Вдохновленные мечтой

Дни в школе протекали довольно обыденно и скучно. Ученики записывали материал, который давали преподаватели, отвечали на занятиях, пытались вникнуть в суть темы по предметам, периодически в классе пролетали перешептывания соседей и хихиканья... В целом, класс был как класс, вроде и старательный, и умный, даже учителя кое-где им гордились, но как и во всех таких классах, было там несколько учеников, которые "отличались" от остальных. Но Пак Чимин в их число не входил. Рука неспеша выводила аккуратные цифры в клетках тетради, которые быстро преобразовывались в решение примера по математике. Пак почти и не задумывался над действиями, которые делал, - мозг уже считал все автоматически и довольно быстро. Пример был простецкий, от силы займет секунд тридцать и то из-за того, что расписывать долго надо. Это все вгоняло в уныние. Сколько подобных задач он успел решить дома, исписав десятки тетрадей. И пока другие одноклассники корпели, тихо выругиваясь и зачеркивая свои старания, парень позволил себе подпереть голову и уйти в свои мысли, в то время как ручка продолжала чиркать по листу. В учебном заведении время будто замедлялось для Пака, все тянулось такой поразительно медленной скоростью, в то время как за окном протекала такая желанная и непостигнутая жизнь. Он и заметить не успел, как ответ уже был записан, а парень продолжал глядеть куда-то в пустоту, чувствуя при этом не меньшую у себя на сердце. - Староста, занесите журнал в учительскую, - раздался голос учителя, и Пак незамедлительно выполнил поручение, покинув класс. Пожалуй, это был единственный приятный бонус - можно уходить во время урока и не быть при этом отчитанным. И сейчас, неспеша шагая по пустым коридорам, Чимин понимал, насколько ему нравятся именно эти моменты. К выпускному классу он все чаще начал задумываться над тем, как устал от постоянных занятий, наставлений, дополнительных... На него, будто многотонный груз, легли какие-то обязанности, от которых он чувствовал, как начинает ломаться. С каждым приходом домой, встречей с матерью и ее стальным голосом он все отчетливее слышал, как кости издают неприятный скрежет, предупреждая, что скоро переломятся. Единственное, на что надеялся Чимин, что они не сделают этого ни в школе, ни в комнате, иначе ему суждено будет погрязнуть среди многочисленных учебников навсегда. А все ради чего? Дети и их родители стремяться сейчас только к одному - поступить в престижный университет. И мечтой Его матери был самый лучший. Да, много лет Чимин ставил перед собой эту цель, но правда ли она была его? Теперь он начал все больше понимать, что ее навязали, и если прислушаться к самому себе, то где-то там, глубоко внутри, чей-то голос будет говорить "ты этого не хочешь". Не хочет поступать на юридический и в будущем быть юристом, который заведомо обрекает себя на состоятельность и уважение, и в то же время загоняет в рамки, которые и сейчас сдвинуты довольно тесно. И только прогулки по пустым коридорам школы дают ему глоток свежего воздуха. Да, он был прилежным учеником, лучшим в классе. Учителя всегда возлагали на него большие надежды, ставили в пример. И Пак должен был соответствовать такому "статусу", которому он, если честно, был совсем не рад. Фальшивые улыбки, дружелюбие... Его знали как милого и доброго парня, улыбка которого согреет любое девичье сердце. Да, Чимин любил улыбаться, вполне возможно он и является этим дружелюбным, отзывчивым парнем, которого все в нем видят, но ему вовсе не доставляло радости быть обходительным с людьми, которые ему безразличны. И которым безразличен он. Друзей как таковых у него и не было. Чимин общался со всеми понемногу, и то пожалуй из-за того, что он был старостой и отличником, который может объяснить непонятную тему. Только с Юнрим у него сложилось в каком-то роде дружеские отношения. Девушка отличалась холодностью и пофигистичностью, этим всех и отпугивала от себя, но с Чимином нашла общий язык, пусть этот язык и не редко был колок. Чимин занес журнал, решил еще