Спящая

1973

      Звук бурлящей жидкости, пылающего огня, пожирающего поленья, и капель, бьющихся о горячий котелок; неприятный запах каких-то трав и корней, смешивающихся с ядреным ароматом цветов в воздухе, и дым, медленно поднимающийся к потолку и движущийся к чуть приоткрытой форточке — вот, что встретило парня, как только он вошел в комнату младшей сестры. Сморщив нос и раздраженно закатив глаза, он взглянул на девочку двенадцати лет. Та стояла на небольшой деревянной табуретке у тумбочки. Раньше она предназначалась для хранения вещей, теперь же — для проделок этой «милой» девочки. На тумбе стоял до блеска натертый котелок, в котором как раз и бурлила неизвестная парню жидкость, летящая во все стороны. Взгляд метнулся к новым обоям — на тех уже красовались разноцветные пятна. Кажется, где-то в углу прополз жучок. Новые обои настигла та же участь, что и старые — девчонка испортила их. Но так думал только парень.       «Родителям только в радость, что их дочурка увлекается этим глупым зельеварением!» — подумал парень про себя. Вслух же прозвучала только фраза:       — Тебя ждут на ужин. Не увлекайся, — она едва заметно кивнула, не отрываясь от процесса, которым была так сильно увлечена последние три месяца. Каждое лето. И вообще всегда, начиная с одиннадцати лет. Начиная с рокового для парня дня, когда злосчастный конверт влетел в отверстие для писем во входной двери. В глазах сестры горел огонь: не отражение того, что пылал под котелком, глаза ее действительно светились от счастья. Он вздохнул и повторил, хотя сам знал, что она все прекрасно услышала. Он хотел довести ее до такого же кипения, до какого она доводила огонь. И его. Да ему хотелось, чтобы она просто вспыхнула пламенем и сгорела на этом же месте! — Тебя ждут на ужин!       — Да я слышала! — у него получилось. Он заметил, как она искоса взглянула на него, на секунду замерев. — Я занята. Тебе нельзя смотреть, — и в следующее мгновение она продолжила помешивать свое новое зелье. Парень всё это время стоял у дверного косяка, сложив руки на груди. Он еще раз окинул ее взглядом, чтобы вспомнить, насколько сильно ненавидит младшую сестру: даже стоя на этой низкой табуретке, она была ненормально маленькой и приподнималась на носочки, заглядывая в котел. Ее черные как смоль волосы, что сильно отличались от цвета парня и родителей, ранее были собраны в тугую косу, но за весь день «сложной и упорной» работы над очередной дребеденью из нее повыпадало по несколько прядей, отчего девочка выглядела ужасно неухоженной. Парень не понимал, как такую могут любить его родители. Он опять закатил глаза, взялся за ручку и закрыл дверь. Сделав несколько шагов по коридору, он услышал, как позади него что-то рухнуло. Или взорвалось. Парень медленно сжал руки в кулаки, остановившись, а затем продолжил путь в гостиную, совмещенную со столовой, где их ждали на ужин.       Вечерняя трапеза проходило тихо: девочка лениво ковырялась в тарелке, пустым взглядом смотря куда-то поодаль ее, мать и отец, соблюдая этикет, молчали и медленно пережевывали еду. Светловолосая, почти поседевшая женщина ласково взглянула на девочку, когда уже доела, и мягко спросила:       — Милая, ты чего не ешь? — она нервно сглотнула.       — Я не хочу, — надув губы, она кинула вилку на стол, положила на него локти и легла. Сделал бы так ее старший брат — мать соскребала бы его останки. Настолько много было позволено ей и не дозволено ему.       — Что-то случилось? — женщина непонимающе покачала головой. Та еле заметно кивнула, спрыгнула со стула и вновь убежала в сторону своей комнаты.       А раньше она когда-то принадлежала ему. С появлением этой девчонки в семье его много чем обделили. Не в материальном плане. В плане чувств, которые теперь заменили на неплохие суммы денег. «Купи себе отдельную квартиру, раз тебе надоело спать на диване! Мы дали тебе всё: должное воспитание, образование, возможность обучаться в самых престижных заведениях Лондона… Сестру в конце концов! Дали тебе сестру, которую ты ненавидишь…» — звучали отрывки фраз отца и матери. Когда-нибудь он съедет от них. И от нее. Когда-нибудь, но точно не сегодня.       К полуночи сестра заснула на диване в гостиной. И вот ему предоставился шанс ночевать в собственной комнате, в которой он провел практически всю свою жизнь до десяти лет. Он осматривался в ней и не мог поверить, что за какие-то… сколько она уже с ними? Шесть, семь лет? Не мог поверить, что за какие-то семь лет она и его родители так испоганили эту комнату. Да, он также увлекался наукой и химией, как и она… Но он никогда бы не признал, что сотворив какое-то зелье можно изменить свой облик! Или… или убить кого-то, накидав в котел всяких трав или живность!.. Он просто не мог поверить, что в мире существуют такие, как она. Такие мерзкие, ничем не примечательные, но с дьявольской силой, способной уничтожить весь их… Как она назвала его после первой поездки в школу? Маггл? Весь их маггловский мир! Что она затеяла в этот раз?       На широкой тумбе лежала всякая дрянь, как показалось парню: раздробленные пополам жуки, которых его сестра, видимо, оставила сушиться, невообразимые человеком в здравом уме растения и прочая гадость. И книга. Огромный учебник с жуткой обложкой из шерсти еще какой-то твари. Тем не менее — на страницах красовались яркие картинки, подробно объясняющие нарисованное. Парень заметил надписи, написанные вручную чернилами. Возле нескольких строк стояли галочки. Судя по куче закладок в книге — его сестра прочитала уже всё, от корки до корки, и наконец выбрала, что будет «творить» в этот раз. Он приложил палец к строке и пробежался взглядом по тексту в учебнике и приложенной заметке на закладке: «Шесть высушенных на жуков кинуть в котел и оставить на ночь». В котле плавало лишь пять. Не задумываясь, парень с отвращением взял в руки разрезанного сухого таракана и бросил в холодную воду, после чего незамедлительно поставил галочку напротив одной из строк.       Пока он ради интереса читал написанный кем-то бред, погасшее недавно пламя над котлом вспыхнуло. Глаза парня округлились. Он вновь вернулся к пунктам. «Спустя пять минут варки добавить еще одного, не сушеного». Далее он перешел к самому началу, к описанию зелья:       «Зелье отличается тем, что не требует каких-либо взмахов палочки и заклинаний, однако очень сложно в приготовлении — занимает очень много времени и требует бдительности в течение нескольких часов…»       В голове проскочила фраза: «Она мне еще спасибо за это скажет!». В котел полетел еще один таракан.       На следующее утро его сестра проснулась с температурой и головной болью. Еще через неделю она слегла в больницу, где врачи сказали, что она серьезно больна, но чем — не знают. Она была ужасно слаба и практически всё время лежала в полусне на своей больничной койке. Прикрывая глаза и засыпая, она что-то постоянно говорила о дедушке, который поможет ей вылечиться. Только спустя год вернулась в свою любимую школу волшебства, но приступы слабости всё ещё периодически нападали на нее, о чём свидетельствовали письма от директора.       А он продолжал творить, совершенствуя своё зелье, глубоко веря, что однажды ему воздастся, внимание родителей вернется к нему, а такие, как она будут гореть в котле где-то под землей.       И свергнет он магический мир.