Среди огнистых камней

Проснулась я с мокрыми ресницами и горячей головой. Универсальное средство лечения моей разбитости и эмоционального равновесия всегда происходило в душе под ливнем теплой воды. Мама уже ушла на работу в библиотеку. Папа давно позавтракал и сидел перед телевизором, слушая новости. Он увидел меня и крикнул: - Привет, дочь! Как спалось? Прошла голова? - Доброе утро, пап! Все нормально, я в душ. После душа я заварила себе кофе на кухне. Пришел папа и подсел ко мне за стол. - Что сегодня будешь делать? - Собираюсь в город с Егором. - Это сводный брат Ивана, у которых ты была вчера? Так, что там произошло?- спросил папа, внимательно всматриваясь в мое лицо. Я постаралась убрать с лица тоскливое выражение и взволнованно сказала: - Да понимаешь, пап, это совсем ужасная история. Два месяца назад у него погибла мама. И у него больше никого нет, кроме дяди Коли и тети Люды. Он приехал на несколько дней, чтобы познакомиться с ними и, чтоб потом начать свою самостоятельную жизнь. Ему так тяжело, а я не знаю, чем могу помочь. Покажу ему сегодня наш городишко. Что я еще могу? - Да-а, действительно история,- протянул папа,- А сколько ему лет? - Не знаю, не спрашивала.- «Мне самой это интересно»,- промелькнуло в голове.- А ты что будешь делать сегодня? - Поработаю дома, по хозяйству. Мама просила там починить, сям сделать,- улыбнулся он мне.- Когда поедешь, возьми сотовый телефон, и не гони по дороге. - Пап, я на его мотоцикле. - Возьми свой шлем. И, если что, звони. - Не волнуйся, я уже совершеннолетняя. - Но все равно, ты все еще мой ребенок. На улице было солнечно и жарко. Последние недели августа. Скоро кончится лето, каникулы, начнется учеба в колледже и, прощай свобода! Помня о вчерашнем неудобстве юбки и не считая нашу встречу свиданием, я решила облачиться в тонкие бриджи серо-зеленого цвета и белоснежную футболку. Расчесала свои волосы и схватила их резинкой в высокий хвост, оставляя шею открытой, чтоб было не так жарко. Пожалуй, возьму солнечные очки, не люблю щуриться на солнце. Я бросила в свой мини рюкзачок очки, сотовый и кошелек. Затем стала рыться в своих побрякушках, ища брелок, который наметила подарить Егору. Его я нашла и тоже уложила в рюкзак в отдельный кармашек, чтобы при случае сразу вручить его, не роясь по всему рюкзаку. - Маша!- позвал меня папа.- Иди, по-моему, это Егор подъехал. Ждет на дороге. Я закинула рюкзак за спину, схватила шлем и радостно припустила на улицу. Егор смотрел на меня с напряженным ожиданием. О чем он думал? Когда я подошла поближе, яркая улыбка осветила его лицо, глаза засияли, и он с облегчением негромко проговорил: - Привет. - Привет, - смущенно ответила я, увидев его реакцию на мое появление.- Можно садиться? - Давай. Я надела шлем и легко заскочила позади Егора. Оглянувшись на свой дом, я заметила папу, пристально смотревшего на нас, и помахала ему рукой. Он кивнул мне головой, прощаясь. Егор легко тронулся, и мы неспешно поехали. В этот раз он ехал спокойно и равномерно. Я невольно любовалась его гибкой и сильной спиной. Под футболкой просматривались бугорки мышц, на плечах рельефно выделялись мускулы. Я вздохнула, его красота еще раз подчеркивала мою обыкновенность. Вряд ли я ему понравлюсь по-настоящему. Мне захотелось прижаться к его спине, почувствовать его тепло и запах. И что за мысли! Словно услышав их, Егор быстро оглянулся и попытался посмотреть на меня. Но что особенного увидишь через наши шлемы? Скоро мы подъехали к парковке около супермаркета. Я слезла первая и сняла шлем. Егор соскочил с мотоцикла и пристегнул свой шлем рядом с сиденьем. - Давай сюда свой,- сказал он. Я вручила свой шлем Егору, и он прицепил его рядом со своим. - Ну что, куда пойдем?- улыбаясь, поинтересовался он, и сконфузился. Я пожала плечами: - Давай в парк пойдем, там много деревьев, и фонтан есть. Или просто по городу походим, в кафе посидим. - Ну что ж, начнем с парка,- бодро сказал Егор. Я неторопливо направилась в сторону местной зоны отдыха. Он снова шел позади в шаге от меня, и опять его глаза наблюдали за мной с интересом. Эта его манера двигаться позади, создавала мне неудобства. Мне хотелось видеть его, и я остановилась, чтобы идти с ним наравне. Его удивленный непонимающий, как у ребенка взгляд столкнулся с моим. Я объяснила: - Мне неловко идти таким способом, мне кажется, что мы не гуляем, а я веду тебя, как в какой-то стае. У меня такое чувство, будто ты исподтишка подглядываешь за мной,- я даже покраснела от своей откровенности. - Извини,- Егор искренне смутился.- Мне просто нравится смотреть на тебя. - Почему?- по-моему, и моя шея покрылась красными пятнами. - Ты такая… естественная, простая, без всяких этих девчачьих заморочек. Мне с тобой легко,- признался он. Мне было приятно и необычно услышать такое открытое признание, и оно меня не смутило. Интересный для меня факт. Ну, что ж… Я решила воспользоваться сегодняшним днем, временем, которое мы проведем, друг с другом, и спросила: - Скажи, Егор, чем ты занимаешься? Ты учишься или работаешь? - Я учился до нынешнего лета. Окончил четвертый курс медицинского института,- отрешенно и задумчиво начал он.- Но из-за того, что случилось с мамой…- он замолчал, нахмурив брови. В его взгляде мелькнула острая боль, но он тут же подавил ее. Мне опять стало его так жалко, что я непроизвольно дотронулась до его руки, желая поддержать и утешить. Он вздохнул и монотонно продолжил: - В общем, я взял академический отпуск. Хочу немного развеяться, осмотреться, прежде чем продолжу учебу. Тем более что мне надо подзаработать на продолжение обучения. - Ты учишься на платном отделении? Его взгляд проследовал поверх моей головы, и он, словно что-то припоминая, ответил: - Нет, я бюджетник, более того, я отличник и проблем с учебой никогда не было. Просто я не смогу одновременно учиться на дневном отделении и работать, обеспечивая себя. Постараюсь за этот год заработать достаточно, чтобы мне хватило на следующий учебный год и на практику с госэкзаменами. Думаю, что смогу жить скромно, и мне хватит этих средств. Я не сильно избалован, - он опять улыбнулся, но глаза его остались грустными. - А можно узнать, на кого ты учишься, каким врачом ты будешь? - Не-ет!