Saving your soul

Команда облегченно выдохнула, один за другим, когда Лиза, а затем и Сара, открыли глаза. Обе чувствовали себя странно, будто все произошедшее было лишь дурным сном. — Ну и как там, в аду? — спросил Мик, никак не выражая своей радости. Он, как обычно, разволился в своём кресле, с бутылкой пива в руках и с пачкой чипсов на колене. Сара была рада вновь видеть вечно жующего Рори, и сейчас, миновав сам ад, она не чувствовала раздражения из-за его традиционного безделья. — Холодно, — ответила Лэнс, смотря на Лизу, которая все ещё подрагивала и обнимала себя за плечи. — Что вы видели? — спросил Палмер, — Дьявола или… — Можно сказать и так. Моего отца — Лиза присела к брату и взяла его за руку, — Ну же, Ленни, очнись.       Палмер забыл про все свои вопросы — выжидающе уставился на тело Снарта, как и все остальные. Мик помрачнел, а Сара неосознанно начала считать каждый свой вдох, мысленно повторяя: «Давай, Лен, вернись. Пожалуйста.» Лиза села на пол и, приподняв Леонарда, положила его голову себе на колени. Её не волновало, что глаза открыть может совсем другой Снарт, опасный, тот, что с лёгкостью свернёт ей шею — она верила. Константин вновь закурил, игнорируя все просьбы и приказы Сары не курить на корабле, но в этот раз она лишь поморщилась от противного дыма, ударившего в нос, не отрывая взгляда от мирно спокойного лица мужчины. Ей показалось, что прошла целая вечность прежде, чем его веки задрожали, а затем она снова утонула в северно-ледовитом океане голубо-серых глаз. Сработало. Сара поняла это, лишь взглянув в его глаза. Лиза выдохнула тихое «боже мой» и сжала Снарта в своих объятиях прежде, чем он успел прийти в себя и понять, что все ещё жив. — Лиза? — его голос был хриплым, таким, как раньше, и тело Лэнс покрылось вереницей мурашек, а сердце словно отпустили ржавые тиски; стало вдруг так легко, будто она только научилась дышать и сделала свой первый в жизни вдох. — Ты живой! У нас получилось, — Лиза не скрывала восторга, а Леонард морщился от яркого света и от сильных тисков-объятий, из которых сестра не собиралась его выпускать. — Ты меня задушишь, — Снарт отстранилась, заглядывая в лицо брату, убеждаясь, что это правда он, — Что случилось? — Леонард огляделся, — Что ты здесь делаешь? Сара не могла выдавить ни слова — просто смотрела на Снарта, словно видела его впервые, а он никак не мог вспомнить, что с ним произошло. Может, ему повезло. Сара хотела бы забыть ту секунду, когда позволила ему по-геройски пожертвовать собой. — Мужик, ты и правда живой! — Джефферсон помог Леонарду подняться, и он, как не странно, позволил парню себя поддержать. Он даже никак не среагировал, когда Джекс обнял его и похлопал по спине, в знак приветствия. Леонард оглядел всех присутствующих потерянным сбитым взглядом, задержав слишком долгий на лице Лэнс. На мгновение ей показалось, что он её не узнает, но затем взгляд изменился, и она услышала тихое, протяжное: — Сара…       Возможно, ей стоило обнять его, сказать, что счастлива видеть его живым; может, стоило врезать пару раз, а может и все сразу. Но Сара сделала то, чего никто не ожидал, прежде всего она сама — трусливо сбежала, бросив напоследок лишь сухое «С возвращением из мертвых, Снарт» Она спокойно двинулась в свою комнату, оставляя позади возгласы восторга и колкий взгляд, стреляющий в спину больнее любых стрел…

