Оперённый

Кагеяма лениво открыл глаза, слегка недовольно оглядывая белый потолок. Половина кровати рядом с ним пустовала, и в каком-то смысле это было странно, ведь кто-кто, а Хината любил поспать, его обычно не добудишься. А сейчас он первым проснулся и смылся куда-то. Тобио еще какое-то время повалялся в теплой кровати, а после поплелся в ванную умываться. Но там уже было занято. — Хината, ты там долго еще? — брюнет постучал в дверь. — А…нет. Можешь войти, если хочешь, — нерешительно отозвался звонкий голос. Кагеяма зашел внутрь и увидел Хинату, сидящего на бортике ванной. Рыжеволосый растерянно смотрел куда-то в стену и слегка подрагивал всем телом. Тобио нахмурился. Да что с ним такое? — Ты чего? — брюнет непонимающе изогнул бровь. — Кагеяма, у меня на спине… Со спиной что-то не так, — Шоё перевел уже больше испуганный, чем растерянный, взгляд на своего парня. — Что не так? Покажи, — потребовал тот. Хината поднялся и, стянув с себя майку, повернулся к Кагеяме спиной. Синие глаза удивленно расширились. На спине мальчишки взбухли две багровые полосы. Выглядело это весьма болезненно. Брюнет осторожно коснулся поврежденного участка ладонью, и Хината тут же дернулся в сторону, уходя от прикосновения. — Больно, — захныкал Шоё, беспомощно глядя на Кагеяму. — Что это такое? — Знаешь, — задумчиво протянул тот. — Это выглядит так, будто у тебя крылья режутся. — Что? Да нет, глупости какие, — натянуто посмеялся Рыжик. *** Никакие это были не глупости. Уже к полудню спину Хинаты словно жгло яростное пламя. Он даже не мог подняться с кровати. Так и лежал на животе, жалобно хныкая. Кагеяма всеми силами пытался хоть чем-то облегчить страдания своего солнышка. Хината послушно позволял пичкать себя обезболивающим, терпел охлаждающую мазь на своей спине, но с каждым часом ему становилось только хуже. Он ничего не ел. Как ни пытался Тобио накормить Шоё, тот ни в какую не соглашался. Но холодную воду пил просто в огромных количествах. Все время брюнет был рядом с ним. А как только отходил на минутку, чтобы принести еще воды или за чем-нибудь другим, как Хината принимался сипло кричать и звать его. Они лежали вдвоем на кровати, и Кагеяма бережно прижимал трясущегося Рыжика к себе, стараясь не касаться болящего участка на его спине. Шоё беззвучно плакал, уткнувшись лицом ему в грудь. А потом вдруг начал задыхаться в слезах. Тобио нежно целовал мягкие влажные щечки, виски и лоб, пытаясь успокоить свое солнышко. И на некоторое время Хината затих. А к вечеру ему стало совсем плохо. Карие глаза утратили свою природную живость и яркость, совсем потускнели. Он уже не слышал ничего, что там говорил ему Кагеяма, лишь тяжело и надрывисто дышал. Он не чувствовал, как брюнет тряс его за плечи, и в какой-то момент Шоё забился в оглушительном крике, а затем так же неожиданно потерял сознание, наконец избавляясь от жгучей ненавистной боли. *** Кагеяма сидел на бортике ванной и задумчиво глядел в потолок. Он не знал, сколько он просидел так, очнулся лишь тогда, когда услышал быстрый глухой топот ног по полу, и буквально через пару секунд в ванную ворвался Хината. — Кагеяма, Кагеяма, смотри! — восторженно улыбаясь, воскликнул Рыжик. — У меня крылья! За спиной Шоё и правда красовались большие черные крылья. — Можно дотронуться? — улыбнулся в ответ Тобио. — Конечно, — охотно согласился Хината. Кагеяма встал рядом с ним и осторожно коснулся одного крыла. Шоё расправил крылья, давая парню возможность полюбоваться ими во всей красе. Брюнет с улыбкой проводил пальцами по гладким жестковатым перьям, трогал мягкий черный пушок с редкими рыжими шерстинками в основании крыльев. А сам Хината наслаждался нежными прикосновениями, ему нравилось так же напрягать мышцы спины и шевелить своими массивными крыльями. — Здорово, — наконец озвучил свои мысли Кагеяма. — Спасибо, — хихикнул Рыжик. — Кстати, а ты чего сидел тут? Тобио как-то устало посмотрел на него и покачал головой. А затем стянул с себя футболку и повернулся. И Хината тихонько вздыхает, видя два знакомых взбухших бугра на широкой спине.