В свете последних событий

Лаксас

      — Виски со льдом. Чистый.       Бармен поставил передо мной бокал, а сам метнулся к противоположному концу стойки, где другие посетители мероприятия собирались сделать заказ. И скорости, с которой он это сделал, не мог позавидовать только Джет. Никогда не понимал хозяев больших приемов. Устраивали пиршество, приглашали сливки общества, а на лишний рабочий персонал скупились. А потом жаловались на отрицательные статьи в газете.       — Здесь свободно?       Церемония награждения юных писателей и поэтов проходила на первом этаже здания, в котором находилась редакция «Еженедельного волшебника». Как и следовало ожидать, рекламные ролики и афиши выполнили задачу — число гостей перевалило за тысячу. Репортеры, представители высшего общества и члены Совета волшебников переходили из малого зала в центральный, задерживаясь у бара, сцены и столов с закусками. И из всей этой толпы я оказался единственным, к кому проявляли не литературный интерес женщины. Конечно, я выделялся на общем фоне за счет роста, телосложения и репутации, однако я забился в дальний угол, лишь бы от меня отстали с непристойными предложениями, - все равно умудрялись отыскать. Должно быть, виной яркая рубашка — девяносто процентов однополых гостей в черно-белой экипировке. Я отпил из бокала, игнорируя очередную грудастую богачку, нацелившуюся на мой член. Девятая за последние полтора часа.       — Здесь занято, — гавкнула девушка рядом со мной, причем по ее тону я сразу понял, что можно не париться относительно швабры позади.       — О, простите. Не думала, что этот мужчина с Вами.       Шлюха попыталась интонацией показать, что я сделал не правильный выбор и должен немедленно обернуться. Наглости бабам при деньгах не занимать. И ладно бы на лицо вышли. А то большинство в тридцать выглядят на полтинник, а некоторые — старше.       — А он не со мной, — зловеще начала Штраус. — Но место, на которое вы претендуете, принадлежит его девушке. А у нее высший разряд по стрельбе и рукопашному бою.       Одна из удивительных способностей Мираджейн — в секунду превращаться в отпетую суку — меня настораживала. Казалось бы, ангел во плоти, а как что-то не по ней — пиши пропало.       Ответной реплики не последовало, а на моих губах заиграла улыбка, когда представил Люси в кимоно и с оружием. Ей бы пошло, учитывая, какая она агрессивная в постели.       Следующий глоток пришлось отложить, когда в голове пулей проскользнуло: «Болельщица не моя девушка». И пуля болезненно зацепила сердце.       — Я бы ее отшил.       — Не благодари. Но я устала отгонять мух.       — На тебя перешли обязанности бойфренда.       Мира перекинула волосы через плечо.       — Мы официально еще не пара. Фрид тормозит, как обычно. Кретин, почему я должна быка за рога тащить?       — Как можно тормозить, когда на тебе нет нижнего белья?       Вырез подола черного платья доходил до бедра, задевая ткань трусиков, если бы таковые имелись на теле демоницы.       — Ненавижу тот факт, что ты настоящий мужик. Кабель, конечно, но хотя бы обращаешь внимание на детали. Фрид не может быть таким же настойчивым. Я уважаю его принципы, но ждала слишком долго.       Я прищурился и посмотрел в стакан. Выпил немного, почему же казалось, что Мира — мираж. Она не из тех девушек, которые открыто обсуждали недотрах.       — Сразу предупреждаю, ни за какие деньги мира я с тобой спать не буду.       — Фу! У меня ни разу такой мысли не появлялось.       — Даже в тот раз? — Сцена из прошлого предстала достаточно ярко. За то, что мы со старшей Штраус устроили под новый год несколько лет назад, меня попытались кастрировать все мужчины в гильдии, включая деда. — Я тебя едва не обесчестил.       — Не получилось бы. Я была готова отправить тебя в нокаут.       — А ты на это способна?       — Хочешь проверить?       Мира источала ярость и неудовлетворенность. Инстинкт самосохранения почему-то потребовал сбавить обороты.       — Не очень. Но я сейчас пойду за Фридом. Меня настораживает твое озлобленное возбуждение.       Мельком осмотрев зал, я нашел громовержцев в дальней части малого зала, где располагалась сцена. Бикс и Фрид подшучивали над Лисанной — младшей сестрой Миры, а Эва щипала Эльфмана, который, видимо, снова что-то учудил.       — Я целовалась с тобой, чтобы Фрид заревновал. Мне было пятнадцать Лакс, а ты только и делал, что трепался о сексе, которым впервые занялся, и убеждал меня попробовать. Мы оба были навеселе.       Самооценка бухнулась в грязь. Краска прилила к щекам, я отставил бокал и скрыл лицо в ладонях.       — Не могла бы ты забыть часть про мой первый раз.       — Он был неудачным?       — У каждого есть свои скелеты в шкафу.       Несмотря на нынешние подвиги, в юности у меня не получалось дойти до постели со своими подружками. В итоге меня практически изнасиловала тогдашняя сожительница Ивана. Она была вдвое старше меня и скакала на мне почти два часа без остановки, имитируя удовольствие, хотя я чувствовал, что ее не прет. О таких опытах умалчивали под пытками оба пола.       — Я был последним из громовержцев, кто потерял невинность.       — И во сколько же Фрид лишился девственности? Нет, лучше скажи с кем.       Конечно же, Мира акцентировала внимание на том, что интересовало ее, но мне еще аукнется в будущем сегодняшнее откровение.       — Чтобы ты ее четвертовала?       — Чтобы я поняла, как затащить твоего лучшего друга в постель.       Мира мечтательно прикрыла глаза, а я всерьез подумал о побеге с банкета.       Нереально раздражающий месяц. Все, о чем говорили вокруг меня, о чем мне приходилось поддерживать беседу, — отношения между мужчинами и женщинами. Я не суеверный, но начинал задумываться, не знаки ли, что время мне самому остепениться. Впервые за всю жизнь я начал видеть цветные сны, как приходил с миссии, а меня встречала жена и мелкий карапуз с карими глазами цвета шоколада. Магию сын бы унаследовал от меня, а дедукцией пошел в мать. Имя бы подобрал дед, в крестные взяли Леви и Гажила, а, когда малышу стукнуло бы четыре, у него появилась бы маленькая сестричка. Но сон не сбудется, потому что я просыпался в холодном поту, когда узнавал, что оба ребенка унаследовали магию огня, потому что я не их отец. Подсознательное отражение яви. Девушка, которая пробудила семьянина под эгоистичным панцирем одиночки, планировала выйти замуж за другого убийцу драконов.       — И приз в номинации литературный дебют получает Люси Хартфилия!       Гул, поднявшийся от новости, разнесся по всей комнате, ударился о стены, пол и потолок — все задребезжало. Бармен испугано смотрел на хрустальную посуду — запросто могла повзрываться хлопушками. Нельзя же пугать людей. Гильдия взорвалась таким ревом, что любой бы подавился - умели же поддержать своих.       Что до меня, то алкоголь попал не в то горло. Пришлось долго и упорно откашливаться. Почему, стоило мне вспомнить про болельщицу, как она вторгалась в мою жизнь либо лично, лично через тему для обсуждения.       — Кто все эти горластые? Всю атмосферу портят.       — А ты не знал? Госпожа Хартфилия - волшебница. Здесь собрался весь «Хвост феи».       — Те самые?!       — Да.       — Теперь все понятно.       Толстяк и дрыщ в смокингах, которые долго обсуждали очередную реформу малолетней дуры, севшей на трон, наконец, решили сменить локацию и прошли мимо, а мне оставалось закатить глаза.       Шум, гвал, неприличное поведение. Мы везде наломаем дров. И в гильдии, и за ее пределами. Я предупреждал деда, что наша компания произведет плохое впечатление на элитное общество, но ему хотелось поприсутствовать на книжном фестивале и заодно поддержать болельщицу. Ему и полсотни его подопечных.       Я не удивлен тем, что наша гильдия устроила беспредел после оглашения победителя в номинации «Дебют года». Меня поразило, что Люси забрала приз. Либо болельщица оказалась достаточно хороша в прозе, либо члены комиссии не неквалифицированные идиоты.       — Маньячка.       — Что?       Фрид с Эльфманом и Эвой пошли ближе к сцене, чтобы первыми поздравить новоиспеченную литературную звездочку, поэтому Мире пришлось довольствоваться моей компании и очень крепким Дайкири. Уже вторым. Когда парни вернуться, надо сделать ставку, через сколько минут Мираджейн заснет. Если не умела пить, зачем позорилась? Что ей, что Люси — пить противопоказано.       — А роман, который написала болельщица, интересный? Ты его читала?       — Конечно, — девушка гордо вздернула подбородок. — Люси же моя подруга.       — И о чем он?       — Почитай, узнаешь.       — Я не любитель детских соплей.       — Эта история не для детей. Это приключенческий роман.       — Какой? Откуда у нее взялась фантазия на приключения? Или она рассказала о миссиях, на которые ходила.       Самый простой способ написать что-либо, пересказать реальные события. Выходит, деду тоже положена премия. Из его объяснительных совету вышла бы многотомная сатира.       — Купи и прочти. Или, если денег жалко, одолжи у Фрида. Кроме того, книга прошла почти через все королевство, но мимо тебя?       У писательниц навязчивая идея скрывать реальные отношения за вымышленными, поэтому мне не хотелось читать роман, в котором я бы мог стать главным героем.       — А я там есть?       — А что? Боишься, что стал главным злодеем?       — Болельщица с нас списывала персонажей?       — Сказала же, почитай сам.       Нацу загородил от меня Люси, встав спиной. Судя по тому, как улыбка сошла с лица блондинки, от него она бы поздравлений слышать не хотела. Из достоверных источников я прознал, что Люси перестала пускать Драгнила к себе в квартиру и даже уломала Эльзу временно к ней переехать для дополнительной защиты от розоволосого оглоеда. Однако я был уверен, что заклинательница не устроит сцену перед свидетелями. Собственно, Люси взяла придурка под локоть и отвела в сторону. Вскоре они скрылись из поля моего зрения, а я едва не подскочил и не понесся следом.       — Ладно, я расскажу кратко содержание.       — Отстань. Нельзя нормально ответить?       — Эй, это ты ко мне привязался. Отвлек от приятного.       — Рада, что в кой-то веке обслуживают тебя, а не наоборот?       — Да! — Мира так рьяно кивнула, что чуть не ударилась подбородком о деревянную поверхность. — Мне нравится работать за стойкой, но я устаю. Кстати, давно хотела спросить, как ты проводил Люси домой в прошлый раз? Вы не поругались? А то она в последние дни психовала.       Нет, не ругались. Мы жестко потрахались рядом с мусорным баком. Дважды.       — Доставил без проблем.       Выставил за дверь полуголую, из-за чего ей пришлось идти по темноте одной. Правда, потом передумал и тайком проследил, чтобы она добралась без приключений.       — А между тобой и Люси никаких чувств не зародилось?       — С дубу рухнула?       — Просто вы с ней в последнее время странно себя ведете. Переглядываетесь, наблюдаете друг за другом, пока второй не видит. И ты перестал уходить посреди пьянок к бабам, как я заметила.       Нужно перевести тему. Нужно срочно перевести тему.       — Ты в курсе того, что у нас в гильдии будет пополнение.       — В смысле? Берут новеньких? Мастер же еще не дал красный цвет.       — Нет, Мира. У нас буквально будет пополнение. А вот у кого, додумывай сама.       Надеюсь, книжная букашка успела осчастливить Гажила новостью о том, что он скоро станет папашей, а то получалось, что я узнал раньше него, потому что случайно услышал тихое второе сердцебиение сегодня утром, когда мы с Леви столкнулись у входа в столовую отеля. По зависшему выражению лица я понял, что колесики у Миры закрутились в противоположном от меня и Люси направлении. Не хватало, чтобы меня подловили на эмоциях. Мираджейн подмечала малейшие детали. И почему у Фрида столь наблюдательная подружка?       Не знаю, в деде ли дело, в королеве или в самой Хартфилии, но я перестал замечать на улицах противоположный пол. Бикс даже советовал сходить к Полюшке за отваром от импотенции. У меня уже неделю не было секса. Самое длительное воздержание, с каким я сталкивался с тех пор, как стал магом S-класса. И всему виной романтические таракашки, пожиравшие мозг.       — Лаксас! Давай напьемся. Ты тут самый стойкий.       Кана повисла на моих плечах, свалившись, не пойми откуда. Дочь Гилдартса, как обычно, напилась, но продолжала искать собутыльников. Одна из лямок ее платья сдвинулась до локтя, едва не выставив напоказ сосок. Но я не возбудился, а ведь было время, когда я хотел картежницу.       — Без проблем, — подтягиваю лямку, чтобы избежать конфуза. — Только дай мне избавиться от того, что уже во мне.       Я покинул свое теплое местечко, на которое тут же плюхнулась алкоголичка. И именно в этот момент вернулись громовержцы. Точнее попытались вернуться. Бикс оставил компанию в шаге от бара. Альберона ему отказала. Этого следовало ожидать, но мой друг устроил девушке бойкот и донес ее отцу про кавалера из Цербера. Так что Кана и Бикс временно не разговаривали, поэтому кукольник быстро развернулся и пошел обратно к сцене, понурив голову. Когда я просил парней найти себе девушек, я не планировал участвовать в последующих любовных разборках. Мне своих сложностей хватало.       Например, я представил, что будет, если я предложу болельщице встречаться? Она убежит с криками или врежет, чтобы убедиться, что я не плод ее воображения? И почему опять Люси? Неужели я не могу думать о ком-то другом? К примеру… забыл имена всех остальных баб всего за неделю. Пытался вспомнить вплоть туалета, пока отливал и мыл руки. Не вышло.       Парадокс. События разворачивались противоположно высказанной мною фразе о том, что меня устраивает холостяцкое существование.       На выходе из уборной я услышал голоса из дальней комнаты в конце коридора. И нет, я не собирался подслушивать. Слух убийц дракон просто уловил знакомое имя. И я решил задержаться. Из любопытства.       — Прости меня, Люси. Я не хотел, чтобы ты обижалась. Я заигрался в карты. И забыл. Ты же знаешь, у меня дырявая башка.       И не только башка, Драгнил. Брюхо и член у тебя тоже с дефектами.       — Нацу, не сегодня.       — Я тебя люблю. Не знаю, как это правильно сказать…       — Нацу, я не хочу портить себе настроение. Я тоже люблю тебя, но твои последние действия говорят мне, что все между нами закончится плохо.       — Я исправлюсь. Пожалуйста, дай мне последний шанс. Вот увидишь, я тебя не подведу. Если хочешь, мы можем пожениться. Съехаться. Только не отталкивай меня.       В наступившей паузе я услышал звук, отдаленно напоминающий поцелуй… и куда-то пошел. Куда-нибудь подальше, не отдавая отчета в том, что двигался. Лоб стал тяжелым, виски заныли, а грудь заливала густая масса негатива и паники. Если сейчас они помирятся, то больше я к Люси не притронусь. Хватило с меня ее соплей и неопределенности. Любила одного, встречалась с другим. Спала с обоими. И умудрялась обвинять в аморальности того, кто позволял использовать собственное тело в угоду ее желаниям по первому зову.       — Лаксас, постой.       — Что надо?!       Эльза. В своем любимом бордовом платье. Купила бы лучше пару новых нарядов, чем доспехи. Алая никогда меня не боялась, поэтому восприняла вспышку гнева спокойно. Но я запросто мог сейчас нарубить дров, если она попробует достать фигней.       — Я подумала, что тебе следует знать, что моя команда отправляется на столетнее задание. В связи с тем, что Гилдартс снова странствует, ты остаешься за самого сильного волшебника. Надеюсь, что ты позаботишься о гильдии и Мастере, пока меня не будет…       Ноги подкосились, я едва успел изобразить ленивую улыбку перед тем как корпус повело влево — стена подперла, вышло, будто я просто облокотился, а не рухнул от леденящего беспокойства за жизнь светловолосой заклинательницы.       — Столетнее задание? — голос меня подвел, но до Эльзы и элементарные вещи доходили как до жирафа. Куда ей до голых эмоций. — А Вам не рано? Даже я не рискну отправиться на самоубийство. Пожить хочу.       — Нацу настаивал. Да и мне давно хотелось проверить силы. А то скучно стало без Зерефа.       Упоминание Темного волшебника заставило нас обоих вздрогнуть. Никто не хотел, чтобы зверства, учиненные им, повторились. Но после войны с Арбаллестом мир стал чище и спокойнее. Я и сам подумывал о столетнем или тысячелетнем задании, чтобы не чахнуть на миссиях для новичков.       — И что вдвоем идете?       — Нет. Все. И Грей, и Люси, и Венди.       Пришлось приложить усилие, чтобы не наорать на Эльзу, обвинив ее в тугодумии. Столетнее задание не для слабонервных. Нельзя тащить с собой, кого попало.       — Эльза, ты же понимаешь, что болельщица и малолетка могут не выбраться из пекла.       — Зря ты так, — глаза девушки гневно сверкнули. — Они обе достаточно сильны.       — Достаточно — это не монстры, как вы с Драгнилом и Фулбастером.       — Моя команда — моя забота. Следи лучше за своими товарищами. Бикс, кажется, собирается наорать на Кану.       В пятнадцать шагах от нас мой друг действительно возвышался над Альбероной, причем оба приготовились применять магию. На пять минут оставить нельзя       — Бикс! Подойди ко мне!       — Оставляю тебя за старшего.       Огорошив меня «приятными» новостями, Алая упорхнула в неизвестном направлении.       Просто за-ши-бись. Мало мне того, что королева стала писать, чтобы я быстрее принимал решение. Недостаточно проблем с сексуальной жизнью. Теперь еще Хартфилия, которая собиралась уйти хрен знает на сколько и хрен знает куда, рискуя не вернуться целой и невредимой. И Нацу хватило духу потащить на опасную миссию собственную девушку. Драгнилу лечиться надо! Ни один адекватный мужик свою телку на бойню тащить не будет — запрет дома.       — Лакс.       Бикс поравнялся со мной.       — А?       — Лицо попроще.       — Ты о чем?       — Выглядишь зловеще. Как будто хочешь разорвать кого-то на части.       — Я в курсе.       — Что тебе Эльза такого выдала?       Позади раздались шаги, и появился Нацу с самодовольной рожей. Я даже не осознавал, что направился в его сторону, но меня остановил Бикс.       — Лаксас, стоп. Чтобы не натворил Нацу, не стоит портить Люси праздник.       Драгнил свернул в сортир, а я выдохнул. С трудом, но поборол желание размазать его по белой плитке. За то, что поцеловал МОЮ блондинку. За то, что отправлялся на опасную миссию с МОЕЙ блондинкой.       Я никогда не хотел убить Нацу всерьез. Так что же изменилось за последнюю неделю?       Как же я умудрился так вляпаться?       С каких пор я начал ревновать болельщицу?