***

      Снарт быстро устал от приветствий и чрезмерно частых прикосновений — каждый считал своим долгом потрогать его, убедиться, что он не массовая галлюцинация.Палмер принялся извинятся за все подряд, и Леонард убедился в том, что на корабле мало что изменилось за время его отсутствия, за исключением прибавления в виде двух новеньких. Кстати, сколько времени прошло?       Мик был менее дружелюбен — на грозной мине так и отпечаталось, что Снарт нарвался на неприятности, каких не избежать. Оставалось только надеяться, что Лиза будет более благосклонной. Она угрюмо молчала, но не выпускала его из виду не на секунду, что напрягало, но находило оправдание. Леонард заметил, какой уставшей и потерянной она выглядела: наверняка не спала сутками, ничего не ела и плакала. Её лицо осунулось и посерело с того момента, как он видел сестру в последний раз. Как давно это было? — Врезать тебе сейчас или потом? — прогремел голос Мика, на радость Снарта заглушая лепетание остальных. Важность его персоны переоценили, но он все равно чувствовал что-то похожее на радость, видя знакомые лица. — Лучше потом, — ответил Лен. — В очередь, Мик, — усмехнулась Лиза, как-то сдавлено и устало. Она на секунду прижалась к плечу брата, и ему стало спокойнее — он действительно жив; может чувствовать тепло, видеть и дышать, и совершенно не важно, что спасло его от взрыва. Незнакомец с красным галстуком с любопытством оглядел Снарта, а затем спросил: — Не чувствуешь ничего не обычного? — Нет. Не знаю. Снарт только сейчас заметил магический круг, сгоревшие свечи и прочие странные атрибуты, которые неизвестный принялся собирать. Глаза все ещё не приятно жгло от яркого света, словно от неоновых вспышек окулуса, что он помнил очень отчётливо. Он часто заморгал, сощурившись от неизвестной боли по всему телу, и Лиза, уловив его состояние, мягко подтолкнула брата в сторону кают. — Все вопросы потом. Тебе нужно отдохнуть.       Леонард согласился побыть ведомым младшей сестрой, чувствуя просто зверскую усталость. Его ведь должно было разворовать на части, так что лёгкое головокружение, тошнота и частичная потеря ориентации — лучший из возможных исходов. Он пока не знал, кому должен сказать спасибо. Присутствие Лизы было свидетельством возникших осложнений. Конечно, ей здесь не место, и он сразу же отправит сестру домой, как только придёт в себя, но сейчас он без возражений позволил Лизе уложить себя в кровать, краем глаза подмечая, что комната все та же, какой была, когда он уходил, уже чувствуя, что не вернется. Как только голова Снарта коснулась подушки, и он ощутил приятный холод ткани на своей щеке, закрыл глаза. Сил не было даже на то, чтобы поговорить с Лизой. Он лишь слабо сжал её руку в ответ, когда она присела рядом, и провалился в беспокойный сон.       Блики окулуса, крики повелителей времени, рука, упрямо вдавливающая предохранитель, её лицо — все это было словно пару минут назад. Он все ещё чувствовал холод, исходящий от окулуса, гонимый тёплом её губ в неуверенном прощальном поцелуе; её дрожащие пальцы будто до сих пор сжимали его руку, и становилось чуть менее страшно. Это была секунда. Всего секунда, а потом он должен был исчезнуть. Раствориться в пространстве. А в голове столько мыслей, что блекла вся уверенность. Это длилось целую вечность, и Снарт не думал, что перед смертью его будут волновать чьи-то чувства, но он до последнего щелчка в голове жалел лишь о двух вещах: Лиза останется одна; он больше никогда не увидит Сару. Все кончилось. Он был уверен, что гул в голове — это лишь отзвуки смерти, что утянула его на дно, прямиком в ад. Может, это все лишь издевательская иллюзия? Может, не было Лизы, Сара не смотрела на него с таким отчаянием и злостью, перед тем как сбежать в свою комнату, а Мик не боролся с порывами врезать ему за геройство?       Леонард не знал, где были реальные воспоминания, а где сон. Он видел ледяные стены, чувствовал мертвый холод, не тот, к которому мог привыкнуть. Далекие крики рвали его душу на части, и было так больно, когда он понимал, что не может сдвинуться с места. Уверенный, что Лиза далеко, что она уже взрослая и может дать отпор, Снарт все равно верил каждый раз, когда она маленькая закрывалась тонкими ручками от кулаков Льюса. Картинки сменялись одна другой. Боль. Бесконечные терзания и крики, царапающие горло в кровь. Страх. Кровь. Беспомощность. Снова слабость, как в ненавистном детстве.       