парочку примеров, а по окончанию урока отчитался с классным руководителем, подал список отсутствующих... Ему не хватало чего-то в жизни. Чего-то того, что и правда напоминает, нет, кричит о том, что он жив, а не просто существует. И от этого нечто совсем неприятное сковывало грудную клетку, в глазах часто витала грусть. Грусть, которую понять никто из окружающих его не мог. На физкультуре он следил за одноклассниками, пока те сдавали нормативы, играли в футбол... Пожалуй, это стало уже привычкой, выработанной за несколько лет. Чимин сдал прыжки на отлично, но с бегом, на втором круге уже выдохся - его легкие не созданы для подобного. А вот Ким Тэхи снова прибежала первой. Эта девчонка была хороша в физкультуре, и, наблюдая за тем, как она финиширует, парень невольно улыбнулся. Он перестал уже выискивать среди присутствующих фигурку своей подруги, которая могла хоть как-то отвлечь его от нерадостных мыслей, но Юнрим не ходит на физкультуру. Только когда пропуски уже зашкалили за отметку дозволенного и ей необходимо было сдать хоть какой-то норматив, что она делает без какого-либо желания, но не менее хорошо. - Чимин! - окликнул его девичий голос, и к парню тут же подбежали три одноклассницы, сверкая оголенными и стройными ножками даже в такую прохладную погоду. - Ирын подвернул ногу, - жалостливо произнесла одна, и Чимин перевел взгляд на темноволосую девушку, которая держалась за плечи второй подруги и подгибала одну ножку, смущенно поглядывая на него. - Поможешь ей добраться до медпункта? - улыбнулась все та же, и темноволосая еще больше засмущалась, опуская взгляд в землю. - Нам нужно сдать нормативы... - продолжала первая, пытаясь оставить свою подругу один на один с парнем. Пак собирался уже идти играть вместе с остальными, но почему бы и не помочь. И он, сверкнув свойственной ему улыбкой, кивнул. Девушки убежали, а темноволосая скромно положила свою тонкую ручку ему на плечо, заливаясь краской еще больше. Ее поведение выдавало ее, и Чимин прекрасно знал, чем закончится этот поход в медкабинет, который послужил лишь поводом, чтобы признаться в своих чувствах. Ему довольно часто признавались девушки, он пробыл на крыше школы гораздо больше раз, чем все думают, но каждая из них получала мягкий отказ, после чего Чимину приходилось видеть слезы, с которыми девушки убегали. И сегодня не стало исключением. Не успел он покинуть медкабинет, как девушка остановила его и, замявшись, сказала те слова, которые все, почему-то, говорили одинаково, и после его ответа ее голова опустилась еще ниже, скрывая покрасневшее и разочарования личико. Чимин вернулся на стадион, где продолжали развлекаться одноклассники. Он знал, что эта девушка уже не появится сегодня на физкультуре, и весь день ее настроение будет разбито. Как бы жаль ему ее ни было, Пак никак не мог ответить ей взаимностью, и лучше отказать сразу, чем давать ложные надежды. Осенний ветер трепал его серые волосы, выгоняя лишние мысли из головы, громкие голоса одноклассников и их крики перестали быть слышны, и парень глубоко вдохнул, словно пытаясь раствориться в этом моменте, чтобы смотреть на затянутое тучами небо, слушать шелест опадающих листьев... Чтобы хоть на какое-то мгновение быть самим собой. Но раздался смех где-то в стороне и оханье, и Пака вернули на землю, заставляя посмотреть в сторону шума: на стадионном покрытии, растянулась Тэхи. Ладони были стерты, на коленке уже сейчас виднелись алые пятна, белая майка и красные шорты испачкались в пыли, а рядом с ней не могли сдержать смеха три девицы, во главе с Пэк Лурин, которая, взмахнув светлыми, накрученными локонами, пошла играть в вышибалы, оставив брюнетку на земле. Бежавшие до этого вместе с Тэхи несколько человек, с ошеломлением пялились на упавшую, пока та с трудом поднималась на ноги, но и слово не смогли сказать той, которая поставила подножку и теперь с веселой улыбкой кидала мяч на другом поле. Уже через секунду все вернулось в свое русло, а Чимин наблюдал с трибунов, как Ким прихрамывает в сторону раздевалки.

