Судьба через двоичный код

      …       Марина: Поздравьте меня, Максим! Я сегодня заполучила тендер, за которым гналась долгие месяцы! Столько сил на это положила. Теперь могу выдохнуть спокойно. Правда, до сентября, а там снова в бой! Хотите расскажу, как мы всех сделали? Это ну о-о-очень забавная история!       Максим: Здравствуй, Марина. Во-первых, я уже три дня как предлагаю тебе перейти на «ты», и, что самое интересное, каждый раз ты соглашаешься. Во-вторых, я очень рад за тебя, это замечательно, поздравляю! Но я так устал от всей этой бумажной волокиты за день, что совершенно не хочу сейчас об этом разговаривать, это в-третьих. Да и к тому же я нормальный мужик, я хочу узнать больше о тебе, а не о твоих финансовых выручках, я же не альфонс какой. Меня это ни столь интересует, прости.       Марина: Ой, конечно, извини. И за «Вы», и за разговоры эти… О чем тогда ты хочешь поговорить?       Максим: Даже не знаю… О, придумал! Скоро выходные, чем заниматься планируешь? Есть планы, идеи? Или ты все выходные так и сидишь на работе, работяга?       Марина: Если честно, то да. Так делаю. Так и планировалась. Ну, до поры, до времени. А вообще, меня вчера подруга пригласила в субботу на концерт. В ее любимом клубе будет выступать наша обожаемая группа молодости. Я вроде как согласилась, но уже не уверенна.       Максим: Чего не уверенна? Надо иногда позволять себе расслабляться, уж поверь мне. Так что уверенна-уверенна, идешь. А что за группа выступает, если не секрет?       Марина: Оно-то, безусловно, не секрет, но вряд ли название тебе что-то даст. Эта группа известна и по сей день, но в определенных кругах.       Максим: Каких-таких кругах? Надеюсь, не Ада? Так-с, становится интересно. Жду ответа. Хочу все знать!       Марина: Даже не знаю, как и сказать, чтобы ты меня правильно понял. Ну, а впрочем, влесбийских. Это почти что Ад, но не совсем (шучу, конечно).       Максим: Лесби? В смысле…       Марина: Не-не, только моя подруга. Я же – стопроцентная натуралка. Мужиков люблю до умопомрачения. И, если честно, два брака за спиной.       Максим: Два брака? Не, не пугайся, я не удивлен. У самого один. Даже есть сын, но он живет с женой да и почти взрослый, семнадцать лет как-никак. Отношения у нас хорошие, видимся иногда летом. Они заграницей. Она ушла от меня, когда ему было пять. Я очень тяжко перенес развод. Но она «полюбила другого». Как в комедии или драме, ездила с сыном отдыхать на Остров, познакомилась там с чернокожим доктором-качком, ну и… Сейчас с ним, счастлива замужем, живут в Америке. Типичная история. А у тебя что, как? Не сошлись характерами?       Марина: Ого! Вот это подробности! Не представляю, какой она должна быть глупой женщиной, чтобы отказаться от такого душевного человека, как ты. Ой, у меня не жизнь, а сериал по Первому. Все говорят, что девка в целом неплохая. Да одного любила, выскочила по молодости замуж, а он с друзьями загулял как-то раз, закрутил. В общем, недельный запой у муженька случился. Подруга (устала так о ней писать, ее зовут Диана, если что) меня сразу, не дожидаясь перитонита, как говорится, за руку – и на развод подавать. Так и сказала: «Терпеть ты его не будешь! К черту он нам не сдался!» Второй – это уже как второй сезон того же сериала, интересный и насыщенный сюжет: повстречались на работе, не мужик, а золото: умен, красив, притягателен, торс как у Тарзана, ей Богу! Целовал, обнимал, в любви клялся. Поженились, общий быт, год прошел – «Не люблю,» – говорит в один прекрасный день. Я в слезы, в сопли. Ушел. Хлопнул дверью и ушел. Смехотворность ситуации заключалась то ли в том, что я такая дура, то ли в том, что и машина была на него, и полквартиры в довесок. Разводился – три шкуры содрал, сволочь. Да на том истории не кончаются, уж больно зрителям сериал приглянулся: третий сезон задумали. Оказалось, забеременела я, от него. Психанула, на весь суд проорала, что пошел бы он куда подальше, что ребенка от него не приму, не хочу, не выращу, не буду. И что думаешь? Жалею. Глупа была не по годам, сейчас понимаю: при чем тут тот ребенок? Не знаю. Иногда грустно, очень, думать об этом. Дианка знала, говорила мне. Но я все в тихую, не успела она меня остановить, пыталась. Пару раз остановливала, у больницы ловила, но на третий – нет. Да и, раз откровенничаю, все уже выложу! Итак ты обо мне много знаешь, не захочешь общаться – так и скажи! Я хоть кому душу зато изолью, а то Диану всю слезами затопила. После того, как с первым развелась, психанула. Винила в своем несостоявшемся браке подругу, все ту же, одну и навек. Злилась я на нее жутко, говорила, все из-за нее, клялась, что вытащила бы. Она меня и послала. Осталась я одна, рыдала дня три напролет, а потом подумала и решила, таблеток, дура, нажраться. Выпила, легла и как страшно мне стало… Позвонила, сказала все Дианке. Прилетела она ко мне со скоростью света, я даже глаз прикрыть не успела. Быстрее скорой прилетела. Если бы не она, не говорили бы мы сейчас с тобой. Жуткая жизнь у меня была. Редко о ней вспоминаю. Чего тебе сейчас распинаюсь, никак понять не могу. Вообще, знаешь, ощущение такое странное, что всю жизнь тебя знаю. Глупо, наверное, но так.              