Последствия

      Поиски заняли время, и Старк бы восхитился хитростью и ловкостью своего протеже, с которой тот обошел большинство городских камер, по которым Тони пытался его отследить, если бы ему не было жизненно необходимо найти пацана. И чем быстрее, тем лучше. Тони не отпускало неприятное чувство, что мальчик нуждается в помощи. Тот впервые угодил в такую серьезную передрягу, и его юный возраст точно не был помощником в том, чтобы грамотно разобраться с последствиями. Тони не зря не допускал его до чего-то серьезного, в первую очередь надеясь дать подростку достаточно времени насладиться беззаботной юностью, узнать вкус первой любви, и настоящей дружбой, какая бывает лишь у молодежи, сплоченной против всего взрослого мира, хотел, чтобы все это не было приправлено разочарованием в людях, в жизни, которое неизбежно, если ты — Мститель. Его наивный и искренний взгляд на мир сильно импонировали Тони, таким он сам не был, пожалуй, никогда, и он не желал Питеру скорого взросления. Но могли ли пройти бесследными для него события сегодняшней ночи? Старк не знал, но надеялся, что Паркер достаточно силен, чтобы справиться.       Наладонник издал звуковой сигнал, и Тони облегченно выдохнул — камера засекла пацана на автозаправке, в пятнадцати кварталах от места крушения лайнера. Он завел неприметный черный седан, которым пользовался, только если хотел быть незаметным, и направился к цели, руководствуясь инструкциями навигатора.       Заправка оказалась именно такой, как Тони и предполагал — пустой в этот поздний час, с одиноко горящим фонарем, дающим слишком мало света, чтобы это место привлекало добропорядочных автолюбителей, и спящим за кассой заправщиком. Старк припарковал Вольво в тени деревьев и осмотрелся. Было довольно тихо, заправка находилась в тупике одной из улиц спального района и что могло здесь понадобиться Питеру, Тони мог только гадать. И если он был прав в своем предположении, и парень еще не покинул этот район, то он мог быть лишь в одном месте.       Внутренне опасаясь того, что может увидеть, и даже примерно не зная, что сказать подростку, Тони бесшумно выбрался из машины и пересек открытое пространство перед зданием заправки, направляясь в сторону неприметной двери в торце одноэтажного здания. Он толкнул обшарпанную дверь, которая уже явно давно не закрывалась — сломанный язычок торчал из замка, не позволяя двери плотно примыкать к косяку, и та медленно открылась с неприятным скрипом, привлекающим ненужное внимание. Тони поморщился, досадуя на неосторожность, но убедившись, что никто не поспешил в его сторону, как снаружи здания, так и изнутри, шагнул в полумрак туалетной комнаты.       Слева, перпендикулярно ко входу, сразу начинался ряд кабинок, справа тянулась кафельная стена, украшенная надписями различного уровня грамотности и приличия, а прямо в глубине помещения, за рядами кабинок, была организована зона для мытья рук, которую было не видно от входа. Уличная грязь на полу, который никто не протирал уже, наверное, несколько недель, желтые, забрызганные чем-то стены, — Тони бы никогда по доброй воле не зашел в такое место, но сейчас он всего этого даже не заметил. В глубине помещения раздавался шум льющейся воды, но никто не торопился показаться Старку на глаза. Привыкая к полумраку, игнорируя характерный сильный запах общественного туалета, он прошел вперед, и через пару шагов наткнулся на спешно брошенную на пол куртку. Очень знакомую красно-синюю куртку. Тони напряженно выдохнул и вернулся, чтобы осторожно прикрыть дверь, так, чтобы она не издала снова свой предсмертный хрип, не желая, чтобы были свидетели их разговора, и давая себе пару мгновений успокоиться. Собравшись, он прошел обратно, вглубь помещения, за деревянную стену, разделявшую ряд из трех кабинок с зоной для мытья рук, откуда и доносился шум льющейся воды.       