Целься в сердце!

      В главной комнате бункера было тихо. Кастиэль замешкался, не зная, как бы подступиться к своему небесному брату. Конечно, на словах всё было просто: вот просто так взять и проверить очеловечившегося архангела на наличие сил и чего-то там ещё. На деле же это представляло занимательную задачку. Кас знал, что его силёнок вряд ли хватит обнаружить благодать архангела, если тот не хочет быть раскрытым. Ангел был слаб по своей сути, чтобы суметь найти нечто подобное, но попробовать всё же стоило. Ведь чем чёрт не шутит, так?       – Ну? – угрюмо проронил трикстер, исподлобья глядя на ангела.       – Кас? – Дин подошёл к ним, оказывая моральную поддержку своему ангелу.       – Да, – Кастиэль сбросил оцепенение и приладил свою руку посередине груди архангела, едва касаясь кожей ладони ткани рубашки.       Габриэль немного напрягся, но, глядя на слегка насупленные брови и скрытую тревогу в глазах стоящего напротив ангела, немного успокоился. Боже, ещё пару дней назад он бы долго ржал над россказнями об ангелах, а теперь вот… Стоит себе спокойненько и верит, ожидая ангельского МРТ*.       Сначала ничего не произошло. Кастиэль прикрыл глаза и слегка надавил на грудную клетку трикстера. Спустя несколько минут из-под его пальцем начал разгораться слабенький молочно-белый огонёк. Он наливался силой, разгорался ярче и ярче. Когда Винчестеры уже были не в состоянии смотреть и уже хотели отвернуться, Кастиэль вскрикнул и отскочил от архангела.       В глазах ангела пылала странная безуминка. Он сжал свою руку другой и потряс, словно бы свет её обжёг.       – Что? Ты что-то нашёл? – Дин подошёл поближе и мягко потянул Кастиэля присесть на диван.       – Я… Мне… – ангел подышал ртом и задумчиво уставился на Габриэля. – На долю секунды меня посетило странное чувство, словно он и человек и иллюзия одновременно… И ещё, что-то внутри него отозвалось на мой призыв к брату. Я… не встречал подобного…       Неожиданно трикстер невесело хмыкнул и огляделся. Он не знал, как реагировать на всё это. Слишком много событий, слишком много открытий, слишком много новых чувств и ощущений. Он посмотрел на каждого из присутствующих по отдельности, в голове носилась одна маленькая мыслишка, которую он всё никак не мог ухватить.       – Так… – чтобы собраться, Габриэль начал проговаривать всё вслух. – Вы упоминали, что я вроде как трикстер… Да?       Дин, не глядя кивнул, уставившись на ушедшего далеко в себя Кастиэля. Младший Винчестер сделал пару шагов к архангелу и встал за его спиной, чтобы чувствовать себя не так странно.       Для Сэма слова Каса об иллюзорности Габриэля были словно удар под дых. Сознание кричало, что трикстер может быть вообще мёртв уже два года как, а стоящая перед ним фигура лишь чей-то качественный морок. Охотник отгонял от себя такие предположения, ведь, если это так, то… То, что ему делать? Что ему делать с собой, со своей влюблённостью, если эта фантазия рассеется в один момент?       – Итак, трикстер… – продолжал Габриэль. – Мастер обмана и король иллюзий, но, в моём случае, так же и сверхсильное существо… Архангел…       Кас заинтересованно повёл головой в сторону рассуждающего вслух архангела. Что-то в его словах заставляло насторожиться и прислушаться.       – Архангел-трикстер, которого убил его же любимый брат, – Габриэль поднял руки к вискам и слегка надавил, словно у него начиналась мигрень. – Наверное, его смерть должна была быть как взрыв атомного реактора… Ммм…       – Что с тобой? – младший охотник протянул руку вперёд, намереваясь повернуть архангела к себе лицом, но тот, кожей почувствовав движение, сделал аккуратный шажок, уклоняясь и оборачиваясь.       – Сэм… Нет… – он странно дёрнул головой. – Трикстер… Архангел, меняющий реальность по щелчку пальцев… Любящий брат и сын… Семья – сокровенная мечта… Мечта…       Рука трикстера скользнула по груди, сжавшись в районе сердца.       – Мечта… – повторил он, катая слово на языке, прислушиваясь к странным ощущениям внутри себя. – Мечта… Семья… Любимый отец… Любимые братья… Это же…       Вдруг он поднял лицо на младшего Винчестера. Сэм видел, как на дне глаз трикстера зародилось понимание чего-то. Он задержал дыхание с трепетом ожидания развязки.       – Мечта это иллюзия, – тихо прошептал архангел, словно отгораживаясь от всех этой фразой.       – Габриэль, – Сэм сделал попытку поймать внимание трикстера, но тот никак не реагировал.       Крепко прижимая кулак к груди, Габриэль вытянулся в струнку. Он сморгнул одинокую слезинку, скатившуюся с почему-то защипавших глаз. В груди под рукой ширилась пустота. Пропасть, из которой по всем канонам должны вылезти кошмарные твари. Но вместо них там показался бледный золотистый луч. Он ширился где-то в районе груди и постепенно затапливал всё существо маленького архангела.       – Габриэль, что происходит?! – Сэм с подступающей паникой смотрел, как зелёно-карюю радужку трикстера затапливает мягкий золотистый цвет. С каждым мгновением он становился всё насыщенней и ярче, грозясь накалиться до белоснежного.       – Иллюзия, Сэм, – голос Габриэля странно подводил хозяина, с каждой буквой меняя тембр. – Это всё моя иллюзия! – на последнем слове он стал походить больше на рёв турбины самолёта.       Несколько мгновений на осознание, и архангела приподнимает над полом, над Сэмом, над кучей столов, кресел и диванов главной комнаты. Он закрывает глаза и бессильно раскидывает руки в стороны, и из его рта, из-под век, ушей и носа вырываются выкаленные бело-жёлтые лучи.       – Сэм! – Дин прыгает в сторону брата и укрывает его глаза своим локтем, сшибая с ног. Они кубарем откатились под письменный стол полностью дезориентированные ситуацией.       Единственный, кто мог досмотреть представление до конца, Кастиэль, приоткрыл рот и благоговейно впитывал зрелище. Он не мог даже попытаться объяснить явление. Это было слишком необычно и сложно даже для того, кто прожил миллиарды лет и видел зарождение человечества.       За спиной Габриэля, словно вытянутые из окружающего пространства, тонкие нити золотистого цвета начали укрепляться, расти. Через минуту – или мгновение – уже можно было различить очертания шести величественных крыльев с расслабленно опущенными кончиками.       – Габриэль, – прошептал Кастиэль, видя, как каждое светло-золотистое перышко становится всё реальней.       Секунда, и зачарованного зрелищем ангела сбивает с ног крик Архангела. Из ушей охотников, спрятавшихся под столом, потекли редкие капельки крови. Дин тихо всхлипнул, зажимая многострадальные уши, и его тело бесчувственно завалилось, стукнувшись головой о кафель пола. Сознание Сэма мутнело, его оглушило как при взрыве гранаты совсем рядом. Он боролся с собой, но организм в панике отключал себя в попытках уберечь от происходящего.       Всё закончилось также внезапно, как и началось. В какой-то момент белённое пламя благодати погасло, спрятавшись в небольшом теле трикстера. Звонкая тишина окутала главную комнату, да и сам бункер. Даже ветер в окрестностях Лебанона перестал играть в кронах деревьев, словно понимая, что сегодня, в сумерках очень раннего утра, произошло нечто, чего никто и никогда не видел, и, вполне возможно, что такого больше никогда не повторится.       Когда первые серые лучи заглянули в узкие окна бункера и пошли бродить по пыльным полкам с тысячами книг, Сэм вдруг осознал себя. Осознал, что валяется на полу в дико неудобной позе. Сверху на него навалились конечности старшего брата, который чуть ли не слюну пускал, тихо прихрапывая. Стряхнув с себя спящее тело, младший Винчестер поморщился, стараясь вспомнить, как он оказался на полу и почему у него так сильно раскалывается голова.       Он с усилием поднял руку и потёр лицо, смазывая последние остатки сна. Открыв глаза, он обнаружил, что лежит под громоздким столом, стоящим в зале. Ничего не понимая, он осторожно скосил глаза в сторону, силясь разглядеть, что же произошло.       Отрывочные воспоминания вчерашнего дня, вечера и ночи постепенно складывались в некий пазл. Винчестер, словно сквозь мутную пелену, продирался к сути воспоминаний. Он повернул голову по направлению к центру зала, и от увиденной картины его сознание в считанные мгновения раскрыло недостающие файлы памяти.       – Гейб… – просипел он, пожирая во все глаза сгорбленную русоволосую фигуру, сидящую на коленях. Голова трикстера была низко опущена, казалось, что он просто спит вот в такой вот неожиданной позе. Сэм поморгал, приглядываясь к какой-то странной штуке на его спине. То ли огромное светлое одеяло, то ли… Крылья?       Охотник с трудом поднялся на колени и осторожно подполз к архангелу. Он старался не прикасаться к блестящим матовым перьям, так как не был уверен, что это будет приятно для Габриэля.       – Габриэль, – тихо позвал он, приподнимая лицо трикстера. – Габриэль, пожалуйста…       Веки архангела почти незаметно дрогнули, но так и не открылись. Сэм начал осматривать его на предмет повреждений. К его ужасу, по мягкой ткани рубашки, в области сердца ткань окрасилась в густую киноварь. Уродливое пятно ширилось и топило светлую клетчатую рубашку. Губы охотника задрожали. Оглянувшись, он увидел глядящего в одну точку голубоглазого ангела.       – Кас! – голос Винчестера дрогнул. – Кас, помоги ему…       – Это не в моих силах, – убито прошептал Кас, очнувшись от своего транса. – Правда, не могу.       – Да как же… Что же… – Сэм некрасиво всхлипнул и прижался лбом ко лбу Габриэля. – Пожалуйста, Гейб, – умолял он, – не надо… Не надо так!.. Я же люблю тебя…       Он сжал в руках плечи, задевая самые прекрасные крылья, что были когда-либо на небесах.