***

Чимин вернулся домой только к вечеру, тут же столкнувшись на кухне с отцом, который не оторвался от чтения газеты даже для того, чтобы поздороваться, и с матерью, которая готовила ужин, что было в их семье большой редкостью, ведь мать просвещала почти всю себя работе. - Почему так поздно? - поинтересовалась она, выкладывая со сковородки морепродукты в общую тарелку на столе. - Много задали, занимался в библиотеке сегодня, - соврал Чимин, садясь за стол и накладывая себе зеленый салат. Мать поглядела на него поверх очков, но парень сделал вид, будто не заметил этого, прекрасно зная, что она всегда подвергает его слова сомнениям. То ли в силу профессии, то ли из-за характера. Но Чимин не собирался говорить, что провел все время после школы в кафе, хоть там он тоже заминался только учебой: наличие каких-либо развлечений за занятиями ни коем образом не связывалось у его матери в общем понятии. - Хорошо, надеюсь, твои оценки покажут, насколько были усердны твои старания, - не смогла не напомнить об этом женщина. Она поставила сковородку на плиту и сняла фартук, занимая место за столом рядом с сыном. - А они ведь усердны? - повела бровью, отчего кусок пищи встал в горле подростка. Чимин кивнул, и только после этого женщина будто успокоилась, начав накладывать еду в тарелку мужа. - Ты должен быть лучшим в классе, и твои оценки должны быть самыми высокими, если ты хочешь хоть чего-то добиться в жизни. Вот закончишь университет, станешь юристом, а дальше сможешь делать что хочешь. Сейчас не время расслабляться... Желание ужинать отпало моментально, это происходило каждый раз, когда Чимин садился с родителями за один стол. Но за столько лет он уже научился не показывать своих чувств. Женщина покосилась на своего мужа, который, отложил наконец кусок бумаги и подключился к разговору, точнее начал совершено новый, ведь до этого совсем не слушал. - Сегодня опять завалили бумажной работой, - выдохнул он. - Видела дело Чжана? Оно затянется еще на несколько месяцев... - Вот, милый, - демонстративно протянула мать, обращаясь к Чимину. - Чтобы ты не мучился с подобными бумажками, как твой отец, и не смотрел со стороны, как работают настоящие люди, ты должен иметь собственную фирму. Понятно? И тогда твоя мама будет довольна, - никакого тепла не отразилось в ее голосе, и женщина принялась за еду, больше не возвращаясь к этой теме, отец же обменялся с сыном многозначительным взглядом и подмигнул, мягко улыбнувшись, это было словно объятие, которое так редко можно было ощутить, и на какое-то время подростку стало легче. Но всего на время. По окончанию ужина он вернулся в свою комнату, где его ждал стол, по бокам заваленный стопками учебников. В углу горела лампа, и больше ничего не выделялось: большая кровать, шкафы, на полках которых редко можно было увидеть хоть какой-то беспорядок, мягкий ковер - все было скрыто в темноте. Отодвинутый стул, как Пак и оставил его со вчерашней ночи, закрытая тетрадка, в которой где-то лежала ручка... Пусть окна в комнате были большими и открыть их ничто не мешало, это была тюрьма, решетки которой сомкнулись вокруг стола с одинокой лампой желтого света. Но как бы Чимин ни заставлял себя сегодня заниматься, он не смог открыть книгу. Полчаса он просидел, пялясь на название, а когда стрелки часов перебежали за двенадцать и везде за дверью погас свет, раздались последние тихие шаги матери, которые скрылись в спальне, потянулся к нижней полки тумбочки и достал коробку, запрятанную далеко за складом тетрадей и карандашей. Заветный ящик, секрет или мечта, сбыться которой не суждено, но которую Пак бережно и трепетно оберегал. Вырезки из журналов, газет, брошюры из академии искусств, статьи о победе на музыкальных конкурсах, карточки групп... В комнате его не было ничего: ни плакатов, ни музыкальных дисков, ни каких-либо вещей, которые должны быть у подростка в комнате, которые "захламляют" его комнату и в то же время являются неотъемлемой частью неугомонной юношеской души. Но в этой коробке было все, весь его мир, тот крохотный и желанный, который давал новые силы. И, пересмотрев все это в очередной раз, Чимин не выдержал: вытянул карандаш, включил компьютер, быстро ввел в поисковик, надел наушники, и в который раз принялся пересматривать выступления студентов академии искусств, слушать их пение, смотреть, как какие-то неизвестные ему парни выкладывают каверы на музыкальные группы, как они играют на гитаре, как делятся опытом... Он запоминал, подмечал, вслушивался в каждую ноту... Чимин мечтал об этом. Он хотел петь. За последние годы он пересмотрел невероятное множество онлайн уроков, и гитара вызывала у него неописуемый восторг, хотелось чувствовать натянутые струны под пальцами, слышать ноты, писать свои песни... Среди многочисленный тетрадей по математике, корейскому, английскому были хорошо спрятаны те, где вместо слов и цифр вырисовывались изящные ноты, сыграть которые еще не представилось возможности.

