Фикрайтер Тут-и-там

Командующий Гляделкинс. Звучит величественно и красиво, по крайней мере, так думал сам командующий. Он — правая рука самого лорда Злыдня, фактически мозг империи, ибо только его одного целиком поглощают мысли о грядущих завоеваниях, о предстоящих сражениях и вообще об успехе кампании злодеяний. Он — гениальный тактик и стратег, равных которому практически нет. Он — привилегированный клиент салона обуви «Высота от Глорба», в конце концов… Хотя последний пункт явно стоило бы вычеркнуть из резюме, если бы он его, конечно, отправлял. Но это не было таким нелепым и постыдным качеством, которое следовало бы скрывать. Многие не знали, многие и не узнают, собственно и сам Гляделкинс несколько минут назад об этом новом звании не догадывался, но факт остаётся фактом. Он — бета, исправляющая ошибки фанфика. Фанфика Тут-и-тама, если уточнить, а уточнить стоило. Обстоятельства — такая штука, что иногда поделать с ними мы ничего не можем, а иногда некая белиберда способна даже остановить войну, или же начать её. Рассуждать насчёт судьбы тех обстоятельств, что к ней приводят, можно долго, но стоит ли? Мы — те, кто мы есть, хотим мы того или нет, признаём ли свои заслуги или же восхваляем недостатки. Мы — это такое пространственное понятие, но мы — это мы, ни больше, ни меньше. Гляделкинс, осознавая это или нет, имел повелительный и упрямый характер, что связано с его способностями в сфере злодеяний и командования. Порой он был истеричен, но вот именно сейчас, держа в руках потёртый ноутбук, командир даже не думал о начале скандала, который непременно бы начался, если бы он высказал неудовлетворение. В принципе, с небольшой натяжкой, можно сказать, что глазастик был спокоен. Он был вынужден просматривать страницы неловкого текста, который весьма стеснял командира, вызывал румянец, и ему иногда приходилось отводить глаз. Без сомнения, всё написанное было ужасно, имеется в виду содержание, а не оформление текста, хотя и оно могло бы быть лучше. «Гроп мой…» — иногда хмурился Гляделкинс, вчитывающийся в смысл слов. В итоге он более не мог держать в руках это техническое отродье, уж слишком был велик шанс разбить его вдребезги. И не просто разбить, а швырнуть об эту неугомонную голову Тут-и-тама, который всё не унимался. Град вопросов посыпался на бедного дозора, хотя он и не был беден, ведь имел самый большой оклад среди солдатов армии, и шлем у него был что надо, с самой большой молнией. Командир мог бы взорваться и накричать в порыве даже на лорда Злыдня, но одно обстоятельство предавало невероятную уверенность. Сильвия находилась в камере, что само по себе радовало, но, в довесок к этому, зборнак бросал ненавистно-жгучий взор на глазастика, да такой, что его величавая молния на шлеме начинала плавиться. Гляделкинс напускал на себя вид такой, будто он совсем не замечал этого «презрительного смотрения». И более того, выглядел так, будто Сильвия покорялась его навыкам стратега, признавая своё поражение перед всемогущей империей Злыдня. Он сделал вздох поглубже и насладился той ненавистью, что парила между ними. Казалось, что даже воздух стал разряжённей. Гляделкинс буквально всунул в руки рыжика ноутбук, попутно отвергая его улыбку холодноватой надменностью. Тут-и-там, искрившийся от радости не так как обычно, продолжал тараторить вопросы, которые в порядке очереди посещали его голову. Да, кто-то там в его думалке очень быстро обслуживает этот непонятный рой мыслей. Командир перебил этот град и начал плавно и лаконично, порой срываясь, растолковывать о допущенных ошибках. Глазастик, видевший мир как набор элементов и пазлов, логично друг с другом связанных, анализировал ситуацию, но продолжал говорить. Однако он не видел картину в целом, один кусочек пазла, как назло, потерялся. Им-то и был лорд Злыдень. Он насупился от негодования и тихо подбирал оскорбления, которые непременно использует, выпуская пар. Тем временем командир закончил тираду, заключая словами, расхваливавшими новое оружие: — Тебя следовало бы поджарить с его помощью, хотя бы за ужасную