Люси

      Исполнение мечты должно вызывать эйфорию, экстаз. Сколько людей могли похвастаться тем, что добились желаемого? Невысокий процент. Я столько лет потратила на роман. Продумывала героев, сюжет. Многое переписывала. И труд окупился. Я получила награду в номинации литературный дебют. Необычную статуэтку, которую собиралась поставить на самое видное место в своей квартирке. Уже представляла, как буду смотреть на нее каждое утро, протирать от пыли. Столько поздравлений, лестных слов.       Первые минуты после того, как объявили мое имя, я испытала гамму эмоций и чуть не потеряла сознание от радости. Но в перерыве между объятиями и комплиментами, я подслушала, как Леви сообщила Гажилу, что беременна. Казалось бы, какое мне дело до чужой личной жизни. Тем не менее, индикатор настроение резко крутанулся против часовой стрелки.       Для начала, я очень удивилась, потому что не думала, что их отношения зашли так далеко, считала тему про предложение Гажила о совместном проживании шуткой. Леви всегда была скромницей, красневшей при виде Редфокса. Кроме того, задевало, что лучшая подруга мне ничего не рассказала. Конечно, я не обладала правом осуждать или обижаться. Мои тайны на вес тяжелее. Новость также отозвалось новым чувством: где-то в глубине моего бренного тела пробудился материнский инстинкт, который заставил меня подумать о собственных детях и найти в толпе того, от кого я бы хотела родить.       И это был не тот, кто стоял передо мной. До сегодняшнего дня я никогда всерьез не задумывалась о будущем. С кем именно у меня оно будет? С вечным ребенком, которого самого нужно воспитывать? С качком, заглядывавшим под каждую юбку? Или же ни с одним их убийц драконов?       — Прости меня, Люси. Я не хотел, чтобы ты обижалась. Я заигрался в карты. И забыл. Ты же знаешь, у меня дырявая башка.       Комната отдыха располагалась рядом с уборными и кухней, дальше по коридору. Недостаточно далеко от гостей, но иллюзия уединения лучше, чем публичная ссора. Нацу отвел меня сюда после церемонии награждения. Он хотел помириться, я расстаться. Ради торжественного мероприятия сын Драгнила вспомнил про дресс-код. Белая рубашка, черный жакет и брюки. Он выглядел старше, более зрелым. Мне понравилось, что он старался для меня. Но я оказалась не готова вести разговор. Гажил оказался хорошей партией для Леви, они будут отличными родителями. А мы? Двое незрелых юнцов. Нечего и пытаться походить на взрослых людей.       — Нацу, не сегодня.       — Я тебя люблю, — он взял мои ладони и нежно погладил костяшки пальцев. — Не знаю, как это правильно сказать…       — Нацу, я не хочу портить себе настроение. Я тоже люблю тебя, но твои последние действия говорят мне, что все между нами закончится плохо.       — Я исправлюсь. Пожалуйста, дай мне последний шанс. Вот увидишь, я тебя не подведу. Если хочешь, мы можем пожениться. Съехаться. Только не отталкивай меня.       Видимо, ключом к моей снисходительности выступал поцелуй.       Сердце не забилось чаще — захотелось плакать.       Тип отношений «с ним проще». Существовал ли таковой в жизни или мои коллеги-авторы маскировали таким образом расчет и привычку? Смотря на Нацу, я в сотый раз за последнюю неделю задалась вопросом об истинном характере нашего романа.       Кажется, он первым предложил встречаться. Пришел однажды с миссии, обнял и сказал, что любит. Я растаяла, потому что считала, что тоже влюблена по уши, и в тот же вечер лишилась девственности. Но влюбленность, как выяснилось с опытом, не любовь. Два абсолютно разных чувства. Когда влюблена, не видишь недостатков и серых тонов. Когда любишь, принимаешь в человеке все отрицательные черты и вредные привычки. Исходя из сравнительного анализа, я поняла, что никогда не смогу смириться с забывчивостью Нацу, следовательно, я не собиралась подстраиваться под амплуа жертвы, я решила порвать с ним, потому что не успела полюбить за год. Пыталась: честно, долго, упорно — бестолку. Даже сейчас, когда товарищ по команде стоял и твердил, что изменится, а я не верила. Снова лажанет. Снова выставит дурой. Если оглянуться назад, то и наша сексуальная жизнь не вдохновляла написать ни единой строчки в ежедневнике, в рассказах. Секс — часть здоровых отношений. Постоянное неудовлетворение не норма. Казалось бы, всего два фактора. Но факторы существенные. Я несчастна. Мы с Нацу — друзья. Большим нам не стать, как не пытались. Я встречалась с ним, потому что он всегда стоял за спиной, спасал, защищал, бесил, раздражал и заставлял смеяться. Я думала, этого хватит, чтобы прожить всю жизнь вместе и стать семьей. Но я ошиблась. И, как бы не боялась, мне следовало поступить по совести. Не мучить его.       Вершина абсурда в том, что прозрела я благодаря Дреяру-младшему. Именно разговор в столице послужил толчком к действиям. С полным осознанием последствий я приготовилась к разрыву.       И не осуществила его.       — Я рад, что мы помирились.       Нацу улыбался, а я едва ли отдавала отчет в произошедшем. Кажется, он воспринял отсутствие криков за белый флаг, а мне было лень его переубеждать. Мне просто было плевать.       — Подождешь здесь? Мне нужно отойти, но я вернусь, не успеешь оглянуться.       И снова улыбка в тридцать два зуба, короткий поцелуй в щеку… Я проморгала, когда собеседник вышел — погрузилась с головой в драму, не связанную с Драгнилом.       И Лакс уйдет. Только не вернется. Переедет в столицу, будет жить во дворце, спать с королевой.       Стерва. Поцеловалась с Нацу, думая о другом парне. Лакс прав, я использовала розоволосого простофилю. И я привыкла использовать. Отношения с Дреяром тоже привычка — спасательный круг, за который хваталась, когда тонула от одиночества среди холодных простыней темной ночью. Мы оба считали похоть временной. Только почему-то узнав, что внук Мастера может стать королем страны, что называется, уйти с концами, мне захотелось наглотаться таблеток. На горизонте повисли серые тучи, беспросветная предгрозовая мгла — начальная стадия депрессии. Я — жизнерадостный человек. В жизни было достаточно гнили, лжи и боли, чтобы научиться не впадать в панику в критической ситуации. Можно перетерпеть абсолютно все. Но я отказывалась видеть лучшее в расставании с внуком Мастера. Последние пятнадцать часов оказались самыми долгими и мучительными, а он еще здесь. Мучал общением с красотками.       Я наблюдала за Дреяром. За тем, как к нему подходили размалеванные бабы. За тем, как он многозначно смотрел на вырез платья Миры. За тем, как он поправлял лямку платья Каны.       Бабник. Я же знала, что он бабник. Однако резко изменила приоритеты. Я больше не хотела оставаться на вторых ролях. Нет. Я мирилась с другими женщинами, не потому что мы не встречались, а лишь развлеклись, не потому, что я хотела выйти замуж за Нацу. Я встречалась с Нацу, чтобы Лакс ревновал. Вот так легко на меня обрушилась истина.       И всему виной вчерашний разговор с Хисуи по лакриме.       Уникальная и редкая — определения, которые сопутствовали названию магии особого рода. Моей магии. Девочка, потерявшая мать и лишенная отцовской заботы, чьим единственным утешением были ключи звездных духов — наследие семьи по женской линии. Очень долгое время я была одинока. Друзья, появившиеся в семнадцать лет, маги гильдии «Хвост феи», оживили, но не могли заполнить одну из ячеек пустоты, долгое время томившейся в душе — объяснения глубин волшебства заклинателей.       После знакомства с Юкино из гильдии «Саблезубый тигр» я смогла начать заполнять эту ячейку. Наконец-то появился кто-то с похожей магией. Вместе нам удалось раскрыть пару секретов магии знаков зодиака, выучить новые трюки. Во многом изучение и познание стало возможно благодаря принцессе Фиора Хисуи. Нынешней королеве. Благородная, красивая, властная — на таких девушек хотелось равняться. Я считала ее одной из своих подруг. Но вчера все изменилось.