***

Чимин проснулся от голоса матери и тут же подскочил на месте, осматривая заваленный стол. С кухни доносился грохот посуды и еле уловимый запах кофе, который отец любил пить перед работой. На часах 7:01, и Чимин с ужасом осознал, что умудрился уснуть посреди ночи за столом, но между тем легкая улыбка появляется на его губах, и парень заметно расслабился: он провел почти всю ночь за любимым делом, и вымотала его вовсе не математика, а музыка, и теперь недостаток сна был абсолютно не важен. Однако шаги матери заставили его очнуться, и он одним движением смел со стола все бумажки, пряча их в тумбочку. Наушники запутались на шее, и он еле успел стянуть их, прежде чем дверь распахнулась и на пороге появилась мать, недовольно оглядывая сына, которого она, по видимому, звала уже ни один раз. - Ты чего копошишься? Опоздать в школу хочешь? - вскинула она бровь, и оглядела Чимина. - Что с твоей одеждой? Ты не спал? - удивилась она. - Я... уснул за занятиями, - при этой фразе Пак улыбнулся, небрежно почесав затылок. - Так увлекся английским, что и время не заметил. Я уже бегу. Завтракать не буду, - кинул он, пролетая мимо матери сразу в ванну, перед этим захватив сменную одежду. - Я тебе с собой положу! - услышал он в догонку. - Ты должен хорошо питаться!... - но из-за шума воды Чимин уже не слышал ее, а только улыбался, глядя в отражение зеркала, пока чистил зубы. В голове звучала приятная мелодия, которую хотелось петь во весь голос, надрывая связки, и парень не удержался от постукивания ногой в такт. - Я ушел! - крикнул он, уже обувая ботинки в коридоре, и, не дождавшись ответа родителей, скрылся за дверью. До начала уроков оставался почти час, и хоть до школы добираться было не так далеко, Чимин никогда не выходил из дома позже этого времени и, как староста, всегда приходил первым. Пожалуй, реши он припоздниться хоть раз, мать выперла бы его за порог тут же. Она не была суровой женщиной, скорее сдержанной, обязательной и требовательной, ее характер, в силу профессии, был преимуществом, но все же Чимин был не преступником, а сыном, и ее холодность и непоколебимость была ему чужда, казалось, она видит в нем только объект будущей выгоды, и ничего более. От подобных мыслей настроение парня поубавилось, а когда пришла смс с напоминанием о сегодняшнем тесте, о котором мама переживала куда больше, чем сам Пак, оно и вовсе упало куда-то в землю и там и потерялось. Счастливые минуты утра прошли, и Чимин вновь оказался в неприятной реальности, от которой тошнота подбиралась к горлу. Но от подобного ощущения его отвлекла знакомая фигура, лениво передвигающаяся впереди, парень усмехнулся и поспешил догнать сонную Юнрим, которая не сразу заметила одноклассника, будучи еще во власти Морфея. - Странно тебя видеть в такое время, - проговорил Чимин, а девушка вздрогнула, тут же ошарашенно покосившись на светловолосого. - Вот ты вроде и отличник, а мозгов совсем нет, - буркнула брюнетка, оглядев парня недовольно, - нельзя так людей пугать. Не знаешь, что рефлекторно они и врезать могут? - повела она бровью. - Но не врезала ведь, - улыбнулся Чимин и тут же получил нехилый удар в плечо. - Ау... Какая-то заторможенная у тебя реакция, - посмеялся он, щурясь от неприятного чувства, силушки у этой девчонки хоть отбавляй. - Хочешь еще раз получить? - поинтересовалась брюнетка, а тот только по-доброму усмехнулся, отнекиваясь. - Почему тебя вчера на занятиях не было? Они шли вместе вдоль парка, сразу за которым стояла их школа, и на выложенных камнем дорожках еще почти никого не было, только изредка встречались ранние прохожие, спешащие на работу. Чимин и Юнрим жили не так далеко друг от друга, но пересекались крайне редко. Видеть девушку в такую рань было непривычно, и уж точно необычно, но ее сонное состояние говорило о том, что Юнрим и сама не в восторге от