От заката до рассвета.
31 августа 2017 г., 09:53
***
Суббота. 9:30
Pov Maks.
На самом деле, я ни капли не жалею о том, что произошло этой ночью. Уже в привычной для меня манере, ухожу раньше, чем проснется парень, но в этот раз, оставляю записку. В доме было слышно пение и звук гитары. Спустившись на первый этаж, наблюдаю довольно милую картину. Нура в обнимку с гитарой сидит на диване и напевает какую-то песню, а Вильям расплывается в улыбке сидя на подоконнике. Они мило смотрятся вместе. Не смотря на атмосферу окружающую их: разбросаные пивные банки, окурки, стаканчики, остатки торта и прочий мусор. В воздухе до сих пор преобладал запах перегара и табака. Кому-то придется потрудиться, убирая этот бардак, но точно не мне. Не сегодня. Не хотелось рушить такой момент, но придется. Якобы случайно кашляю, и две пары глаз уже вовсю рассматривают меня. Конечно, ведь благодаря Шистаду мне пришлось напялить его футболку и свои спортивные штаны, которые как никогда, кстати, остались лежать в шкафу с давних времен. На голове наспех завязанный пучок, а от вечернего макияжа не осталось ни следа. — Как ночка прошла? — ухмыляясь, спрашивает Магнуссон — О чем ты? — улыбаюсь и пытаюсь состроить из себя дурочку. — Да брось, вас весь дом вчера слышал, — Нура подключилась к нашей «милой» беседе. — Нурааа, а ты что тут делаешь? — Ева ушла с моими вещами, и мне пришлось дожидаться твоего пробуждения, — а эта девочка хорошо врет, мне нравиться. Я забрала Нуру с собой. По лицу Вильяма, так и читалось «Оставь, оставь ее». Обойдется, это мой ангелок. По пути до ее дома, она просто завалила меня вопросами о Шистаде. Делать нечего, пришлось рассказывать. И про предстоящие 48 часов и про ночь. «Вы стоите друг друга» -повторяла подруга. Уже дома я решила, что мне надо хорошенько отдохнуть. Горячая ванна, жди меня. Вильям всегда мне говорит по поводу того, что в ванну я всегда набираю только кипяток: «Уже готовишься кипеть в адовом котле?». Ну, кто знает, кто знает. Горячая вода так приятно обжигает мою холодную кожу, что она моментально покрывается мурашками. Ванна для меня является местом для раздумий и расслаблений. На данный момент меня мучают много вопросов, на которые я не знаю ответа. Один, из которых вводит меня в тупик. Для чего Шистад хочет узнать меня? Тянусь к раковине, на которой так предусмотрительно лежала пачка ментоловых сигарет и зажигалка. Не переносила тяжелый табак или со вкусом каких-то фруктов. Мне грустно за людей, у которых в руках сигарета, если честно, то порой я сама к ним отношусь. Многие бы никогда не курили, но у них, к сожалению, нету человека, который бил бы их по рукам. У меня тоже. А как же Вильям спросите вы? То я скажу, что это он научил меня заглушать свои внутренние терзания никотином. Чертов засранец. Предстоящий день был уже продуман до мелочей, и пусть Шистад только попробует его испортить — удушу. Не могу быть уверена в его реакции на то, что я приготовила. Оттолкнет его это или же наоборот еще сильнее привяжет ко мне. Но он же хотел узнать меня. Пес. — Не хорошо сбегать, после такой восхитительной ночи, малышка. Боже, и об этом мне говорит Шистад, который перетрахал всю женскую половину школы. Тот, кто уходит с восходом солнца, оставляя лишь толстовку и пару смятых купюр. Для него девушки — это товар. Да, я не лучше. Да, поступаю аналогично. Но я хотя бы не выставляю девушек последними шлюхами. Бог дал мужчине мозг и член, но кровь не может одновременно приливать к ним обоим. Пес. — Скажи, мне свою машину брать? Вы. — И ты только из-за этого потревожил мой покой? — Нет, пешком до меня дойдешь. Больше я не отвечала на его сообщения, слишком много чести. Мне