-младшим.       — Потому что мы с Эльфи, Эвой и Фридом идем на двойное свидание.       — А?       Сначала я не уловила логики, но, проследив за рукой подруги, обнаружила, что она указывала на группу из четырех человек, стоявших в нескольких метрах от нас: брат Миры — Эльфман, его девушка Эвергрин и два ее товарища по команде. Фрид ухаживал за Мирой, его присутствие меня не удивило. А вот откуда в этом составе Дреяр — интересное совпадение. Всякий раз, когда мне на душе паршиво, Лаксус умудрялся найти меня и сделать ситуацию критической.       С другой стороны, хотела знак — чем не знамение. С Нацу на ножах — подушки на постели Лакса без первоначального взноса. Это уже закономерность.       Радовало, что Мира случайно упомянула внука Мастера. Ее предложение — наиболее уместная в данный момент попытка отправить меня отдохнуть.       — Постой, — из-за собственной драмы, я не сразу поняла, что в жизни подруги тоже случилось нечто из ряда вон. — И ты на свидание собралась? Фрид созрел?       — Да, чему я неимоверно рада.       Грех не радоваться, когда парень, в которого ты влюблена, наконец, сделал решительный шаг. Фрид столько лет крутился вокруг Миры, воркуя, но держась на расстоянии, — нонсенс, что снизошел до прямолинейности. Теперь я по крайней мере поняла, почему девушка сменила привычный стиль и подобрала вызывающий наряд: собрала волосы в высокий хвост и надела короткое черное платье под каблук. А то первый мыслью было, что она шла с фотосессии. Совсем на себя не походила.       — Я рада за тебя. Искренне надеюсь, что у Вас все получится. Роковая женщина.       Мира засмеялась.       — Спасибо, Люси. Я решила, что нужно максимально проявить себя, а то следующего шага буду еще лет десять ждать.       — Правильный настрой.       Присмотревшись повнимательнее, я нашла в наших нарядах схожие детали. Правда, мое было красным и доходило до середины голени. Мне тоже хотелось, чтобы Нацу настроился на нужный лад.       — Так, что, попросить Лакса?       — Нет, — твердым голосом произнесла я, — доберусь до дома самостоятельно. Последнее, что мне нужно сейчас, нахождение с самым высокомерным из драконслееров.       К сожалению, услышав мою «высокую» оценку, Дреяр направился в нашу сторону с видом, означавшим, что отказ не принимался. И, пока он шел, я мысленно отсчитывала секунды до остановки сердца. Почему от его вида перехватило дыхание? Чем ближе подходил — тем труднее становилось дышать. Месяц по укреплению иммунитета от чар громового убийцы драконов прошел впустую.       Нужно больше времени. Мне необходимо подавить чувства, иначе так и продолжу позориться, заявляясь к Лаксу каждый раз, когда ругалась с Нацу.       — Мне все равно в ту сторону, болельщица,       В ту сторону.       Чуть дальше по улице за моим домом находился клуб, где Дреяр легко мог найти живую куклу для секса. И то, как он разоделся, подтверждало догадки. Шелковая белая рубашка и джинсы, волосы уложены гелем, — образ для рыбалки на девок. В груди появился шар из негатива, который быстро разросся, став давить на стены грудной клетки. Нельзя доводить жизнь до абсурда, я не ревновала. Мне плевать на внука Мастера. Но я бы была не прочь оказаться на месте Миры: получить желаемого мужчину на постоянной основе. Не друзья, не враги. Не любовники, не возлюбленные. Даже в моих романах таких сложностей не появлялось.       Нацу сам не понимал, на что подталкивал, динамя.       — Ее зовут Люси, — отчитала парня Мира. — Серьезно, Лаксас, начинай обращаться к товарищам без кличек.       — Со временем, маньячка, со временем.       Девушка закатила глаза.       — Пошли, — отдал приказ Лаксас и отправился в сторону моего дома.       Я смотрела на его широкую спину, спрятанную под шубой, и не могла решиться сделать шаг за ним. Меня пугала перспектива остаться наедине с тем, которого я желала всем телом и, к несчастью, душой.       — Плохая идея.       — Хартфилия! Ножками топай. У моей доброты мера есть.       Чертов чуткий слух убийц драконов.       — Знаешь, это, наверное, было плохой идеей, — пожалела о своем же жесте доброй воли Мира.       — Не переживай. Что он сделает? Убьет? Хорошего свидания.       И, приобняв подругу и помахав остальной компании на прощание, я, стуча каблуками о брусчатку, засеменила за блондином, ища повод, чтобы от него отделаться.       Вокруг нас город готовился ко сну. В будний день люди уходили с улиц рано. Взрослые спешили подготовиться к новому рабочему дню, а детям в девять положено быть в кроватях. Спокойное и красивое место — Магнолия. Я любила этот город. С ним связано столько воспоминаний и плохих, и хороших. Здесь я обрела семью, друзей, свое место в мире.       — Знаешь, я бы не опаздывал на наши встречи.       Лакс шел медленнее в сравнении с его обычным ритмом. Редкость — подстраиваться под кого-то. И странно, что он подслушал диалог с Мирой целиком.       — Знаю. Но, если бы мы встречались, то все встречи проходили бы в наших спальнях.       У внука Мастера было много отрицательных черт, но и положительных имелось не мало. К примеру, пунктуальность. Каждый раз, когда я хотела секса, он предоставлял мне полный набор услуг с доставкой в указанное время.       Метеорит, да упади ты уже на мою глупую головушку! Последнее, о чем я хотела думать, как хорош парень в постели. Зато сразу забыла и о Нацу, и о Мире, и о горожанах. Центром вселенной стал Лакс. Дьявольски привлекательный тип, которого я ненавидела и желала одновременно.       — Я способен на романтику.       — Сильно сомневаюсь.       — Куда вы с Драгнилом собирались пойти?       — А что?       — Ответь.       Я шестым чувством понимала, что Лаксас специально пошел меня провожать, чтобы что-то доказать. Он рьяно защищал границы между нами перед товарищами, чтобы так глупо подставляться. Четыре свидетеля. Конечно, ребята решили, что Дреяру действительно в мою сторону, к шлюхам в клубе. Но я не они. Как бы по пути нам не было, Лаксас бы никогда просто так не пошел меня провожать.       — В новый ресторан. Тот, который напротив собора.       — Ты хотела провести огненную башку в приличное общественное заведение? Люси, ты совсем охренела. Он же тебя опозорит.       Реакция меня позабавила, но больше подивило другое.       — Люси? Ты назвал меня по имени?       Если и было что-то слаще меда — это мое имя, слетавшее с губ Дреяра. Редкое, но незабываемое явление, после которого оставалось приятное и длительное послевкусие. Внезапно я осознала, что после того, как я впечатала парня в стену в больничном крыле гильдии, мы не виделись. Прошло почти три недели.       Лаксас остановился, посмотрел на меня, словно я выдала матерное словцо, а потом взял под локоть. Я не успела ни о чем подумать, как ощутила невесомость. В следующую секунду мы телепортировались.       — Куда ты меня перенес?       Оглядевшись, я обнаружила вывеску над зданием позади нас. Мы стояли перед новым рестораном, о котором я упомянула.       — Для чего?       — Грех терять столик, который ты бронировала за три месяца.       Удивление отразилось на моем лице в полной мере.       — Как ты узнал про очередь в списке резервирования?       — Я хотел сделать Биксу подарок ко дню рождению.       — Цитируя тебя, ты охренел? Бикс такой же любитель пожрать, как Нацу.       Одновременно засмеявшись, мы посмотрели друг друга в глаза. Лакс продолжал придерживать меня за локоть, тепло от его тела перетекало под мою кожу. Электричество стало осязаемым. Я не видела, чтобы в глазах Лаксуса вспыхнул опасный огонек, но мне стало жарко. Хуже того — я не могла выдавить из себя ни слова. Стояла, пытаясь взять себя в руки. Но это было бесполезно. Из-за того, что Нацу меня продинамил, я была зла. Из-за слов Миры расстроилась. А я привыкла, что все проблемы решались посиделками с подругами или сексом. И ко второму меня приучил парень, стоявший передо мной.       — Нет.       