Злая шутка судьбы

— Исак, успокойся. Присядь, нас позовут, — они сидели в зале ожидания. Исак наворачивал круги по всей комнате, цокая ботинками по полу. Эвен сидел в кресле, пытаясь успокоить парня. Они ждали, когда врач позовет их в палату к маме Исака, и они смогут наконец увидеть ее. — Я не могу успокоиться, пойми, — Исак был на нервах. Он хотел как можно быстрее увидеть лицо своей матери и, наконец, после долгой разлуки, услышать ее голос. — Прости. Просто я очень взволнован, — Исак все же сел на соседнее кресло рядом с Эвеном. Он стучал ногой по полу, что снова выдавало его состояние. — Исак, — парень повернул голову на источник звука, заинтересованно смотря в голубые глаза. — Все будет хорошо. Она проснулась, все самое ужасное позади. Совсем скоро вы вновь будете рядом. Знай, я всегда рядом, — Исак благодарно улыбнулся, сжимая ладонь Эвена в своей. Он был действительно благодарен Эвену за то, что тот всегда поддерживает и переживает за него. Он уверен, что недостоин такого прекрасного парня как Эвен. Он не нужен такому капризному ребенку, как Исак, со своими бредовыми тараканами в голове. Он не заслужил такого отношения к себе. Но Эвен здесь, успокаивает Исака, шепчет милые подбадривающие слова, из-за которых парень мило смущается. Эвен знает о заскоках Исака, он знает, как тот относится к себе. Он всегда пытается переубедить парня, доказать, что он достоин многого. Он достоин любить и быть любимым. — Исак Вальтерсен, пройдите в палату, — голос медсестры вывел из успокоенного состояния, теперь Исак снова начал волноваться. Он посмотрел на Эвена, что до сих пор сжимал его руку. — Я рядом, — два слова, а столько смысла. Исак даст все Эвену, все, что тому нужно. Он заслуживает. Он должен знать, насколько Исак его любит. Но он и так это знает. Нервно сглотнув, Исак сделал первый шаг к палате, запаздывая с действиями. Он боялся. А что, если его мать частично потеряла память? По прогнозам врачей это должно было случиться, но частично и ненадолго. А что если все намного хуже? Как Марианне отнесется к ориентации сына, как отреагирует на его парня? Все эти вопросы поедали Исака изнутри, заставляя медлить. — Если хочешь, я буду ждать тебя здесь, — Эвен всегда чувствовал и понимал, что творится в голове у Исака. — Да, думаю, так будет лучше, — Исак крепко обнял парня напоследок, заглянул в пронзительные голубые глаза. — Я люблю тебя. Спасибо за все. Он медленно открыл дверь, заглядывая в помещение. Все было как прежде. Но теперь тело, лежавшее на больничной койке, имело эмоции и совершало действия. Марианне медленно повернула голову в сторону звука, округлила глаза, расплываясь в усталой улыбке. В груди Исака щемило, он смотрел на мать с таким обожанием и теплом, с каким и она на него. Медленно подошел к кровати, сел на колени перед койкой, поглаживая голову мамы. Они смотрели друг другу в глаза, из которых шли непрошенные слезы. Это были слезы радости. Сын вернулся к матери, мама к сыну. Они ощущали именно ту радость, что растекалась в груди, радость после долгого расставания. Именно в этот момент все стало так, как должно быть.

***

Спустя три месяца — Куда мы едем? Они ехали на машине, которую взяли напрокат утром. За рулем сидел Исак, предварительно завязав глаза Эвену. Своеобразная месть за случай с аэростатом. Исак решил сделать сюрприз для парня, заранее приготовил вещи и продукты. Все было запланировано до мельчайших деталей еще за несколько недель, и теперь Исак самодовольно улыбался, представляя их будущие проведенные каникулы. Марианне приняла Эвена как родного сына. Они разговаривали душа в душу, обсуждали общие темы и, конечно, Исака. Иногда Вальтерсен даже ревновал маму к собственному парню, замечая, что те лишь обращают внимание друг на друга. Эвена забавляла ревность парня, и он каждый такой раз загребал его в свои длинные крепкие руки, целуя в щеку. Исак смирел. — Мы приехали, милый. Исак помог Эвену вылезти из машины, развязал платок с его глаз. Первое время, прикрыв глаза ладошкой от яркого солнца, он моргал, привыкая к свету. Напоследок тряхнув головой, он поднял голову, оглядываясь по сторонам. Вид был прекрасным. Они припарковались возле деревянного домика, стоящего на холме. Вниз, по тропинке от холма, разлеглась голубая речка. Чуть поодаль виднелось поле, расцветавшее в это замечательное летнее время. — Как тебе? Исак стоял рядом, мечтательно рассматривая с детства знакомые места. Это место ассоциировалось у него с чем-то светлым, теплым. С добрым прошлым. — Исак, это… — Эвен улыбался. Он любил природные ландшафты, любил пейзажи и живую, красивую природу. — Это так красиво. Что это за место? — Это дом, в котором я вырос. Это место, в котором я провел большую часть своей жизни, — Исак облокотился головой о плечо Эвена, переплетая пальцы с пальцами парня. — Очень хотел поделиться с тобой этим местом. И вот, мы здесь. Эвен поцеловал макушку парня, притягивая его ближе к себе за талию. Эти выходные будут лучшими. Они стояли на кухне, разгружая вещи. Все было чистым и аккуратным, хотя Исак говорил, что здесь никто не живет. Это озадачило Эвена, и он решил спросить: — Почему тут так чисто? Исак поднял на него свое ангельское личико, на котором теперь красовалась многозначительная ухмылка. — Помнишь, позавчера мы с мамой уезжали? — Эвен кивнул. — Мы приезжали сюда и приводили все в порядок. Когда я попросил у нее ключи от домика, она очень удивилась. Но когда я добавил, что это для нас с тобой, она улыбнулась и побежала их искать. — Как она, кстати? — Эвен внимательно смотрел в глаза парня, в которых играли счастливые огоньки. — Она полностью реабилитировалась. Эвен, я так счастлив видеть ее, слышать ее смех. И я рад, что ты поддерживал меня и маму все это время, спасибо тебе, — Исак доверчиво смотрел в голубые глаза, улыбаясь. — Не за что благодарить, любимый. Эвен хохотнул, чмокнув парня в губы. — Я думал, что в нашей паре это я романтик, — трагично пропел Эвен, показательно хватаясь за сердце. — Ой, заткнись, — Исак пытался скрыть улыбку. Это у него не получалось. Эвен потянул его на себя, крепко сжимая в объятьях. Парень брыкался, но быстро успокоился. — Так и есть. Просто я не хочу быть разбалованным тобой. — Но ведь ты уже, — Исак недовольно боднул грудь парня, пока тот хохотал. — Ладно, моя Джульетта, буду баловать в меру. — Дошутишься, Ромео. Они сидели на площадке, размещенной около реки. Расстелив плед, разложив на нем фрукты и теплые вещи на вечер, они сидели, болтали и наслаждались обстановкой. Солнце начинало заходить за горизонт, озаряя своим красно-оранжевым светом Землю. Свет красиво отражался на поверхности воды, трава поблескивала от лучей, создавая теплую обстановку. Исак прижимался ближе к боку Эвена, кутаясь в серую ветровку. Парень обнимал младшего за талию, притискивая ближе. Они смотрели, как солнце уходит в закат, заканчивая этот день. Вот так же и они уйдут в закат вместе, начнут свою долгую совместную жизнь, с каждым днем озаряя друг друга все ярче и ярче.