и так придется терпеть его общество больше, чем десять минут. Постойте, если мне не изменяет память, то в ту ночь Шистад признался мне в симпатии. Интересно. И где же я так нагрешила? На самом деле, мы принимаем ту любовь, которую по нашему мнению действительно заслуживаем. А заслуживаю ли я быть любимой? Один человек мне однажды сказал: «Да кто ты такая чтобы быть счастливой? Ты не заслуживаешь ни любви, ни ласки. Ты жалкая и никчемная, а такая никому не нужна». Я согласилась и смирилась с этим. Действительно, а кому нужна девочка — клише? Которая только и умеет бухать и выебываться. И пусть в меня бросит камень тот, кто скажет, что я не права. Сейчас я думаю: если бы я не обожглась так сильно, ничего бы из меня не вышло. Так бы и осталась маленькой, закомплексованной серой мышью. Даже вспоминать страшно. Меня постоянно оскорбляли и толкали в спину, но я молчала и терпела. Просто копила это в себе. В младшей школе, я была козлом отпущения. Да, да, именно я. А теперь, посмотрите, какой я стала: меркантильная сука, циничная мразь, мизантроп, тиран и дивергент. И немножко киса. А знаете в чем прикол? Прикол в том, что одно из самых обычных заблуждений, состоит в том, чтобы считать людей добрыми, злыми, глупыми, умными. Человек течет, и в нем есть все возможности: был глуп, стал умен, был зол, стал добр и наоборот. В этом величие человека. И от этого нельзя судить человека. Ты осудил, а он уже другой. Как жаль, что люди не понимают таких элементарных вещей. Наверное, именно из-за того, что нас осуждают, мы меняемся. И порой не в самую лучшую сторону. Именно поэтому, в моем омуте черти уступают мне дорогу. В прошлой жизни я стопудово была пираткой потому, что только так можно объяснить мою любовь к пьянству, деньгам и безделию. Именно поэтому я уже второй или третий час лежу, уже в остывшей ванне и думаю о своей больной судьбинушке. А время уже поджимает и скоро должен зайти Шистад, чтобы отправиться со мной навстречу приключениям. Быстренько высушила волосы и заплела их в две французские косы, привела свое лицо в порядок и пошла одеваться. Для моих увлечений мне нужна свободная и удобная одежда, которая не стесняет мое тело. Темно-синие джинсы, белая футболка, мешковатая рубашка в клетку и кроссовки. То, что надо. На часах было ровно четыре часа, когда в дверь позвонили. Не буду заставлять его ждать, пусть знает, что пунктуальность — мое второе имя. — В отличие от остальных девушек, — вместо приветствия начал Шистад, — тебя не приходится ждать. Я проигнорировала его и направилась в гараж за машиной. Моя малышка уже заждалась меня, а Шистад, как хвост плетется следом, бормоча себе под нос что-то невнятное. Сев в машину, моментально подключаю телефон к AUX, хорошая музыка одна из составляющих прекрасного дня. Крис уже сел на пассажирское сиденье и залипал в телефон. Выезжаю из гаража, останавливаюсь на обочине и выжидающе смотрю на парня, который явно не понимает, чего я от него хочу. — Пристегнись, — продолжаю сверлить его взглядом. — Ты настолько плохо водишь или переживаешь за целостность моего прекрасного лица, — он еще и шутить собрался в моей машине. — Переживаю за целостность своего лобового стекла, на случай если ты решишь таранить его головой. Он молча пристегивается и продолжает что-то искать в своем телефоне. Так даже лучше, не горю желанием сейчас разговаривать. Вдавливаю педаль газа, оставляя за собой лишь пыль, мчу на наше с Вильямом место. Выехав за пределы города, стрелка спидометра все быстрее движется к отметке 220км/ч, а песни в плейлист сменялись одна за другой. Кидаю быстрый взгляд на Шистада, который закрыл лицо руками и начинаю смеяться. — Ты