Пока без названия

Глава пятая Гарри потерял сознание прежде, чем его на руках отнесли к лифтам. Очнулся он уже в большой палате, одноместной и пустой, здесь не было ничего, кроме его кровати, тумбочки и небольшого стола со стулом. Окна были зашторены. Чувствовал себя мальчик неважно, и не столько физически – хотя у него ужасно болело всё тело, сколько у него болела душа. Меньше, чем за месяц случилось столько всего… В Литтл-Уининг, где жизнь всегда текла так однообразно, скучно, где ничего не происходило, где даже то, что мистер Браун вместо сорняков выполол ростки какого-то редкого цветка, бывшего гордостью его супруги и прободение язвы у старой мисс Джоунс были поводом для разговоров на целую неделю, и именно туда внезапно заносит дементоров. Вслед за ними – известие о том, что его, Гарри, всю жизнь обманывали… ну, или держали в неведении обо всём, что ему было необходимо знать… И держал его в этом неведении человек, которому он привык безоговорочно верить. А теперь… Кому он теперь может верить? Участвовали ли в этом обмане его друзья? Почему? За что? Ещё до ритуала, после оглашения завещаний ему сказали, что Дамблдор пользовался его счетами и сейфами, растранжирил не одну тысячу галеонов, прикарманил ценные артефакты и книги, некоторые магические фирмы и имения, принадлежавшие его роду, по неизвестным причинам обанкротились, закрылись или сменили владельца. Это было обидно, но даже не потому, что, не вмешайся вовремя лорд Глайд, Гарри ждало бы разорение… обиднее всего было за попранное доверие. Он верил этому человеку, но получил удар в спину. Дамблдор скрывал от него всё. Гарри все, кому ни лень, убеждали, что он – полукровка, и ему не приходило в голову, что его мама, даже если она и в самом деле была маглорожденной, но – волшебницей, а значит, он чистокровный, пусть даже в первом поколении. А теперь выясняется, что он вообще принадлежит к высшему классу волшебников, носителей крови магических созданий… внук магии, как таких называли, со временем у него могли проявиться какие-то свойства. …если бы Наследие и Дар не были бы заблокированы. Кем и почему? Волдемортом, когда тот убил родителей Гарри и пытался убить младенца? Нет, однажды Гермиона зачитывала им с Роном вслух какую-то заумную книгу, подобная встряска должна была, наоборот, сломать все блоки. Значит, Волдеморт здесь точно ни при чём. Дамблдор был его магическим опекуном. Наверняка, именно он окружил дом, где он жил на каникулах, магическим щитом, о котором говорил лорд Глайд. Зачем? Это было бы понятно при активных действиях Волдеморта, если бы на Гарри шла охота. Но тогда в безопасности он был исключительно в самом доме, шаг за калитку… Когда он ходил в начальную магловскую школу, в магазин по поручениям родственников… Если его разыскивали, чтобы убить, почему этого не случилось? Дамблдор знал, как ему живётся у Дурслей, но – палец о палец не ударил, чтобы исправить ситуацию. Он только в тот год, когда Гарри поступил в Хогвартс, вспомнил о существовании мальчика. И кого же он отправил забирать опекаемого у маглов? Да, Хагрид стал его первым другом, он был очень добрым, но… честно сказал себе Гарри, глупым и наивным. Его преданность Дамблдору более, чем понятна, тот ещё в бытность свою преподавателем трансфигурации, защитил незадачливого полувеликана, на которого возвели страшный поклёп, помог ему остаться при Хогвартсе, пусть даже в качестве лесничего… Но всё равно… Хагрид порой не со зла, а по своей детской наивности пару раз подвёл своего покровителя. И вот, Хагрид, лесничий, «вроде прислуги», как выразился Драко Малфой, забирает Гарри у его магловских опекунов, хотя это должны делать профессора или же представители Попечительского Совета. Даже если предположить, что в том году было очень много маглорожденных и на всех бы не хватило, а это крайне сомнительно… При том, что Хагрид был с Гарри всего несколько часов, после этого он мог бы ещё нескольким ребятам помочь, времени до первого сентября было предостаточно. Но – опять… Слишком много… И учитывая то, как