того, чтобы плестись в такое время в учебное заведение. - Желания не было, - просто ответила Сон, пожав плечами, и проткнула соломинкой упаковку бананового молока, которое они купили в магазинчике по пути. Подобный ответ ничуть не удивил Чимина, в этом была вся Юнрим: не хочет - не делает. В какой-о степени Пак даже завидовал ей. По его мнению, Юнрим имела некую свободу над собственными действиями и решениями, пусть он и знал, что в семье у нее не так все гладко. Интересно, что было бы, если бы он решил прогулять день школы? От представления победного парень поморщился. - Хочешь? - предложила Юнрим, протягивая упаковку молока, и тот недоверчиво покосился на него, однако не успел отказаться, как девушка всунула напиток ему в руки. - Пей давай, это вкусно. - Сам знаю, - буркнул Чим и сделал приличный глоток, однако слаще от него ему не стало. - Что у вас с Тэхеном происходит? - решил спросить он, когда Юнрим предложила немного посидеть на лавке в парке, прежде чем идти в школу. Она не любила это место, и в какой-то степени Пак мог понять ее, поэтому не отказался пропустить время в ее компании. Однако от его вопроса девушка нахмурилась. - Дурдом какой-то, - выдохнула она. - Этот мальчишка всегда был таким упертым? - спросила Юнрим раздраженно, отчего Чимин удивленно вскинул брови. - Вы начали общаться? - Хм, еще чего, - фыркнула Сон. - Просто... пару дней назад произошла одна случайность. Оказалось, теперь у нас есть общие знакомые, не исключено, что мы будем видеться и вне школы. - Тебя это не устраивает? - спокойно спросил Чимин, наслаждаясь пасмурным утром. - Хмм... - Юнрим откинулась на спинку скамейки. - Не знаю, не задумывалась на этот счет. Просто... странное чувство у меня, - Чимин коротко глянул на подругу, замечая ее отрешенность. - Тэхен оказался вовсе не таким, каким все его представляли, понимаешь? - посмотрела девушка на Пака. - Это так странно, вот видишь человека каждый день, у тебя складывается о нем определенное впечатление, но когда узнаешь лучше, оказывается, что он вовсе не такой, каким ты всегда считал... Так со всеми?... - Так он все же не дурачок? - посмеялся Чимин, и Юнрим не сдержала усмешки. Пак умел поднять настроение, но все же сейчас было не шуток. - Как думаешь, скрытность - это человеческая сущность? - задала она вопрос. - Вполне вероятно, - ответил Чимин и слабо улыбнулся, словно подобный разговор его совсем не затронул, но на самом деле слова Сон заставили его задуматься, он ведь тоже хранит секреты, и об этих секретах ему страшно признаться даже самому себе. - Думаю, мы хотим, чтобы нас поняли, но мы сами себя отгораживаем от этого. Так... что, у тебя появились новые знакомые? - спросил он, переводя тему, которая явно затянула девушку с головой. Юнрим покосилась на парня и не сдержала смешка. - Как мамочка спросил. Или это ревность? - слукавила она, отчего Чимин засмеялся. - Да нет, - выдохнутся Сон, вспоминая ту встречу в доме парня с фиолетовыми волосами и всех тех, кто там оказался. - Скорее, очередное отвлечение от скуки, - пожала она плечами. - Кстати, один из них устраивает сегодня вечеринку. Пошли со мной, не хочу идти одна. - Так вы уже спелись? - Не то что бы... - А что тогда? - не унимался парень. - Просто не спрашивай, - отмахнулась Юнрим. - Разве ты там будешь не с теми, кто от скуки тебя развлекать будет? - усмехнулся Пак. - Да и... - Я буду ждать твоего ответа до вечера, - перебила его девушка, поднимаясь с лавки. - Знаю, что ты тот еще зубрилка, но разве есть интерес все время учиться? - Ты сама бы хоть раз попробовала, а? - крикнул ей в след парень, отчего Юнрим хихикнула. - Пробовала, мне не понравилось, - подмигнула она и припустила ходу. - Догоняй давай! - Что ты в будущем-то делать собираешься?! Засранка, - усмехнулся Чимин, когда не получил никакого ответа, и закинул рюкзак за спину.

