Golden

      — Я поищу какие-нибудь факты об этих элементах, а ты попробуй найти видео с опытами, — распоряжается Гарри, когда они заходят к нему в дом. — Вот, — кудрявый протягивает ему тетрадь. — Углерод дал нам эти реакции.       Луи начинает тихонько хихикать. Ему определённо нравится такой Гарри: забавный, неловкий и, как оказалось, не такой уж и смирный.       — Эй, ты чего? — Гарри оборачивается к нему, мило улыбаясь и показывая очаровательные ямочки.       — Просто, — сквозь смех пытается ответить Лу. Парни и сами не заметили, как расслабились, только оказавшись один на один. — Я не думал, что ты тоже так его называешь, ты вроде бы всегда был… тихий? Такой…       Луи замолкает, смотря в глаза Гарри, который подходит ближе. От него веет теплом, спокойствием и уютом, а вовсе не напряжением, как предполагал Луи.       — Какой? — не переставая улыбаться, спрашивает кудряшка.       — Не такой, — быстро отвечает Луи, поворачиваясь спиной. — Никакой. Давай сделаем эту чертову работу, и все.       Молодец, Томлинсон, ты опять все испортил. Браво! Первое место в номинации «Лох года».       Гарри вновь начинает кусать губы, теребить их пальцами и тереть нос, лоб и виски. Он надеялся на хоть какие-то взаимные чувства, но, похоже, что он ошибался, и Луи действительно сейчас здесь только ради работы. Это больно… Гарри пробует уловить его эмоции, но не чувствует ничего. В груди начинает неприятно жечь — это вовсе не то тепло, которое чувствовал он до этого, глядя на голубоглазого.       — Да, — наконец говорит он, и Луи поворачивается. — Может быть… ты будешь пить… что-нибудь?       — Нет, — Луи вздыхает. — Хотя да. Да, пожалуй. Я буду колу, — уверенно, но отрывисто говорит он, но тут же опускает взгляд. — Если можно.       — Конечно, — Гарри слабо улыбается и опускает глаза. — Где мы будем работать?       Луи усмехается и снова расслабляется:       — Не знаю, это же твой дом.       — Да, извини, — Гарри растерянно чешет затылок, а затем теребит мочку уха, раздумывая. — Можем в моей комнате. Поднимайся, только там рядом комната сестры — не перепутай.       Луи идёт по лестнице на второй этаж и заглядывает в первую дверь. «Похоже, это его комната», — думает он. Парень открывает дверь шире и осторожно заходит внутрь. Здесь так уютно: на полу пушистый ковёр с бежево-голубыми геометрическими узорами, нежно-голубые обои на стенах, посередине комнаты (не заправленная) кровать, комплект постельного белья яркого синего цвета, рядом с ней — рабочий стол. Луи ловит себя на мысли, что хочет остаться здесь навсегда. Милый беспорядок — это то, что очень нравится ему, а ещё это комната Гарри, и она просто очаровательна, как и он сам.       — Нравится? — в комнате неожиданно появляется Гарри, Луи резко поворачивается к проходу, испуганный неожиданным вопросом, и, не удержав равновесие, падает на кровать.       — Ох, Лу, как ты? — кудрявый подбегает к нему, попутно ставя стаканы с колой на стол. Парень улавливает заботу и беспокойство, хлынувшие волной от кудрявого.       — Все хорошо, спасибо, — Луи приподнимается на локтях и подъезжает на заднице, принимая сидячее положение.       — Извини, кровать не заправлена, я спешил утром… — Гарри опускает глаза, зрачки бегают, Луи, сам того не замечая, внимательно следит за этим: веки дрожат, трепыхаются ресницы, сердце Томлинсона пропускает удар.       — Ничего, так уютнее, — тепло шепчет Луи, мягко улыбаясь, и Гарри чувствует это. — У тебя здесь очень красиво, — говорит он, ещё раз оценивающе осматривая комнату.       — Меня просто привлекает голубой цвет, ну, знаешь, море, небо… — конечно, Гарри не стал говорить Луи о том, что не море и не небо привлекают его, а глубокий цвет глаз Томлинсона, ну, ему же совсем не обязательно об этом знать.       — А мне нравится зелёный, — Луи говорит на вдохе, прикрыв глаза и легко улыбнувшись. Он готов поклясться, что видел, как щеки Гарри покраснели, а в уголках глаз собрались розовые слёзы счастья. «Лучший момент для поцелуя», — мелькает в его голове. «Нет, Луи, остановись».       