РАВНОВЕСИЕ

Отец Михаил сидел в трапезной и размышлял. Бывший судмедэксперт-алкоголик, по прозвищу Михалыч, стал совершенно другим человеком. Время проведённое в монастыре ещё больше укрепило его в желании посвятить всю свою оставшуюся жизнь служению Богу. Его сослуживцы, в особенности друг детства следователь Сергеич, так и не смогли понять его решения. Для них жизнь продолжала течь в мирской суете, но он уже не мог так жить. Вчера разговаривал по телефону с Сергеичем, так он такую околесицу нёс, и про молодых монашек, и про грешные пристрастия священнослужителей. Стоп! Сергеич упомянул какую то молодую монашку, укутанную в чёрный балахон, которая, якобы по его просьбе, пришла за старинной иконой с двумя створками из храма. Тот триптих из разбившейся машины похитителей икон, уже давно без надобности занимал место в сейфе следователя Сергеича и он с радостью отдал его "монашке" по назначению. Внезапный звук разбившегося горшка отвлёк отца Михаила от его мыслей. Ответственная за послушание по уборке храма и на кухне, служительница Тамара, причитала над разбитым цветочным горшком. - Ой, боженьки, боженьки! Такой красивый горшок разбила, неуклюжая корова! Новую Церковь отстроили, а подоконники как были узкими, так и остались! - бормотала в пол голоса Тамара. - Ты мне лучше скажи, Тамара, чего ты везде сама управляешься? Есть ли у тебя помощницы молодые? - спросил расстроенную служительницу Отец Михаил. - Да откуда же ей быть, вот уж годков 15, и при покойном Батюшке Данииле, до пожара, тут одна управляюсь. - ответила Тамара. - А слыхала ли что-нибудь об иконе заморской с двумя створками, которая в этом храме хранились? - снова спросил Батюшка. - Как же не слыхала? Слыхала, только не хранилась она здесь! Её колдун Архипий перед пожаром принёс. - перекрестившись ответила служительница. - Вот оно как! А кто такой этот Архипий? Расскажи мне о нём. - не прекращал расспросы Отец Михаил. - Лекарь местный, отшельником жил, поговаривают, с нечистым дело имел. - опять закрестилась Тамара. - Батюшка наш бывший, Царство ему небесное, из рода священников был. Всю его семью перед войной в Сибирь сослали, он тогда мальцом был. Вернулся уже мужиком, да не один, а с сотоварищем по лагерям, Архипием. Отец Даниил заброшенную церковь отремонтировал и службы стал проводить, благо служкой при Батюшке родном был. Уж как только его советские злыдни не травили... - А Архипий? - прервал Тамару священник. - Архипий в лес ушёл, там землянку себе соорудил, а попозднее домик какой-никакой. Травки разные собирал, коренья и людей лечил. Уважали его шибко в селе до того случая с Марфой... - Какой такой случай. - опять прервал рассказ Тамары Батюшка. - Тут без чёрта точно не обошлось! Ой! - испуганно уставилась на Отца Михаила Тамара. - Продолжай! - перекрестил её Батюшка. - Ну так вот, Марфа красивой девушкой была, осиротела, когда с родителями на мотоцикле, что б ему неладно было, зимой на речке под лёд не провалилась. Родители утопли, а Марфа чудом вылезла на лёд. Там её Архипий и нашёл. Выхаживал долго от горячки в избушки своей, а потом, к весне, опять в село отпустил. Там дом у неё от родителей пустой стоял. Только нелюдимая какая то стала, испугалась наверное сильно, да и шутка ли, родителей потерять. К лету заметили наши бабы, что на сносях Марфа. В район, к врачам, ехать наотрез отказалась. Так и родила в доме, крови много потеряла, когда её нашли было уже поздно, последние, что сказала: "Архипия покличьте!". - опять закрестилась Тамара. - Так что ж тут странного? Согрешила девка! - Согрешила, да вдвойне! - озиралась Тамара. - Двойню родила, мальчонка умер сразу, а девочка еле дышала. Её Архипий с собой унёс, а потом сообщил, что схоронил "кровинушку" свою. Но не это главное, детишки