Принцесса пустоты

POV Аэлита       Сидела на кухне и готовила парням еду. Тут меня решил навестить Джон и, забрав кастрюлю, исчез. — Не ну, что за нахал? — поставила руки в боки я. — Может занять парней работой? — Как раз, кстати, было бы, а то они сейчас подерутся! — послышался довольный голос тени-отражения. — А ты там для чего? — удивилась я и отправилась к лестнице. Чего они там опять не поделили? То Зена у Джона сигареты забирает, чтоб тот не курил, а потом его неделю не найти. Он-то хоть мне сообщает, что тут снова война началась. То Марку что-то не понравиться и он, хлопнув дверью, уходит, то Зена выпендривается. Не то время, чтобы так воевать. — Дай сюда, — кажись реально, что-то не поделили. — Я пытался её отнять, но в итоге они мне дружненько сказали «пошёл в баню, мы сами разберёмся»! — Именно так и сказали? — спросила я. — Ну-у… Нет, — он появился около двери, и его волосы были чёрными. — Небольшие изменения во внешнем виде! Мне ведь тоже нечем заняться. — А мне так больше нравится! — я взъерошила ему волосы, а он довольно улыбнулся с сигаретой в зубах. — Оставь так. — Подумаю над твоим предложением миледи! — он поклонился и открыл передо мной дверь. — Прошу! — О, какой ты джентльмен! — усмехнулась я и вошла в комнату. Парни дружненько так перевели взгляд на меня, и в их руках я заметила камеру. — Так, бедный предмет спора сюда и быстро схватились за швабру, ведро, тряпку, веник и совок, и прибрались в этом свинарнике.       Мне отдали камеру, но судя по всему, срачь тут никто и не собирался убирать. — Живо я сказала, — крикнула я, и обоих как ветром сдуло. — Я, пожалуй, тоже… это… Пойду, помою зеркала, — сказал Джон и исчез, а я была собой довольна.

***

      Уже вечером, захожу в комнату, где у нас осталось единственное живое зеркало, и ахреневаю. Извините за прямолинейность, но это действительно так. Не, к уборке я никаких претензий не имею, а вот к… — Ты бальной? — я подбежала к креслу. — Что ты творишь?       Джон ничего мне не ответил и покрутил в руках пистолет, после чего зарядил его. — А с чего это вдруг, вас стало интересовать, что со мной?! — усмехнулся он и откинулся на спинку кресла. Взглянув на меня, он приставил дуло к виску. — Джон, — крикнула я. — Зена, Марк, тут Джон пристрелиться хочет.       В комнату влетели парни и, судя по всему они, так же как и я были в шоке от увиденного. — Джон, — развёл руками Зена. — Выстрелишь, будет хреново не только тебя, но и мне на пару. — Боишься за свою шкурку? — поинтересовался он. — Тебе ж твоя не очень-то нужна, да и лёгкие походу тоже! А вот мне моя очень нравиться и дырявить её пулями не стоит. — Бах, — он нажал на курок, и мы хором прокричали «Нет», но ничего не произошло. Через пару секунд, Джон громко рассмеялся. — Вы действительно думали, что я застрелюсь? Не дождётесь. — Фуф, — я оглянулась и, увидев Марка, упала ему на руки.       Зена тоже забеспокоился, Джон подскочил с места и подбежал ко мне. — Я же пошутил, — развёл руками он. — Ага, да так, что нам все тут, чуть ли плохо не стало, — зашипел Марк. — Тише мальчики, я тоже немного пере драматизировала! — встала на ноги я.