***

      Вчера экс-принцесса позвонила и выдала мне тайну, которую я бы предпочла никогда не знать. Я разговаривала с ней, лежа в ванной, полной пены. Мне было непросто обходиться без ежедневных водных процедур, и прерывать их даже ради тет-а-тета с самой королевой мне не хотелось. К счастью, девушка не отличалась привередливостью и тоже любила пену. В итоге мы полчаса болтали, сидя в ванных на разных концах государства.       — Я привыкла получать то, что хочу, — Хисуи только закончила рассказ об очередных нудных переговорах и сообщила, что теперь на очереди личная жизнь. — Конечно, предстоит подождать, выдрессировать, но у нас все сложится. И, возможно, ты будешь подружкой невесты на свадьбе через два-три года.       — У тебя же не было парня.       — Есть тот, кто мне очень нравится. И он скоро станет одним из моих стражей.       По тому, как она прикусила губу, было понятно, что тут больше играли гормоны, чем сердце, хотя со страсти все всегда и начиналось. Как у меня с Лаксасом. Про наш первый раз я исписала ни одну страницу в дневнике. И про все последующие.       — И кто это?       — Внук Макарова. Но это секрет. Хотя ты бы все равно узнала рано или поздно. Почему молчишь?       Ярко-зеленые глаза Хисуи обеспокоено сузились, а я выронила бокал, который держала в руке. Осколки разлетелись по полу, вино образовало лужу. Вышло метафорическое проявление вихря в моем сердце.       — Люси, все в порядке? Что это был за звук? К тебе вор влез или твой парень вломился без стука?       Напоминание о розоволосом бойфренде вывело из ступора.       — Ты влюблена в Лакса?       — По уши. Подумала, что ты сможешь посоветовать, что нужно сделать, чтобы он поскорее принял мое предложение переехать во дворец.       — Переехать?       — Я предложила ему стать членом моей личной охраны. От таких перспектив только дурак откажется. У него же нет девушки?       В дверь ванной постучала Эльза.

***

      И вот я не спала всю ночь, едва ли подремав час до обеда. Чудо, что не образовались синяки под глазами. Хисуи — идеальная партия для любого мужчины. Красивая, умная, богатая. Она подходила Дреяру. У них будут потрясающие дети.       Дети. Почему все уперлось в детей, который я до вчерашнего дня не планировала? Почему у Мастера будут внучки с зелеными глазами, а не с карими? Чем я хуже? Я тоже аристократка. Без наследства, зато с фигурой, отменно готовлю. Выполняю в постели любое пожелание.       Черт. Лаксас собирался уйти из гильдии. Возможно, уже собрал вещи. И поэтому он такой милый со всеми. Хотел успеть переспать с каждой девушкой в комнате, чтобы не жалеть. И не важно, что Мира и Кана подружки его друзей. Он же кабель. Вставлял член в дырку, не особо заморачиваясь о том, какой шалаве она принадлежала.       А я что? Я всего лишь одна из сотни.       Будучи наивной романисткой, я хотела с ним поговорить, попробовать прощупать почву, убедить остаться. Глупо, но я имела право попытаться. Его бы не удивило, что я снова навыдумывала глупостей и решила устроить сцену. Но после его флирта у меня накипело негатива. И Нацу с поцелуями был не в тему. Прощение. Воссоединение. Я так устала от мужчин. Вечно правых, никогда не замечающих нашего негодования. На что я надеялась? Что, бросив Нацу, стану девушкой Лакса? Чушь. Лакс меня не любил, а Хисуи его быстро зачарует. Но подружку невесты на свадьбу ей придется искать среди фрейлин. Я на их свадьбу ни за что не приду.       Подобрав полы платья, я быстро зашагала обратно в зал, игнорируя людей, мечтавших взять интервью, автограф и выразить поздравления.       — Люси! — Кана сидела за барной стойкой и держала свободным стул рядом с собой. Кажется, на нем сидела Мира. Картежница махала мне рукой. И я поняла, что мне нужно напиться.       — Где все?       — Мира в хлам, и Фрид решил отвести ее в отель. Эльфман с Эвой пошли танцевать.       Из соседнего зала доносились звуки скрипки и фортепиано. Торжественная часть завершилась, пришло время найти развлечение для себя. Я посмотрела на полки с алкоголем.       — Выпить не хочешь?       — Детка! — брюнетка хлопнула в ладоши. — Да ты по адресу? Бармен!       Удивительно, но по велению Каны парень появился сразу же, хотя многие посетители еще не сделали заказ.       — Чего желает Главный дебют?       Бармен был немного старше нас. Среднего роста, брюнет. Черные глаза сверкнули опасным огоньком, посмотрев на вырез моего платья.       — Что в вашем баре самое крепкое? — спросила я, приняв решение забыться в алкоголе. Лаксас стоял рядом с Лисанной и легонько ударял ее по щеке. Отлично. Сначала она на Нацу глаз положила, теперь и громового убийцу драконов решила заполучить. Словно услышав мои мысли, белобрысый эгоист обернулся. На секунду наши взгляды встретились. Не знала, что было написано на моем лице, но Лаксас нахмурил брови.       — Абсент.       — Разбавьте чем-нибудь и добавьте лед. А еще лучше дайте нам бутылку.       — Уверены?       Понимала ли я, что меня будет тошнить утром? Иначе бы и не подумала пить.       — Бутылку абсента и бутылку газировки. В крайней случае, если беспокоишься за мою безопасность, сможешь воспользоваться моментом и проводить до гостиницы.       — Я — Кай, — представился брюнет, расплывшись в улыбке ловеласа.       Закадрить незнакомого парня в знак мести — несвойственный мне стиль. Но чем я хуже мужчин? Иногда полезно, выбирая между двумя, найти третьего. А бармен был симпатичным, хотя и кабелем. Спасибо отдельным граблям, я научилась замечать зубцы.       — Люси, ты ж крутая! Бухать, так до рвоты!       Кана запрыгала на стуле как маленький ребенок. Кай поставил перед нами две бутылки — что пить и чем разбавлять — и проследовал к новым клиентам.       — Давай отметим мою победу.       Дочь Гилдартса начала активно разливать зеленую жидкость по бокалам, а я добавляла газировку. В итоге мы чокнулись и залпом выпили самую гадкую вещь на моей памяти. Зато огонь быстро дошел до пищевода, вызывая удовлетворение. Мир предстал в ярких красках.       — Должна признаться, Люська, я в восторге от твоего романа. Спасибо, что сделала меня одной из главных героинь.       — Твой образ подходил под чудачку.       — Комлиментик. Повторим?       Второй бокал пошел лучше, и к яркости добавился неадекватный позитив. Я завела разговор о барсуках, и мы минут десять смеялись над грызунами как пара психопатов.       — Что пьем? — Эльза встала между нами, удивленно хлопая ресницами над нашим хохотом.       — Наливай и ей. Ты же мне не откажешь?       Не то, чтобы я дала Эльзе шанс ответить — протянула свой бокал.       — Мерзость. Пожалуй, я больше не буду.       — Скучная ты, — я допила то, что не понравилось красноволосой. — Кстати, раз уж ты пришла, нас с Каной давно мучает вопрос.       — Какой?       — Джерар, девственник, да? Или вы решили эту проблему?       Лицо девушки стало цветом с волосы.       — Это не ваше дело!       И Эльзу как ветром сдуло.       — Ты не переборщила? — если Альберона и удивилась моей наглости, то вида не подала.       — Иначе бы она мне устроила лекцию о вреде алкоголя на здоровье, а я хочу отдохнуть. — Мы с Каной разлили и выпили еще по одной. — Но мне действительно интересно. Джерару под тридцать. Неужели воздерживается до сих пор?       — Кто ж их с Эльзой поймет, оба странные.       К тому моменту как распили полбутылки, я уже плыла на мягких облаках и ощущала небывалую легкость в теле, а грызуны сменились интимной темой — мы напрочь забыли, где находились.       — Как же хорошо.       — И не говори, — Кана запустила пальцы в темные волосы. — Меня после абсента всегда тянет на секс.       — Тоже бы не отказалась. У меня как раз эти дни закончились.       И, как по инерции, тело покрылось мурашками, выдавая желание.       — Так иди к Нацу.       Губы сжались в тонкую полоску.       — Он меня не удовлетворяет.       Кана удивленно вскинула брови.       — Разве убийцы драконов не животные? Впервые слышу, что кто-то ими недоволен. У них же инстинкты на уровне.       Пальцы дрогнули на стекле бокала. Она-то откуда информирована? Кана не могла спать с Лаксом.       — У Нацу только инстинкты и развиты. О том, как доставить приятное девушке он понятия не имеет.       — Не боишься, что услышит?       После танцев люди решили накинуться на выпивку, но сына Игнила поблизости видно не было (я могла поспорить, что он набивал брюхо едой у соседней стены, где стоял стол с угощениями).       — Тут слишком шумно. И, честно, я устала держать в себе обиду. Оргазма я от него за год ни разу не получила.       Язык перестал слушаться. Я полностью утратила контроль над собой.       — Постой. Могу поклясться, что я однажды ночью слышала, как ты кричала от удовольствия. И оно было не наигранным. Кажется, это было в начале зимы. Я хотела зайти, чтобы выпить, но решила не мешать, услышав звуки жесткого секса.       — Зимой?       Как раз после нового года Мастер отправил Лакса ко мне с поручением, потому что мою команду внезапно отправили на важную миссию, а я тогда приболела и не могла пойти. Дреяр принес мне лекарство. В тот день я изменила Нацу, впервые кончила, причем дважды, и завязала роман на стороне с тем, с кем никогда не собиралась строить что-либо.       — Да. Я еще удивилась, потому что ты болела, а Нацу, кажется, был на миссии. Я же не выдумываю бред. Ты же не изменщица? С кем ты могла быть, если не со своим парнем?       Смех был недолгим, но горьким.       Я собиралась ответить после того, как допью, но не сложилось.       За секунду до того, как открыла рот, между нами встало тело под два метра. Количество алкоголя в моей крови превысило лимит — память вырубило. И последнее, о чем подумала, что напилась из-за ревности.