безграмотность! И тут грянула буря, да что там буря, шторм. Прорвало покорителя галактики, и он, собрав всю злобу, активно замахал руками, будто указывая на невидимого врага. Ощущение было такое, что Злыдень сам с собой воюет, ведь нужен же противник, которого можно обсыпать ругательствами. И Тут-и-там, как ни странно, был скорее союзником в данный момент. Но пока что из этой бури вырвалась только одна гневная фраза: — Молчи, Гляделкинс!!! Злыдень мог бы долго, невероятно долго, продолжать орать на подчинённого, если бы тот понимал что происходит. Но Гляделкинс пребывал в совершенном недоумении, что, в конечном итоге, привело лорда из состояния озлобленной оскорблённости в состояние забвенной ярости. Но между ними было промежуточное звено: ступор, вызванный не предугаданной реакцией глазастика. Покоритель галактики считал, что командир ежесекундно начнёт умолять о прощении, но этого, как ни странно, не произошло. Глазастик, казалось, даже усмехнулся этой внезапной вспышке. — Сэр? — ехидно и спокойно вопросил он, — У вас всё в порядке? Это ещё больше задело скелета и он начал надрывно выкрикивать первое, что приходило ему в голову. И, конечно же, это самое приходившее казалось верхом всего умного, это без сомнения умнее всех ботанских речей Гляделкинса: — Что?! Да как ты?! Ну, Гляделкинс!!! Всё, остаёшься без жалования! — Но, сэр, что случилось?.. Нет, лучше не так… Что я сделал?.. — обеспокоено перебирал командир, а после небольшой паузы добавил, — …на этот раз? — Да как ты вообще мог?!! Гляделкинс закатил глаз, понимая, что никаких объективных причин для очередной вспышки просто нет, или же он их так и не услышит. И, сдаваясь перед непоколебимой уверенностью и самовлюблённостью лорда, он выпалил, разводя руками: — Вот как-то посмел!! — Всё это время ты молчал!!! Нет!! Предательски молчал!! Гляделкинс, принимая сложившуюся ситуацию, в которой все пазлы, подобранные для осуществления его плана просто-напросто потерялись, тяжело вздохнул. «Ну конечно…» — прошептал он, понимая, что это ещё явно не скоро кончится, тем более скелет только начал расходиться. Тут-и-там смиренно покачал головой, готовый вмешаться. И он бы обязательно вмешался, вот только рыжик услышал шепоток лучшей подруги. Намеренно взглянув на ноутбук, будто прося фанфики немного подождать, Тут-и-там перебежкой подошёл к Сильвии, не вынимая драгоценное чудо техники. — Тут-и-там! Давай уже выбираться! Я хочу надрать глаз одному выскочке, который не держит обещаний!! — Сейчас-сейчас, старушка Сильвия, я бы с радостью ушёл, но… — Рыжик, склонив голову, так виновато и умилительно говорил, что в его устах любые слова казались прекрасны, — …но это бы было неправильно, понимаешь? Они ссорятся, а мы? А мы просто сбежим? Странник улыбался. Улыбался лучезарно, но разочарованно, и у Сильвии были подозрения, что расстроен он был совсем не из-за размолвки этих грубиянов. Тем не менее, разве могла она отказать этим добрым глазам? — Нет, стой! Подожди, они и сами помирятся! Ну, или хотя бы выпусти меня отсюда! — Зборнак всячески пыталась оградить тщедушного друга от неприятелей и предлагала бросить их так воодушевлённо, будто предлагая купить авокадо на рынке. Тут-и-там поправил шляпу и вернул лучезарность и светлость лицу, но без объяснений убежал. Сильвия потеряла надежду на скорое освобождение. А тот, будто понял, что она несколько поникла, притормозил и вернулся к пленнице. — Вот! — жизнерадостно пропел он, всовывая ноутбук через решётку. Девушка же наоборот загнала эту жизнерадостность куда подальше. — Ноутбук? Нет, спасибо, я хотела найти здравый смысл, а не эту коробку. — Здесь есть всё и даже больше! И рыжик метнулся обратно к злодеям: к предъявляющему претензии Злыдню и усталому Гляделкинсу, который был вынужден это выслушивать. Сильвия угнетённо водрузилась на пол темницы. Хотя бы теперь есть чем заняться. Зборнак не являлся фанатом технологий и не стеснялся открыто распространять своё мнение. Теперь она сидела в темнице с этим чудом техники наедине и ситуация была выразительна своей неловкостью и постыдностью. Даже