Pizza delivery.

      — Ох, матерь божья, как же я устал. — С хлопком Юнги кидает папку с сегодняшними заказами на деревянный стол начальницы и садится в кресло напротив, запрокидывая голову назад. — Я ездил сегодня в четырнадцать мест. Я заслуживаю хотя бы завтрашний выходной?       — Заслуживаешь, ты хорошо сегодня потрудился, но у меня для тебя есть ещё один вызов. — И эту женщину совершенно не волнует, что уже почти одиннадцать и Юнги должен был уже видеть десятый сон. — Ты должен будешь поехать на тот самый адрес. — Глаза начальницы блестят, а губы кривятся в ухмылке. — И только попробуй сказать, что не поедешь. Я лишу тебя зарплаты, — подмигивает она.       Юнги рывком поднимется и ногой опрокидывает стул, принося за собой режущий слух звук.       — Не поеду я туда, ты же знаешь! — Юнги упирается руками о стол и скрывает порозовевшие щёки, параллельно неловко почёсывая тёмную макушку. — Ты специально издеваешься надо мной?       Внутри Юнги всё пылает лишь от одного упоминания этой злосчастной квартиры, во владельца которой он успел влюбиться в прошлом месяце.       — Нет, Юнгеша, конечно, нет. — И ехидно хихикает, когда Мин смотрит на неё проклинающим взглядом. — Ну, чего ты так? Я уверена, он ждёт только тебя. — И снова подмигивает.       «Да будь ты проклята, старая кошёлка», — думает Юнги и разворачивается на пятках в сторону двери. — Я тебе ещё это припомню, старуха.       Юнги проговаривает тихо и практически неслышно, но госпожа Ким слышит и запускает в дверь какую-то книгу, выкрикнув что-то типа «иди сюда, сучок», но Мин, быстро захлопнув дверь, уже не слышит и идёт в направлении кухни забрать уже готовую и желающую быть доставленной пиццу.

***

      — Господи, за что мне всё это. — Слезая с мопеда, Юнги поправляет растрепавшуюся от ветра чёлку и подхватывает ещё не остывшую пиццу. — Однажды я уволюсь, обещаю.       Коленки начинали ныть, а руки дрожать, когда Мин увидел на двери квартиры имя «Ким Сокджин».       — Может, мне оставить её под дверью и убежать? — Юнги подставляет кулак под подбородок и думает. — Блять, да чёрт с этими деньгами — оставлю и пойду.       Но Юнги не дают ещё даже нажать на звонок, когда дверь открывается, и радостный Сокджин заключает Мина в свои объятия.       — Юнги! Я уже заждался тебя. — Глаза Джина сияют, а губы растягиваются в улыбке. — Почему ты так долго?       Старший выпячивает нижнюю губу и делает расстроенные глаза, ближе прижимаясь к груди Юнги и поглаживая её двумя пальцами. А Мин готов рвать и метать.