- застонал он.- Тебя мой ответ шокирует. Он искоса взглянул на меня, пряча смущенно-лукавую улыбку. Я продолжала ждать ответа, но он таинственно молчал. Меня это заинтриговало: почему он боится сказать? Я решила проявить настойчивость. - Ну, скажи. Я не понимаю, почему профессия врача должна меня шокировать. - А-а,- протянул он,- не сама профессия. Просто некоторые люди, а особенно девушки, так странно на это реагируют, что сейчас хочется промолчать, чтобы не испортить приятный момент нашей с тобой прогулки. Мы уже были в парке и медленно шли в тени старых деревьев, подгоняемые легким ветерком. Я вела Егора к фонтану, к прохладной воде. Что же он скрывает? Я не могла догадаться, перебирая в уме названия врачей-специалистов. Я не выдержала. - Скажи мне, и я обещаю отнестись к этому с пониманием,- заверила я его, но мое любопытство разгоралось. - С пониманием?- его улыбка стала шире, а в глазах заплясали веселые искорки.- Я – будущий акушер-гинеколог,- произнес он, четко выделяя каждое слово и посмотрел ожидающе мне в глаза – какой эффект произвели на меня его слова. Первая моя реакция действительно походила на шок. Но помня об обещании, я постаралась взять себя в руки, и даже ободряюще улыбнулась ему, мол, все нормально, с кем не бывает, а вслух сказала: - Ничего, хорошая специальность, очень нужная, особенно для женщин. Егор внимательно посмотрел на мое напряженное лицо и с чувством рассмеялся. Я опешила. - Что? Ты смеешься? Ты разыграл меня? - Нет,- сдерживая смех, ответил он.- Просто все, о чем ты думаешь, написано на твоем лице. Смущаться должен был я, а не ты. Но ты умеешь держать себя в руках,- похвалил он.- Ну, ладно, я огорошил тебя, теперь объяснюсь. Многим непонятен выбор моей специальности. Но мне всегда был интересен процесс зарождения жизни. Он замолчал и с опаской быстро взглянул мне в глаза, изучая мою реакцию на его признание. Я постаралась придать своему лицу спокойный интерес к его рассказу. На самом деле в моей голове промелькнула красочная картинка: вот, я прихожу на прием к гинекологу, открываю дверь и вижу за столом обалденного красавца-врача, перед которым мне надо будет раздеться и так далее. Мне это показалось сродни съемкам в порнофильме, потому что таких красавчиков можно увидеть в фильмах эротического содержания. - Ты слушаешь?- спросил он, заметив мой блуждающий взгляд.- Все началось с мамы. Когда она забеременела мной – это было чудо. Мама не могла иметь детей, и знала об этом. Поэтому она и не сделала аборт от моего отца, хотя они и не собирались быть вместе. Так, мимолетная связь,- горько добавил он.- Отец не хотел жить с мамой и не скрывал, что ребенок ему не нужен. Но мама была счастлива сохранить меня. Они расстались, отец иногда присылал маме деньги, но на этом все их отношения заканчивались. До моего приезда мы ни разу не виделись. Я часто задумывался, каким образом моя мама смогла зачать меня? Врачи тоже недоумевали, ее диагноз не оставлял никакой надежды. Я подумал,- он усмехнулся,- что может дело в отце, может он особенный какой. С тех пор как я повзрослел, и мама рассказала мне все, я захотел узнать об этом как можно больше. И мой интерес плавно перерос в выбор этой профессии, я специализируюсь по бесплодию. На практических занятиях я видел женщин и мужчин, которые жаждут иметь ребенка, но не могут. Мне хочется дать им шанс. Да, такого признания я не ожидала. Это было даже благородно. Мне и в голову не могло прийти, что парнем движут не низменные интересы, а он преследует более высокие цели. С особым уважением я посмотрела на него и поняла, что передо мной он поднялся уже на недосягаемую высоту. Во всем хорош. Я тихонько вздохнула: что я, рядом с ним? Он услышал мой вздох. - Что ты об этом думаешь? Мои слова, они огорчили тебя? - Нет, что ты, наоборот. Ты такой,- я запнулась, подбирая правильное слово,- молодец, - выдохнула я, и сдержанно улыбнулась. - А можно узнать, где ты учишься? - А разве ты не знаешь?- удивилась я.- Я думала, что Карина тебе сказала, ведь мы учимся вместе. - Ты учишься в медицинском колледже?- поразился он. - Да, перешла на третий курс. Сестринское дело. - Хм, мы с тобой коллеги. Мы стояли рядом с фонтаном, и ветер осыпал нас бисером из мелких брызг. В фонтане копошились дети, подставляя то руки, то ноги струям воды. Здесь было свежо, и наши волосы сверкали мелкими капельками в лучах солнца. Глаза Егора сияли синим бархатом, отражая хорошее настроение. Он задумчиво повернулся ко мне: - Ты знаешь, я получил облегчение после нашего разговора. Не все так хорошо воспринимают мой выбор. Отца это покоробило, тетя Люда стесняется меня, Карина в недоумении… - А Ванька ржал,- продолжила я, представляя Ванькино лицо. - Да, так и было. Кроме моей мамы, ты единственная, кто проявил понимание. Не знаю, в чем тут дело, ведь много же работает врачей мужчин в этой сфере и никого это не шокирует. По-моему его привлекло обескуражено-смешливое выражение моего лица. - Что? - Ты не понимаешь? Я заглянула в его удивленно-невинные глаза, а он пожал плечами, давая понять, что не понимает. - С твоей внешностью надо в фильмах сниматься, а не быть гинекологом. Что придется думать бедным женщинам, когда они попадут к тебе на прием? Они будут пялиться тебе в глаза и не смогут вспомнить, зачем они здесь. - Ты меня тоже так воспринимаешь?