expected moments: keep ur love locked down

mellowmatix – surf pt.2

      Больше всего на свете Юнги ненавидит возвращаться из клуба домой, особенно, если это случается утром в часов шесть, особенно, если в карманах у него ни копейки (да-да, Намджун, спасибо, что мне пришлось проставляться половине клуба, пошёл нахуй). Юнги бы домой быстрее попасть да спать лечь, чтобы проспать нахуй все пары и потом позвонить в деканат с охрипшим от похмелья голосом сообщить, что он при смерти и берёт отгул за свой счёт, ну и всё прочее, чтобы ему поверили (конечно же, вряд ли кто-то верит, он видел пару преподавателей в клубе, в часа два, кажется, ночи, отличных им пар сегодня, царство небесное и всё такое).       Он останавливается возле какой-то круглосуточной кафешки и хочет кофе, но денег вообще нет и ему хочется заорать что-то из разряда «иди в пизду, Ким Намджун», но его пьяный мозг скорее даст команду на перезагрузку, чем он сможет хотя бы слово сказать.       Несколько секунд полнейшего ступора оборачиваются для него необычным поворотом в виде парнишки, выходящего из этого самого круглосуточного. Он – парнишка – с минуту пялится на полностью заебавшегося Юнги, прикуривающего сигарету:       — Всё в порядке?       Парень выглядит дружелюбно и вообще не внушает какой-то подъебки, правда, сам выглядит не лучше пьяного в жопу Юнги, но по крайней мере от него точно не несёт пивом и кальяном, а теперь ещё и сигаретами. Он просто выглядит уставшим с небольшими синяками под глазами и растрепавшимися волосами — среднестатистический студент, ничего особенного. Улыбка у него правда прикольная такая, широкая и явно искренняя, а с чего бы — без понятия.       — Да, — дежурно отвечает Мин, хотя вернее было бы сказать «выдавливает», шумно выпуская дым.       — А выглядишь хуево, чел.       — Без тебя в курсе, спасибо, — захотелось добавить ещё «пошёл нахуй», но единственный, кого хотелось послать, укатал на такси в свою общагу, в которую его, вероятнее, не пустили, ещё час назад.       Парнишка хмыкает и протягивает руку.       — Чон Хосок.       — Ага, — зажимая меж губ сигарету, Юнги тянет руку новому знакомому для рукопожатия: — Мин Юнги.       — Чел, Юнги, возьми мой кофе, — внезапно после знакомства говорит Хосок и протягивает тому чашку из круглосуточного; пахнет от кофе так себе, Юнги ещё и осведомлен, что по вкусу он как дерьмо. — Мне уже просто больно смотреть на твой вид, я-то переживу.       Юнги якобы понимающе кивает, говорит что-то типа «не стоило, но спасибо».       Юнги вспоминает, почему в принципе не любит отходить от алкоголя, потому что его тянет на глупые разговоры обо всём на свете или на нытьё, то есть он либо жалуется, либо у него идёт бесконечный пиздёж о чём угодно; и именно сейчас ему захотелось распиздеться с Хосоком о тайнах жизни, вселенной и всего такого, но его поток мыслей о нормальном начале разговора прервали:       — Мужик, сорян, — торопливо говорит Хосок и чешет затылок, — удачно добраться домой или куда ты идёшь, но мне типа пора, было приятно познакомиться.       Парниша убегает, оставляя Юнги с кофе и недокуренной сигаретой возле круглосуточного. Он ещё и спасибо не сказал, не то, чтобы его очень это волновало, но это некрасиво, кофе сейчас ему очень пригодился, парень его буквально спас.       А контактами они так и не обменялись, да и нужно было? Разве что для «спасибо».       Мин Юнги такой милый только тогда, когда рисует и иногда рядом с Намджуном, когда тот не тратит всего его деньги в клубешниках и барах. Честно говоря, Юнги вообще ненавидит этот университет и готов хоть сейчас уехать куда-нибудь далеко-далеко, лишь бы не оставаться здесь, но не может – обязательная практика с предоставлением жилья и достаточно неплохой зарплатой очень сильно пригревает его на этом месте. А ещё его пригревает очень привлекательный первокурсник Чон Чонгук — Намджун как-то вырвал из-под его рук скетч с изображением этого студента, забыв о том, что они в кампусе и их взаимоотношения должны быть в определенной строгой форме преподаватель-студент; ты дурак, Джун, девчонки теперь не перестанут шептаться.       Но всё так хорошо, что Юнги уже даже перестал ожидать подвоха, продолжая любоваться всю пару улыбкой Чонгука, щурившегося от яркого солнца, и рисуя его во время перерывов или дома, разливая краски по полу и задыхаясь от яркого чувства, которое он даже не пытается отвергнуть.       Подвох приходит вместе с фразой декана о том, что Юнги придётся на долговременной основе заменять преподавателя литературы, пока они не найдут нового — и всем как-то даже поебать на то, что Юнги не знает программу старших курсов, что у него опыта не хватает и вообще он в принципе не изъявляет желания работать с кем-то старше первокурсников с красивыми улыбками и большими черными глазами.       Тем более, когда вместо красивых улыбчивых первокурсников он видит самодовольное лицо Намджуна где-то на галёрке, а следом споткнувшегося о порог аудитории кого-то непонятного, вихром подлетевшего к преподавательскому столу с фразой: «извините-извините, такого больше не повторит- а ты?..».       Откуда-то сверху слышен смешок Намджуна. Юнги вздыхает и подавляет раздражение, даже не поднимая взгляда с бумаг на пришедшего.       — Начнём с того, что не «ты», а «вы», а закончим тем, что я – ваш новый преподаватель. Сядьте уже э-э… как вас там…       — Я уже назывался.       Юнги снова устало вздыхает и готов хоть сейчас упасть головой на все эти тетради и блокноты, лишь бы вернуться к своим весёлым первокурсникам и красивой улыбке Чон Чонгука. Снова слышится смешок Намджуна – ему обязательно надо будет врезать после пар, больше никакого халявного пива (хотя с этим можно повременить, великий и всеми известный Ким Намджун обещал раздобыть номерок того самого первокурсника). Юнги трёт переносицу, поправляет сползшие очки и с плохо скрываемым раздражением спрашивает:       — Я почему-то не слышал, может, повторите?       Юнги не любит неожиданности следующие за его поднятым от стола взглядом, но, видимо, судьба решила его подъебать окончательно.       — Чон Хосок, — представляется и тут же переходит на шепот: — С вас кофе, кстати.