***

Тест по английскому был написан, Чимин сдал работу и коротко глянул на Сон, которая уже давно созданием была не тут - сидела за партой, скрестив руки на груди, а листок с заданиями давно уже лежал на учительском столе, из-за чего несколько недовольных взглядов одноклассниц тут же устремились на нее. Пак не сомневался, что оценка за этот тест у нее будет даже не "хорошо", а куда ниже, хотя Чимин прекрасно знал, что английский девушка знает прекрасно. Но что творится в умах других людей, никому узнать невозможно, парень уже давно перестал заморачиваться по этому поводу, а о чем думает Юнрим понять вообще нереально. Уроки закончились, и парень поспешил быстрее собраться. Сегодня он не намеревался идти ни в библиотеку, ни в кафе, он вообще не собирался сегодня заниматься уроками, а хотел посвятить как можно больше времени музыкальному магазину, где продавец, в силу своей доброй души, частенько позволял ему играть на гитаре, если тот поможет ему с продажами. Милый и добродушный старичок стал ему уже родным за короткое время, и без его теплой улыбки и горячего чая с мармеладом в перерывах Чим уже не мог представить посещение этого магазинчика. Но когда Пак выходил из школы, его окликнул голос сзади, и через мгновение рядом оказалась Юнрим, отыгравшись на парне за его утреннюю выходку. - Я не испугался, - проинформировал ее он, обреченно глянув на подругу, попытка которой провалилась. - Ничего, у меня еще будет шанс, - коротко улыбнулась она. - Так что, ты решил на счет сегодняшнего вечера? Должен ты хоть раз повеселиться, прежде чем мы... - Прежде чем мы, что? - лукаво протянул парень. - Хочешь сказать, ты бросишь меня после того, как мы выпустимся? - надул губки Чим, и Юнрим застопорилась, вглядываясь в это выражение лица, а потом засмеялась. - Нет конечно! Как я могу бросить такого пончика? - но в голосе ее отразилась нотка грусти, которую Пак не сумел заметить, пытаясь высвободить свою шею из крепкой хватки брюнетки. Но не успели они и нескольких шагов сделать за воротами школы, как их проказы прервал чей-то голос, и рука девушки соскользнула с шеи Чимина, позволяя ему выпрямиться, и взгляд натолкнулся на парня напротив. Светлые, с едва заметным, розовым оттенком волосы, выразительные черты лица, пухлые и соблазнительные губы, которые блестели на пробившемся сквозь тучи солнце, большие, почти черные глаза и длинные ресницы - Чимин рассмотрел почти все за секунду, но эта единственная секунда растянулась будто в часы, за которые Пак не смог оторвать взгляда от этого парня. Бежевая, свободная кофта висела на его широких плечах, идеально подчеркивая фигуру, синие джинсы, сквозь огромные дырки которых можно было без проблем разглядеть подкаченные бедра и голень, не могли не приковывать внимания, особенно проходивших мимо девушек, которые тут же тихо хихикали и покрывались легким румянцем. Но парня их восхищенные взгляды будто и не волновали вовсе. Он обратился к Юнрим, но Чимин совсем не слышал их разговора, впав в неожиданный ступор. - ...