- неожиданно спросил он. Я поняла, что проговорилась и пошла на попятную: - Я же не на приеме у врача. - Нет, скажи, ты считаешь, что моя внешность будет смущать пациентов? - Конечно. Знаешь ли,- съязвила я,- женщины они ведь такие, смотрят на то, что блестит. Мой взгляд задержался на нем, он и, правда, весь блестел – его волосы сияли от влаги, синие глаза лучились, зубы блеснули в усмешке. «Блестящий»,- подумала я, а вслух сказала: - Может, пройдемся? Просохнем немного,- предложила я, так как футболка сбоку уже вымокла от брызг. Мы покинули фонтан, и пошли по аллее к площади. Девушка со своим парнем приближались к нам навстречу. Он нежно держал ее за талию, а она придерживала своей рукой его обнимающую руку. Влюбленные многозначительно улыбнулись друг другу и их губы встретились, как раз проходя рядом с нами. Они выглядели такими счастливыми. Словно, прочитав мои мысли, рука Егора потянулась ко мне, наши пальцы переплелись и мы пошли дальше. Я затихла. От его руки по моему телу пробежали волны тепла и слабости, и остановились в животе. Мои ноги ослабели, повелевая присесть немедленно, и сердце заколотилось, перехватывая дыхание. Всего одно прикосновение, и какая реакция! Что со мной? Разве я влюблена? Чтобы уточнить свою догадку, я незаметно из-под ресниц взглянула на Егора, но встретилась с его голодным взглядом. Синие глаза полыхали желанием. Моя голова мгновенно закружилась, рука парня выскользнула из моей. Ватные ноги понесли меня к скамейке, и я опустилась на нее, стараясь незаметно вдохнуть ртом больше воздуха, чтоб восстановить дыхание и усмирить свое сердце. Он присел рядом, заглядывая в мои глаза. - Тебе плохо?- участливо прозвучал чуть вкрадчивый голос. - Нет, ничего,- едва пробормотала я.- Что-то голова закружилась,- изо всех сил мне хотелось скрыть свою реакцию. - Здесь много солнца. Хочешь я куплю тебе мороженое или попить что-нибудь? - Давай,- вяло согласилась я. У меня возникла острая потребность освежить свою голову от нахлынувших чувств. Мой разум нуждался в уединении, слишком сильные переживания пробудил во мне Егор. Все случилось так неожиданно, что я пребывала в некоем шоке. Пока он направлялся к торговой палатке с другой стороны фонтана, у меня было время успокоиться и подумать. Что со мной не так? Почему я так бурно реагирую? Сейчас, когда Егор отошел от меня, я чувствовала себя спокойно. Но, вспомнив его жадный взгляд, я опять взволновалась. Возможно, он обладает каким-то личным магнетизмом, харизмой? Любопытно, реагирует кто-нибудь еще также неадекватно, как и я, на его прикосновение или взгляд? Может, это только я такая? Я надела солнечные очки, чтобы скрыть свои растерянные глаза. Егор подошел и протянул мне мороженое и несколько напитков на выбор. Я взяла баночку колы, он взял себе минеральную воду. Еще у него был квас, который он поставил на скамейку, рядом со мной. Егор бросил на меня участливый взгляд, и обеспокоенно спросил: - Тебе лучше? - Спасибо, теперь все хорошо,- я сосредоточилась на поедании мороженого. - Хочешь, уйдем отсюда в кафе или куда скажешь,- его сапфировые глаза оставались невозмутимо спокойными. - Если мы перейдем через площадь, то можем сходить в пиццерию,- предложила я, доев мороженое. - Отлично, пойдем,- он встал и снова протянул мне руку. Я жалобно взглянула на него, опасаясь повторной бурной реакции, но Егор был невозмутим и даже не улыбнулся. Радовало то, что он не заметил моих опасений. Я осторожно коснулась его руки, но ничего не произошло, я расслабилась. Мы пошли, снова держась за руки к площади. Запотевшая бутылка с квасом осталась лежать на скамейке. В пиццерии оказалось немноголюдно, что было необычным. Мы выбрали уединенный столик на двоих около непрозрачного окна, и сделали заказ. В ожидании пиццы и чая, тему нашего разговора затронула музыка. Ответом на мой вопрос, что он любит слушать, оказались разносторонние предпочтения, ему нравилась и классика и современная музыка. На гитаре он любил играть испанские и африканские мотивы. Мне очень захотелось послушать, но он не взял гитару в эту поездку, потому что берег ее. - Егор,- спросила я, когда нам принесли заказ,- куда ты поедешь потом? Вопрос о его предстоящей поездке все еще волновал меня. - На синее-синее море,- задумчиво ответил он.- У меня есть там работа, я уже заключил контракт и с сентября должен быть там. Я огорчилась, что он все-таки уедет, хотя и не сказал куда. Ведь я лелеяла крохотную надежду, даже не надежда, а намек на нее, что он может остаться здесь, (и я боялась признаться самой себе), из-за меня. Значит, у меня начнется учеба, а у него работа и мы больше не увидимся. - Почему ты расстроилась?- заметил он мое погрустневшее лицо, и пристально посмотрел в мои глаза, чтобы выяснить причину моего огорчения. Мне не хотелось раскрывать ход моих мыслей, и я, пряча от него свой взгляд, тихо проронила: - Все в порядке,- я откусила от пиццы кусочек, чтобы отвлечься.- А почему ты не ешь? - Мне что-то не хочется,- безучастно ответил он, и в этом ответе мне послышалась знакомая интонация… Рауль! Егор был похож на Рауля! Я перестала жевать и мои глаза округлились. - Ты подавилась?- испугался Егор. Я молчала с приоткрытым ртом, пораженная своей догадкой. Но где же сходство? Внешне его абсолютно не было, две противоположности. Но повадки, манеры, мягкость движений, грация и что-то неуловимое и недосягаемое для моих чувств. Возможно они родственники, или… Этот его отказ от еды убрал пелену с моих глаз, как озарение. - Маша, ты в порядке?- уже паниковал Егор, склонившись над столом, приблизя свое лицо к моему.