Чувак, да ты упорот!

Сергей медленно подошел к умывальнику и включил холодную воду, чтобы остудить пылающую скулу. - Какие люди! – раздался жизнеутверждающий знакомый вопль. - Саша? – удивленно промямлил журналист, увидев друга выходящего из кабинки. Это был парень, лет двадцати пяти на вид, ростом около ста восьмидесяти сантиметров и атлетического телосложения. На сколько Сергею было известно, он до сих пор занимался гимнастикой, но в большой спорт не совался, хотя его не раз звали. - Неважно выглядишь, - цокнул языком парень в ответ. – Опять пострадал за правду? Они вместе учились до третьего курса Журналистики, но под конец Саша решил, что ошибся с выбором профессии и перепоступил на Автосервис. Резкая перепрофилировка никого не удивила, ведь он был разносторонним парнем. Сегодня он любит дабстеп, а уже завтра будет трясти роскошной шевелюрой на рок концерте. Сейчас у него своя маленькая автомастерская, едва окупающая себя, однако в средствах он не был стеснен, что и наталкивало Сергея, привыкшего видеть во всем скандалы и интриги, на определенные мысли. - Да, - отмахнулся журналист, отрешенно рассматривая себя в зеркале. – Пытался взять интервью у боксера Алексея… - Смирнова!? – как-то слишком оживленно закончил за него фразу друг. Глаза Саши возбужденно заблестели. – Я смотрел все его бои! Какая техника, какое тело, какой… о чем это я? – он потряс головой, словно одумавшись. – В общем, я, как большой ценитель единоборств, могу сказать, что он великолепен! Его однозначно ждет большое будущее. Стой, - Саша подтянул к себе друга за грудки и прошипел в лицо, - он тут? – он был похож на ребенка, которому сказали, что дед мороз существует и ждет его за углом. С трудом разжав железную хватку перевозбужденного товарища, Сергей вернулся к разглядыванию и ощупыванию распухшей скулы. Да… Завтра моя голова будет похожа на воздушный шар. Некоторое время он стоял молча, лишь несколько раз сбрасывал руку Саши со своего плеча, тормошащего его в нетерпении. - Да тут он, тут, в служебном помещении развлекается со стриптизершами, - процедил сквозь зубы парень, которому очень не понравился восхищенный блеск в глазах друга. – Это он меня, к твоему сведению, так разукрасил, - он ткнул пальцем в наливающуюся кровью гематому. - Со стриптизершами? – переспросил друг и как-то сник. - Да брось ты, если бы Смирнов тебя ударил, то ты был бы на пути в реанимацию. Не знаю, в чем душа еще держится, - Саша критичным взглядом окинул тело друга. – Ты бы питался получше и на фитнес записался, доходяга, - и добродушно похлопал его по спине. Если бы взглядом можно было убить, уборщице пришлось бы долго оттирать останки Саши от белоснежного кафеля. - Как видишь, выжил. Думаю, ему не выгодно убивать журналистов. Ведь «черный пиар» только для слабаков, - Сергей дернулся по очереди в каждую кабинку, но все они оказались закрыты. – Гадство! Всех, что ли, там пробрало, - С сарказмом провопил он и получил в ответ два матерных и один сдавленный смешок. Свидетели позорного признания упорно не желали выходить из своих укромных и насиженных местечек. Сергей продолжил свой душещипательный рассказ дойдя до того момента, когда он на мгновение отключился. - Успокойся и возьми себя в руки, ты же мужик! – очередной сдавленный смешок, заглушенный громким гоготом и улюлюканьем, последовал из крайней кабинки. Тот, кто сидел внутри, явно прислушивался к разговору, впрочем, остальные тоже не теряли времени зря, порой вставляя ценные реплики. В процессе рассказа пара человек вошли и ушли, и каждый норовил по-братски, едва сдерживая издевательские ухмылочки, потрепать журналиста за плечо. - Вы там рожаете, что ли? – яростно ударил он в дверь одной из кабинок, но Саша вовремя оттащил его, пока опрометчивый и неадекватный друг не наделал глупостей. – Ты только представь, выхожу я из комнаты отдыха, и вижу: этот урод уже переоделся, побрился и явно помылся! Сначала я подумал: «Неужели он отправил меня в нокаут на столь длительное время?!» - позже сообразил, что это совершенно другой человек. Он был довольно обходителен и мил, помог дойти до туалета и, в знак добрых намерений, подарил бесплатный ужин! Как оказалось, он – Валентин Смирнов - брат боксера и владелец этого клуба!