***

      Знакомство с Джином произошло совсем не невинно, как в детских сказках, а скорее мучительно.       — Блять, какого хрена он не открывает? — Юнги пыхтит и от злости пинает входную дверь некоего Сокджина. — Он там уснул, что ли?       Но ни через 5, ни через 10 минут дверь не открылась, и тогда Юнги решил пнуть в последний раз, проговорив при этом: «Если вы не откроете дверь, я сам, к чертям собачьим, съем эту пиццу!»       — Кто сказал пицца? — В это же мгновение дверь отворилась, ударив Юнги по лбу, а затем показался молодой человек, рассмотреть которого Мин не успел, распластавшись на лестничной клетке от удара.       — Ты дикий, что ли? — Юнги звереет на глазах и пинает, как он понял, хозяина квартиры в лодыжку, уронив его вниз. — Ты, блять, спал? Какого хрена я стою здесь уже полчаса и жду, пока ты соизволишь откры…       Юнги прерывается на полуслове, когда видит ангельской красоты лицо с растрёпанными в разные стороны каштановыми волосами и накачанное тело в домашней растянутой безрукавке. Без трусов.       — А-А-А-А-А-А-А, — верещит Юнги и прикрывает глаза, прикладывая руки к алеющим щекам, — тебя одеваться не учили? Ненормальный.       Блондин с минуту удивлённо смотрит на парня с розовыми волосами, хмурится, а затем опускает взгляд в низ, натыкаясь на свой член.       — О, член. — Джин удивляется реакции парня-доставщика: «Неужели он чужой член ни разу не видел?» — У меня просто утренний стояк.       — Мудозвон, а трусы ты надеть не мог? — Юнги выглядывает из-за упавшей на глаза розовой чёлки. — А если бы это был не я? А какая-нибудь ранимая бабуля, которая отмудохала бы тебя по полной программе?       Юнги смотрит на вытягивающееся лицо Джина и встаёт с кафеля, поднимая помявшуюся в некоторых местах коробку пиццы: — Хотя я тебя сейчас сам отмудохаю.       Джин таращится на паренька с розовыми волосами и на заднице отползает вглубь квартиры, надеясь, что парень не зайдёт. Но Юнги заходит, даже обувь об коврик вытирает, чтобы не замарать чистый, без единой пылинки, как он успел уже заметить, пол.       — Куда пополз красавчик? — ехидно спрашивает Мин. — Думаешь, я зайти не смогу?       Юнги надвигается, словно тигр, на отползшего к дивану парня с напуганными глазами и открытым ртом, точно пытающимся что-то произнести.       — Что ты сказать хочешь, малыш? — Юнги опирается рукой о спинку дивана и наклоняется ниже, томно дыша в такие притягательные ключицы, которые хочется целовать и облизывать.       Мин поднимает взгляд и натыкается на пухлые розовые губы, в уголках которых виднеется шоколад. Он убирает его мягким движением большого пальца, затем облизывает палец и мило улыбается, когда Джин нервно сглатывает.       Юнги уже и забыл о том, что Сокджин сейчас сидит без трусов со стояком и охает каждый раз, когда Мин тканью джинсов случайно касается ствола. Юнги сейчас нужно лишь поцеловать этого притягательного незнакомца, которому изначально он хотел оставить несколько синяков при помощи кулаков.       Но ведь он может оставить и не кулаками. Правда?       Юнги оправдывает такую тягу к брюнету лишь долгим отсутствием секса и ощущением принадлежности кому-либо. Ему срывает крышу от этого притягательного парня и его стоящего члена. Который, к слову, ему нравится.       Мин наклоняется к открытой шее и проводит по ней носом, вдыхая аромат яблочного геля для душа, и невесомо целует в ухо, а затем играется языком с мочкой уха и зубами теребит сережку, пока Сокджин на это лишь тихо стонет.       Садится Сокджину на колени, задевая пальцами член и слушая сдавленные вздохи, которые так сильно ласкают слух. Ведёт языком дорожку от мочки до губ и слабо прикусывает верхнюю губу, залезая пальцами под футболку, очерчивая ими плоский живот.       Но всё это обрывается в тот момент, когда Джин кладёт руки на ягодицы Юнги и грубо сминает их, пододвигая ближе.       Юнги краснеет и, пряча глаза под чёлкой, откидывает руки и пинает Джина в бедро. Неряшливо поправляет на себе вещи и выбившиеся прядки волос, а затем бежит из комнаты, напоследок бросив лишь: «Извращенец чёртов, чтоб у тебя член завял!» — и хлопает дверью, оставляя брюнета с недоумевающим выражением на лице.       — И чё это сейчас было? — Джин пыхтит, а затем неторопливо встаёт, до сих пор ощущая на себе горячие прикосновения странного паренька из доставки. — То есть он сам меня здесь чуть ли не изнасиловал, а потом решил состроить из себя недотрогу?       Выходит в коридор и замечает лежащую на тумбочке коробку пиццы.       — Ну, хоть пиццу оставил, и на этом спасибо.