с Гляделкинсом находиться куда проще. Все знают свои роли, угрозу истончает только Сильвия, способная отыграться на тщедушном умнике. Но вот с ноутбуком было непросто. Девушка невольно чувствовала себя виноватой и была не в силах долго смотреть на экран. Будто раньше они были друзьями, покуда электронная штуковина не услышала грубости, адресованные в свой адрес. И отправила их она. Зборнак чувствовал нелепость происходящего, но видно за годы, проведённые подле рыжего добряка, привыкаешь ко всякому. Так что девушка не особо и удивилась своим извинениям, однако, озвучив их, успокоилась. Пора приступить к времяпрепровождению. И как же здесь найти что-либо? Сильвии никто не объяснил как правила пользования этого ноутбука, даже инструкции нет. Правда, побегав глазками по сторонам, девушка вспомнила как умело Тут-и-там орудовал мышкой (хотя и это название казалось странным). Расправив пальцы, зборнак вцепился в штуку и начал бешено водить из стороны в сторону. Страница фикбука с невероятной скоростью листалась, быстро проносились названия рассказов различной тематики и сводили старушку Сильвию с ума. «Так, хватит!» — прошептала она и выбросила мышку прочь. И что делать теперь? Глазастик нервно внимал крикам своего лорда, изредка вмешиваясь. Примечательно было то, что вездесущий Тут-и-там оказался не таким и вездесущим или, по крайней мере, творил добро совсем в другом месте. Кто знает, может он счёл нужным развлекать дозоров? Как бы оно не происходило и не протекало, но минуты тянулись долго для заточённой и брошенной Сильвии. Зборнак оглядела открывшийся взору фанфик, точнее его шапку. «Женская дружба» — Гласило название и кроме него и непонятных заковырок, представляющих из себя предупреждения, ничего не было. Но Сильвия начала читать. «Две оторвы. Одни, брошенные на попечение вечного космоса. Уж эти опасные крошки знали толк в риске и суровых развлечениях. С самого детства привыкшие выживать, а не коротать время в тепле и уюте постоянности. Странно видеть врага союзником, но сейчас не время для раздумий. Время ночи, время отрыва. Обворожительные красотки смерили друг друга оценивающими взглядами, не забывая о совсем не уместных улыбках. » — Звучит многообещающе! — не отрываясь от текста произнесла Сильвия. «Их красные губы, их отнюдь не прилизанные причёски привлекали и тянули. Но эти детки слишком опасны. И это понимал каждый. Девушкам даже не приходилось напоминать жителям о страхе, в котором те должны находиться перед повелительницами ночи. Однако, скучно просто править, хочется завоёвывать! Сегодня им покориться новая планета, новый адреналин, новые истории, о которых не говорят вслух… Жёндерол был шумным астероидом, напичканным заводами. Много кафешек, закрытых клубов и бесшабашных существ. Но никто бы не сравнился с ними. Дерзко прогуливаясь по горячей улице, молодые женщины приковывали покорённые взгляды, но они уже привыкли их не замечать. И вот на пути застрял высокий юноша, нахально пригласивший столь же высокую и зеленокожую красотку. Но её улыбка стала ещё более нахальной, жёсткой и кровожадной. Она облизнула свои красные губы и начала чувственно шептать: — Я думаю это так мило, так приятно, по крайней мере должно таким быть… Но, знаешь, молчи… Просто нет, прими это. — Но… — юноша обломался и не знал что высказать, но девушка продолжила. — Нет, мой сладкий, — а после этих слов она слилась в поцелуе с незнакомцем, отшвырнула его прочь, скалясь и повторяя лаконичное „нет“.» Зборнак ухмыльнулась ходу событий, но вдоволь оценила тех неизвестных красоток и стиль автора. «Красотки продолжили покорение астероида. Они натыкались на неприятности с такой же лёгкостью, с какой выпутывались из них. Прошло часа два. Девушки сидели на крыше, любуясь восходом, но обе знали что его мирность совсем не для их нравов. Внезапно девушка, имевшая розовые волосы, спросила у своей напарницы, видно собравшейся уходить: — Куда ты? Разве… Разве нам было плохо? Ты же знаешь, у меня есть ещё время пока рыжик… — Знаю, а ты знаешь, что мы успели стать…подругами? — Это не так и