Питер был здесь.       Сперва накатило облегчение — нашел! Живой! Но его быстро смыло волной тревоги от того, что все было неправильно в обычно столь живом и искреннем поведении подростка.       Мальчик стоял, ссутулившись над раковиной, и яростно оттирал что-то с рук. Его когда-то бывшая белой футболка сейчас стала непонятного серо-бурого грязного цвета. Она была изорвана в нескольких местах, особенно на плечах и лопатках, где на хлопковой ткани были хорошо заметны проступившие кровавые пятна и длинные прорехи в ткани. Как от когтей. У Тони на мгновение потемнело перед глазами. Очевидно, Стервятник хватал парнишку за плечи своими стальными когтями. Господи…       Судя по напряженной, но твердой позе мальчика было ясно, что он не ощущает эти раны. Вокруг Питера поднимался пар от льющейся воды, зеркало, с отбитым углом, криво висящее напротив умывальника, уже запотело, и Тони не видел лица подростка, не мог оценить его душевное состояние. Хотя по уже увиденному, Тони мог судить, что случилось то, чего он старался избежать. Питер столкнулся с теми самыми последствиями своих решений, которых в жизни Тони было столь много, что ни один психиатр бы не помог их излечить даже за 10 лет регулярной терапии, и они прямо сейчас, на глазах Старка, разрушали мальчика. Старку очень не хватало информации о событиях сегодняшней ночи, чтобы действовать не наугад. Что привело Питера к такому финалу, как он узнал о самолете «Старк Индастриз», почему он, черт возьми, не веселится на балу, не переживает свой первый поцелуй, а, окровавленный, едва стоит в Богом забытом туалете на автозаправке? Тони было необходимо вытащить парня отсюда немедленно. Но Паркер все не замечал приближающегося к нему мужчину, сосредоточенно что-то делая в раковине, и только шум воды наполнял помещение звуками.         — Питер, — окликнул Тони подростка неожиданно хриплым голосом, но тот не отреагировал. — Питер! — повторил он тверже, медленно приближаясь к нему, боясь напугать.       Тони подошел к мальчику вплотную, вставая рядом, надеясь, что тот заметит его, но этого не произошло. Как мутант со сверх чутьём мог не ощутить приближение человека, пусть и знакомого? Зато теперь, с близкого расстояния, Старк мог хорошо рассмотреть мальчика. Питер был ужасно бледен несмотря на то, что поднимающийся от воды пар неплохо прогревал воздух вокруг подростка. Его лицо выражало какую-то смесь обреченности и отчаяния. Лоб был нахмурен, губы сжаты в тонкую полоску, голова чуть наклонена, а взгляд полностью сосредоточен на своих действия. Тони, наконец, тоже посмотрел вниз, в раковину, заполненную очевидно горячей водой и паром, надеясь понять, что так увлекло Питера, и как вывести его из этого странного оцепенения. Но, когда спустя пару мгновений, он осознал, что видит, то не сразу смог отреагировать, на столько ужасным было его открытие. Дыхание перехватило от страха, смешанного с жалостью и острой виной, и он пару секунд продолжал смотреть, как Питер какой-то, видимо найденной здесь же жесткой губкой, сосредоточенно пытается оттереть с рук что-то видное только ему одному. Руки подростка сильно покраснели, местами он серьезно ободрал нежную, еще не огрубевшую от тяжелого труда супергероя кожу, столь долго он мучил себя попытками оттереть с нее что-то, а горячая вода только ухудшила ситуацию, практически обварив его ладони кипятком.       Тони, не успев даже подумать, резко перекрыл воду, повернув кран правой рукой, стремясь остановить эту пытку, а второй коснулся плеча мальчика, в последнюю секунду догадавшись не сильно хватать его, чтобы не напугать. Хотя хотелось обратного — схватить и бежать отсюда как можно дальше, туда, где безопасно, спрятать от всего мира. Но и этого легкого прикосновения хватило, чтобы Питер отшатнулся так быстро, будто Тони его толкнул, что влетел в деревянную перегородку в паре шагов за их спиной, и уставился на Старка огромными глазами, не узнавая его и едва ли видя.        — Питер, все хорошо, это я. Это Тони. — Старк поднял руки, демонстрируя, что не будет больше к нему прикасаться. — Ты в безопасности. Понимаешь меня?       Питер молчал какое-то время, смотря мимо Старка, затем его пустой взгляд снова переместился к пострадавшим рукам, и он медленно шагнул обратно к умывальнику, игнорируя присутствие другого человека. Он потянулся к крану, но Старк перехватил его за предплечье, не собираясь позволить снова мучить себя, и встал между ним и умывальником.         — Питер, позволь помочь тебе. Питер, все хорошо, с тобой все хорошо. Питер, пожалуйста… — Старк продолжал повторять имя юноши, надеясь, что это позволит тому вынырнуть из собственных переживаний и услышать Тони. Но подросток не реагировал, погруженный в себя, продолжая попытки добраться до воды. Между ними завязалась небольшая потасовка, Тони боялся навредить еще сильнее, кто знает, какие травмы скрывали обрывки одежды, но и не противопоставить хоть что-то кроме слов, которые Паркер не слышал, он не мог. Придерживая за бедра и плечи, постоянно зовя его по имени, он старался не подпустить того к воде, а Паркер продолжал молчать и упираться, стремясь вернуться к своему занятию. Старк не знал, как долго они так могут продолжать, и просто стоял, не давая подростку сделать задуманное, и пытаясь передать ему мысль, что он не один, что он здесь для него. Все изменилось неожиданно, когда Питер резко перестал сопротивляться, замер, и негромко на выдохе произнес слово, что Тони едва расслышал: «Пожалуйста».        — Что Питер, что? — он немного отстранил несопротивляющегося теперь подростка от себя, заглядывая в его все еще слишком бледное, покрытое испариной лицо. Ответа не было.       — Пожалуйста, Питер, ты должен мне сказать в чем дело, что бы я помог.       Какое-то время они просто стояли рядом, Тони в напряженном ожидании, а Питер словно в попытках найти силы для слов. Наконец, он выдохнул.         — Мои р-руки, — его голос дрожал и слова были еле различимы. — Отмыть, должен отмыть.       Тони бросил взгляд на покрасневшую кожу запястий, не понимая, о чем он говорит.        — Твои руки чистые. Все хорошо.       Питер помотал головой, похоже впервые замечая, что рядом с ним кто-то находится. Он поднял совершенно больные глаза на Старка и прошептал: — Кровь. Должен отмыть. Н-не получается.       Тони почувствовал, как собственное сердце пропустило пару ударов, болью пройдясь за грудиной. Теперь ему все было ясно, но черт возьми, сколь многое он бы отдал, лишь бы не понимать, о чем говорит подросток. Он перевел взгляд на руки Питера, которые сейчас безвольно свисали вдоль боков, да и сам мальчик внезапно стал каким-то смирившимся. Словно вверил себя Тони Старку. И от этого самому Тони стало еще страшнее. Он просто не имеет права подвести парня еще больше, чем уже подвел.        — Я помогу тебе. Ты можешь верить мне. — Он взял уже не сопротивляющегося Питера за предплечье, стараясь не касаться обожженной кожи и многочисленных травм и потянул к раковине. — Сейчас мы все исправим. Смотри.       