реагировали волшебники на его появление, вполне можно было бы для столь знаменитого новичка выделить не глупого полувеликана, а целый эскорт. Гарри вспомнил разговоры с Хагридом в тот день, речь лесничего изобиловала междометиями и всхлипываниями. Как Хагрид отвечал на многочисленные вопросы ребёнка – причём больше половины так и остались без ответа, поскольку сам лесничий этого не знал. Ключ от банковской ячейки у него обнаружился среди всяческого мусора – ну кто так обращается с такими важными вещами, особенно, если это не твоё имущество? Сколько раз он бросал своего подшефного одного, чтобы пропустить стаканчик? Зная, что в это время в Косом переулке находится самый опасный – по словам мистера Уизли – Пожиратель смерти, Люциус Малфой. Если бы последний захотел отомстить за гибель своего повелителя, Хагрид раз десять предоставлял ему такую возможность. И теперь, задним числом, Гарри удивился, как великан не забыл отдать ему билет на Хогвартс-экспресс. Ладно, отдать-то отдал, но вот как попасть на платформу – не объяснил. Или думал, что Гарри об этом уже знает? Откуда? Хорошо, встретилось семейство Уизли, подсказали. Кстати, а почему они там оказались? Перси рассказывал, что до поступления в Хогвартс Рона они всегда добирались по Каминной Сети прямо на платформу, им не было необходимости проходить через магический барьер… И миссис Уизли тогда так орала… Ну, она, конечно, громкоголосая дама, но так она после кричала лишь тогда, когда была на кого-то сильно рассержена. Очень сильно. Но что её могло вывести из себя там? Обилие маглов? А на что она рассчитывала на магловском вокзале? Похоже, что эти крики, равно, как и «забывчивость» Хагрида были необходимы, чтобы свести Гарри с семейством Уизли. А для чего это было нужно? Что могло бы измениться, если бы всё было по правилам? Если бы Гарри забирал не Хагрид, мальчик был бы лучше подготовлен к школе – не в смысле принадлежностей, но – элементарных знаний о магическом мире. Наверняка ему бы рассказали, как проводится распределение по факультетам и он бы меньше нервничал. Ему могли бы порекомендовать какую-нибудь дополнительную литературу. Гарри подумал, что, приди за ним профессор Снейп, то он наверняка всю дорогу распинался бы на тему: каким ничтожеством был Джеймс Поттер и что сын наверняка растёт таким же. Наверняка после такого мальчик бросил бы все силы именно на зельеварение, чтобы доказать вредному профессору, что он на что-то способен. Да любой преподаватель объяснил бы новичку, чего ему ожидать! Но – не Хагрид. Восторженный великан только и мог безостановочно твердить, какой великий волшебник и человек профессор Дамблдор и как он, Дамблдор, Хагриду доверяет. Почему Хагрид забрал из Гринготтса философский камень при Гарри? Именно благодаря этому Золотое Трио узнало, что именно прячут в запретном коридоре. Нет – благодаря тому, что Гарри, заглянув к Хагриду на чай, увидел у него на столе, где было напечатано о попытке ограбить ту самую ячейку и в тот самый день, потом случайно увидели Пушка, охранявшего коридор… Нет, в хронологическом порядке: визит в Гринготтс-Пушок-покусанный профессор Снейп-газета, а Хагрид проговорился, что к объекту охраны имеет отношение некий Николас Фламель. Каждый случай по отдельности может быть случайностью, но все вместе? Ну, со Снейпом – возможно. И теперь Гарри был уверен, что увидел бы Пушка, даже если бы Малфой не вызвал его на полуночную дуэль, это просто облегчило кому-то задачу. А уж как защищали-то камень: его хотели спрятать от величайшего Тёмного Мага современности, но трое первокурсников легко справились с этой задачей. Ну, Рону пришлось пожертвовать собой в шахматах, но всё равно.. Почему? И случайно ли Гарри ещё до этого нашёл Зеркало Еиналеж и узнал, что оно из себя представляет? И… Как это Дамблдор ухитрился не заметить Квиррела… вернее, что Квиррелл делит собственную голову с Волдемортом? На втором курсе Хагрид послал Гарри с Роном прямо в лапы кровожадным акромантулам, зная, что Рон боится пауков. Хорошо, одичавший фордик, принадлежавший