Пока без названия

О том, что Рональд Уизли, несостоявшийся староста Гриффиндора – стал виновником драки и практически убил свою сестру, сбросив её с лестницы, быстро разлетелась по школе. Сам он при этом виноватым себя не считал, обвинял во всём Гарри и указывал на то, что он, Рон, тоже упал, а перед этим всего-навсего хотел встать подальше от «ублюдка», которого и защищают-то исключительно его урод-родственник и прислужники. На это ему указали, что сам Рональд не получил никаких увечий, Гарри спасло исключительно своевременное преобразование, а у Джинни множественные переломы позвоночника и травма черепа. Правда, Дамблдор пытался защитить рыжего, указывая на то, что свидетели могут донести не совсем верную информацию. - Я уверен, мальчика нарочно вывели из себя. В этом году Гарри, к нашему величайшему прискорбию, попал в плохую компанию, отдалился от своих настоящих друзей, перестал слушать взрослых, желающих мальчику исключительно добра. Он и перед школой ругался с мистером Уизли. А теперь – потребовал для себя отдельные апартаменты – где это видано? Слава совсем ударила ему в голову… Поэтому я и был против того… - Кого вы считаете «плохой компанией», профессор? Молодых людей, принадлежащих к одному кругу с лордом Поттер-Рингдейл? Что это за панибратство, надеюсь, у вас хватает ума не обращаться к самому лорду Поттеру просто по имени? - Гарри… - Лорд Поттер-Рингдейл! - …ученик моей школы! – повысил голос Дамблдор. – И я не стану ещё больше развивать ту спесь, которую столь старательно культивирует в мальчике Совет Лордов! Гарри не имеет права на титул, поскольку ни его отец, ни дед лордами не являлись, а Лорд Чарльз Поттер-Рингдейл даже в молодые годы славился своим сумасбродством и на ближайшем заседании Международного Совета это завещание будет лишено законной силы! - Что крайне сомнительно, учитывая, что лишить нынешнего Лорда Поттер-Рингдейл наследства возможно исключительно в пользу его ближайшего кровного родственника, а таковые нам не известны. Родственники по материнской линии не имеют прав на наследие Поттер-Рингдейл – только Эванс-Доун, но и миссис Петунья Эванс, и мистер Дадли Эванс-Доун совершенно официальльно отреклись от малейших притязаний на титул. Вы упираете на «дурную» компанию – мы так не считаем. Предатели крови и магии – самая неподходящая компания для любой семьи – вы должны были заметить, что с Уизли, кроме лорда Поттер-Рингдейл до сих пор тесно общались почти исключительно маглорожденные ученики, даже одноклассники – Финниган, Лонгботтом, Томас, Браун и Патил – исключительно по мере необходимости. Даже маглорожденные были бы лучшей компанией для благородного Лорда. Мальчик перестал вам верить? Неудивительно, учитывая вашу политику по отношению к нему. О каком «добре» для Лорда Поттер-Рингдейл вы говорите? О том, что наследник древнейшего благородного рода воспитывался как последний плебей? Вам ещё повезло, что за хищения в особо крупном размере вас вообще не отправили в тюрьму и даже не сняли с должности. - Это… - Дамблдор хотел ответить, но ему не дали. - Вы называете «дурной» компанией Забини, Ноттов, МакМиллана, Голдштайна? - Нотты – древний Тёмный род! То, что Лорд Нотт не был уличён в пособничестве Воландеморту, означает лишь то, что он оказался более ловким, чем другие, но одна только родовая лицензия на Империус чего стоит! - Доказательства? Даже великие маги не имеют права выдвигать столь серьёзные обвинения, не располагая никакими доказательствами. Относительно Империуса – вы в курсе, что с его помощью было спасено множество жизней? Или – вам известен хотя бы один случай – доказанный! – когда Нотты использовали Империус во вред кому бы то ни было? – лорд Тэмерли осип и был вынужден передать слово коллегам. - Тут рассматривается совсем другое дело, господа, - напомнил лорд Огден. – Объект нашего расследования – мистер Рональд Уизли, обвиняемый в нанесении другому лицу тяжких телесных травм по неосторожности. И вот здесь мы имеем доказательства того, как