Он обильно выдавил из чудом не пустого, что было бы не удивительно для такого заброшенного места, диспенсера жидкое мыло, растер его в руках, создавая пену, и принялся аккуратно намыливать ладони Питера, стараясь не сильно надавливать, чтобы не причинить больше боли. Мышцы подростка были сильно напряжены, словно сведены судорогой, и легкий массаж не помогал Тони ослабить это напряжение. Питер неотрывно следил за манипуляциями Тони, но никак в процессе не участвовал. Вскоре белая воздушная пена покрыла всю поврежденную, покрасневшую поверхность рук Паркера, и Старк почувствовал, как тот немного расслабился. Они стояли бок о бок, рукава дорогого пиджака Тони уже давно намокли, но он не обращал внимания. Собственное сердце быстро билось в груди, подгоняемое страхом за мальчишку. Он позволил Питеру насмотреться на то, как пена обтекает его пальцы, как скрывается болезненная краснота, под чистой белизной.        — Закрой глаза, Питер, я скажу, когда ты сможешь их снова открыть, — уверенным голосом приказал Старк, и мальчик послушался. Сохранять собственное спокойствие было довольно сложно, но Тони понимал, что сейчас должен собрать всю волю в кулак и не паниковать. Только бы получилось.        — Сейчас может быть неприятно, но так и должно быть, — сказал он Питеру, начиная смывать пену под едва теплой водой. Тот болезненно дернулся, когда на кожу попали первые капли прохладной воды, но взял себя в руки и позволил Тони делать то, что тот считал нужным. Старк понимал, что для обожженной кожи, холодная вода может причинить боль, потому решил понижать температуру постепенно. Его идея состояла в том, чтобы охладить распаренную кожу, и тем самым убрать красноту. В идеале, он надеялся, что парень не заработал себе серьезных ожогов и эта хитрость поможет. Ему было очевидно, что Питер принимал за кровь свою собственную покрасневшую кожу. Вероятно, сперва он пытался смыть с себя реальную кровь, но потом паника поглотила его, и он перестал верно воспринимать действительность.       Вскоре вода стала столь холодной, что у Старка начало сводить пальцы, но его метод работал. Кожа подростка приобрела более-менее нормальный вид. Да, тыльная сторона рук была расцарапана, а на ладонях Старк обнаружил действительно серьезные ожоги, появившиеся, видимо, от соприкосновения с чем-то горячим, скорее всего парень заработал их на пожаре. Но в целом цвет рук стал значительно ближе к норме, чем раньше, и Старк, с облегчением отмечая зарождающуюся дрожь в теле Питера, означавшую, что его начинает отпускать напряжение, рискнул прекратить процедуру. Он выключил воду, и, продолжая бережно сжимать запястья Питера в своих руках, тем самым давая ему возможность сравнить цвет их рук, попросил юношу открыть глаза.       Питер послушался не сразу, и Тони пришлось терпеливо ждать, пока он не будет готов. Наконец, Паркер разлепил ресницы, и уставился на свои ладони. Он молчал какое-то время, и Тони видел, как он начинает медленно приходить в себя. Бледность немного отступила, Питер задышал глубже и свободнее, а вскоре его дрожь усилилась настолько, что стала хорошо заметной. Тони не мог поверить, что это сработало. Наконец, Питер пошевелился, неловко высвобождаясь из бережной хватки Тони и зябко обнял себя руками, теперь осмысленно уставившись в пол.         — Я…       Тони оборвал его на полуслове.        — Все в порядке, Питер. Не надо ни о чем думать и ничего говорить. Сейчас я хотел бы отвезти тебя в безопасное место, где ты сможешь поспать и привести себя в порядок, прежде, чем идти домой. Ты согласен?         — Моя тетя…         — О ней позаботятся, я уже попросил Хэппи послать к ней охрану. Ей ничего не грозит. Ты сможешь позже позвонить ей и сказать, что ты в норме. — Старк снял с себя пиджак и накинул на плечи подростка, надеясь согреть его хоть немного, тот благодарно кивнул, сразу же кутаясь в одежду, оказавшуюся ему на пару размеров больше. — Идем, здесь рядом припаркована моя машина.       Он пропустил Питера вперед, не желая выпускать его из виду даже на секунду, опасаясь повторения приступа, и, подобрав куртку от костюма Человека-паука, и убедившись, что они не оставили других следов своего пребывания здесь, последовал за юношей.