- Скажи что-нибудь,- требовал он,- не молчи. - Все хорошо,- в очередной раз за сегодняшний день выдавила я из себя, и решила проверить догадку.- Пицца, по-моему, не отравлена, попробуй,- намекнула я на схожие обстоятельства. Бровь Егора поползла вверх от изумления: - Я не голоден, Маша,- это было сказано таким тоном, будто он думал, что у меня что-то не в порядке с головой. Хорошо, попробуем иначе. - Можно спросить? - Да,- его голос все еще был изумленным. - У тебя случайно нет брата? - Есть, Маша, и ты его знаешь. Его зовут… Ваня. Еще у меня есть сестра – Карина, если ты забыла. Я почувствовала себя полной дурой, и продолжила, остервенело уничтожать свою пиццу, избегая глаз Егора. В голове крутился вопрос: как же докопаться до правды? Сосредоточенно кромсая грибную начинку, я физически чувствовала на себе изучающий взгляд. Мое сердце учащенно билось. Егор не выдержал: - Маша, ты скажешь мне, что случилось? Ты сама на себя не похожа. Я смогла только покачать головой и прошептать: - Потом как-нибудь. Егор шумно вздохнул, и с издевкой сказал: - Если бы я тебя не знал, подумал бы, что ты с головой не дружишь. - А разве ты меня знаешь? Мы только вчера познакомились,- заметила я, и одним махом выпила свой чай. Он кинул на меня ошарашенный взгляд, точно я поймала его, и произнес: - Ты все-таки намекаешь, что у тебя не все в порядке с головой? - Может, ты хоть чай выпьешь?- жалобно и невпопад предложила я, все еще проверяя свою гипотезу. Егор в изумлении разглядывал меня, и не найдя слов со стоном выдохнул. За столиком воцарилось молчание. Оно становилось тягостным. Нетронутая чашка Егора сподвигла меня опять произнести чушь, желая ее превратить в правду: - Этот чай не отравлен, смотри,- я выразительно заглянула ему в глаза, взяла его чашку и быстро выпила. Глаза Егора распахнулись до предела; поджав губы, он с интересом рассматривал меня и барабанил пальцами по столу, ожидая, что я еще выкину. Я тоже, молча, смотрела на него, ища в его глазах хоть какое-то замешательство или намек на мою правоту, на его связь с Раулем. Он вдруг язвительно предложил: - Может тебе еще чаю заказать? Убедишься, что и там нет яда. Меня вдруг прорвало громким смехом. Я представила, а вдруг я ошибаюсь насчет Егора. Я не могла остановиться, и мне показалось, что терпению Егора сейчас придет конец, и он уйдет. На моих глазах выступили слезы. Рука парня поднялась, призывая официанта. - Принесите девушке еще чай. А мне он сказал тихим голосом: - Я не знаю, что случилось, но у тебя истерика. Сходи в дамскую комнату и приведи себя в порядок. Я буду ждать тебя. Его глаза стали спокойными и серьезными. Я тут же успокоилась, едва увидела, что его раздражение прошло, и он не уйдет. Согласно кивнув головой, я, не говоря ни слова, вышла в туалет. Около рукомойника я оглядела себя в зеркале и умыла свое разгоряченное лицо. Как хорошо, что я не накрасилась. Умываясь, я старалась привести в порядок и свои эмоции, смывая психическое напряжение. Ха, что-то неладно с моими нервишками. Мои мысли снова вернулись к сходству между Раулем и Егором. Каким-то шестым или энным чувством я знала, что они связаны. Ладно, пока буду держать свои подозрения при себе. Может, он сам выдаст себя. У меня есть еще несколько дней, чтобы проверить свою теорию. Я глубоко вздохнула, еще раз посмотрела на себя в зеркало и, убедившись, что мое лицо выглядит спокойным, пошла к Егору. Если бы я только знала, кем он был, я не была бы так самоуверенна и беспечна. Я бы ушла, сбежала бы прямо сейчас. Мое шестое чувство не обманывало меня. Он сидел все также за столиком, откинувшись на спинку стула и постукивая пальцами по столу. Красавчик пребывал в глубокой задумчивости, глаза прикрыты и длинные ресницы оттеняли кожу под ними. Я с осторожностью присела на свой стул, не решаясь вспугнуть его мысли. Но яркие глаза сразу же открылись и обдали меня волной синевы. Его настороженный взгляд пробежался по моему лицу, отыскивая признаки волнения и, не найдя их, он успокоился. - Выпьешь еще?- кивнул он на чай, который принесли в мое отсутствие. - Спасибо, хватит. Давай выйдем на улицу,- предложила я. Он согласно кивнул головой и стал искать деньги, чтоб расплатиться. - Можно, я заплачу? Ты даже не притронулся к еде,- робко попросила я. Он взглянул на меня, словно я сморозила очередную глупость. - Только не начинай,- положил деньги на столик и мы вышли. Мне захотелось как-то загладить его испорченное настроение, и я вспомнила, что у меня есть подарок для него. Сняв со спины рюкзак, я достала из кармашка брелок. - Егор,- позвала я, и дрожащим голосом добавила,- это тебе. Я протянула ему орла, избегая его взгляда и сомневаясь, что подарок ему понравится, или может это не уместно в данный момент, после моего, более чем странного поведения. Он удивленно взглянул на меня и взял с подрагивающей ладони брелок. Его глаза лучились теплотой, он оттаял, а я замерла, наблюдая за его реакцией. - Спасибо, очень красивый,- с чувством признательности произнес он. Потом посмотрел на меня странными глазами и спросил: - Можно, я еще раз поблагодарю тебя? Я кивнула, не вполне понимая, что он имеет в виду. Парень наклонился ко мне и коснулся шелковистыми губами моей щеки. От неожиданности я вздрогнула, покраснела, у меня подкосились ноги, и я покачнулась. Егор подхватил меня за талию. На его лице сияла довольная широкая ухмылка. - Маша, ты знаешь, что ты эмоционально неустойчивая? Я сегодня целый день наблюдаю, перепады твоего настроения и не могу найти причины. С тобой всегда так? - Обычно нет, раньше такого не случалось,- удрученно оправдывалась я.- Прости, если испортила тебе день или настроение. Егор довольно рассмеялся. - Что ты! Я получил массу удовольствия, наблюдая за тобой. Ты такая искренняя и непосредственная, просто чудо!