некогда семейству Уизли, так вовремя пришёл им на помощь! На третьем курсе Хагрида, изгоя, не закончившего и трёх лет магического обучения, не имеющего учёной степени, любителя разных опасных тварей – чего Дамблдор никак не мог не знать, да ещё и не способного связать вместе двух слов, взяли преподавать Уход за Магическими Животными! Чего стоил рекомендованный им кусачий учебник! Животные из программы – шишиги, огнекрабы, лукотрусы – видите ли, скучны и неинтересны, а вот те твари, которые могут покусать-искалечить – такие милашки… Тема первого урока – гиппогриф, сломавший руку Малфою. В учебнике было написано, что работать с такими животными можно только с пятнадцати лет, имея опыт ухода за менее опасными тварями не менее двух лет. Хагрид этого не знал? Не знал основ того предмета, который берётся преподавать? Оборотень в школе. Нет, Ремус Люпин – лучший преподаватель по защите, самый любимый. Для Гарри эта встреча была тем более приятной, что Люпин был одним из лучших друзей его родителей, но… Оборотень. Однажды он забыл принять зелье… А что, если бы это была не единственная его оплошность и он в полнолуние вышел прогуляться по школьным коридорам… Далеко не все ученики строго соблюдают правила и выходят из гостиных, когда это официально запрещено, в том числе и сам Гарри… Нет, он желает Лунатику всего самого лучшего, но преподавать ему лучше не надо. Четвёртый год… Здесь с Хагридом проблем не было. Ну, показал драконов, правда, не только ему одному… Хагрид стал его первым другом в магическом мире. Но вот на роль человека, вводящего новичка в магический мир, он никак не подходил – как и для преподавания. Добрый, но недалёкий. Уизли. Гарри всё больше сомневался, что эта встреча на вокзале была случайной. Нет, нет и нет. Зачем так резко менять привычки – и именно в тот год? Кому и зачем это могло понадобиться? Что это изменило? Рон, как и Хагрид, ругал Слизерин. Там, мол, учатся исключительно Тёмные маги, чистокровные снобы. Но ведь это не так! Мораг МагДугал, слизеринка, была полукровкой. Воландеморт – тоже, он воспитывался в магловском приюте. Да, то, что из него выросло… Но Мораг – Гарри иногда замечал её на совместных занятиях, хотя ни разу они не разговаривали, была очень тихой, скромной, отзывчивой, имела друзей на всех факультетах и вела шефство над младшекурсниками, нуждающимися в этом. Сёстры Гринграсс также были очень славными, хотя и слизеринками. Пожалуй, подумал Гарри, под определение «растущий Тёмный Маг и чистокровный сноб» подходят только: Драко Малфой и Панси Паркинсон с его курса, и несколько старшекурсников. Крэбб и Гойл – два придурка, которые слепо выполняют все приказы Хорька. А вот с Блейзом Забини и Теодором Ноттом ему, наверное, было бы интересно хоть раз пообщаться, тем более, что изначально они сами шли на контакт, но Рон не допустил сближения Мальчика-который-выжил с представителями змеиного факультета. Интересно, почему всё таки Шляпа пыталась запихнуть его именно в Слизерин? Да, она высказала тогда несколько аргументов, но – все ли? Мальчик вспомнил, что голос артефакта доносился до него как-то тихо, не очень внятно, как сквозь вату. Тогда он думал, что матерчатый предмет иначе просто не может, но пела она лучше, да и однокурсники жаловались, что Шляпа чересчур громкоголоса. И впоследствии, на втором курсе, говорила более внятно… Почему? Но при своём распределении Гарри не захотел в Слизерин – из-за сноба-Малфоя и Хагрида с Роном, в результате попал на факультет, где некогда «учился сам Дамблдор». Может, для этого и понадобилась пресловутая встреча. Сменяющие друг друга преподаватели Защиты, один лучше другого. Трусливый заика, самовлюблённый идиот, оборотень и полубезумный мракоборец, который в конечном итоге оказался Пожирателем Смерти… Интересно, в самом ли деле он был обязан принимать участие в Турнире? Надо узнать у… хотя бы у лорда Глайда, можно ли расторгнуть подобный «контракт» и чем это может быть чревато. Голова болела. Гарри решил, что закончить анализ прошлого сможет, когда выйдет