виновный оскорблял последними словами своих однокурсников и – имейте ввиду – дуэль между Уизли и эсквайрами Лорда Поттер-Рингдейл будет санкционирована, если молодые люди снизойдут до этого. - Но… - Мистер Уизли, по причине несовершеннолетия, вплоть до судебного заседания может оставаться в школе. Но мы отстраняем его от занятий, всех школьных постов и лишаем волшебной палочки – он получит её лишь для дуэли, если таковая состоится. - Позвольте… - Если вы потворствуете подобным столкновениям, будете, как минимум, сняты с должности. - А как же Поттер-Рингдейл?! Он так и останется безнаказанным?! Мистер Уизли – жертва, поскольку был спровоцирован действиями… - Мы располагаем другой информацией. Лорд Поттер-Рингдейл – лицо, на которое была направлена агрессия мистера Уизли, девочка пострадала случайно. По школе разгуливали целые табуны авроров, которые не только отлавливали в коридорах отдельных учеников и преподавателей, устраивая им перекрёстный допрос с пристрастием и чуть только не веритасерумом, но и врывались с той же целью в аудитории, кабинеты, а после того, как один полк ворвался в гостиную Рейвенкло, всех пребывавших там учеников пришлось освобождать от занятий на целый день и отправлять в больничное крыло. В итоге Кингсли Бруствер, который руководил расследованием, был вызван на ковёр к министерским наблюдателям, причём в данном разборе полётов самое деятельное участие принимали: мадам Пинс, чьи владения также пострадали от нашествия другой группы блюстителей магического порядка, мадам Помфри, которая извела на несчастных рейвенкловцев весь запас антиикотных снадобий и даже успела поругаться со Снейпом из-за того, что лекарства не подействовали. Кроме того, обычно тихий и незаметный профессор Флитвик, декан пострадавшего факультета, наверное, самый неконфликтный преподаватель, так орал на Бруствера, что тот после этого долго недоумевал, как ему удалось избежать дуэли с грозным полугномом-полугоблином. Так или иначе, всё, что Кингсли выслушал сам, он обрушил на своих подчинённых – всю компанию, не делая скидок на степень виноватости, и ещё добавил от себя. Последней жертвой стал несчастный Северус Снейп, чьи антистрессовые и антиикотные зелья, помимо мадам Помфри, заявилась дегустировать ещё дюжина здоровых мужиков в министерских мантиях. Гарри также был допрошен – целых три раза. Когда его остановили в четвёртый, мальчик предложил им свои воспоминания о происшествии – мол, хоть десять раз можете любоваться, а то достали уже. Поскольку от занятий освободили всех, кто имел отношение к трагедии, а в СергоЛа Гарри третий день не вызывали, он проводил много времени в Больничном крыле, в палате Джинни. Правда, когда в Хогвартс примчались мистер и миссис Уизли, ему пришлось это делать в виде крылана, благо, после первого превращения он стал это делать, даже не задумываясь, но пролететь мог всего пару метров, скорее, это был даже не полёт, а планирование. Он устраивался под самым пологом, так, чтобы его не заметили, и оттуда смотрел на бескровное лицо рыжей девочки на подушке. Её удалось разогнуть, не причиняя дополнительного вреда, остановили кровотечение… Но это было всё, что можно было сделать… И транспортировать было нельзя, а на месте… Вызванная комиссия из Сен-Мунго нашла, что магический фон Хогвартся препятствует заживлению подобных травм. - Ей осталось жить всего несколько дней, скорее всего, девочка даже не придёт в себя. - А почему ей не дать костерост? Зелье новейшей модификации… разве оно не может помочь? - Сломан не только позвоночник, но и рёбра. Два из них впритык к сердцу и лёгким, изменить это невозможно, - развёл руками седой целитель. - Что же делать? - Ничего. Надеяться на силы организма самой девочки. Но даже если она выживет – неизвестно, как – на всю жизнь останется инвалидом. Вот будь она вампиршей или ликантропом… Их способности к ренегации уникальны. - Но ведь иногда они помогают в подобных случаях, - заметила мадам Помфри. - Но не в этом. Для этого нужно согласие