- заключил он. Мы опять подошли к аллее, рядом с фонтаном. Людей около фонтана стало больше, и мы побрели дальше. Мы бродили, не замечая времени, пока не заныли ноги, в основном у меня. Я устала и захотела присесть. Егор заметил это и предложил: - Может, вернемся к мотоциклу и я тебя покатаю? - Хорошая идея. Мы так и сделали. Егор неторопливо колесил по городу, осматривая его улицы. Я сидела позади и наслаждалась его близостью. Интересно, почему на меня волнами накатывает влечение, как сейчас, делая меня безвольной? Как хорошо, что я находилась вне зоны видимости Егора, и он не мог наблюдать мое превращение в безвольное существо. Я могла бы так сидеть бесконечно, хотя и приходилось подавлять в себе безотчетные желания – прислониться щекой к его спине, обнять сзади и прижаться к его гибкому телу, дотронуться губами его шеи и вдыхать запах его кожи. Любопытно, испытывал ли Егор подобные желания? Хотелось бы думать. Внезапно мотоцикл рванул быстрей и мы стремительно помчались. Это было слишком неожиданно и резко, я испугалась и инстинктивно обхватила его тело, (тело, о котором я думала только что!), своими руками, силясь удержаться. Когда рывок прошел, я хотела убрать руки с его талии, но он порывисто удержал меня, прижимая мои ладони крепче к своему телу. Мое сопротивление тут же угасло, и он убрал свою руку опять на руль. Я заметила, что мы возвращались домой. Уже вечерело. Не доезжая до моего дома, он остановил мотоцикл и, сняв шлем, повернулся ко мне: - Давай, пройдемся к твоему дому,- он повесил шлем на руль и поймал меня, когда я, неудачно слезая с сиденья, зацепилась ногой; у меня кружилась голова. Я оказалась в его объятьях, так близко к его губам. Он снял с меня шлем и опустил его свободной рукой на сиденье. - Поймал,- прошептал он, и провел своими губами по моей голове, вдыхая запах моих волос.- Как пахнут,- выдохнул он. Я замерла и совершенно не знала, что делать, так как мгновенно утратила свою волю. Абсолютная беспомощность и осознание, что он может делать со мной, что хочет, испугали меня. «Волк утаскивает овечку в лес»,- мелькнула в голове живописная картинка. Его лицо медленно приближалось к моему, и его намеренья были ясны, а я не имела сил противиться этому. И в этот критический момент, у меня за спиной раздался телефонный звонок. Мой сотовый. Егор замер, чуть отстраняясь. Телефон продолжал звонить, и я с трудом сообразила, что надо ответить. Руки плохо меня слушались, я продолжала смотреть в глаза Егора, растворяясь в них. Наконец-то я нащупала телефон и посмотрела, кто звонит. Не знаю, как описать мое состояние, когда я увидела надпись звонившего, – ступор, шок, прострация. Там значилось имя – РАОЛЬ. Мой мозг отказывался воспринимать информацию, заполнившись туманом, и в нем плыли облака из синевы глаз Егора. Неловкими пальцами я нажала кнопку ответа. Взволнованный, полный тревоги голос, негромко произнес, как заклинание: - Что бы он ни делал, не отвечай взаимностью. Не целуй его ни за что! А лучше иди домой, оставь его. Звонок прервался, я была ошеломлена. Егор заметил мое изменившееся лицо, и спросил: - Опять что-то случилось? Кто звонил? - Папа…- выдавила я.- Мне пора домой… извини. Его рука отпустила меня, он вздохнул: - Я провожу тебя. Небольшой остаток пути к моему дому мы прошли в молчании, он больше не делал попыток обнять меня, чувствуя мое поменявшееся настроение. - Мы завтра увидимся?- тихо спросил он. - Давай, только ближе к вечеру. Я буду занята весь день. - Хорошо, до завтра,- неуверенно сказал он. Я кивнула ему на прощанье и стремглав ворвалась в дом. Лежа в своей кровати, глядя в ночное окно, я размышляла о сегодняшнем дне, о моей догадке. Егор – Рауль. Я думала о поразившем меня сходстве внешней красоты, пронизывающего взгляда, проникающего до глубин моего сознания. Возможно, у них есть такой дар, как читать мои мысли. Мне вспомнилось, как Егор реагировал на мои невысказанные вслух желания. Еще… оба они появились в моей жизни фактически за одни сутки. А еще оба они врачи… впрочем, как и я. Я тоже имею к этому отношение. Они очень похожи в манере общения, никто из людей моего круга и возраста, так не разговаривал со мной. Их речь была слишком правильной, можно сказать книжной, не современной. А может быть они не люди? Куча киношных сюжетов промелькнула в голове. Как бы узнать это? Стоп! Откуда у меня в телефоне номер Рауля? Мы не обменивались номерами! Как он смог позвонить мне? И что значит его предостережение насчет Егора? Рауль все-таки знает его? Он опасен? Столько вопросов, сейчас попробуем получить на них ответы. Я вскочила с кровати и нашла свой рюкзак, достала телефон и торопливо, сгорая от нетерпения, стала искать номер Рауля. Что за фокусы! Я чуть не взвыла от негодования, его там не было. Кто-то просто издевается надо мной! Кто мог удалить номер? Егор, папа, мама?