отсюда. - Гарри! – раздался рядом с ним чей-то знакомый голос. Повернув голову, мальчик увидел тётю Петунию и Дадли. – Как ты себя чувствуешь? - Не знаю… Голова болит… - Это обычное явление при вхождении в Наследие. Дадли тоже чувствует себя… похоже, хотя в его случае это происходит не столь резко и ТАКОЕ ему не грозит. Видя непонимание и испуг в глазах племянника, женщина протянула ему зеркало. Гарри увидел, что, хотя никогда не отличался ни плотным телосложением, ни загаром, его лицо ещё больше вытянулось и побледнело, уши вытянулись и заострились, а, когда мальчик открыл рот, то увидел удлинившиеся клыки! - Я… Я… - Вампир. Но не только. У тебя двойная природа, но вторую мы никак не можем определить. Есть два варианта… Но есть факторы, которые говорят против каждого из них - И что теперь будет?! Я… Я… - Ты будешь официально принят в два клана – вампирский и… второй, когда он будет определен. Тебе назначат наставников, которые будут помогать тебе освоиться с новой природой и стать полноценным членом их сообществ. Кроме того, хотя, будучи единственным представителем двух родов, имеющим право на титул, и то, что ты – лорд, поскольку тебе не известны вековые законы и традиции, ты становишься вассалом одного из представителей Советов Лордов. Кроме этого, у тебя будут cвои эсквайры… Но эти тонкости тебе объяснит твой лорд, мне они не известны. Так Гарри узнал, что, пока он лежал без сознания, было проведено ещё одно заседание Совета… Совета Лордов, на котором опека Дамблдора была признана недействительной с самого начала. Предлагалось сделать Гарри эсквайром одного из Лордов, но в конечном итоге постановили, что мальчик примет свой титул, но у него будет официальный покровитель, который позаботится о том, чтобы Лорд Поттер-Рингдейл получил должное воспитание, выберет для него нескольких эсквайров. Последние были телохранителями своего господина, выполняли многие его прихоти, но последний должен был оказывать им покровительство и способствовать процветанию родов своих «слуг». Эти «слуги» также принадлежали к знатным родам, но занимали менее значительное место в мире, чем их сюзерен, или же это были сыновья Лордов, которые таким образом учились лордству… Эсквайрство было чрезвычайно почётным, ни один из современных аристократов, даже самые-самые… не избежали этого этапа. Покровителем для Гарри стал лорд Нотт, он должен забрать своего подопечного уже на следующий день и остаток каникул Гарри проведёт в его доме, изучая разные тонкости. Причём… это распространялось только на Гарри, но не на Дурслей… которые стали Эвансами, поскольку дядя Вернон – по определению не мог дать свою фамилию отпрыску рода, имеющего аристократические корни, пусть даже имеющего много предков-сквибов. - Но… ведь вы тоже волшебница из рода, имеющего аристократические корни! Почему вы не можете… - Я – пария. То есть, я могу жить среди волшебников, но – не колдовать, на меня не распространяются никакие привилегии, я всё равно, что сквиб. Дадли – нет, он полноценный член общества и он эсквайр. Согласно последней воле нашего предка, лордом ему не быть, это твой удел. Поздравлять не буду, не думаю, что тебе понравится такое положение дел… Ладно, мы сейчас уйдём, а завтра придём снова. - Вот, нас попросили проследить, чтобы ты это выпил, - сказал вдруг Дадли, протягивая кузену стакан с чем-то кроваво-красным. – А если у тебя… ну… Можешь укусить меня. - Зачем?! - Ты вампир и тебе нужно пить кровь. Мне объяснили, это совершенно не страшно и не опасно, если только ты сам не захочешь убить. Для убийства ты должен предварительно произнести специальную формулу и укусить в строго определённое место. Меня не удастся убить даже в этом случае, так как мы родственники и я предлагаю свою кровь добровольно. Ну… Кусать Гарри не хотелось, его замутило при одной только мысли о такой возможности. Это было ужасно. Но тётя и кузен объяснили, что без этого ну никак не обойтись и теперь мальчику оставалось надеяться, что его вторая ипостась не связана ни с чем подобным. Затаив дыхание, он