Леонард дернулся и тут же вскочил, судорожно набирая воздуха в легкие. Он словно не дышал все это время, и грудь сжало тисками, а в виски нещадно била кровь. Снарт сжал голову руками, все ещё не способный подняться на ноги. Слабо освещённая комната, его комната, вертелась перед глазами, и он мог лишь надеятся, что все вокруг реально. Он был мертв. Он это чувствовал каждой клеткой своего тела, но снова был на волнолете, словно синее мерцание окулуса ему приснилось или почудилось в сумасшедшем бреду. Если это был сон, то слишком реальный, а то, что было после, так и осталось загадкой. Для него прошла секунда. Вот он услышал сильное жужжание и все заходило ходуном, а уже через мгновение от открыл глаза и увидел перед собой взволнованные лица команды. Посидев ещё несколько минут, разглядывая пол под своими ногами, Снарт встал и двинулся к мостику, откуда доносились повышенные голоса. Там явно спорили, и из сумбура звуков разных тональностей, он отчётливо выделил недовольный голос Сары. — Я не хочу рисковать, Мик! Мы придумаем другой выход. — Я думаю, Сара права, — вступилась Лиза, — Врываться туда-чистое безумие. — Это наш шанс получить часть копья. Если вы забыли, мы ещё ни на шаг не приблизились к спасению вселенной, — голос Рэймонда слегка потух. Снарт тут же представил его физиономию, а его желание участвовать во всех разговорах в мире, напомнило Леонарду о том, почему он избегал его общества в недалеком (или все же далеком?) прошлом. — А если ты забыл, напомню- Мы спасали Ленни. Даже не думай на меня так смотреть, красавчик. — Я просто хотел сказать… — Что? Что жизнь моего брата не важнее какого-то там копья? — Леонард вышел на мостик, когда Лиза приблизилась к смущенному Палмеру и пихнула его в грудь, — Лучше не нарывайся. — Смотрю, за мое отсутсвие вы успели подружиться, — Снарт выдавил ухмылку, оглядывая собравшихся Легенд. Когда его взгляд наткнулся на Сару, она смотрела прямо на него, но затем отвела взгляд, словно его присутствие превратилось для неё в серьезное испытание. Следовало ожидать, что она не кинется ему на шею, как только он откроет глаза — имеет право злиться. Снарт был благодарен уже за то, что она не сломала ему пару конечностей, хотя был уверен — ей очень хотелось. — Твоя сестра меня ненавидит, — обиженно буркнул Рэй. — Пф, ещё чего. Ты пока просто меня раздражаешь, — Лиза бросила на Атома надменный взгляд и повернулась к брату. Только он смог заметить притворство в её пренебрежении к Рэймонду, но она смогла быстро вернуть своему лицу прежнее равнодушное выражение, — Как себя чувствуешь? — Хорошо, для ожившего трупа, — Леонард вновь взглянул на Сару, которая недовольно нахмурилась, сидя в капитанском кресле, и только сейчас до него дошло, — А где бриташка? — Долгая история. Его похитил Дарк, а потом у него крыша поехала. Теперь Блонди наш капитан — Мик сделал глоток пива из бутылки, все ещё с подозрением смотря на напарника. — Да, вы многое пропустили, Мистер Снарт. — Сколько прошло времени? — резко спросил Леонард, — Сколько меня не было? Все подозрительно притихли, и лишь скрип кресла Сары нарушил звенящую тишину. Она поднялась слишком быстро, нервно передернув плечами, а затем медленно двинулась к Леонарду. На секунду ему показалось, что сейчас она не выдержит, и уже приготовился к мощному удару в челюсть. И лучше бы она ударила, чем выдавила, с таким ядовитым укором, что он едва не поморщился: — Восемь месяцев. Тебя не было восемь месяцев, — отчеканив каждую букву, она ещё с секунду смотрела Леонарду прямо в глаза, а затем двинулась с мостика, дав команде указания, которых он не расслышал…