плохо, я считаю… Но почему ты… — Фразу прервал поцелуй, горячий и мимолётный. Красотка с розовыми волосами обомлела, она чувствовала жар прикосновения бывшей злодейки. А та чувствовала себя как всегда превосходно. — Почему я ушла? — вымолвила после паузы белокурая стерва, подходя к краю крыши, — Потому, что не бывает женской дружбы. И она сиганула вниз. Возможно не элегантно, но загадачно. И предательски, как она и умела. Сильвия не верила, не хотела оканчивать ночные вылазки так. Но видно другой стиль и не подходит ночным оторвам. Встав, зборнак стёрла яркую помаду и повторила слова Доминаторши, кое-что добавив: „Не бывает женской дружбы, только нечто большее…“» Наша же Сильвия, находящаяся в тюремной камере, застыла у монитора с кислой миной отвращения. Она назвала это кошмаром и назвала слишком громко, настолько, что даже злодеи перестали собачиться и хмуро воззрели на неё. Злыдень указал рукой на пленницу, думая, что она говорит про Гляделкинса. «И ей бы стоило так сказать про этого предателя!» — как ребёнок высказал скелет, складывая руки на груди. Несмотря на примечания автора, в которых подробно приносили извинения за ООС и ошибки, зборнак не раз выругался, презрительно и испуганно глядя на ноутбук. Теперь казалось, что электронная штука ответила ей за все обиды, оставив в памяти неприятный след. Ну почему же это просто нельзя стереть из воспоминаний?! Более девушка не решилась читать, но чудо техники не выключила. Спустя некоторое время прибежал Тут-и-там. В руках он держал полный заварки чайник, а на лице улыбку, полную дружелюбия. Абсолютно никто не обратил внимания на его появление. Да-да, даже Сильвия, беспрестанно хихикающая над фанфиками с Гляделкинсом. Странник окинул помещение зорким и ясным взглядом, подыскивая того, кто бы его выслушал. Что происходило в голове рыжика не ясно, но по каким-то соображениям он встал подле командира и, смотря прямо в раздражённые глаза лорда, произнёс чудесное слово «друзья». Возможно он бы произнёс куда больше чудесных слов, но скелет просто не дал ему закончить. Нежданно-негаданно даже для себя, Злыдень сделался невероятно подозрительным и воскликнул ликующее «Ага!!», указывая в сторону «друзей». — Я всё понял, — медленно отходя назад, талдычил он. Тут-и-там и Гляделкинс переглянулись, ничего не поняв. И тогда лорд закончил и горделиво выпалил своё предположение, которое принимал за чистую истину, — Ты с ним заодно!!! Командир схватился за голову, будто сходил с ума. Ещё бы, с такой работой. Странник стал таким спокойным и расслабленным, что будто заранее знал, что покоритель галактики скажет именно это. — Что? Нет! — протянул рыжик, делая соответствующий жест и показывая на чайник, — мистер Гляделкинс тут не при чём! Этот чудный чай я купил у одной прелестной торговки. Может характер у неё и не очень, но она над собой работает и… — Довольно… — прошептал лорд, вытаращив глаза, — Я всё понял! Вы сговорились! Против меня!!! Приведя последними словами себя в ярость, Злыдень взревел: «Да как вы могли?!!» Командир поспешил адекватными доводами встрять в это запутанное дело, но, только промолвив привычное обращение «сэр», был отторгнут новыми криками начальника: — Что?! Ты до сих пор не понял, друг?!! — скелет скривил кровожадную ухмылку, его кулаки заискрились зелёными молниями, — Ты стал бетой этого…рыжего и коварного злодея!!! Когда ты всё это время мог быть моей бетой!!! О, да как ты мог!!! Заорав, Злыдень выпустил пару молний и с размаху ударил по совершенно новому бластеру, на который было отведено целое состояние. Оружие затарахтело, издало космический визг и выстрелило в неизвестном направлении, телепортировав случайного прохожего на корабль-череп. Это перемещение приковало все взгляды и утихомирило даже неугомонного скелета, который не нашёл в себе ни нужных слов, ни нужного чувства. Все эмоции и воспоминания в нём забурлили. Просто замер лорд в неестественной позе, указывая на переместившегося, испуганно-зловеще выкрикивая: — Ты…ты…ты…ты!!! Упоротая улыбка Сильвии сползла с лица, а Тут-и-там весело замахал рукой.