Верни мне меня

      Ночью перед днём Х я долго не могла уснуть. Все прокручивала и прокручивала в голове различные варианты развития событий. Пыталась просчитать как можно больше сценариев. В конечном итоге пришлось даже заставить себя принять сонное зелье, ведь завтра мне будет нужна здоровая голова и холодный расчет.       Омлет, приготовленный на завтрак, пригорел. И, по удивительному стечению обстоятельств, именно сегодня Джордж решил позавтракать вместе со мной.       - Гермиона? Все в порядке?       - Д-да, извини, я задумалась. Я сейчас что-нибудь другое быстренько приготовлю, - я нервно заправила за ухо прядь волос. Подорвалась было к плите, но Джордж удержал меня.       - Просто посиди со мной. - Мягко потянув меня за руку, рыжик усадил меня к себе на колени. - Что с тобой происходит в последнее время? Честно говоря, это не очень похоже на твою вечную погруженность в научные трактаты. Когда ты увлечена исследованиями, ты ведешь себя совсем по-другому. Так в чем же дело? Ты… разлюбила меня? Я понимаю, сам виноват. Совсем перестал обращать на тебя внимание, замкнулся в своём горе. Ты... ты хочешь уйти?       - Что?! Что за бредовые мысли? - От шока и возмущения я подскочила на ноги. - Джордж, ты с ума сошёл?       - Если бредовые, я рад, - любимый устало прикрыл глаза. – Просто я вижу, что с тобой последнее время что-то происходит. И мне это не нравится. Расскажешь, что тебя так мучает?       - На самом деле, все в порядке, просто немного устала. - Чтобы парень не видел моих глаз, пришлось подойти к нему вплотную и обвить его руками, прижимая к себе. Надо же, всех удалось провести, а Джорджа – не получилось. Похоже, где-то в моем вранье про поиск заклинания для родителей бо-ольшие несостыковки. Хотя, по правде сказать, за рыжика я беспокоилась меньше всего, будучи уверенной, что ему все равно сейчас ни до чего нет дела. А вот поди ж ты… Я тяжело вздохнула, взлохмачивая его порядком отросшие рыжие волосы. - Я люблю тебя, родной. Никогда в этом не сомневайся. Я просто пытаюсь… ладно, забудь.       Я прикусила язык. Мерлин, чуть не выболтала все, идиотка! Привыкла никогда ничего от него не скрывать! К счастью, Джордж воспринял мою оговорку как укор в свой адрес. В любой другой момент меня бы это покоробило, и я с жаром принялась бы уверять его, что все в порядке и меня ничуть не напрягает его поведение. Что я все понимаю, и буду рядом несмотря ни на что, каким бы Джордж ни был… Но сейчас мне было на руку то, что он снова замкнулся в себе и прекратил неудобные расспросы.       - Все будет хорошо, родной, - прошептала я, крепко-крепко обнимая парня. На глаза навернулись слезы, пришлось до боли зажмуриться, чтобы не разреветься окончательно и повторить: - Все будет хорошо. Главное, верь мне. И давай я, все же, приготовлю новый завтрак?       - Давай, - со вздохом согласился тот.       Разговор с Джорджем оставил после себя неприятный привкус сомнений. То, что он впервые за эти месяцы обратил внимание на мое состояние, было невероятно. Последнее время ему было совершенно все равно на окружающий мир. А этот наш разговор зародил во мне робкую надежду: под конец его Джордж сказал, что постарается изменить свое нынешнее отношение к жизни. Возможно, даже попробует заглянуть в Нору на ближайший семейный вечер. В этот момент я почти сломалась. Мысль отказаться от задуманной авантюры была сладка как никогда. В голове все вертелось: «а может, не стоит нарушать естественный ход природы? Вдруг что-то пойдет не так, и я достаточно круто изменю историю, что, вернувшись в свое время, не узнаю текущую реальность»?       