Что-то холодное и тяжёлое шлепается на колени Томмо, и он резко открывает глаза — это ноутбук. Луи видит Гарри в довольно необычной позе: тот стоит одним коленом на стуле, а другим облокачивается на стол и тянется за учебником, край рубашки выскальзывает из-под ремня брюк, и взору Луи открывается край нижнего белья парня и татуировки в виде листьев папоротника. Аккуратное, чистое, невинное (он надеется на это) тело манит его, и он уже совсем не в силах противостоять своим чувствам. «Спустя два года им уже пора бы вырваться наружу», — думает Томлинсон и, аккуратно откладывая ноутбук на прикроватную тумбочку, ползет к Гарри через всю кровать. Луи вовсе не рассчитывает на секс сейчас, ему бы только дотронуться до него, заглянуть в его глаза, поцеловать губы. Кудрявый оборачивается на тихий скрип и вздрагивает от неожиданности, его нога соскальзывает со стола, и он, коротко вскрикнув, чуть не падает, но Луи ловит его и заворачивает в свои объятия. Они переворачиваются на кровати, и Гарри оказывается снизу. Правая рука Луи поддерживает его под лопатки, а левая — под талию, своими ногами он обхватывает ноги кудрявого и проводит линию носом от ключицы до его уха, славливая тихий то ли полувздох, то ли полустон и ощущая невообразимое тепло в области груди.       — Л-луи, что т-ты делаешь? — прерывистым шепотом спрашивает Гарри.       Томмо вытаскивает руки из-под парня и поднимается на локтях.       — Хазз, — выдыхает он тому в шею.       — Л-лу! — громко выкрикивает кудрявый, Луи подскакивает на кровати и с непониманием таращится на него, и только потом догадывается опустить взгляд на его грудь. Гарри потеет и выгибается, Луи торопливо расстёгивает пуговицы на его рубашке и видит чудесную (но немного пугающую) вещь: красная грудь младшего буквально пылает, и на несколько секунд для Луи исчезают все звуки, кроме гулкого биения сердца кудряшки. Парня и самого прошибает пот при виде этого зрелища, и тут он понимает, что его надежды были не напрасными — Гарри тоже любит его! Он шумно выдыхает и снова прижимает кудрявого к себе, и вновь золотые слёзы вырываются из его глаз, Луи робко тянется к губам Гарри, получая заветный поцелуй. Он получается вовсе не страстный, а мягкий и нежный, словно первый весенний цветок, и Гарри сейчас открыт, как цветок, для него. Луи отгоняет эти дурацкие мысли, понимая, что это сейчас точно некстати.       Поцелуй уже явно затягивается, но парни и не думают отстраняться друг от друга. Луи продолжает рыдать, все ещё не веря своему счастью и пачкая блестками не только своё лицо, но и щеки Гарри.       Наконец они мягко отстраняются, и Гарри нежно гладит щеку Луи, смахивая блестки.       — Золотые… — шепчет он, приоткрыв в удивлении губы.       — Да, — так же тихо отвечает Луи, все ещё не в силах успокоиться. Он набирает как можно больше воздуха в лёгкие и, зажмурив глаза, говорит:       — Я люблю тебя, Гарри Стайлс!       — Боже, Луи!       Гарри обхватывает его шею и начинает громко сопеть в ухо, Луи успокаивается, а когда освобождается из его плена, видит размазанные розовые слёзы на щеках кудрявого, глаза которого затянуты розовой пеленой с… золотыми блестками.       Провалявшись три часа в кровати и все время целуясь и щепча нежности, парни наконец-то приступают к химии.       — Смотри-ка, — Луи притягивает Гарри к себе за талию и показывает на монитор, в ответ на это на щеках кудрявого вспыхивает румянец. — Здесь одни взрывы! Как будто он специально подсунул нам эти реакции. Ммм?       Луи наклоняется к Гарри и трется носом о его щеку.       — Ох, Лу! — смеётся кудрявый, коротко и звонко чмокая того в губы.       Сегодня Луи остаётся ночевать у Гарри, естественно, предупредив родителей и Лиама. Парни засыпают в нежных объятиях друг друга и просыпаются с волшебными поцелуями.       