Это Чимин, мой одноклассник, - представила его Юнрим, и парень перевел взгляд на Пака, столкнувшись с его глазами. - Очень приятно, Сокджин, - протянул светловолосый руку, расплываясь в улыбке, и от этой улыбки сердце в груди издало глухой стук. - О... да, Чимин, - опомнился юноша, протягивая руку в ответ, небрежно улыбнувшись. Парень сомкнул крепкие пальцы, и Пак почувствовал, как его бросило в жар. - Можно просто Джин, - добавил тот, устремив изменившейся вдруг взгляд в Чима, от которого по спине младшего прошлись мурашки, и Пак поспешил высвободить руку из слишком жаркого рукопожатия. Казалось, он сейчас стоял возле жерла вулкана, готового вот-вот взорваться, и от подобных ощущений мысли спутались, не в силах дать разумные объяснения резкой перемене собственного самочувствия. Может, Чимин заболел и у него температура поднялась? - Долго еще болтать будете? - послышался еще один голос в стороне, и блондин только сейчас заметил еще одного парня - рыжего, который лениво подпирал собой мотоцикл. - Юнрим, я не твой личный водитель, чтобы забирать каждый раз из школы, у меня и своих дел хватает. - Каких же? С девушками спать? - вскинула бровь брюнетка. - И это тоже, - усмехнулся Хосок в ответ. - Тебе уже должны платить за твои услуги. - Хах, и такое было однажды, - посмеялся Чон, почему-то посчитав подобный случай забавным, но у Юнрим он вызвал лишь обреченный выдох, и она забралась на мотоцикл друга. - Да, ты знаешь где Тэхи? - вспомнил Джин. - Она забыла вещи для плавания, - показал он спортивную сумку, висевшую на плече. - Сказала, что пойдет в библиотеку, книгу отнести, - ответила брюнетка. - Сегодня вечером придете? - спросил Ким. - Джун просил передать, что будет весело. Я, конечно, не берусь утверждать подобное, ведь если дело касается Намджуна, уверенным ни в чем быть нельзя, но все же. - Я да, а эта малая, если поведение хорошим будет, - усмехнулся Хоби, заводя мотор, но получил болючий пинок в бедро от подруги. - Так а ты, Чимин, что решил? - спросила Юнрим, и Пак вздрогнул от звука собственного имени, три пары глаз устремились на него, чего он совсем не ожидал. - Не, не сегодня, - улыбнулся он. - Хорошо вам повеселиться. - Как хочешь, но в следующий раз не отвяжешься от меня, - напоследок произнесла Сон, и Хосок отпустил тормоза, устремив мотоцикл вперед. Чимин и Джин остались вдвоем. Пак уже собирался уходить, но мелодичный голос остановил его: - Не подскажешь, где библиотека? - улыбнулся Ким мило. Что именно он ответил, Чимин уже не помнил, но спустя пару секунд наблюдал за тем, как этот парень скрывается за воротами школы, а вместе с ним уходит и нечто, что будоражило все его тело на протяжении всех этих нескольких минут короткого, ничего не значащего разговора.