… Абсурд. Я опять осталась ни с чем. Можно подумать, кто-то играет со мной. До того злосчастного дня, как я упала со скутера, моя жизнь была проста и понятна. В ней присутствовали обычные вещи: учеба, друзья, моя семья, с ее маленькими проблемами и радостями. Сейчас же, в эти несколько дней, моя жизнь превращалась в фантастический триллер, с элементами мелодрамы. Что-то закручивалось вокруг меня. Кто я в этом жанре? Жертва? Я ничего не могла больше придумать, и мои глаза закрывались от усталости и бесплодных размышлений. В предупреждающе тревожных снах черные глаза Рауля искрились от гнева, они говорили мне: «Не смей целовать его», но в голосе звучала неподдельная забота. Я проснулась с чувством вины, словно что-то натворила, но не помнила что. Сегодня я решила провести день в домашних заботах, с папой. Не на секунду не забывая о предстоящем вечере с Егором, чувство опасения закрадывалось мне в сердце. Предупреждение Рауля сыграло свою роль, хотя, зачем бы мне верить ему. Его я также мало знала, как и Егора. Егор все-таки являл собой более реальную личность, он был рядом, а Рауль был, как сон. Меня весь день мучил вопрос, в какой же переплет я попала? Папа видел мою сосредоточенность на своих мыслях и тихо наблюдал за мной, не мешая мне суетиться с уборкой по дому и приготовлением обеда, пока мама была на работе. После обеда ко мне вдруг заглянула Карина. Я не ожидала ее прихода, мы ведь не особенно были дружны с ней, разве что учились вместе. Чувствовалось, что она пришла не просто так, а с определенной целью. За обычным разговором она нерешительно пыталась несколько раз сменить тему. Мне стало интересно, что же ее волнует и чего она добивается. И, вот, наконец, она спросила: - Как вы вчера отдохнули с Егором? Где были?- по ее напряженному тону и тому, как она старалась придать ему небрежность, я поняла, что это и есть цель ее прихода. - По городу гуляли, катались на мотоцикле. Ничего особенного. - Знаешь, он вчера какой-то расстроенный пришел. Я подумала, что вы поссорились или что-то случилось. Я видела, что Карина ждет подробностей нашей прогулки. По-моему, это невежливо выпытывать детали чужого свидания, мы даже не были близкими подругами. Карина нежно розовела под моим испытующим взглядом. Ну, что ж! Пусть сама сочинит захватывающий дух мелодраматический сюжет, я не собираюсь с ней делиться. Я вообще не смогу никому рассказать о том, что происходит! - Мы расстались на дружеской ноте. - Сегодня вы опять встречаетесь?- продолжая краснеть, выспрашивала она. - Он говорил, что зайдет вечером. - Куда вы собираетесь пойти, если не секрет? «Что за допрос?»,- подумала я, начиная закипать, а вслух сказала, стараясь придать голосу ледяной оттенок, намекая этим на конец разговора: - Не знаю, мы ни о чем конкретном не договаривались. - Ну ладно, я, пожалуй, пойду. Заходи как нибудь,- поняла мой намек Карина. Но я видела, что она до конца не высказалась, ей не хватило решимости. Вечером пришел Егор. Дверь ему открыл папа. - Здравствуйте,- поприветствовал он и тут же представился.- Егор. - Алексей,- протянул ему руку мой папа,- можно дядя Леша. Пожав друг другу руки, папа пропустил Егора в дом. Вышла мама и увидела Егора. Егор почтительно поздоровался, наклонив голову, и назвал себя. Мамины глаза изумленно раскрылись и она на секунду замерла. Похоже, моя мама тоже испытала на себе его чары. Но что касается меня, сегодня я решила контролировать свои чувства и эмоции. Я теперь знала, что Егор не простой парень, и наивно решила отнестись к этому должным образом, с большей осторожностью. - Ну что ж, я готова. Куда пойдем? - Ты не будешь возражать, если мы поедем в город, в кино? У вас в поселке мало куда можно сходить. - Не возвращайтесь поздно,- попросила мама. - Возьми свой шлем,- напомнил мне папа, недоверчиво зыркнув на Егора. - Машин шлем у меня, она его вчера забыла,- обворожительно улыбнулся Егор. - Так, ладно, пошли,- нетерпеливо сказала я.- Пока, родители. Мы опять вдвоем ехали на мотоцикле. Я ждала, возникнут ли вчерашние желания, захочется ли мне прикоснуться к Егору. Пока все было спокойно. Вплоть до того, как мы сели в кинотеатре на свои места, я не ощущала ничего волнительного, словно я с обычным парнем пришла на фильм. Егор был вежлив и мил, и когда он взял меня за руку ничего не произошло. Неужели он отключил свою способность? В зале погас свет. Фантастический боевик «Звездный путь» подошел бы больше мальчишкам-подросткам. Где-то на середине фильма я заметила, что Егор со снисходительной улыбкой смотрит на меня. Он поймал мой взгляд и наклонился ко мне. - Если тебе не нравится фильм, мы можем уйти. Бархатный голос звучал настолько обворожительно, что я покрылась мурашками. В свете экрана его глаза сияли, и он ожидал моего ответа. Мой ответ затерялся где-то в голове, не имея возможности добраться до языка. В опьяненном мозгу промелькнуло: «Опять началось», я не могла контролировать свое состояние. Меня тянуло прикоснуться к нему, но я с усилием покачала головой и слабо выдавила из себя: - Нет, давай останемся. Теперь я боялась находиться с ним наедине. Егор усмехнулся и поднес мою руку к своим губам, нежно прижался, а затем, повернув ее ладонью вверх, поцеловал запястье. Искры прошлись по моим венам, и сердце учащенно затрепетало, от моего прерывистого дыхания образовался в животе холодок, который, опускаясь ниже, вызвал во мне неясные желания. Егор поднес мою ладонь к своей щеке и прижал ее к бархатной теплой коже. Горячие волны побежали от его щеки по моей руке и дальше по телу, заменяя холодок в животе на теплые импульсы, которые становились все жарче. Влечение вновь с силой охватило меня, и я поняла выражение «жаркая страсть», у меня возникла потребность прижаться к Егору и слиться с ним воедино, целуя его мягкие жаждущие губы. - Может, уйдем?- вновь прошептал он, касаясь губами моего уха. В отчаянии я покачала головой, инстинкт самосохранения еще был предан мне, когда разум окончательно сдал позиции. Егор не отодвинулся, но продолжал губами дотрагиваться до моей шеи, опускаясь к ключице. Я утратила способность двигаться и думала, что потеряю сознание, поскольку почти не дышала. Тут Егор вздохнул и остановился, пристроив свою голову на моем плече. Он спустился с кресла, удобно устраиваясь на моем плече, и прижался ко мне ухом. - У тебя сейчас сердце выпрыгнет,- тихо прокомментировал он мое состояние.- Успокойся,- он погладил меня по щеке. «Успокоиться? Как?»