пациента или его ближайших родственников, но родители категорически против. У меня после разговора с ними возникло впечатление, что если мы воспользуемся помощью тёмных, они убьют сначала дочь, а потом и нас. Гарри и сам был недоволен тем, что видел, когда в палате появлялись супруги Уизли. Они даже просили мадам Помфри дать Джинни умереть – чтобы девочка не мучилась, у них даже была заготовлена официальная бумага – как только успели? Более того, мистер Уизли предлагал целительнице предоставить это ему, если она в силу каких-то причин не решается это сделать. Мадам Помфри тогда связалась с кем-то и выхлопотала разрешение оставить Джинни в живых до конца расследования – родители были этим крайне недовольны, но после этого целительница наложила на палату специальные чары, которые не позволили бы здесь колдовать никому, кроме неё. - Интересно, а если бы ты сама могла дать разрешение, это помогло бы? – пробормотал маленький зверёк, разместившийся на пологе кровати. – Хотя… ты же несовершеннолетняя… Вот ведь придурки! Внезапно, как бы отвечая на призыв Гарри, девочка открыла глаза. Они казались белыми, черты лица исказила судорога боли, губы чуть дрогнули. На мгновение в глазах вспыхнул огонёк. Надежды. - Ты – вампир? – наверное, если бы Гарри был в человеческом облике, он не смог бы услышать. – Я хочу жить…. Помоги… - и глаза закрылись опять. Раздались чьи-то шаги и через минуту появилась декан Гриффиндора. МакГонагалл также часто заходила сюда. Но в этот раз женщина смотрела не на свою умирающую ученицу, а куда-то в пространство. - Если бы здесь был носферату, - прошелестела она одними губами, ни к кому не обращаясь, - ему было бы не нужно никакое разрешение. Носферату никому не подотчётен, разве только Чёрному Совету и то лишь в совершенно исключительных случаях. И всего-то нужно несколько глотков крови из вены… - профессор оцарапала ногтями шею девочки, - плюс несколько капель своей отдать жертве… Но некому этого сделать… - она махнула рукой и удалилась. Гарри свалился со своего насеста. В буквальном смысле и прямо на Джинни. К счастью, он при этом не преобразовался, иначе несчастной пришёл бы конец. Прямо перед глазами Мальчика-который-пребывал-в-тельце-крылатого-зверька пульсировала тоненькая голубая жилка, из царапины, оставленной МакГонагалл, столь любезно пришедшей на выручку ученикам, сочилась кровь, чей запах сводил юного вампира с ума – он вспомнил, что в последний раз пил свиную кровь после Распределения, а уж о человеческой только речь заводилась. - Прости меня, Джинни, - вздохнул он. – Не знаю, как ты к этому отнесёшься, но я не могу позволить тебе уйти. Надеюсь, это не будет больно. То ли это было больно, то ли в силу совпадения – именно в этот момент девочка пришла в себя. Гарри этого не видел, но почувствовал, как жилка уходит, а тело под ним чуть напряглось, но опять расслабилось. - … не беспокойтесь, Молли, - в коридоре раздались шаги и голос Дамблдора. Так не вовремя! – девочке это не грозит. Артур, возьми себя в руки! - Эта бумага… Джинни не спасти, зачем её ещё мучить? Я боюсь, если им не указ даже официальный пергамент за подписью министра, они могут пойти ещё дальше и заразить девчонку даже без разрешения… - И этим добьются лишь того, что она всё равно будет истреблена, вместе со всеми причастными к преступлению – по приказу Чёрного Совета. Для того, чтобы заразить инородца, вампиры и ликантропы обязаны иметь специальное разрешение, а чтобы его выправить, нужно, как минимум, три месяца. Джиневра и без нашей помощи столько не проживёт. - Но мы были бы спокойны… - Успокойтесь, ей осталось жить всего несколько минут и никто никогда не узнает, что случилось. Гарри сначала хотел переждать, пока маги не уйдут, но теперь отбросил все сомнения и набрал полный рот солоноватой жидкости. При этом в голове юного вампира вспыхнуло воспоминание, что он всегда любил солёненькое и всегда добавлял в свою еду чуть больше соли, чем это действительно было необходимо – может, именно из-за