чернокожими родились. - неожиданно перешла на шёпот Тамара. - Ну так нет тут никакой мистики! - успокоил Батюшка Тамару. - Ежели кто то в роду Марфы или Архипия из Африки был, то даже через несколько поколений могут чёрные дети родиться. Науке этот факт известен! - ни капли не удивился Отец Михаил. - Может оно и так, только те кто у Архипия потом лечился, сушённые стебли и цветы в его доме странные видели. Кто то сказал, что Орхидеи это, только чёрные. И ещё, что если запах этого цветка почуять, то страх вселяется в человека жуткий и бежит он от того места, куда глаза глядят... - Это тоже объяснимо, Тамара! Вещества таки есть или газы, которые у людей панику вызывают, ими ещё милиция бунтарей разгоняет. - опять успокоил Тамару бывший судмедэксперт. - Я в своей жизни только одну непонятную мне вещь встречал, а именно икону эту двустворчатую. Она как здесь оказалась? - Ну икона! - задумалась Тамара! - Как монах этот, оборотень, у нас появился, ворюга проклятый! Ой! - опять испугалась Тамара. Батюшка только рукой махнул, мол продолжай. - Так Отца Даниила удар хватил, уже при смерти лежал, как к нему Архипий пожаловал. Я их разговор случайно слышала. - покраснела Тамара. - Архипий сказал: "Видно и мне на тот свет пора - РАВНОВЕСИЕ! За картину боюсь! Как бы ещё чего не вышло! Оставлю её в Храме, православные иконы не меньшей силой обладают!". А Отец Даниил уже совсем не мог говорить, только хрипел в ответ... - Давай ка, Тамара, навестим мы с тобой этого Архипия! - Так ведь исчез он после этого, уже давно о нём никто не слыхал, избушка пустая стоит, люди говорят. - Всё равно пошли, дорогу покажешь! - в приказном тоне ответил Батюшка. Идти пришлось долго, часа полтора. Всю дорогу молчали. И вот, наконец, заросшая тропинка вывела их к заброшенному домишке. Отец Михаил смело открыл скрипучую дверь и остолбенел. В маленькой комнатке сидела красивая чернокожая девушка и плела венок из чёрных стеблей какого то растения. Рядом, на столе, лежал двухстворчатый триптих со странными картинами: На левой створке была изображена та же чернокожая девушка, держащая на руках чернокожего младенца с длинной пуповиной. Посредине - она же с пожилым мужчиной, который вплетает ей в косу чёрные орхидеи. Справа, эта девушка держала венок из чёрных орхидей, один из стеблей свешивался вниз, напоминая пуповину слева. - Отца моего поминать пришли? - спросила девушка, потерявших дар речи, гостей и не дождавшись ответа продолжила. - Мой батюшка, Архипий, пришёл к вам из другого мира - мира чёрных орхидей! Он совершил там страшное злодеяние, за которое нет в нашем мире прощения всему его роду. Наши Боги метят таких людей "белой кожей" и их изгоняют в другой, смертный мир, навечно. Отец уже потерял надежду, когда появилась на свет я. Он сумел "пронести" с собой семена чёрных орхидей. Это дало мне возможность время от времени попадать в мой родной мир. Цвет моей кожи позволял мне оставаться там незамеченной. Однако, не было никакой уверенности, что проклятие продолжится и моя кожа тоже не станет белой. Я не знаю откуда у отца была "вещая икона", но она предсказала ему несчастную судьбу. Он запретил мне прикасаться к ней, считал, что лучше не знать свою судьбу и жить только лишь мечтой и надеждой на будущее. Перед смертью он отнёс картину в церковь. Но я решила иначе. Я хочу навсегда остаться в моём родном мире чёрных орхидей и прикоснулась к "вещей картине". Девушка засмеялась и надела готовый венок из стеблей себе на голову. Тут же стебли зашевелились и на них стали набухать бутоны, распускаясь в красивые чёрные орхидеи, источая резкий запах. Жуткий ужас и паника овладели Отцом Михаилом и служительницей Тамарой. Они "сломя голову" бросились бежать в лес, подальше от этого страшного места....