И я медлила. Тянула с принятым уже по сути решением, как могла, по двадцать раз в час проходя мимо стола в гостиной, где в нижнем ящике, заваленные бумагами, в небольшом черном мешочке лежали и ждали своего часа флакон с зельем и маховик. Благо, Рональд с утра ушел на встречу с заказчиками из одной крупной фирмы, а Джордж как закрылся после завтрака в лаборатории, так вот уже полдня и не показывал носу. И я решила подождать. В конце концов, ничего ведь не изменится, если я отправлюсь в прошлое не сегодня, а завтра? Или, вообще, через месяц? Нужно будет только немного скорректировать подсчеты, чтобы попасть в нужную мне дату. А вдруг, за это время, Джордж придет в себя настолько, что мне и не понадобится реализовывать свой сумасшедший план? Все же, несмотря на вечную уверенность в своих силах, я боялась. И понимала всю степень риска. И как только появилась призрачная возможность наладить жизнь Джорджа и без таких кардинальных мер, я была готова моментально за нее ухватиться, что, собственно, почти и сделала, но…       Все решил случай. Как обычно, приготовив ужин, я спустилась в лабораторию, позвать Джорджа. Он редко соглашался посидеть со мной, перебиваясь перекусами на ходу, а то и вовсе пренебрегая своим питанием, но после утреннего разговора я надеялась, что сегодня Джордж изменит образовавшейся привычке. Не став предупреждать о своем визите стуком, я тихонько отворила дверь и вошла в полутемное помещение. Странно, что в рабочей зоне так темно. На какое-то мгновение мне показалось, что Джорджа здесь нет, и я уже развернулась было на выход, как услышала сдавленный хриплый шепот:       - Что мне делать, Фредди? Я так устал и запутался… Без тебя все валится из рук. Даже знакомые до зубовного скрежета зелья – и те не получаются. Пока удается как-то держаться на плаву, но что будет дальше, я не представляю. Рон очень помогает. Представляешь, наш несмышленыш Ронни теперь знает и умеет больше меня. И в приготовлении наших шуток, и в бизнесе… Кто бы мог подумать, а? – Джордж невесело усмехнулся. – А я рассыпаюсь, брат. Каждое утро пытаюсь взять себя в руки, но единственное, что получается – это с головой погрузиться в работу, повторяя одни и те же действия снова и снова, не обращая внимания на неудачи. Возвращаюсь в постель глубокой ночью, закидываясь зельем сна без сновидений, чтобы не видеть твое мертвое лицо во сне. Но и оно уже не помогает, только делает зависимым. Алтернатива же – алкоголь. Иногда спасает, но ненадолго. Чтобы потерять связь с реальностью, нужно глушить его литрами, а этого я себе позволить не могу. Ведь у меня магазин. Наше с тобой детище, брат. А еще Гермиона. Я теряю ее, Фред, понимаешь? Я чувствую это. Никогда мы еще не были так далеко друг от друга, находясь при этом на расстоянии вытянутой руки. Даже когда она училась на первых курсах и была в статусе «всего лишь подружка младшего брата». Ты ведь знаешь, как я ее любил. Мерлин, что я говорю… Я и сейчас люблю ее, ты не подумай. Она – единственное, что держит меня на плаву в этом сумасшедшем мире, где нет тебя. Но я разучился показывать ей эту любовь. Разучился ее выражать. Мы сосуществуем рядом, словно соседи, просто знакомые люди, и у меня абсолютно нет душевных сил что-то менять. Хоть я ей и обещал. Знаешь, она стала скрывать от меня то, что происходит в ее жизни. Ты помнишь, чтобы такое было хоть раз с тех пор, как мы начали общаться? А теперь… она говорит, что дело вовсе не в том, что все для нас закончилось, ссылается на усталость и отсутствие результатов с возвращением памяти родителям, но я чувствую, что она лжет. И мне страшно. Страшно потерять последнее, что держит меня в этом мире. Хотя, с другой стороны, может, стоит действительно отпустить ее, а? Как думаешь? А потом загнать себя работой или огневиски и наконец-то сдохнуть. Даже, если мы с тобой не встретимся по ту сторону, там хотя бы будет покой… Можно было бы сотворить с собой и что-то более радикальное, но… я, как оказалось, трус, братишка. Я ведь пробовал через месяц после твоих похорон, помнишь? Но духу не хватило.       