– рассказывая подробности своих злоключений, парень активно жестикулировал, забыв про «смертельную» рану. – Как два таких разных человека могут быть братьями? Ни за что бы не поверил, если бы не увидел своими глазами! - Ошибаешься, - Александр облокотился о раковину, закуривая сигарету и игнорируя табличку «No smoking». – Уверен, они похожи, и Смирнов-боксер, на самом деле, добрейшей души человек, - журналиста начало раздражать восхищение друга боксером. – Просто, как гласит народная пословица, с волками жить – по-волчьи выть. - Ты еще скажи, что он спит с плюшевым голубым кроликом, мистером Шнуффи, а по выходным ходит в зоопарк, - скептично заметил басистый голос из крайней кабинки, именно он следил за ходом всего разговора и не покидал туалета. Бедолага, наверное, отравился… - грустно подумал журналист. - И скажу! – продолжал настаивать на своем Александр, методично покусывая сигарету, зажатую между зубами. После шепотом добавил, так чтобы слышал только его друг, - Хочешь пари? - Пари? Какое и на что? – Сергей слегка отодвинулся. - В качестве аванса, ты мне отдаешь отдых в клубе, любезно предоставленный Валентином, - безапелляционно начал Саша. – Я познакомлюсь с обоими братьями и буду целый месяц с ними общаться. По истечению отведенного срока даю гарантию, они оба будут от меня без ума… Ты ведь догадывался о моей ориентации? - вдруг спросил Александр ошарашенного Сергея и, увидев реакцию, понял, что нет. – Не суть. Сейчас важно не это. Если мне удастся заполучить обоих, то значит моя теория верна, и они одинаковы. Ты получишь интервью с боксером, но весь гонорар отдашь мне. Если нет, я отдам тебе свою автомастерскую. Согласен? Некоторое время Сергей ошарашенно пялился в одну точку. Ему начало казаться, что удар Алексея повредил не только его голову, но и рассудок. Лучший друг – оказался геем, да еще и предлагает ТАКОЕ пари? Но что он в сущности теряет? Интим не предлагают, а вероятность того, что оба брата окажутся голубями мизерна, каким бы очаровашкой его друг ни был. Спор показался молодому человеку беспроигрышным, к тому же голова начала раскалываться и хотелось одного: оказаться дома, в мягкой постели в обнимку с аспирином. - По рукам! - он протянул руку хитро ухмыляющемуся другу, который тут же схватил ее, но не найдя того, кто бы разбил спор, ударил сцепленными ладонями по умывальнику. - И пусть фаянсовый друг будет свидетелем! – прозвучали торжественные слова. – Если один из нас нарушит договор, то он будет посещать его по ночам всю оставшуюся жизнь! - Идиот, а не лечишься, - устало проговорил Сергей, коротко прощаясь с другом. - Иди-иди, болезный, - оставшись один, Александр посмотрел на себя в зеркало. – Ну как перед таким очаровашкой можно устоять? Я бы сразу кинулся к нему в ноги и подарил весь мир! – уверенно заявил он отражению, которое согласно закивало, повторяя движения своего счастливого обладателя. Похожие на смешки сдавленные хрипы, доносившиеся из крайней кабинки, уже не беспокоили его. Через минуту после ухода друзей. В туалет заглянул Валентин, обеспокоенно озираясь. - Паша, ты тут? Полчаса тебя жду! – из крайней кабинки вышел… третий близнец, красный как рак и едва сдерживающий разрывающие его порывы хохота. – Что с тобой? Отравился? – засуетился владелец клуба. – Говорил тебе, не мешай виски с коньяком! Так нет: «У меня крепкая печень!» - Да ну тебя, - Павел вымыл руки и плеснул холодной воды на щеки. – Все в порядке. Просто я придумал, чем займусь, пока гощу в городе. Я у вас пробуду еще с месяц. Приютишь? – откидывая со лба влажные волосы, он обернулся к Валентину. - Да хоть поселись тут. Любая из комнат на втором этаже в твоем распоряжении. А как же работа? - Проект я могу писать и не выходя из дома, но думаю, что здесь буду лишь ночевать, спасибо, - озорные искорки в глазах Паши всегда служили сигналом для более благоразумного Валентина. – Я найду, чем себя занять. - Ты что-то задумал? Смотри мне, я и с Лехой намучился, еще и твои проблемы разгребать… - начал отчитывать его владелец клуба, но Павел прервал его жестом. - Все останутся довольны, не парься, - и выскользнул из помещения, напевая веселую песенку «…Где бы ты ни бегал там, Что бы ты ни делал там, Всё равно ты будешь мой. Никуда не денешься...». Валентин покрутил пальцем у виска и пошел искать Алексея, поведение которого, в данный момент, вызывало большие опасения.