что, идиот? — Не хочу видеть, как приближается моя смерть. Сбавь скорость, крошка. — Что говоришь? — я еще выжимаю газу, — Побыстрее. Хорошо. Парень еще сильнее вжался в сиденье, когда стрелка достигла 300км/ч. Кристоферу Шистаду и страшно. Кому расскажешь — не поверят. Вот мы уже приближаемся месту нашего назначения. И тут мне в голову приходит такая идея. А не повалить ли мне боком? Ответ будет однозначно положительным. Надо было слышать визг Криса, когда машина стремительно летела прямо на отбойник. У меня даже уши заложило. Но я, не я, если бы на таком маневре умудрилась разбить свою машину. Стоило нам только остановиться, как Шистад моментально вылетает из машины, на воздух, тяжело дыша. Молча подхожу к парню и обнимаю его со спины. Чувствую, как он мгновенно успокаивается. — Я больше не сяду к тебе в машину, — тихо произносит он, — лучше пешком до дома пойду, — я начинаю смеяться с его слов, — ты посмотри, сколько седых волос теперь на моей голове. — Веселье только начинается, Крис, — отстраняюсь от него и открываю багажник машины.- Это тебе, — протягиваю ему пистолет и парочку ножей для метания. — Ты же знаешь, что это не законно? — внимательно изучает предметы в моих руках, но все же берет. Под подкладкой, где должна лежать запаска, лежат пистолеты, ножи и прочая радость. Владение оружием является не только преимуществом — оно влечет за собой серьёзное неудобство. К примеру, каждому собственнику подобных предметов стоит знать, что перевозка оружия в машине осуществляется исключительно в соответствии с актуальным законодательством и может повлечь за собой суровое наказание при несоблюдении его требования. Но разве тебя это волнует, когда ты имеешь крупные бабки, чтобы в любой момент откупиться от правоохранительных органов? Вот и меня не волнует. — Знаю, — достаю арбалет, пару яблок, захлопываю багажник и веду парня вглубь леса, на окраине которого мы остановились. — Что это за место такое? — Шистад недоверчиво озирается по сторонам — Это наше с Вильямом место. Мы приезжаем сюда, чтобы выплеснуть все негативные эмоции. Здесь Джереми учил меня стрелять, — мы еще несколько минут шли по лесу и вот оно, — мы пришли, — указываю парню на большой старый амбар. В нем было несколько мишеней и пара резиновых манекенов. Оказалось, что Крис ловко управляется с пистолетом. А вот метание ножей было для него непростой задачей. Зато я даже с закрытыми глазами, могла попасть точно в яблочко. Кстати, о яблочках. Не зря же я прихватила парочку. — Встань спиной к дереву, — скомандовала я парню, тот лишь недоверчиво посмотрел мне в глаза, — ты мне не доверяешь? — Просто знай, что я не планировал быть убитым тобой. Он прислонился спиной к большому дубу и внимательно следил за моими действиями. Крис был слишком напряжен. И что бы это исправить, я подошла к нему вплотную, расположила на его макушке большое красное яблоко и просто поцеловала его. В тот момент, когда стрела уже сорвалась с арбалета, издавая характерный звук, Крис зажмурился, словно ожидая смерти. Зря надеялся. Так просто он не отделается. Самым тяжелым было, научить его подобному, но встать под его прицел, я не решилась. В этом навыке, главное сохранять равномерное дыхание. Резкий вдох или выдох непроизвольно отклоняют стрелу от цели. Как бы я ни пыталась обучить Шистада, он не поддавался дрессировке. Мы находились там до тех пор, пока не стемнело. И как бы Крис не упирался, ему пришлось сесть ко мне в машину. Половину пути мы ехали лишь под тихую музыку, но потом парню захотелось разговоров. — Помнишь, ты сказала, что твой корабль под названием «Семья» потерпел крушение, — я утвердительно кивнула ему, — А какое было