- мой разум не мог найти ни одной лазейки для спасения. Я безумно хотела быть с Егором, растворяясь в нем. Таких сильных желаний я никогда не испытывала, и даже не подозревала о них, я не представляла, что такое бывает. Меня не существовало, мое «Я» исчезло. Я хотела быть не с Егором, а прямо в нем, быть его частью, его составляющей. Меня не имелось в наличии, лишь только Егор, а я – его рука или глаза, или любая другая часть тела. Инстинкт самосохранения вдруг завопил во мне, и в моей голове прозвенело единственное слово, имя – Рауль. Слово стало спасительным и растворило державшие меня оковы. Мое дыхание успокаивалось, и сердце начало биться ровней. Едва двигая губами, я прошептала: «Рауль». Егор тут же приподнял голову и спросил: - Что? Что ты сказала? - Ничего, кое-что вспомнила. Тут в зале загорелся свет, и фильм, и моя пытка, закончились. Егор медленно поднялся, пристально вглядываясь мне в глаза. Я смогла выдержать его взгляд, отметив в красивых глазах мелькнувшее подозрение, сомнение. Он слегка улыбался, и, взяв меня за локоть, осторожно подтолкнул к выходу. Мы вышли на улицу, где уже начало темнеть. - Отвезешь меня домой? Я хочу пораньше вернуться,- тихо попросила я. Егор ничего не ответил, только кивнул, он был огорчен. Я вспомнила разговор с Кариной, что вчера вечером он тоже вернулся расстроенным. - Ты грустный. Тебе фильм не понравился?- прикинулась я. - Ничего особенного. - А вчера?- решила спросить я. Его бровь удивленно взлетела вверх, в немом вопросе он спрашивал меня, что я имею в виду? - Мне Карина сказала, что вчера ты тоже был печальный. - Ей показалось. У Карины свой интерес ко мне. - Можешь сказать? Его губы раздвинулись в довольной усмешке: - Она считает, что я, возможно, ей не кровный брат. Я ей нравлюсь, и она питает надежды. А еще она, по-моему, ревнует к тебе. - Видимо, ты на весь женский пол так влияешь. - Как?- удивился Егор. - Ну,… очаровываешь, - с трудом подобрала я слово, которое не совсем отражало суть его действия на меня, но я не знала, как называется это влияние. Он опять усмехнулся: - Видно, не на всех,- и посмотрел мне в глаза. Мы подошли к мотоциклу, и я неуверенно сказала: - Поехали? Он отстегнул шлемы и осторожно надел мой шлем мне на голову. Я избегала его глаз, боясь попасть в их плен, и снова стать безвольной. Именно в этом состоянии я испытала безотчетный страх перед Егором, страх потери себя. Мое чутье подсказывало, что простым соблазнением тут не обойдется. Что-то мощное, и даже могущественное, было заключено в Егоре и рвалось наружу. Такое ощущение, что в нем уживалась не одна личность. Слишком быстро он менялся, превращаясь из обаятельного парня в опасного соблазнителя. Может, мне не надо ехать с ним? Вдруг он маньяк или шизик? Егор вскочил на свое сиденье, завел мотоцикл и кивнул мне: - Садись, поехали. Я села сзади и притихла, ожидая, когда мы тронемся. Он плавно отъехал от парковки, а потом мотор взревел, и мы понеслись. Скорость была просто бешенная. Я испугалась, что в темноте мы можем перевернуться. Закрыв глаза, я схватилась за рубашку Егора, давая понять, что мне страшно. Он тут же сбросил скорость и половину пути мы проехали в таком темпе. Внезапно скорость снизилась и он остановился. Я встревожено вскинула голову, чтобы осмотреться, где мы и что случилось. Егор сидел за рулем, замерев, низко опустив голову. Было темно, только свет одинокой фары мотоцикла освещал дорогу. Полная луна еще не набрала свою силу. - Егор,- срывающимся голосом позвала я,- что случилось? Егор не ответил, он медленно стянул шлем и повесил его на руль. Мое сердце сжалось от тревожного предчувствия. - Я уезжаю, Маша,- проговорил он, и в его голосе звучала боль.- Я хотел бы попрощаться с тобой прямо здесь,- он соскочил с мотоцикла, чуть не задев меня. Я сняла свой шлем и обескуражено произнесла: - Как уезжаешь, почему? Прямо сейчас? А как же твои родные? - Я уже сказал им «до свидания»,- криво усмехнулся Егор. В свете фары его лицо было печальным и даже страдальческим. Все с той же улыбкой он спросил меня: - Можно на прощание я тебя поцелую? Потом я отвезу тебя домой, а сам сразу же уеду. - Как же ты ночью... Только и успела произнести я, как попала в плен его лучистых синих глаз. В них жили боль и желание. Я распахнула глаза и замерла, не в силах пошевелиться. - Ну, так как?- подходя ближе, Егор потянул меня за руку, стаскивая с мотоцикла.- Можно я тебя… поцелую?- его губы шептали уже рядом с моим лицом. Вместо ответа, я потянулась к нему, и он прикоснулся к моему лбу. Моя кожа сразу же воспламенилась в этом месте, и жар распространился по лицу. Я не ожидала, что он поцелует меня в лоб, я думала, он найдет мои губы. Егор прижал мою голову к своей груди, и я ощутила его сердцебиение. Он поцеловал мои волосы, с каким-то тихим стоном, и прошептал: - Прощай, Маша, будь счастлива. Жар от лица растекался по телу, заставляя мой разум скукожиться. «Что значит, прощай? Я не могу отпустить его». Мои губы скользнули по его подбородку. Его дыхание участилось, и крепче прижав меня к себе, он еще раз поцеловал мои волосы. Я, в каком-то страстном порыве, стала целовать мягкое бархатное лицо, старательно избегая его рта. Он тихо стоял, не говоря ни слова, прижимая меня к себе, и его руки ласкали мне спину и волосы, его взволнованное дыхание порождало во мне желание. Мне захотелось большего. Я провела тихонько своими губами по его мягким губам, стараясь не увлечься сильно, и тут его страсть сокрушила меня. Его руки и губы были везде. Я даже вздохнуть не успела, как его губы овладели моими, и я стала задыхаться от нахлынувшей страсти. И нечто большое, розовое, искрящееся обволакивало меня. Отрывочные мысли, что Егор все-таки не человек никак не помогли мне. Затуманенный рассудок окончательно оставил меня, и сознание хотело отправиться туда же. Ноги перестали держать меня, и, по-моему, руки Егора подхватили мое безвольное тело. В голове мелькнуло разъяренное лицо Рауля, и вроде бы наяву я услышала его голос, пробивающийся через туман моего сознания. - Мария!