★★★

      Мистер Карбон приходит в восторг от их совместной работы: доклад получается потрясающий — содержательный и довольно интересный, и с лабораторной работой парни справляются «на ура».       «Думали, я просто так их объединил?! Конечно, как же! Я же все вижу», — думает он, ставя A им обоим.

★★★

      — Поехали ко мне? — предлагает после уроков Гарри.       — Ммм!.. — Луи закусывает губу и смотрит на кудрявого взглядом, полным нежности и желания. — Снова заниматься уроками? — он хмыкает и мягко накрывает губы Гарри своими, тот медленно отвечает, но вскоре парни отстраняются друг от друга, так неохотно прекращая этот тягучий, сладкий, поистине волшебный поцелуй.       — Ну почему сразу уроками? — спрашивает Гарри, нехотя восстанавливая дыхание. — Просто заниматься, — он широко улыбается и игриво подмигивает, и Луи бы соврал, если бы сказал, что его не заводит это.       — Я только найду Ли, — Томлинсон отворачивается и начинает искать взглядом друга, как вдруг неожиданно натыкается на удивительную картину: Лиам и Найл целуются прямо перед школьными воротами, для них не существует никого в этот момент, Лиам до невозможности нежно сжимает талию блондина, а тот в свою очередь обнимает его за шею. Сказать, что Луи удивлён — не сказать ничего, он просто садится в машину к Гарри со странной ухмылкой на губах.       — Ты удивлён, — уверенно говорит кудряшка, поворачиваясь к нему. — Сильно.       — Да. Очень. Кажется, Лиаму сейчас не до меня, — Луи указывает рукой по направлению к целующимся, Гарри смотрит и тоже удивляется:       — Надо будет с ними серьёзно поговорить.       — Определённо, — подтверждает Луи, и они выезжают со школьной парковки.

★★★

      — Они уехали? — спрашивает Найл сквозь поцелуй. Лиам приоткрывает один глаз и, не отрываясь от губ Найла, смотрит туда, где недавно стояла машина Гарри.       — Да, — они на секунду отстраняются друг от друга, но тут же Ли вновь втягивает своего парня в поцелуй.       — Чёрт, Ни, я так возбуждён! — стонет Лиам блондину в губы.       Найл резко отстраняется и упирается ладонями ему в грудь, пока Пейн продолжает удерживать его за талию:       — Нет.       — Но… — пытается возразить Лиам, но получает в ответ лишь скептический взгляд.       — Нет, милый, — мягко отвечает Хоран, аккуратно убирая руки парня со своей талии. — Мы уже устраивали марафон на прошлой неделе — ходили, как пингвины. Не знаю, как ты, но я еле отмазался от Гарри. Дай хотя бы немного отдохнуть.       — Хорошо, — смеётся Лиам, обнимая любимого.       — Кстати, когда мы им скажем о том, что вместе уже год? — говорит блондин прямо в куртку, уткнувшись в грудь своему парню.       — Когда эти дурачки наконец признают, что были не правы и только зря страдали и портили нам нервы, — смеётся Лиам, и Найл тоже начинает хихикать.       — Знаешь, давай лучше просто закажем пиццу и посмотрим ужастики? — Найл поднимает голову и с любовью и интересом смотрит в такие до невозможности любимые карие глаза.       — Давай, солнце, — Лиам целует его в нос, и они, обнявшись, идут к его машине.