Крайне щепетильная компания. Я не нуждалась в блондине.       — Нет.       — Что нет?       Второе бессмысленное отрицание Лакс не проигнорировал.       — Нельзя.       — Поесть нельзя?       Как же не вовремя проснулись гормоны. Мысли стали путаться. Я схватилась за грудь, пытаясь утихомирить сердечко, решившее станцевать фокстрот.       — Я не смогу сейчас есть.       — Почему?       — Потому что я расстроена.       Сегодня вечером я хотела простого ужина для двоих. Но не с Дреяром. Я не смогу находиться рядом с ним, не думая о его руках, губах и запахе. Я слишком долго убегала.       Шар внутри стал давить еще сильнее. Ревность прошла давно, но теперь меня наполнило отчаяние от безнадежности. Я столько времени металась между двумя парнями, столько часов провела в слезах, выбирая. И в итоге, получив меня, Нацу не изменился. Остался все тем же большим ребенком, который жил одним днем и принимал любовь за нечто само собой разумеющееся. А как же фактор взаимной перестройки? Почему я подстраивалась под него, а он не мог даже на свидание прийти вовремя?! Или хотя бы переспать со мной, когда мне это нужно.       — Потому что я здесь не с тем, с кем должна была.       Если бы Нацу пришел, я бы не встретилась с Мирой, она бы не привела с собой Лакса, и мы бы не оказались одни на улице, планируя поход в ресторан. И все не закончилось бы снова тем, что произошло, когда Дреяр озвучил следующую реплику.       — И возбуждена.       Сдержанность канула в ближайший сток.       Лакс толкнул меня за угол одновременно с тем, как я накинулась на его губы. Будучи аристократкой, я брезгала перед подворотнями с их грязью и мусорными баками, но в эту самую секунду мне было плевать на запах и неподходящее место. Было плевать, что нас могли застукать. Я хотела одного — и Лакс дал мне это. Дал в его излюбленной жесткой форме. Без прелюдий впечатал в стену, стянул нижнее белье, вошел и заставил двигаться в бешеном темпе, за которым я еле успевала. И мне нравилась грубость. Если бы не ладонь парня на моем лице, плотно блокировавшая мой рот, на представление сбежалась бы толпа народа. Он превращал меня в животное, под стать себе. Дикое, рычащее животное, действовавшее на поводу у инстинктов. И, к черту попытки принять более удобное положение. Чтобы шуба — наше прикрытие — не соскальзывала с плеч, пришлось вцепиться намертво и не только руками. Я сплела ноги за спиной Лакса, чтобы он не смог выходить из меня во всю длину. Это был мой способ контролировать процесс. Все две стадии. Кончив один раз, Лакс, не медля, снова стал трахать меня с еще большим временем, доведя до моего собственного оргазма.       — Скажи, что ты на таблетках.       Когда все закончилось, Дреяр не спешил отодвигаться. Он убрал с моего лица выбившиеся пряди и внимательно посмотрел в глаза, проверяя, в состоянии ли я думать.       — Ты… не… вовремя задался… вопросом, — сказала я с одышкой.       Дреяр убрал обмякший половой орган в штаны. В отличие от меня его дыхалка не сдала позиции. Конечно, что для такого профи пара пятиминутных заходов.       — Я бы все равно не остановился, хотя и не хотел тебя.       — Не хотел, но отымел?       Удивительно, как я не откинула его в сторону, как в прошлый раз. Но я на ногах еле держалась, не то, что магию применить могла.       — Я уже говорил тебе. Не имеет значение, нужна ли мне ты. Ты возжелала меня — я услужил.       — Услужил. Что за архаизмы.       — Литератор, блин.       — Да. Я писательница. И, возможно, получу награду за роман.       — Когда награждение?       — Через десять дней. Хотя ты должен знать. Мастер же на последнем собрании со всех взял клятву, что гильдия пойдет со мной в полном составе в качестве поддержки.       — Делать ему не фиг.       Дыхание пришло в норму. Я бегло осмотрелась, но мы умудрились расположиться достаточно далеко выхода на улицу, да и освещение не падало в нашу сторону. Господи, что я натворила. Как наше свидание с Нацу могло трансформироваться в жесткий секс с Лаксасом в общественном месте?! Снова по накатанной.       — И что дальше? Оставишь меня стоять в переулке без трусов с вытекающей из вагины спермой?       Лакс заржал.       — Люси, ты порой меня поражаешь своими грязными высказываниями.       — Второй раз за вечер по имени. Рекорд, — морально я была истощена полностью, не могла даже вступить в словесную баталию. — Так, оставишь?       — Нет, конечно, — парень перестал смеяться. Просто улыбнулся, удивив. — Я не настолько гадок, чтобы вывалить на Драгнила новость о связи его любимой с другим парнем.       Лакс приобнял меня. Снова заискрили молнии - и мы посреди спальни в его хибаре.       — Зачем мы пришли к тебе?       Лаксас включил свет. Здесь ничего не изменилось. Темно-синие шелковые простыни, коричневая мебель и длинная полка с трофеями. Когда месяц назад я отсюда ушла, обматерив внука Мастера с головы до пят, то не собиралась возвращаться.       — Чтобы ты привела себя в порядок и отмыла от кожи мой запах. В ванной найдешь все необходимое. И гель.       Парень вышел, а я не сдвинулась с места.       Получается, что Лаксас надеялся, что я еще приду к нему? Иначе, зачем ему хранить средство, созданное подпольным алхимиком по специальной формуле, с помощью которого я могла перебить запах Дреяра, чтобы другие драконоборцы ничего не заподозрили?       Надеялся, что вернусь?       Бред. Между нами только секс и взаимная неприязнь. Скорее всего, благодаря врождённой самонадеянности, он знал, что я продолжу возвращаться, несмотря на все мои истерики. Собственно, так и произошло.       Ненавидела его, но желала.       Метеорит, мой затылок готов к удару. Грохнись уже.       И что мне теперь делать?

Лаксас

      Столица Фиора — Крокус — поражала масштабами и теснотой. При всем великолепии исторических сооружений в городе было не развернуться. На каждой улице на обеих сторонах постройки в два ряда. Первый — жилые дома, второй — магазины. Из-за непродуманной схемы на первых этажах страдали горожане. Лавки заметно сужали пешую зону. Постоянное движение повозок ситуацию усугубляло, а жителям нижних ярусов по утрам приходилось лицезреть стены магазинов, построенных вблизи их окон. И данная проблема существовала лишь в центре государства. В Магнолии и остальных городах с прогулками, широтой дорог и панорамами проблем не возникало.       С высоты балюстрады верхнего этажа королевского дворца открывался умопомрачительный вид. Жаль, что я циник. Поляна бесцветных однотипных крыш. Неужели так будет выглядеть мой новый дом? Сюда стекались потоки туристов и переселенцев, но мне здесь кантоваться бы не хотелось. Поэтому я оказался в затруднительном положении. В моей жизни не так много ситуаций, которые могут выбить из колеи. Однако я до сих пор не пришел в себя после сегодняшнего предложения. Впервые за долгое время мне нельзя принимать решение, руководствуясь обыденным «не нравится».       — Что собираешься делать?       Дед посмотрел на меня взглядом, которым он одаривал тех, за кого беспокоился. Мне претило, когда в ход шли неразрушимые узы. Закономерность отношений с родителями в том, что, сколько бы мы ни старались показать свою независимость, сколько бы ни отталкивали близких, пытаясь скрыть боль, семья есть семья. Помощь родных — якорь. Многие не понимали этого, а, когда оказывались в трудной ситуации, удивлялись, почему их потянуло в отчий дом, который они покинули без сожалений. Я пережил период «тупизма», он же период «взросления». Чтобы доказать деду, что мне не нужен ни он, ни отец для становления личностью я едва не убил самого дорого человека. Если бы тогда не вмешались Нацу с Гажилом, я бы совершил главную ошибку в жизни. Поэтому теперь я старался прислушиваться к советам Мастера, хотя бы не игнорировал его слова, как раньше. В конце концов, старшие всегда правы, как показала практика.       — Не моя работа. Я создан для боев, для защиты гильдии.       — Как твой Мастер, я благодарен за преданность, но, как твой дедушка, я был бы рад, ухватись ты за такую возможность.       Старик поправил покрывало, которым прикрывал отказавшие ноги. Мне до сих пор сложно смотреть на него в инвалидном кресле. Не верилось, что столь стойкий человек получил подобную травму. Хотя главное, что дед остался в живых после битвы с Зерефом. Глядя на него, я видел неунывающего седовласого коротышку с большими добрыми глазами, которые светились энергией. И я ненавидел, когда свет трансформировался в негативные эмоции; с трудом представлял будущее, в котором деда не станет.       — Не думаю, что это хорошая идея.       — А я думаю, что ты нравишься нашей королеве.       — Дед!       Вовремя подавил матерное слово. Пожилому человеку в инвалидном кресле станет хамить последнее чмо. Придется просто свалить, пусть Мест Мастера в отель перемещает. Кстати, куда этот кадр подевался?       — А что? Ты никак не остепенишься. Почему бы не породниться с королевской семьей?       — Несешь чушь.       — Я уже инвалид, — заигравшая шарманка не смолкнет, пока не прозвучат последние ноты. Только мы не в баре, мне нечем залить треп о жене. —  Неизвестно, сколько я еще проживу. А правнуков понянчить хочется. Посмотри на Гажила. У него судьба и характер в разы хуже, чем у тебя. Да и младше он. А уже жениться.       — Они с книжной букашкой просто съехались.       — Совместное проживание — первый шаг к браку. Поучился бы лучше. И прекращай обзывать всех.       — Чему? Как стать подкаблучником? И я отдельные кадры зову по имени.       — Редко. И только других громовержцев, — старик дотянулся до моего запястья, слегка сжал. — Лаксусик, ну же, подари мне на юбилей внука или внучку. Можешь не жениться.       — Обойдешься.       Дед поджал губы и насупился, как карапуз. Пустышки не хватало.       — Почему ты такой упертый?       — Гены, дед. Гены.       В том, что меня доставали по поводу детей, был единственный плюс. Именно благодаря постоянным столкновениям «лоб в лоб» я обнаружил, что унаследовал баранье упорство не от Ивана, а от Макарова. Обзавелся смертоносным оружием против темы «алтарь-пеленки».       — Ох, пофиг на тебя, — дед сдался, не скрывая недовольство, до которого мне как до Арболеса. — Если считаешь, что слушаться любимую женщину как потерять мужественность, — твое право заблуждаться. Но неужели ты даже не рассматриваешь повышение? А как же амбиции?       — Мои амбиции никуда не делись. Но это тот редкий случай, когда следует обдумать и взвесить за и против.       — Мастер! Лаксас!       Синхронно обернувшись на женский голос, мы с дедом обнаружили, что с другой стороны балкона к нам приближались две девушки. И вот совпадение, а я считал Эвергрин единственной, кто появлялся, стоило ее упомянуть. Книжная букашка, она же Леви, бодро махала рукой в знак приветствия. Короткие синие волосы, зеленый сарафан — скучный неизменный образ. На удивление, ее бойфренд отсутствовал. Я как-то попривык, что Гажил, везде сопровождал подружку. Но сегодня у нее иная спутница.       Гром и молния, почему мы снова столкнулись?       — Леви. Люси, — дед широко улыбнулся. — А вы какими судьбами в столице?       Хартфилия показательно отводила взгляд, чтобы скрыть накатившие на нее эмоции, но я слышал, как ускорилось под коричневым платьем строгого фасона девичье сердечко. Да и у меня в штанах потеплело.       — В королевскую библиотеку поступили новые книги. Мне предложили с ними ознакомиться. А Люси за компанию, так как ей давно хотелось поговорить с Хисуи.       — Зовешь королеву по имени, букашка? Бессмертная?       Что мне нравилось в Леви, она не умела давать отпор. Не то, чтобы я сохранил старую привычку и любил поддевать тех, кто слабее. Подколы поднимали настроение.       — В отличие от отморозков мы умеем ладить с людьми.       