Не сдержавшись, я изумленно ахнула. Получилось негромко, но Джордж услышал.       - Гермиона? – он начал вставать с пола, где сидел все это время, прислонившись к стене. – Ты…       - Там… ужин… я хотела… - запинаясь пробормотала я, глотая рвущиеся наружу рыдания. Не выдержав, я развернулась и убежала в спальню.       - Гермиона!       Влетев в комнату, я без сил упала на кровать, разрыдавшись. Как же так? Как я упустила в нем такие мысли?! Ну почему, почему моих сил не хватает, чтобы помочь ему?       - Гермиона, - постель мягко спружинила под его весом. Рука коснулась моего плеча. – Милая, послушай…       - Что я делаю не так, Джордж? Почему у меня не получается вытащить тебя? – Сотрясаясь от рыданий спросила я.       - Милая, успокойся, прошу тебя, - парень попытался меня обнять, но я вырвалась и вскочила с постели.       - Я успокоюсь. Конечно, я успокоюсь. Вот сейчас решу нашу проблему и успокоюсь, - лихорадочно бормотала я, отступая к выходу из спальни. Больше не было раздумий и рефлексии, я твердо знала, что должна сделать.       - Гермиона? Что…       - Я все исправлю, Джордж. Все будет хорошо, - пообещала я и, повернувшись, наконец, к нему спиной, вылетела из комнаты.       Кабинет, мне нужно попасть в кабинет. Главное, успеть сделать все до того, как Джордж придет в себя, иначе он может помешать. Захлопнув за собой дверь, я бегом кинулась к столу. Какое счастье, что именно здесь я оставила свою волшебную палочку перед тем, как спуститься в лабораторию! В противном случае, боюсь, мне могло бы не хватить времени. Рецептура зелья довольно мудреная – пить его необходимо за две-три минуты до использования маховика, не раньше, чтобы начался процесс его всасывания в кровь, но при этом не позже пятой минуты – иначе весь эффект пропадет. Поэтому, первым делом схватить со стола волшебную палочку, затем нырнуть в нижний ящик стола, доставая мешочек с зельем и маховиком. Развязать, откупорить и выпить. Отлично, полдела сделано. Теперь медленно досчитать до шестидесяти, и можно начинать крутить маховик. Если верить, моим расчетам (а без веры в них все становится бессмысленным), для того, чтобы попасть в вечер второго мая, мне необходимо сделать сто восемьдесят три оборота. Что ж, приступим.       Кое-как выровняв дыхание и успокоив дрожь в руках, я принялась отсчитывать: раз, два, три…       - Гермиона! – Прогремел где-то наверху голос Джорджа. – Где ты?!       Не отвлекаться, главное – не отвлекаться, я все успею. Тридцать один, тридцать два… - Герм, отзовись, черт возьми!       … Пятьдесят девять, шестьдесят…       - Рон! Рон, ты не видел Гермиону? – В голосе Джорджа отчетливо слышны нотки паники. – Она выходила из магазина?!       - Нет, - приглушенно слышится голос друга. – Что у вас там случилось?       Сто семнадцать, сто восемнадцать…       - Ты в лаборатории был? А в кабинете?..       Сто сорок три, сто сорок четыре…       - Точно, кабинет! – Восклицает Джордж и пальцы мои чуть дрогнули, но, каким-то чудом не сбились. Спокойно, Гермиона, ты все успеешь.       Сто шестьдесят пять, сто…       - Гермиона!!- В крике Джорджа, влетевшего в кабинет, одновременно и паника и облегчение.       Черт, рано! Сто семьдесят два…       - Герм, милая, как ты меня напугала, - восклицает он и осекается, заметив на столе пустой флакон из-под зелья. – Что это?       А у меня никакой возможности ответить, иначе собьюсь. Но и смысла уже нет, потому что – сто семьдесят девять…       А дальше все идет наперекосяк, потому что Джордж подлетает ко мне, хватает за плечи и хорошенько встряхивает. Все, что я успеваю, это вырваться из его рук, чтобы хроноворот не посчитал парня довеском ко мне и не прихватил с собой в прошлое. Но при этом не успеваю уследить за самим хроноворотом. А он все вращается, и вращается, и вращается…