Нужно присмотреть за ним, так?
29 апреля 2018 г., 13:23
Соня всегда знала, что в полной мере оправдывает свое имя — поспать она любила. Это самое лучшее время в её жизни, ведь тревоги и страхи отступают, и уже не важны проблемы. Во сне не надо думать, бояться, что-то решать. Девушка улыбнулась сквозь дрему и натянула одеяло до самого носа — она уже не спала, но еще не проснулась, это то самое золотое время, когда принимается важнейшее решение, поспать еще пять минуточек или уже подняться. Банши прислушалась к своим ощущениям: в замке все в порядке, никаких изменений или нарушителей, Мэри уже вернулась на кухню, и наверняка, уже приготовила завтрак и теперь раздает указания слугам, все при деле… Неожиданно Соня осознала, что не одна на чердаке — и как она только сразу не заметила этого!
— Зубастик!!!
Позабыв о сне, девушка подскочила на ноги и распахнула глаза. Голова от резкой смены положения закружилась, но спустя пару секунд все нормализовалось, и банши увидела своего друга. Это был уже не Тир, но и не растение, скорее какой-то новое живое существо. Новое, но при этом такое родное и близкое. Тело мальчишки почти не изменилось, лишь приобрело зеленоватый оттенок, да на голове вырос белый с красными прожилками цветок, но вот во взгляде появилось осмысление. Именно это давало понять, что все получилось, как нельзя лучше. На глаза навернулись слезы, а губы растянулись в улыбке.
— С добрым утром, — Зубастику пока что было сложно говорить, он не до конца привык к телу, еще приноравливался к управлению им. Но это долго не продлится, пройдет всего пара дней и он окончательно освоится.
— Привет, малыш, — Соня порывисто прижала друга к груди. Как же хорошо! Он, конечно, ей и растением нравился, но теперь он почти человек, они могут говорить, ходить вместе, да и Мэри больше не сможет ворчать. Как же хорошо!
— Я не малыш, — обиженно произнес симбионт, обнимая девушку в ответ. Жаль, что пока у него нет привычных лиан, но ничего, скоро отрастут и станет намного удобней. Это не первое его тело и не последнее, но уже сейчас можно с уверенностью сказать, что люди имеют неудобную физиологию. Он сделает слабое тело мальчишки лучше! — Между прочим, я вполне взрослая особь.
— Знаю, — банши отстранилась и заглянула в зеленые, как листва глаза. Она, словно пыталась удостовериться в том, что это больше не Тир. Пустые глаза мальчишки пугали её, заставляли чувствовать себя виноватой, хотя на это не было оснований. Не по её вине он родился неполноценным, не она продала его попрошайкам, не она издевалась над телесной оболочкой. — Вот только теперь в замке целых две взрослых особи с неподходящими телами.
— Ну, наш чернокнижник немного повзрослел, — поведал Зубастик. Он был рад снова общаться с Соней, теперь ему не придется безмолвно наблюдать за ней и копить недовольство. Да и вообще, это очень неприятно, когда нет возможности высказаться, даже для такого немногословного существа, как он. В родном мире общаются иначе, там не нужны слова, достаточно мыслей, запаха, движений, с людьми все иначе. Если хочешь быть понятым, учись говорить.
— И на много?
— Ну, теперь ему можно дать пятнадцать, с натяжкой даже шестнадцать. По меркам людей это мало, — чем больше симбионт говорил, тем легче ему давалось это дело. Во всем нужна практика, однажды он уже освоил одного носителя, в этот раз все будет точно так же. — Никогда не понимал этого. Какая разница, как ты выглядишь? Даже в теле младенца Эрик будет силен и опасен. Но у всех свои традиции и правила.
— Нет…. Младенца мне точно не надо, — испугано всхлипнула Соня. — Мой материнский инстинкт не настолько развит. Хотя, Мэри, наверняка, понравится.
— Не факт.
— В любом случае нам это не проверить. Одно радует — Эрик взрослеет физически! Если он будет развиваться такими темпами, то…
— Не будет. Он измотан. Еще один такой всплеск и его тело не выдержит, — с трудом, запинаясь на каждом слове, ответил Зубастик. До чего же непослушное тело! А все от того, что прошлый владелец им практически не пользовался. Слабые мышцы, хрупкие кости, не развитая моторика — с этим придется бороться. — Сам Эрик никогда не сознается и не пожалуется, но ему стоит поостеречься, иначе он не доживет до своего второго совершеннолетия, — симбионт, в силу своих физиологических особенностей, знал, видел и понимал, намного больше, чем думали окружающие.
— Я поняла тебя, — девушка в очередной раз всхлипнула. На этот раз не только из-за уже ставшей привычной физиологии, но и из-за жалости к Эрику. Чернокнижнику её сочувствие не нужны, но Соня ничего не могла с собой поделать. Тяжело видеть, как страдает и мучается тот, кого ты знаешь и ценишь. — Нужно присмотреть за ним, так?
— Да. За ним. За замком. За моими маленькими братьями, — кивнул Зубастик.
— За тобой, — банши потрепала друга по волосам, стараясь при этом не задеть растущий из головы цветок. Мало ли какие у него функции, лучше не уточнять, не знать и не трогать.
— Нет. Я сам за тобой присмотрю, — одновременно с этими словами послышалось громогласное урчание желудка. Синбионт был голоден и теперь ему недостаточно только солнечного света, да мяса принесенного украдкой. Отныне ему нужна полноценная пища, только так он сможет расти, развиваться, окончательно взять под контроль носителя. Это только кажется, что Тир был слабым и безвольным существом. Все не так. Просто мальчишка жил в своем собственном мире, он и сейчас там. Это невероятный магический потенциал, которым можно питаться лет сто, не меньше! Вот только вряд ли Тиру это понравится. Зубастик понимал, что ему придется побороться за тело, а раз так, стоит запастись силами.
— Пошли на кухню, на этот раз Мэри тебя не прогонит. Да и я сама голодна, как волк. Вчера со всеми этими волнениями даже не поужинала.
— Угу, пошли, — кивнул симбионт. — Только тебе придется помочь. Я все еще плохо контролирую ноги.
— Конечно, помогу! Просто обопрись на меня!