наследия? Он оторвался от ранки, когда почувствовал, что пульс слабеет. Теперь следовало напоить девочку своей кровью – но в виде мыши, пусть даже и летучей, это было затруднительно, поэтому он рискнул и преобразовался. Джинни была в сознании и её глаза расширились, когда Поттер зубами вскрыл вену на собственном запястье и приложил ранку к её губам. - Ты должна выпить, хотя бы чуть-чуть. Не бойся, я спасаю тебя… - Сей… Что вы творите, Поттер?! – полог откинулся и появились супруги Уизли в сопровождении директора. - Спасибо, что вспомнили хотя бы часть моей фамилии, - ответил Гарри, отнимая у пациентки руку и ловя её взгляд. Ему показалось, что в глазах девочки появился слабый огонёк. Интересно, что конкретно у него получится – вурдалак или вампир? – И я только что спас Джинни. Вы, безусловно, можете наябедничать на меня Совету, но при этом имейте ввиду: мне нет нужды просить чьего-то согласия или разрешения, к тому же, обращение Джинни было дополнительно санкционировано. - Немедленно уничтожь её, подонок! – Гарри подумал, что, наверное, на Рона наложили очень хорошие чары, поскольку у него и у мистера Уизли, когда они начинали вопить, голоса были идентичны. Или различия в ауре может означать не только разность статуса?... В любом случае, реагировать он не стал, тем более, что как раз в это мгновение Джинни издала душераздирающий крик, на который примчались мадам Помфри, один из приглашённых целителей Сен-Мунго и профессор МакГонагалл. Последняя, бросив взгляд на извивающееся на кровати тело девочки, перевела его на Гарри и улыбнулась, показывая, что он всё понял и сделал правильно. - Невероятно! – целитель Питерс дождался, когда пациентка потеряет сознание, выбившись из сил и наложил диагностические чары. – Я неоднократно встречал описание в справочниках, но никогда даже не надеялся, что увижу воочию. Рад, что вы всё же одумались и согласились Артур. Жизнь вашей дочери вне опасности, обморок вызван сильной энергопотерей, но к вечеру мисс Уизли будет здорова. Ей будет необходимо усиленное питание, в которое нужно включать либо кусочки свежего сырого мяса, либо кровь. Благодарю вас, лорд Поттер-Рингдейл. - Эти твари должны быть уничтожены! – опять заверещал мистер Уизли, попеременно тыча пальцем то в Джинни, то в Гарри. – Немедленно уничтожьте обоих! - Мистер Уизли не передумал, - пояснил носферату потрясённым целителям. – Джинни на минуту пришла в себя и просила спасти её. - Кроме того, я, как декан факультета, на котором учится пострадавшая, также имею право решать данный вопрос и я тоже просила лорда Поттер-Рингдейл спасти мисс Уизли. - Ты… Ты хоть понимаешь, что натворила, Минерва?! – лицо директора побагровело. Гарри подумал, что, если Дамблдор и дальше будет таким образом реагировать на происходящее, инсульт в качестве рождественского подарка ему обеспечен. - Существует закон, Альбус. Мне известно о том, что в инициировании мисс Уизли заинтересованы несколько кланов – и не только вампирских. Но так получилось, что инициировать девочку следовало в кратчайшие сроки. Я знала, что ни Артур, ни Молли никогда не дадут согласия, да и запрос официального согласия Совета занял бы слишком много времени. - Вы хотите сказать, что разрешения не было? Я имею ввиду… Вы ведь не глава клана, насколько нам известно! – нахмурился целитель. - Лорд Поттер-Рингдейл не нуждается ни в чьём разрешении. Согласие самой мисс Уизли необходимо лишь для того, чтобы она стала вампиром, а не вурдалаком, а так… - Вы хотите сказать… - глава комиссии поперхнулся и воззрился на Гарри, тот только дёрнул плечом, мол, что в этом такого? – В таком случае, милорд, не могли бы вы уделить нам какое-то время? - Возможно, только не сейчас, - Гарри вдруг ощутил сильную усталость и пошатнулся. – Обращение, действительно, чрезвычайно энергозатратная работа, тем более, для начинающего, а я перед этим давно не спал и ничего не ел больше суток. - Безусловно, милорд! Только не забудьте, мы будем с нетерпением ждать возможности поговорить с вами!