одним глотком осушил стакан. - Это кровь какого-то животного, твой вампирский банкир, который дал мне это, сказал, что едва ли ты сможешь сразу принять… иную, - сказал Дадли. – Ладно, до завтра. Через какое-то время Гарри опять понял, что не один. Открыв глаза и повернув голову, он увидел… Сириуса. Крёстный сидел рядом с ним, разглядывая стакан, из которого недавно мальчик пил. На Сириусе был хороший костюм и мантия, явно шитая на заказ. Только бледность и выражение глаз выдавали в нём узника Азкабана. - Тебе не опасно здесь находиться? - Меня оправдали, полностью. Поймали Хвоста, тот под веритасерумом… - Понятно, - обрадовался Гарри. – Я так рад за тебя! Сириус… Интересно, а не был ли и он частью чьей-то хитроумной комбинации? Почему он попал в Азкабан?.. Ретроспектива Занятие по трансфигурации, посвящённое магическим зеркалам преображения - Существуют специальные зеркала, которые отображают анимагическую форму человека, - говорила профессор МакГонагалл, остановившись рядом с Симусом. – Для магла, сквиба и тех, кто в силу тех или иных причин не способен на анимагические преображения, это будет обычное стекло – не зеркало, а оконное стекло. - То есть, им могут пользоваться исключительно анимаги? – спросил Финниган. - Те, кто на это способен, а также метаморфы, но они видят себя-изначальных. Метаморф с самого рождения меняет свою внешность, сначала даже не осознавая этого, а потом старательно и осознанно подгоняя свою внешность под своё понимание идеала. До семилетнего возраста удерживать личину возможно только несколько минут, после чего метаморф принимает первоначальный вид. В школе подобные преображения чаще всего блокируются, до пятого курса. Но… Каждый второй метаморф уже к двадцатому году жизни забывает, каким был изначально, и напомнить об этом может только анимагическое зеркало. - Вы говорите, - подняла руку Гермиона, - при анимагическом преображении обнажается сущность анимага, его характер. - Правильно. - Но ведь характер может измениться. Как это отображается на анимагических способностях? - Анимагия основывается на тех свойствах характера, которые человек пронесёт через всю свою жизнь неизменными, что является постоянной и самой сильной его чертой. Но вернёмся к Зеркалу. Анимагических зеркал очень мало, на территории Англии всего три, одно из них – достояние Министерства Магии. Перед судом преступников проводят перед Зеркалом. Если преступление связано, к примеру, с предательством, а Зеркало покажет благородное животное – орла, сокола, собаку, льва, тигра – то с подозреваемого снимаются все обвинения только на этом основании, такие люди не способны предать никого, никогда и ни при каких обстоятельствах. Конец ретроспективы - Почему тебя осудили?! – вырвалось у Гарри. В ответ на удивлённый взгляд крёстного, мальчик пересказал ему лекцию МакГонагалл. - Да, есть такое, - криво усмехнулся Сириус. – Но меня не судили, я же рассказывал вам об этом, когда мы встретились в пещере… Гарри, что здесь было? Почему от твоего лекарства буквально разит кровью? Почему ты заболел? Что, к Мордреду, вообще творится? Дамблдор сказал нам, что… - Извини, я не уверен, что хочу это слышать. - Гарри! - Подожди. Я… Я принял Наследие или же вступил в него, не знаю, как правильно назвать… - Оно что, тёмное? - Для тебя это важно? - Да нет, в принципе, - поразмыслив, рассмеялся Сириус. – Если ты не станешь кусать всех подряд, то это, наверное, будет даже забавно. Кем ты стал? - Как мне сказали, что-то среднее между вампиром и не-пойми-кем. Как теперь быть – не знаю, тётя говорит, что мне всё расскажут и объяснят… Ты знал, что мама не была маглорожденной?.. Ясно, - у Сириуса было такое лицо, что крестник понял: у Бродяги самый настоящий шок. – Послушай, мне нужно выговориться, срочно. Ты можешь дать Магическую клятву, что никому и ни при каких обстоятельствах не откроешь того, что я скажу без моего согласия? Даже Дамблдору? - Ты что, не веришь Альбусу?! - Я хотел бы… Если ты докажешь, что он здесь ни при чём, я буду только благодарен, но… Судя по