Я тогда аж прослезилась, сколько всего вспомнилось. От ранних лет, до, правда, до свадеб. Впервые тогда задумалась, сколько дерьма с нами было. Самым страшным было вспомнить то, как я ее, извиняюсь, над унитазом держала и блевать заставляла. Жутко было до одури. Она уже позеленела, скорой нет. Я что в книгах читала, по ящику смотрела – так ее и трясла. Испугалась не на шутку, все обиды вмиг забылись. А сколько я обнимала ее тогда в палате, сколько целовала, когда она в себя пришла… Повспоминала и аж выпить захотелось. Но не успела повернуться к холодильнику за пивом, как услышала эдакий «плюх» – Сашка рядом осела и в экран уставилась. И как-то впервые за три года меня такая злость взяла, не знаю, не могу описать или как-то понять, чем она меня в тот вечер зацепила. Но я быстро в себя пришла. Она поцеловала меня в щечку, обняла и заявила: «Конечно, знает она тебя! Всю свою жизнь! Вот дурочка! А ты, – поцеловала она меня в щечку, – ты у меня просто гений!» – она рассмеялась и поцеловала меня в губы. Я быстро отпряла от нежного и чувственного поцелуя и все же дотянулось до пива. Выпить захотелось еще больше. Но я по-прежнему никак не могла понять, что же все-таки не так…              Максим: Вот это да… Не знаю, что и сказать. В одном только уверен: повезло тебе с подругой.       Марина: Что есть, то есть. Диана – это, действительно, ты не представляешь. Это человек… это человечище! Таких очень мало. Очень. Особенно в нашем мире, в нашем веке. Иногда даже думаю, томными редкими вечерами, потягивая виски в одиночестве, что будь она мужчиной… может что бы у нас и получилось. Но, увы, (прости, надоело ныть, надоело сдерживаться) нет хуя – нет любви, ну во всяком случае для меня.       Максим: Знаешь, а такой ты нравишься мне больше. Давай побольше откровенности и поменьше о работе. Я же тебе не клиент… или ты так хочешь втюхать мне свой пылесос?       Марина: Будет тебе. Мы – фирма серьезная, пылесосами не занимаемся... а ты, кстати, не хочешь купить механическую электробритву для стрижки волос в носу у хомячка?       …              Следующим днем была суббота, а, соответственно, и долгожданный концерт. Мы договорились, что она за мной заедет. Так и сделали. Саша сослалась на дурное самочувствие и осталась дома. Стою я, значит, у подъезда, никого не трогаю, курю. Тут ребятки ко мне подваливают. «Есть сигаретка? А че такая странная? Лесба, что ль? А не хочешь с парнями? Видела когда-нибудь такой?» – в общем, классический набор слов юного гопника. Я, в свою очередь, вместо танцев борьбу-то изучала, как любой уважающий себя дайк, безусловно. Но юношей было побольше, чем у меня кулаков. Стою я, значит, думаю, изучаю ситуацию. Молодежь не отстает, хихикает. Ну, думаю, будь – что будет. Они уже к большей грубости перешли, чуть ли не швыряют меня из стороны в сторону. Я крылом махнула, распушилась, напетушилась. Пошли клочки по закоулочкам, но что-то без особого экстаза для меня. Тут подъезжает машина, из белого Mercedes вылетает такая же напетушившаяся бестия, словно Тасманский дьявол из знаменитых мультфильмов WB, вся в черном. Хотя приличная женщина на вид, ввязалась она в драку, не думая… короче, ребятишки еще полчаса бежали без остановки, без оглядки, крича от страха на всю столицу нашей дорогой гомофобной Родины. Оттряхнула она тогда меня, затем себя, уселись в машину, посмотрели друг на друга, ужас мгновенно – из глаз вон, и засмеялись, дуры, смеялись минут десять без умолку и без преувеличений. Безмолвно молодость так вспомнили. Как сами ходили, на всех бочку гнали. Смешно нам давно так не было. Потом посмотрела я на нее и замерла, тогда впервые и задумалась… странно было так на нее смотреть, а я сидела и смотрела. Как завороженная сидела я еще минут пять, а потом опомнилась, вмиг. Неловкое получилось молчание. Поцеловала я ее нашим легким добрым дружественным поцелуем, шепнула на ушко «спасибо» и прижалась к груди, так сильно, как дитя.