первое? — Отец. Он изменил маме и уехал в Чехию, — теперь я могла спокойно говорить об этом, уже было не больно. — Он переводит круглую сумму денег каждый месяц, но мне плевать. Даже если он решит вновь посетить мой корабль, то скорее всего я выставлю его за борт. — Почему же? — Порой люди возвращаются к тебе, понимая, что им никто не нужен кроме тебя. А ты не испытываешь ни радости, ни удовольствия, ни жалости, ни любви, ни-че-го. Правильно говорят: «Не бывает поздно. Бывает уже не надо…» — Но есть еще и другое высказывание, что лучше поздно, чем никогда. — Отца заменил мне брат, именно он воспитал меня. И отец сам сделал свой выбор, когда полез в трусы к молодой секретарше. Мне плевать, когда я теряю людей, которые не хотят присутствовать в моей жизни. Я уже теряла людей, которые были для меня всем, и у меня до сих пор все отлично. — Получается, — Шистад потер переносицу и сделал довольно-таки задумчивое лицо, — После смерти брата, Вильям смог тебе его заменить. Но… — Незаменимых нет, — я быстро перебила его, поняв, о чем он хочет начать говорить, — Есть незабываемые. На этих словах, мы остановились у моей любимой кофейни. В ней всегда было очень уютно, по-домашнему так. Интерьер был выполнен в светлых и холодных тонах. Голубой, бирюзовый и белый. Кожаные диванчики цвета морской волны, были местами потрепаны от времени. Белые, как снег столы. На голубых стенах в белоснежных рамках висели фотографии частых посетителей и просто красивые пейсажи. На некоторых снимках можно было увидеть меня и Джереми или меня и Вильяма. Мы часто проводили здесь холодные осенние и зимние вечера. Здесь готовят безумно насыщенный кофе и пекут наивкуснейшие кексы с черникой и малиной. Даже в лютый холод ты мог согреться тут горячим напитком и теплой улыбкой персонала. На часах было уже 21:21, а мы сидели за столиком кофейни, попивая горячий кофе, уплетая мои любимые кексы и болтая абсолютно обо всем на свете. Это так странно, буквально пару дней назад мы готовы были перегрызть друг другу горло и втоптать в грязь на глазах у всей школы. — Кем ты хочешь стать? — спросил он меня. А я не знала, что ответить. — Хочу путешествовать, — он ухмыльнулся, думая, что я шучу, но это была чистая правда. — Спать в палатке где-нибудь на берегу моря или бродить по скалам с любимым человеком. Хочу небольшой домик у озера и двоих детишек. А ты? — Я бы хотел стать адвокатом, чтобы защищать интересы и принципы людей. Но с радостью поддержу твою затею. Мы громко смеялись и много разговаривали, и я могу смело сказать, что этому человеку удалось меня узнать. С ним я могла быть собой, без этой маски меркантильной сучки. С ним я была искренней и живой. Со мной он не был тем факбоем, которым был в школе. Со мной он был настоящим. Я бы хотела проводить так каждый свой день. От заката до рассвета. От земли до луны и обратно. Остаток этих 24 часов, мы провели у меня дома: валяясь на диване, поедая суши. Теперь Крис знал обо мне абсолютно все: моя любимая книга, цвет, вкус чая. Казалось, такие банальные мелочи жизни, но ему было интересно знать это. Теперь он знал, что я обожаю томатный сок, что не ем мясо, пью кофе без сахара, что принимаю исключительно ледяной душ и исключительно горячую ванну. Такие банальные вещи, как любимый фильм, сериал, песня. Знал что мой любимый фрукт — банан, а любимая еда — суши. Я поделилась с ним своей маленькой мечтой о собаке, показала ему свои рисунки и даже детские фотографии. И я поняла одну вещь, что человеку так мало надо для счастья. Просто на просто почувствовать себя нужным кому-то.***
Они заснули на полу в гостиной Макс. Каждый со своими мыслями. Она думала о счастье. Он думал о ней.