Есть поговорка, что в мертвую тишину погружаешься, откинув копыта. Никто из нас не умер, но на балконе в момент пропали посторонние звуки. Настолько ошеломительным оказался эффект брошенной блондинкой гранаты… в МОЮ сторону. Казалось, что дед и Леви приготовились колдовать во избежание жертв. И я не мог их винить за реакцию и предосторожность. Я остро реагировал на грубые слова в свой адрес. Правда, в этой стычке изначально была брешь.       — Слышь, болельщица, я не понял, что за наезд? — мой голос звучал неприветливо, но не злобно. Да, я репетировал выдержку перед зеркалом гребаных три часа, потому что предвидел подобную перепалку.       — Наезжаешь ты, а я защищаюсь. Мы из одной гильдии. Сколько ты будешь относиться к товарищам с неуважением?       — Я не к тебе обращался.       — Какая разница, никому не нравятся, когда их обзывают.       — Леви, я довожу тебя до истерики кличкой?       Низкорослая не ответила, потому что была ошарашена моим самообладанием, как, впрочем, и старик. Не каждый день доведется видеть, как эмоционально нестабильный Лаксас Дреяр и не острая на язык Люси Хартфилия устраивают словесную потасовку, поменявшись ролями.       — Не доставай ее.       — Не защищай других.       — Так, ребятушки! — строго прикрикнул дед. — Угомонились. Вы что устроили на ровном месте? Люси, мой внук пошутил. Что на тебя нашло?       — ПМС, — прошипел я, намекая, чтобы блондинка угомонилась.       — Зато у тебя нет утреннего стояка.       Иии я тупо открыл рот, как и остальные. Не хило я взбесил заклинательницу звездных духов, раз она наплевала на страх и разоблачение. Видимо, наша договоренность аннулировалась. Придется снова перезаключать соглашение.       — Пошли, Леви.       Гордо вздернув подбородок, Люси направилась к двери, впервые оставив последнее слово за собой. Подобная стойкость заслуживала аплодисментов. Не знал, что она способна на стервозность.       — Лаксас, прости ее, — пролепетала Леви. — Они с Нацу жутко поругались позавчера. Люси на взводе.       — Из-за чего поругались?       Дед и Леви снова вытаращились только уже на меня. А что? Если уж гореть, то дотла.       — Внучок, что за вопросы. Не лезь в чужую личную жизнь.       Будто бы деду самому не интересно. Они с Мирой главные сплетники на весь Фиор.       — Мы пойдем. Увидимся в гильдии, — опустив глаза, Леви побежала за подругой.       Поругалась с головешкой, значит. А я думал, что она злилась из-за того, что я ей наговорил после последнего визита в мой дом. Хотя, скорее всего, Нацу попросту подлил масло в огонь.       — Да, женщины в гневе — самые опасные существа, — почесал лысую макушку дед. — Пойдем в гостиницу. Я хочу отдохнуть.       — Конечно.       Ухватившись за ручки кресла, я покатил коляску в противоположном направлении от двери, в которую зашли Люси с Леви. Отсюда вниз вела каменная лестница в несколько пролетов, поэтому пришлось перемещаться в молниях на первый этаж.       Главная зала, как ее наименовали местные, представляла собой большую круглую комнату с куполообразным потолком и пятиметровыми стенами, соединявшую порядка двух десятков различных коридоров, запутаться в которых — плевое дело. Сновавшие туда-сюда слуги, туристы и стража напоминали надоедливых муравьев. Шумная толпа, через которую было сложно пробираться. Мы были на полпути к выходу, когда из-под земли вырос Мест, старо-новый товарищ, который вызывал у меня подозрений больше, чем доверия.       — Я освободился, — сказал брюнет деду. — Можем вместе вернуться в гостиницу.       — Отлично, — я подошел к магу и, потянув за локоть, поставил его у руля инвалидного кресла. — Торжественно вручаю заботу о деде тебе. У меня дела.       — Внучок, ты куда собрался?       Отвечать я не стал, потому что единственное приемлемое оправдание резкого ухода для деда, мой повторный тет-а-тет с королей, в котором я даю согласие на повышение и брак заодно.       