всему, у Гарри был такой вид, что Сириус сдался и дал требуемую клятву, хотя и дал понять, что ему это совсем не нравится. После этого на палату были наложены чары, которые не допустили бы подслушивания, после чего мальчика прорвало и он обрушил на крёстного всё, что накопилось у него в голове. А под конец… - А почему моим родителям понадобился Хранитель Тайны? Только не говори, что за ними охотились и Заклинание Доверия было необходимо, чтобы их спасти. Зачем понадобилось третье лицо, Сириус? - В смысле? Для обряда нужны двое – тот, кто доверяет, и тот, кому доверяют. - Сириус, ЭТО я понимаю. Я понимаю, почему ты отказался от роли Хранителя. Я понимаю, почему им не стал Лунатик. Но – почему папа не стал Хранителем? Ну, если даже он не мог, если это была его тайна, её могла хранить мама! Меня все убеждают, что они очень любили друг друга – любили, но не доверяли? - Альбус сказал, что это невозможно, Джеймс хотел заключить обряд на Лили, но Дамблдор сказал, что, поскольку они прячутся вместе… - Гарри посмотрел на крёстного и ему показалось, что мужчина говорит одно, но думает что-то совсем другое, он сам не хочет во что-то верить и сам себя в чём-то убеждает. - Опять Дамблдор! Сириус, попробуй поискать литературу по этому обряду. Только сам, больше никого не привлекай и не рассказывай об этих поисках, я уверен, что даже в твоей библиотеке должна найтись книга, где рассказывается о Заклинании Доверия, если её не выбросили. - Хммм, мне это совершенно не нравится, но я попробую. Ты не будешь возражать, если я поговорю об этом с твоими родственниками? - Тётей и Дадли? Не думаю, что они станут откровенничать с Дамблдором, валяй. Можно – с лордами Глайдом и Броули, но – только с ними, а ещё лучше – если вы встретитесь и обсудите всё впятером. - Ты не хочешь провести остаток каникул у меня? – Сириус кивнул каким-то своим мыслям и решил сменить тему. – Обещаю, тебя там никто не побеспокоит, а то, говоря откровенно, то, о чём ты мне тут наговорил, мне совершенно не нравится и я признаю, что твои сомнения… имеют какую-то почву, хотя, возможно, всему найдётся самое простое объяснение. - А… Сириус… Кто такие Принсы? - Принсы? Ты, верно, и не узнал старину Снейпа? Он… только не говори, что я это тебе сказал, а то он обоих отравит… Видишь ли, он по материнской линии происходит из аристократического рода, не такого древнего и благородного, чем твой или мой, но всё же.. Его мать по каким-то загадочным причинам была вынуждена выйти замуж за магла – Тобайеса Снейпа. Что это были за причины – не знаю, Принсы никогда особо не любили маглов. Да, согласно закону, периодически кровь приходится обновлять, но только по мужской линии и не было никаких внешних причин для подобного мезальянса. Как и чувств между родителями Нюниуса, его жизнь была похожа на ад. Когда я узнал все обстоятельства… совершенно случайно, чуть со стыда не сгорел за детские издёвки. Да, он ещё та штучка, но мы пытаемся найти общий язык. - Понятно. То есть, не совсем понятно, но я в последнее время мало что понимаю вообще, а потому – загадкой больше или меньше, велика разница. Но я всё же надеюсь, что не он будет моим лордом. С меня достаточно, что Воландеморту теперь станет известно… - Ему ничего не станет известно, успокойся. - Но как же… - Ты всё узнаешь, но позже. Пока.. Думаю, тебе лучше не встречаться со своими друзьями и Дамблдором, пока полностью не поправишься. Мы примем для этого свои меры... Но если что – пожалуйся, что Гермиона и Уизли – слишком шумные. - А Дамблдор? - Не думаю, что он сможет зайти, так как в ближайшее время будет очень занят – вводится много новых предметов и ему придётся искать кучу преподавателей, да ещё и другие меры предпринимать, чтобы остаться на своём посту, так что времени у него будет очень мало. И, повторяю, мы примем свои меры. Мы – сторонники политики возвращения Магическому миру его былой славы и величия, восстановления вековых традиций, которые самым беспардонным образом попираются в последние сто лет. Но об этом после твоего выздоровления.