***

      Да, а наш тень-отражение с забавным чувством юмора. Интересно, где он отрыл пистолет? Ну и пусть играет, мне-то, что… Попросила Зену создать те самые «пузыри реальности» как он раньше любил делать и заманивать меня в ловушку. Помню-ка вирус поставил блока вместо моего отца, и мы с ним так мило лялякали. А сейчас? Монстры исчезли, да и некоторые способности тоже. Зато я могу похозяйничать в этом пузыре.       Зашла за стенку, а там… Кадик, пустой правда, ну всё равно. Села около дерева, опёрлась на ствол и давай думать.       Как же раньше классно было с ребятами, а теперь? Где они и что с ними? После этого глюка я даже связь с реальностью потеряла. А как там Джереми? Он, наверное, там с ума сходит. Ведь на экранах суперкомпьютера показывается, что Лиоко мертво или его совсем уже не существует, но ведь оно есть! Хоть и умирает уже потихоньку, но всё же, мы ещё тут. Наверное? А мальчишки? В последнее время я стала замечать, что они странно на меня реагируют. Причём все трое. Зена стал меня слушаться, Марк пытается не воевать с вирусом в моё присутствие… А когда меня нет, то надеюсь, они там табуретками не кидаются? А Джон? Он в последнее время стал каким-то странным, даже больше чем был в первый раз. Уступает мне, пропускает в комнаты первой, пытается всё время помочь, хоть и не умеет готовить. Все руки по обжигает, но поможет. А когда я предлагаю помочь с ожогами, вечно отказывается и уходит на улицу, курить.       Не уж-то и он в меня влюбился? Литиком называет в последнее время. Странное сокращение, но мне нравиться. Забавно звучит! Недавно пыталась отобрать пачку сигарет, он со слезами на глазах вцепился в неё, как будто я у него последнюю горбушку хлеба забирала. Так ещё и кричал: «А, грабят средь бела дня… Лита, это моё, тебе-то они зачем? Сама же говорила, что это вредно…» — Литики, — послышался знакомый голос, и я спустилась обратно с небес на Лиоко. — Чего тебе? — отозвалась я. — Чего скучаешь? — улыбнулся он и сел рядом. — Милое местечко! — Угу, — кивнула я. — Лит, да что случилось? Давай я тут немного всё перестрою? — улыбка исчезла с его губ, и он положил свою ладонь на мою. — Кстати, забыл тебе сказать, ты бы это… Закруглялась, а то парни сейчас угрохают весь особняк! — Как угрохают? Что ж они там опять делают? — У-у… — задумался он. — Ремонт! — снова усмехнулся Джон. — Да чего ты молчал? — я вскочила на ноги и помчалась к эрмитажу.       Забегаю и у меня челюсть отвисла. Там всё плавает как в озере, блин. — Вы чего тут, в караси, что ли собрались? — принялась «грести» к гостиной я. — Не знаю как вы, но эльфы не плавают. А у нас тут, хоть сейчас треску загружай, — начала кричать на них я. — Ну, Аэлит, откуда мы знали, что воду лучше выключать, перед тем как… — развёл руками Марк. — Перед тем как принимать ванну? — сдвинула брови к переносице я. — Так, когда я вернусь, чтоб этого безобразия уже не было.       Я отправилась снова к пузырю и вошла туда. Там был большой деревянный дом, (похожий на эрмитаж в котором в детстве жила Аэлита, только он был намного больше), и на лавочке с довольной ухмылкой сидел (конечно же, с сигаретой в руках) Джон.       Я подошла к нему и с изумлением оглянулась. — Лита, — позвал он, и когда я обратила на него внимание, похлопал рукой по свободному месту на лавочке. — Прошу, мадам! — Только если ты выкинешь эту гадость, — я указала на сигарету. — Жаль, это последняя была… — пожал плечами он и, потушив окурок, выбросил его в мусорный ящик. — Ну, ничего, я ещё достану. — Я даже и не сомневалась, — присела около него я. Повисло неловкое молчание, и тут я почувствовала его пальцы на своей руке. — Как ты думаешь, откуда взялся это глюк? — Не было бы глюка, не было бы и меня! — странное заявление. — Я не умею любить, а ведь просто тень! — А как же это? — я указала на наши ладони, и он живенько отдернул руку и, покраснев, отвернулся. — Джон? — Я не способен любить, да и не умею этого делать по природе. Любовь — это ж бред полный, для чего она вообще нужна. Чтобы привязаться к человеку, и он тебя ранил или умер? — Ты что, нервничаешь? — удивилась я, глядя как он нервно кашляет, ходит кругами и то и дело суёт руки в карманы и обратно достаёт их оттуда. — Я? Да ты шутишь, наверное? — он остановился и взглянул мне в глаза. Я никогда раньше не видела, чтобы он нервничал. А сейчас? Думаю, если бы у него сейчас на шее висел шарфик, он и на минуту не оставил бы его в покое. — Так, мне надо закурить.       Он похлопал себя по карманам и обнаружил, что сигарет больше нет. Негромко выругавшись, он вытащил лишь зажигалку и, вздохнув, опустился на скамейку, запутавшись руками в волосах. — Я и забыл, что это была последняя сигарета… — пробормотал он. — Джони, — да, это я виновата, что у него они кончились. Но у меня табака и с роду не водилось, надеюсь, и дальше водиться тоже не будет. Папа меня учил, что тех людей, которые нервничают надо успокоить. Но как это сделать? Сейчас как я поняла, для него самое важное закурить, но у меня даже леденцов на такой случай нет. — А помнишь, как раньше их делали? — Кого их? — удивился он и поднял на меня глаза. Они были серые и холодные, но почему. Да и руки у него тоже были ледяные. — Ну, сигареты! — неужели я сейчас всерьёз пытаюсь объяснить курящему человеку (которого пытаюсь отучить от этой вредной привычки) как раньше делали сигареты? — Ну, помню, и что? — пожал плечами он. — У меня табака нет, чтоб сделать такие. — А откуда ты их берёшь? — вопрос кажись застал его врасплох. Я не думаю, что он сам их делает. Явно ж откуда-то достаёт и меня всё время интересовал этот вопрос. Конец POV Аэлита