С другой стороны, я действительно отправился поговорить с представительницей женского пола и в то же крыло, где был с утра. Только оппонента выбрал с карими глазами, а не с зелеными. Уж как так вышло, что мы столкнулись с Люси в замке Крокуса, не знаю, но я отказывался верить в совпадения. Если знаки показывали, что нам следовало обсудить события трехдневной давности, нельзя их игнорировать. Мой стояк нельзя игнорировать. Как же круто, что на прием во дворец я отправился в длинной пиджаке и рубашке. Дед настоял обойтись без шубы и выглядеть презентабельно. В кой-то веке я был ему благодарен: полы пиджака скрывали ширинку.       Я вернулся к комнате для приемов и, облокотившись на колонну, стал ждать.       В итоге Люси вышла через полтора часа. И то, только из-за прихода новых посетителей. У нее было приподнятое настроение. Видимо, они с королевой отлично ладили. К несчастью, мое похотливое настроение сошло на нет. Я уже успел сотнями способов послать затею к Зерефу.       Увидев меня, девушка застыла. Радость ушла с лица, вернулась паника и гнев.       — Хочу поговорить.       — А я нет, — Хартфилия попыталась слинять.       Не-а. Во второй раз не сработает.       — Могу телепортировать.       — Вперед.       Повторять дважды не в моем стиле. Четыре больших шага, крепкое объятие. Миг - и мы на окраине города, где было поменьше народа. Я морально не готов оповещать все королевство о связи с наследницей некогда знатного рода аристократов, а блондинка сейчас начнет вопить.       — Блин, ты серьезно? — Люси огляделась и всплеснула руками. — Я же сказала, что не буду тебя слушать.       — Почему ты такая нервная сегодня?       — Почему ты меня достаешь?       — Кто еще кого достает. Нельзя было обойтись без сцен в присутствии моего деда и твоей подруги? Обсудили же, держим в тайне. Сама настояла.       — А если я устала скрываться? Может, пора признаться остальным?       Наступил момент, который я откладывал в самый дальний ящик планов на ближайший год. Очередная неуместная беседа о прекрасном с новой мечтательницей о принце на белом драконе. А я понадеялся, что Люси понимала, что к чему.       — Мне не в чем признаваться, в отличие от тебя.       — То есть вру лишь я?       — Именно. Очнись. Я трахаюсь каждый день с новой бабой. Есть несколько женщин, с которыми я продлил лимит. И ты, дорогуша, в их числе. Хочешь рассказывать, вперед. Но запомни, больно будет тебе. Потому что я не стыжусь тех, кто состоит в клубе «идеально насаживается на член».       Люси попыталась меня ударить, но я перехватил сжатый кулачок.       — Неприятно слушать? Так, я же миллион раз повторял. Я ненавижу тебя, как женщину, потому что ты изменяешь своему парню, кидаясь в объятия другого мужчины при каждой ссоре. Но я желаю тебя в роли любовницы, потому что ты, как ни странно признавать, очень хороша в постели.       Бессовестно хороша, если углубляться в детали. Я и помыслить боялся, что такая благовоспитанная и романтичная натура способна удовлетворить мои самые грязные фантазии.       — Тогда зачем опять переспал и выкинул? Ты сам решил заняться сексом перед тем, как я ушла, но в итоге остановился и выставил меня полуголой за дверь, хотя обещал проводить до дома. Какого черта?       Причин сохранять дистанцию было предостаточно, как и поводов для полного расставания. К сожалению, у нас никак не получалось поставить точку. Я и сам не понимал, почему меня тянуло к Люси. Не мой типаж, да еще и с парнем. Но, когда она появлялась рядом, то полностью поглощала все мое внимание. И виной всему — вожделение. Я желал эту блондинку. Минимум дважды в день по три-четыре акта. И эта зависимость меня пугала, поэтому я струсил оставлять ее на ночь.       — Такого, что ты уже отмыла мой запах. И, между прочим, я выставил тебя с одеждой.       — Зачем тебе еще кто-то, если ты спишь со мной?       — Мне нужен регулярный секс, а ты прибегаешь только, когда Нацу не удовлетворит.       — Это не так.       Фальшивое заявление пронеслось по телу дрожью. Ненавижу, когда люди сами себя обманывали.       — Злишься, что я тебя использую, но, правда в том, что используешь меня ты. И бесишься сейчас не потому, что я тебя вышвырнул. Драгнил променял ваше свидание на посиделки с Лисанной, Венди и кошаками. Он забыл, что у вас годовщина. Поэтому ты срываешься на меня.       Ранимые личности не переносят правду-матку. Люси разрыдалась, не в силах сдерживать отчаяние. Я же пожалел, что бросил курить. Почему истерика у блондинки, а нервы на пределе у меня.       — Он меня достал.       — Так бросай его.       Тпру. Дреяр сядь в седле прямо. Я не собирался лезть в отношения Нацу и Люси. Да с чего вдруг тема психологии пар стала самой обсуждаемой на этой неделе?! Оно мне надо — раздавать советы. Я всего лишь хотел понять, удастся ли мне подмять Люси под себя, пока у нее нет критических дней. Если откажет, то придется потратить полночи на поиски в Крокусе нормального клуба и распущенных девушек, не зараженных половыми болячками. А я привык не рыться в мусоре.       — Я его люблю.       — Не любишь.       Неосторожно брошенная фраза, по крайней мере, быстро успокоила девушку.       — Но для всех логично, если мы поженимся.       — Слушай, забей на других. Если бы я шел на поводу у деда, то уже бы обзавелся детьми и женой, которых бы не сделал счастливыми, потому что мне их навязали. Ты, по сути, девчонка молодая. А у головешки в мозгах опилки. Погоди ты с браком. Поживи для себя.       — Я не хочу быть одинокой неудачницей.       Глобальная проблема современной женщины — построение самооценки на основе количества ухаживаний.       — Болельщица, ты от злости совсем отупела? Ты в числе постоянных баб Лаксаса Дреяра. Так что точно не неудачница и не одинокая. На дворе не средневековье. Одинокие женщины — те, у кого нет ни секса, ни парня. А неудачницы — те, кого никто не хочет. Так что прекращай реветь, забудь про Нацу и займись чем-то веселым.       — У тебя встал что ли?       Все. Я грохнулся с коня мужественности. На задницу. Громко.       — Да.       Мы засмеялись одновременно. Забавно, но иногда между нами возникали моменты, подобные этому. Когда было приятно обсудить мелочи и просто поболтать, как товарищи, коими мы и являлись. В конце концов, Люси, хотя и была всего лишь одной из девок, с которыми спал, не чужая.       — А я думала, чего ты такой болтливый.       — Больше не устраивай сцен в общественных местах. И я серьезно не советую рассказывать о нас кому-либо. Последствия будут печальными. Но только для тебя.       — Почему ты обо мне заботишься? Разве тебе на меня не наплевать? Сам сказал, между нами секс, не более.       — Так и есть, — я проигнорировал задержку собственного дыхания и кучу несуразных сигналов от сердца. — И, если у тебя достаточно свободного времени, предлагаю отправиться в мой номер. Я — единственный убийца драконов в Крокусе на данный момент. Не нужно беспокоиться, что кто-то учует на тебя мой запах.       — Я не в настроении, Лакс.       — Не вопрос, я сделаю так, что оно у тебя появится.       Люси фыркнула.       — Ты неподражаем.       Фраза прозвучала как согласие.       Фриду и Биксу я сказал, что не сплю с девушками из гильдии, потому что за срыв запретных плодов приходилось горько расплачиваться. Но я хотел Люси именно из-за того, что трахать феечку втихую от остальных заводило до белого колена. Правда, когда спустя два часа Люси покинула мой номер, чтобы встретиться с Леви и я остался один лежать обнаженным на смятых простынях, я осознал странность в собственном поведении. Я не собирался ни с кем спать, находясь в столице. Желание появилось после встречи с Хартфилией. И я мог спокойно выпустить пар с незнакомкой, как вел себя последние несколько лет.       Зачем я потратил время, дожидаясь блондинку, успокаивая и уламывая?       Настолько сильно желал Люси, что не захотел упускать момент?       Именно.       Желал ее тело. И только. Таких форм ни у кого не было.       Разве?