Верни мне меня

      — Джинни, об этом не может быть и речи, — устало ответила я на очередной виток просьб подруги.       — Но почему, Гермиона?! Я всего лишь хочу, чтобы ты расслабилась! — Упрямо воскликнула та. — Я бы и Джорджа позвала, но он-то явно откажется.       — Так почему ты решила, что соглашусь я?       — Гермиона, нельзя же вечно сидеть в четырех стенах! Вы хороните себя заживо! Если бы вы хоть иногда выбирались на улицу…       — Мы выходим на улицу, Джинни, — прервала я поток ее возмущенных нотаций. — Не далее как вчера Джордж был на встрече с поставщиком ингредиентов. А я позавчера была во «Флориш и Блоттс».       — Я имела в виду гулять, Гермиона, — с нажимом поправила меня подруга. — Вы еще не забыли, что означает это слово?       — Ты же знаешь, что Джорджа не вытащить, — вздохнула я.       — Так в чем проблема? Если братец не хочет наконец-то нормально отдохнуть, почему от этого должна отказываться ты? — Джинни продолжала напирать, а у меня, как назло, заканчивались аргументы.       — Действительно, Гермиона, — раздался за спиной голос неожиданно вошедшего в гостиную Джорджа, — я ведь не заставляю тебя ходить за мной, как на привязи. Сходи, развейся.       — Но… — я беспомощно оглянулась на парня. Мне совсем не хотелось оставлять его одного — за последние три месяца такого практически и не было.       — Перестань, Гермиона, — едва заметно поморщился он. — Не произойдет ничего страшного, если ты и в самом деле сходишь на эту встречу.       В конечном итоге я сдалась. И теперь, машинально крутя в руках стакан со сливочным пивом, сидела напротив Невилла в «Дырявом котле». Компания собралась не так чтобы большая, всего-то Невилл с Полумной, Джинни, Симус, Дин… и Лаванда Браун. Последняя весьма огорчилась тому, что Рон оказался завален работой и не смог выбраться к нам. Судя по так и не наладившемуся до конца вечера настроению, шла она сюда именно для встречи с ним. Что ж, надо будет передать Рональду пламенный привет. Может быть, у них что и сложится…       — Ребята, а помните, как на третьем курсе в один из походов в Хогсмид, мы с Дином затарились в «Зонко» исчезающими шляпами, а потом неделю пугали первокурсников, доводя бедняг до заикания?       — О, да, было очень смешно, — покачала головой я, вспомнив, как и сама испугалась, наткнувшись на безголового Томаса. — Хорошо еще, что вас тогда не поймал Перси. Он бы точно снял кучу баллов с факультета и отправил на отработку.       — Да, уж, — почесал затылок Симус, — вот то ли дело, когда старостами стали вы! Ни тебе наказаний, ни штрафных баллов…       — Погодите, а вас было за что наказывать? — Вскинулась я, и, заметив тщательно скрываемые усмешки на лицах всех собравшихся, возмущенно воскликнула: — Рон!       — Гермиона, ну не злись, — со смешком попеняла мне Джинни. — И не убивай братца, когда увидишь. Это же было весело!       — Да, а потом Фред и Джордж усовершенствовали эти шляпы… — подхватил было Дин, но быстро осекся, заметив остекленевшие глаза Джинни и нахмурившуюся меня. — Простите…       — Ничего Дин, — медленно откликнулась подруга, — все в порядке.       Примерно через час, отговорившись срочными делами, я позорно сбежала домой. И стыдно мне не было ни капельки. Мне совсем не хотелось сидеть там и дальше и продолжать этот импровизированный «вечер воспоминаний», выдавливая из себя подобие счастливых улыбок. Нет, Лаванда и Симус смеялись вполне искренне, порой заражая своим позитивом и Дина. Но я видела, как тяжело давались улыбки остальным. Видела, как иногда чуть заметно морщится Гарри, когда думает, что этого никто не замечает, видела пустой, отрешенный взгляд Джинни, который появился у нее после неосторожного упоминания имени брата. Поэтому, быстренько со всеми распрощавшись и скрепя сердце дав обещание не пропадать надолго, я отправилась к нашему магазину.       — Джордж? Я вернулась!       На первом этаже было темно. Рон, наверное, уже ушел в Нору — обычно он редко задерживается после закрытия магазина. Верити тоже предпочитает уходить вовремя. А вот Джордж еще вполне может быть и в лаборатории.       Однако в подвале магазинчика я его не обнаружила. Поднявшись, на второй этаж, я легонько толкнула дверь в квартиру. Здесь царила все та же темнота, что и внизу, а тишину, казалось можно потрогать руками.       — Люмос.       — Нокс, — практически моментально отозвался знакомый голос. — Не зажигай свет, Гермиона.       — Почему? — Насторожено спросила я, на ощупь продвигаясь на звук его голоса. Судя по всему, парень обосновался где-то у камина. — Почему ты сидишь в темноте, Джордж?       — Свет режет глаза, — ровным, нейтральным голосом ответил тот.       Я принюхалась.       — Мне кажется, или я чувствую запах…       — Огневиски, да, — я, наконец, нахожу его в темноте, едва не споткнувшись о вытянутые ноги. Джордж ловит меня и аккуратно устраивает у себя на коленях. — Осторожней, милая.       — По какому поводу алкоголь? — Нахмурившись, спросила я, касаясь его руки, в которой едва различимо поблескивал стакан.       — А повод у меня уже давно один, — невесело хмыкнул он. — Разве не знаешь?       — Но…       — Что «но», Гермиона? Три месяца, понимаешь? Завтра будет ровно три месяца, а легче так и не стало. Я стараюсь, я, правда, стараюсь жить нормально, но у меня не получается. Я устал от того, что мне снятся кошмары, устал вздрагивать каждый раз, когда прохожу мимо зеркала. Устал постоянно мысленно разговаривать с ним…       Я зажмурила глаза и судорожно вздохнула. Как просто, оказывается, было делать вид, что ничего не замечаешь, пока он не произнес это вслух! Я знала, о чем он говорит. Как знала и о том, что иногда, забывшись, он просит Фреда принести ему оставленные в кабинете чертежи (а Рон молча, даже не пытаясь его поправить, приносит требуемое), как по утрам на кухне почти каждый день стоят три чашки чая, одной из которых суждено остыть нетронутой. Знала и о том, почему Джордж за все это время всего лишь два раза посетил Нору…       Но, пока он молчал, как ни эгоистично это звучит, было намного легче. Я не задыхалась от боли, от какого-то странного чувства вины, ощущения, что я могла — да что я, черт возьми, могла?       И тем не менее, это состояние Джорджа эхом откликалось в моей душе. И от этого становилось ужасно тоскливо. ***       Ночью второго августа, Джордж не пришел домой ночевать, и я поняла, что нужно что-то делать. Целую неделю, что мое рыжее солнце провело в состоянии запоя, я усиленно думала над тем, как можно исправить ситуацию и пришла к выводу, что выход здесь только один. Отправиться в прошлое и спасти Фреда. Еще неделя ушла на разработку операции и осуществление подготовительного этапа — одолжить у Гарри мантию-невидимку так, чтобы не вызвать у него подозрений, пробраться в Отдел Тайн в Министерстве и выкрасть один из пяти восстановленных за последние полгода хроноворотов и расписать до мелочей план действий: в какое именно время вернуться, сколько потребуется оборотов маховика, что именно я должна буду сделать… После долгих раздумий, пришлось откинуть идею вернуться в настоящее с помощью того же маховика. Слишком рискованно, даже несмотря на то, что краем уха я слышала от Гарри, что с новыми маховиками это возможно. А значит, Фреда нужно где-то спрятать на три месяца, чтобы не нарушать временных законов. — Гермиона, где ты пропадаешь последнее время? — Одним воскресным утром Рон поймал меня за завтраком. — У меня даже Джордж вчера спрашивал, не знаю ли я, куда ты исчезаешь с утра пораньше и почему возвращаешься едва ли не ночью? — О…, а у меня он это спросить не хочет? — Растерялась я. — Я тоже задал ему этот вопрос, но он только передернул плечами, — хмыкнул друг. — Так что происходит, Герм? — Ничего криминального, — усмехнулась я, радуясь, что алиби успела продумать заранее. — Торчу в библиотеке. То в Хогвартсе, то в Министерстве. Хочу попытаться вернуть… — Память родителям, да? — Понятливо кивнул Рон. Ну вот, даже договаривать не пришлось, друг сам придумал наиболее удобную версию, мне оставалось только смущенно кивнуть, досадуя на покрасневшие от вранья скулы. — Ну, а сказать ты не могла? — Раздался от дверей хриплый голос Джорджа. — Я, между прочим, волновался. — Вот как? — Вскинула брови я, наблюдая как Рон поспешно ретируется с кухни. — В какой, интересно, момент? Ловить краткие минуты перерывов между твоим пьянством? Джордж помрачнел, но взгляда от меня не отвел. Напротив, подошел ближе, устраиваясь на соседнем стуле. — Вообще-то, у меня уже неделю как сухой закон, — протянул рыжик. — А ты, оказывается, даже не заметила. — Боже, Джордж… Прости, прости меня! Я так… — Увлеклась исследованиями, я понимаю, — кивнул он. — Ничего страшного, Гермиона. Просто в следующий раз предупреждай меня. Пожалуйста. — Ох, Джордж, ну конечно! — Я всплеснула руками и подорвалась с места, чтобы обнять его. Зарывшись руками в рыжие волосы, прижалась щекой к макушке парня. — Люблю тебя, — едва слышно прошептал он, обнимая меня за талию. — Ты все, что у меня осталось… — Не говори так, ведь у тебя большая семья. И все они любят тебя. И ждут. — Ты же понимаешь, что я не могу пока часто с ними общаться. Мне Рона-то тяжело видеть каждый день…       Это был едва ли не первый наш откровенный разговор за эти месяцы. В процессе этого разговора я поняла: медлить больше нельзя. Пора приводить свой план в действие, иначе я окончательно потеряю своего Джорджа. Мы все его потеряем.