***

Чимин завернул на одну из улиц Мёндона, уже предвкушая увидеть золотистую вывеску магазинчика "Музыка в сердце". От представления подобного, улыбка сама появилась на губах, и Чимин выкинул упаковку от рисового пирожка, который успел купить по пути, чтобы не остаться совсем без обеда. Но улыбка слетела с лица, когда вместо привычных туристов и посетителей, из магазинчика вышли люди в синей одежде скорой помощи, а следом за ними вынесли носилки, которые скрывала черная ткань, вместе с телом на них. Пухленькая женщина цеплялась пальцами за врачей, которые не могли успокоить ее, и сказать ничего тоже не могли, молодая девушка плакала рядом, прижимая к носу платок. Прохожие вокруг останавливались и с ужасом перешептывались, наблюдая, как тело погружают в машину, которая припарковалась на узкой дорожке, явно не предназначенной для автомобилей. Кое-кто перекрещивался, кто-то пытался быстрее пройти мимо... Хватало всяких, но Чимин продолжал стоять на углу, не в силах сделать и шага, а когда понял, что двери скорой сейчас закроют, бросился вперед, чтобы ему опровергли его глупые и страшные мысли. Но он понимал, что этого не будет. Скорая уехала прежде, чем он успел подбежать. Та женщина вместе с ними, люди начали расходиться, истерика вокруг поутихла, а Чимин заметался вокруг, стоило машине скрыться из поля зрения. Он не знал, что делать, не знал, что происходит и кого, что спросить. Сердце колотилось неимоверно сильно, и тело бросило в дрожь. Не в ту приятную, которую парень ощущал некоторое время назад, а в страшащую, мелкую и отнюдь не приятную. Магазинчик словно потускнел, моментально утратил свою притягательность, и золотая надпись вдруг перестала светиться. В памяти сами по себе всплыла последняя встреча со стариком, как он по-доброму улыбался своим морщинистым, но приятным лицом, как желал удачи и говорил, что будет ждать мальчишку в следующий раз, что он обязательно угостит его новыми вкусностями, но... похоже, Чимину не суждено больше съесть даже тех самых лимонных долек. Девушка, что стояла около входа и плакала, была его дочерью, успокаиваемая своей подругой, она объяснила, что отец скончался спокойно и мирно, от старости, у себя в зеленом кресле, которое он так любил. И весь день внезапно вылетел у Пака в никуда. Он прошатался по городу несколько часов, не замечая ничего вокруг, просидел на лавке в парке, глядя куда-то в пустоту. Не то что бы он знал этого старичка так долго, всего-то от силы год, но он дал ему столько, сколько не смогла дать даже мать. Тепло, заботу, старик воплощал его мечту, у него в магазинчике, среди многочисленных гитар, музыкальных установок и старинной мебели, Чимин мог поверить, что его мечта осуществима, что она реальна. И это давало ему силы, чтобы сопротивляться остальному миру, за пределами стен этой лавки. А сейчас... Сейчас будто яркий и солнечный мир в его душе разрушили, и он погас так же, как и та самая вывеска. На улице уже стемнело, улицы заполонили студенты, повсюду слышалась музыка, клубы готовились к открытию. Телефон Чимина звонил уже несколько раз, но объясняться с матерью совсем не хотелось. На душе было так пусто, что и ее громкий и грозный голос вряд ли смог бы всколыхнуть сейчас там хоть что-то. Наверняка, на утро Пак придет в себя, но сейчас он по-прежнему был в шоке. Как человек может быть, а потом - нет? В прошлую встречу он и подумать не мог, что следующей уже не будет. - Чимин? Чей-то голос прорвался сквозь гул заполненных улиц. Парень не сразу понял, зовут его или ему показалось, но все же повернул голову, и заметил Сокджина. Ким выходил из магазинчика, в руках у него был небольшой пакетик с соком и каким-то закусками. Теперь поверх светлой кофты была надета черная кожанка, и штаны были сменены на куда более целые, но все же Пак удивился, увидев здесь этого парня. - Ты что здесь делаешь? - спросил Джин, спустившись со ступеньки магазина к школьнику. Парень обвел его обеспокоенным взглядом, замечая отстраненость и некоторую бледность. - У тебя все хорошо? Чимин не мог сейчас смотреть в его лицо, и лишь разглядывал ботинки с каким-то принтом сбоку. Он не нал, зачем и почему это сделал, но на вопрос Кима лишь отрицательно покачал головой. Навернг, ему хотелось утешения. От незнакомца?Однако резкий хлопок по плечу заставил его очнуться, и Пак поднял голову, сталкиваясь удивленным взглядом с улыбкой светловолосого. - Поехали, - проговорил Джин, огибая Чимина. - Что? - не понял парень. - Куда? - но в следующую секунду ему в руки прилетел черный шлем. - Тебе стоит отвлечься, уж очень ты бледный, - улыбнулся Сокджин, запихивая покупки в сиденье черного мотоцикла, что стоял около обочины, и блондин сглотнул, понимая, что предлагает этот парень. Но, к собственному удивлению, долго думать Чимин не стал. Сам натянул шлем, а потом перекинул ногу, садясь позади Кима. Он заметно занервничал, но мягкий голос, приказавший держаться крепче, привел его тело в движение, и руки сомкнулись на поясе Джина.