СТЕКЛЯННЫЙ МОСТ

Коробейников ворвался в кабинет шефа, как ураган. Попытался произнести «Доброе утро» спокойным голосом, но не вышло. От переполнявших его чувств глаза его были круглыми, как у взволнованного кота... - Что-то сенсационное, Антон Андреич? – осведомился Штольман. - Этот Берсенев, Яков Платоныч... – Коробейников тяжело дышал. - Давайте по порядку? По порядку вышло следующее. Сойдя с поезда в Выборге, Антон Андреич устремился за Берсеневым, прилежно стараясь, чтобы тот не заметил слежки. К его удивлению, Берсенев отправился не в гостиницу, а, доехавши на извозчике до тихой улочки на окраине, зашел в калитку добротного дома, окруженного высоким забором... - Я ждал час. Два, три... но он не выходил. Тут мне пришла в голову мысль – я постучался в домик напротив и спросил у старушки хозяйки – не сдаст ли она мне комнату на несколько дней? Она и согласилась... Штольман усмехнулся. Он знал, что добродушное, честное лицо Коробейникова всегда производит на пожилых женщин приятное впечатление – настолько приятное, что через пять минут они его уже готовы если еще не усыновить, то уж точно пустить на постой... Далее, честный Антон Андреич (не забывая наблюдать в окошко за домом напротив) выведал у старушки, что господин, имени которого она не знает, приезжает сюда каждый четверг и уезжает вечером в воскресенье. Что дом этот ранее принадлежал купцу Севрюгину, но тот перебрался в Москву. Давно ли? Да около полугода как. Вы кушайте пирожки, батюшка Антон Андреич, а то остынут... Два дня Коробейников, сидя у окошка, наблюдал за домом напротив, попутно поедая блинчики с вареньем, которыми его без устали потчевала измученная скукой и одиночеством старушка. На третий день удача улыбнулась Антону Андреичу: из ворот дома вышел Берсенев, да не один, а ...с дамой! - Так-так-так, - протянул Штольман, - выходит, что в Петербурге Берсенев, как печальный Орфей, оплакивает свою потерянную супругу... а в Выборге у него любовница? - Да это еще не все! – Коробейников махнул рукой, как кот лапой. - Вы послушайте дальше! - Слушаю... Дальше Берсенев и его спутница в шляпке под вуалью прошли в направлении проспекта, взяли извозчика... Коробейников также взял извозчика и устремился за ними. - Доехали они до парка такого... Ну, там духовой оркестр - вальсы играет, дамы с кружевными зонтиками... Дальше – озерко, и лодки напрокат можно взять – для увеселения публики. Ну, они взяли лодку, Берсенев на веслах, не торопясь отплыли... Коробейников тоже взял лодку, и для маскировки даже нацепил на нос черные очки. В конце концов – день солнечный... Штольман представил себе Коробейникова в круглых черных очках и улыбнулся. - Дальше... - А дальше... озерко длинное, хоть и не очень большое... Лодок было немного. Отплыли они так, чтобы рядом народу поменьше... Я сам поближе к бережку лодку держал, там ива по берегу растет, ветки пышные до воды свисают - словом, меня видно не было... И тут – он ей говорит: идите сюда, дорогая. Она к нему пересела, он на ее шляпке вуаль поднял, а потом и вовсе с нее шляпку снял – поцеловать хотел, то есть... - И что же? - Вы не поверите, Яков Платоныч!..