Рыжий плут

— Ну, что ж… Рыжий, расскажи о себе Паренёк слегка округлил глаза и поерзал… на причинном месте — Что тебе рассказать? — Ну, как «что рассказать»?.. Где родился—пригодился, как заразился такого рода… недугом? — Недугом? — удивился юноша — Конечно, — подтвердила девушка, которая, кажется, не на секунду не сомневалась в том что говорит. — В наших краях это так называется. — А откуда ты родом? — поинтересовался курчавый, чуть подавшись вперёд, подвинувшись к брюнетке, будто приготовившийся внимательно слушать рассказ. Выражение его лица приняло по-детски любознательный вид. Глаза, отлив апрелем, стали очаровательно пытливыми. Смотрел он слегка исподлобья.       Однако, по девушке было ясно, что её таким очарованием не возьмёшь: — А-а-а, — поддразнила его темноволосая. — Я видела слишком много пареньков, чтобы меня можно было взять взглядом полным детского очарования. Только после вас…        Про себя юная особа, естественно, не могла не отметить, как вызывающе чувствовался ей этот взгляд. В том плане, что он вызывал в ней что-то странное. — Что ж…— начал курчавый, —я родился на Севере. В семье зоолога и новатора—алхимика. Маму я не помню. Она умерла, когда мне был год. Когда её не стало, мой отец — жизнерадостный и открытый начал замыкаться, поседел за несколько месяцев. Погрузился в научную работу с головой. Я, порой, до сих пор удивляюсь, как выжил… — Рыжий усмехнулся. — Он так был погружён в свои идеи учёного… Совсем ему было не до меня… Но когда я стал старше, хоть и отец почти не замечал меня, его любви от меня почему-то не убыло. Я знал, что он любит меня, хоть я до сих пор не понимаю…как это получалось. Я и сейчас уверен в этом. А о «болезни»…— парень словно опомнился, как это делают те, кто пробудился мгновенье назад. Сказать честно, мне не известно, как со мной это случилось. Я даже толком не знаю, что это и не считаю недугом… Девушка натянула губы в сдержанной улыбке. — Ты лукавишь. Тебе все известно — Нет, —парень отрицательно мотнул головой, так что его кудрявый длинноватый чубчик закрыл опустился копной парню на нос и наполовину скрыл его лицо. — Святые угодники! Ты настолько очарователен, как ребёнок… Тебе невозможно не поверить! Прекрати, прошу тебя! — девушка замолчала, тяжело выдохнув тёплый воздух, а затем шутливо и кокетливо добавила: — А то ведь до греха доведёшь, малыш…       Парень напрягся телом, даже рука у него дрогнула как-то конвульсивно, а по радужке глаз что-то прокаталось. Затем повисла тишина.        А в мысли негодной девчонки опять постучалась плутливая мысль: «Ясно, почему его приобрели…» Эта блудница бы напугала паренька, если бы он только мог представить, о чем она думает. А может он и не стал бы бояться… Чудилось, что она и сама стыдилась того, о чем подумала. — Ну, а я родилась на Востоке… Пожалуй, этого хватит, — отрезала девчонка. — Как?! — изумился парень. Он почти был в обиде на то, что ничего не узнает о новой знакомой. —Почему?! — Я не хочу говорить о себе… В истории моей жизни нет ничего примечательного — Это неправда. В истории любой жизни полно примечательного, но иногда мы просто приедаемся сами себе. Кажемся себе обыкновенными. Однако, все не так. Человек со стороны вполне способен разуверить другого в своей примитивности. — Может, ты и прав… Но, я устала, — фыркнула интриганка.        Она подошла к стогу сена, рядом с которым сидел Рыжий. В охапку схватила солому и кинула его в противоположном углу темницы. Потом, посчитав, что сена маловато, кинула туда ещё охапку сухой колкой травы. Затем улеглась на неё. Поджала ноги под себя и вздохнула. — Доброй ночи, Рыжий — Доброй ночи, —глухо отозвался парень, не понявший её поведения. Он тоже лёг на ополовиненный стог и попытался прикрыть глаза. Ему было до странности душно, вся кожа горела, а воздух был подозрительно влажный, такой, что дышать было тяжело. Юноша засвистел носом. Ночь обещала быть тяжелой…