***

      — Я пытался убить начальницу, — серьёзно проговаривает Юнги и кладёт руку на спину Джина, начиная её поглаживать, — правда вышло не очень.       — Ого, а за что? — Джин похож на котёнка, который ластится к своему хозяину. Он кладёт руки на задницу Мина и сжимает их поочередно, а голову кладёт на плечо и носом водит по шее, щекоча чувствительную зону Юнги.       — За то, что она снова отправила меня к тебе. — Ни одна эмоция не проскальзывает на лице уже брюнета, когда он просовывает руку под футболку старшего и сильно сжимает бока.       Джина явно устраивает такой ответ, ведь не зря же он платит его начальнице в три раза больше лишь за то, чтобы к нему приезжал только Юнги.       На прошлой неделе Сокджин забыл о данном начальнице обещании и не перечислил деньги, зато вырядился в костюм Сейлор Мун и даже волосы специально обесцветил, ведь когда-то Юнги сказал, что тащится по ней.       И глаза парня, когда из уст Джина послышалось «привет сладенький», а затем трёхэтажный мат, в котором он не забыл обязательно послать его на все четыре стороны, и попытки забыть всё — нужно было видеть. Бедный паренёк от испуга кинул Джину в лицо коробку и со скоростью света помчался вниз, крича какой блондин пидорас.       Ну, в общем-то, так оно и есть.       — Подожди, Джин, как давно ты покрасился? — Юнги округляет глаза и трогает пальцами покрашенные белые пряди на макушке. — Тебе очень идёт.       Джин краснеет и отворачивает голову, зарывается в торчащие из-под футболки ключицы и дует.       — В понедельник.       К слову, сегодня четверг.       — А-а-а, это в тот самый день, когда у меня был выходной? — Юнги почёсывает макушку и неловко улыбается. — Извини.       — Ничего страшного. — Джин поворачивается и целует Юнги в ухо, хватая за руку и жестом приглашая войти. — Не хочешь чаю?       Юнги хочет отказаться, ведь дома его ждёт гора конспектов и невыученного материала, а также любимая мягкая кровать, тоскующая по хозяину.       А ещё Чонгук, который однозначно лежит сейчас на ней весь потный и в грязной одежде. У Мина аж кулаки зачесались, от одной только мысли об этом.       Но всё желание покидать эту уютную, начищенную до блеска двухкомнатную квартиру Ким Сокджина улетучивается, когда Джин делает умоляющий взгляд и губами произносит: «Пожалуйста, Юнги».       Да чёрт с ним, врезать Чонгуку он ещё потом успеет. Правда, если не забудет.       — Конечно, Джин. — Юнги снимает с плеч рубашку и остаётся лишь в майке с широким вырезом, никак не скрывающим узкие плечи и сильно выпирающие кости. — Только я буду кофе.       Юнги разувается, а хозяин квартиры убегает в сторону кухни. Ставит чайник и начинает копошиться в холодильнике в поисках вкусностей, но вовремя вспоминает, что Юнги же принёс ему пиццу.       Возвращается в коридор и застаёт Юнги рассматривающим семейную фотографию на стене. Где Джину лет 15.       — Эй, не смотри, я там некрасивый. — Бежит в направлении Мина и падает, запнувшись о свои же ноги.       Ударяется подбородком о плитку и начинает громко хмыкать и бубнить. Всё, что Юнги разобрал, как Джин просит, чтобы Юнги поцеловал его, и тогда боль быстро пройдёт. Даже губы уточкой вытягивает, но Мин фыркает и обходит тело стороной, не забыв пнуть по заднице, а затем забежать на кухню.       — Я тебе это ещё припомню. — Джин надувает губы и потирает подбородок, встаёт напротив зеркала и поправляет выбившиеся волосы, отмечая про себя, что неотразим, как и всегда. А затем уже направляется к Юнги.       Блондин заходит, когда Мин доедает уже свой первый кусок пиццы и эротично облизывает губы и пальцы, заставляя Джина всего сжаться и прикусить губы, дабы не застонать от такой картины.       Юнги, который ест — это искусство.       Юнги, который при этом ещё и звуки, как из порно, выдаёт — двойное искусство.       — Чмок, чмок, чмок.       — Юнги, ты долбанулся? — Джин вопросительно вскидывает бровь.       — Хочу поцелуйчик. — Мин кладёт голову на руки перед собой и делает грустные глаза, будто сейчас заплачет. — Джин, подари мне поцелуйчик.       — Да пошёл ты нахер, — отрезает Ким, а Юнги бьётся головой об стол, мысленно матеря себя за длинный язык.       Старший наливает Юнги кофе, а себе зелёный чай и садится напротив, отрезая себе кусочек ароматной, любимой и желанной пиццы.       — Кстати, — прожёвывая каждый кусочек по пятьдесят раз, как написано в интернете, и наслаждаясь вкусом, говорит Джин, — нам сегодня месяц.       Юнги аж кофе подавился, разбрызгав его по всей кухне и по белоснежной футболке сидящего перед ним Кима.       — Ч-что, прости? — Юнги очень удивляется. — Какой, блять, месяц?       — Месяц нашим отношениям. — Джин улыбается, как чеширский кот, и спокойно попивает свой чаёк, не обращая внимания на разбрызганное кофе с примесью слюны. Юнги сам уберёт это всё. Не захочет, но уберёт.       — Каким ещё отношениям?       — Дружба на грани ебли, — задорно произносит Сокджин, допивает свой чай и ставит стакан недалеко от коробки.       — Быть может, «дружба на грани секса?»       — Нет! — Джин бьёт кулаком по столу и встаёт, от чего Юнги аж подпрыгивает и инстинктивно прижимает колени к себе. Старший обходит стол, садится напротив лица Юнги и берёт в свои руки, мягко поглаживая щёки. — «Дружба на грани ебли» лучше звучит.       А затем целует.