- голос прозвучал страдальчески, как будто непонятливому ребенку уже сто раз объясняли правила, а он делает все по-своему. Сильная рука Рауля вырвала меня из объятий и отшвырнула от Егора, но я, отлетев, не упала. Егор оторопел, и с изумлением всматривался в Рауля. Я стояла, дрожа всем телом, и смотрела на двух мужчин или существ, не знаю. Они оба излучали свет. Их глаза полыхали неведомой мне страстью: болью, страданием, яростью и … любовью. Бархатно-синий и золотисто-черный. Тела завибрировали. - Ты!- взвыл голос из открытого рта Егора. Но это был не его голос, а смутно-знакомого мне существа, он был наполнен усталостью и ожиданием.- Я знал, что здесь что-то не так! Все пошло не так, как я задумал, мне стоило догадаться, что это ты!- заключительные слова он просто выплюнул. - Горг, тебе стоит покинуть эти места,- непререкаемо произнес Рауль. - Ха-а, я сто-олько сде-елал,- растягивая слова, говорил он,- столько вложил, чтобы… оставить это,- последние два слова прорычал Егор или Горг. Его голос изменился до неузнаваемости, создавалось впечатление, что не одно, а несколько существ говорили одновременно. Я стояла позади Рауля и была этому рада, чувствуя себя беззащитной перед Горгом, так как он смотрел на меня жадными, плотоядными глазами, и я не знала, что он собирался со мной сделать. Но чтобы то ни было, я чувствовала себя под защитой Рауля; он стоял, обороняя меня, не давая никакой возможности подойти Горгу ближе. - Я проник в ее существо, я воплотил себя в ее мечты, она моя!- тяжело выдохнул Горг.- Она желала меня, барьер сломан! Она вся, с рождения принадлежит мне! - Как?- пропищала я, услышав это чудовищное утверждение. - Спроси у своей матери!- рявкнул на меня Егор, обдавая холодной синевой своих глаз, как будто тысячи иголочек вонзились в мое тело. - При чем тут ее мать?- сдержанно спросил Рауль. - При том! Она не могла иметь детей и ходила, обращаясь ко всему и всем, моля о ребенке. Никто не хотел слышать ее нытье… Я услышал! И дал ей тебя!- он посмотрел на меня злыми глазами.- Ты принадлежишь мне! - Нет, Горг, не обманывай сам себя. Помочь бедной женщине – это было твое решение, и это ни к чему ее не обязывает, тем более ее дочь. Нет такого правила. - К черту, правила! Она желала меня,- прохрипел Горг, устремляя на меня жадный взгляд,- она ответила на мой поцелу-уй. Слова стали рассыпаться, превращаясь в звуки, и тело Егора потихоньку таяло и уплывало вверх, как будто он возносился, облекаясь в розовый яркий свет. Рауль тоже стал меняться, но не в физической форме. Вокруг него нарастало сияние, оформляясь в яркий желтый искрящийся купол, который накрыл и меня. - Ты хочешь помешать мне?- деланно рассмеялся Горг. Я видела его тело, похожее на ветер, он мерцал розовым цветом драгоценного камня и струился вокруг купола. Причиняя сосущую сердцу боль, память всколыхнула во мне видение черной и страшной космической дыры. - Послуш-шай, ты знаеш-шь, что я пра-ав, и я возьму свое-е. Оставь девчо-онку, и иди, зализыва-ай раны. Я не потрево-ж-жу тебя, я все еще привязан к тебе,- шипел он, растягивая слова. Затем, видимо, проявив самообладание, сказал множественным голосом: - Хотя… ты меня интригуешь и бесишь. Хотел бы я увидеть, где ты обосновался. Неужели здесь? Тесен мир! Или ты выслеживал меня? Где ты пропадал так долго? Ты знаешь, я искал тебя, я был расстроен, что мы повздорили. Но ты как в воду канул, ни намека на след. Неужели папочка постарался со своим святошей?- его голос звучал издевательски оскорбительно.- Он лишил тебя имени, вот в чем была проблема, он хорошо постарался в своей нелепой страсти защитить тебя. Рауль оставался спокоен и даже не напряжен, выслушивая эти издевки. Его уверенность передалась мне, и я немного расслабилась. - Послушай, Горг! Эта девушка не будет твоей. Ты забыл самое главное условие, как всегда. Ваши отношения ничем не скреплены, она свободна. - Что?!- его голос булькнул от возмущения.- Любовь?! Ты опять пытаешься ее протащить? Это…- от слепой ярости он не мог подобрать нужное слово и продолжить свою мысль. Наконец, он прошипел: - Мер-зо-ость! Вранье-е,- тянул он слова и вдруг взвился ввысь, крутанулся в воздухе, и стремительно понесся вниз. Полет был похож на хвост кометы, падающей на землю. Он весь искрился синими и розовыми точками, и с силой врезался в купол Рауля. Купол загудел, и по нему пошла вибрация, но он не раскололся от мощного удара Горга. Посыпались еще точечные удары, похожие на то, как дятел долбил дерево. Ни намека на трещину. Мой ужас сменился восторгом. Рауль, все также оставаясь спокойным, поднял руку и из нее высвободился желтый свет, похожий на факел. Он легко вышел за пределы купола и слегка дотронулся до Горга. Его светящееся тело подскочило, и демонстративно рухнуло на землю. - Ты хочешь убить меня, брат?- вкрадчивым притворным голосом произнес он. «Все-таки брат»,- промелькнуло в моей голове. - Я не вправе,- грустно ответил Рауль.- Покинь этот мир, чтобы у меня не было соблазна в этом. - Хорошо… на время…, но не надейся, что я сдамся. Ты знаешь,- вдруг его голос изменился и стал похож на обычный человеческий голос Егора.- Мне хотелось бы, чтобы ты был рядом со мной и разделил мои замыслы. Ты – единственный, с кем я мог бы поделиться абсолютно всем. - Оставь мне Марию,- четко произнес слова Рауль. - Как хочешь,- с готовностью ответил Горг,- бери ее. Его тело начало густеть, приобретая форму Егора. Контуры не были четкими, они расплывались, как в тумане. - Мы могли бы быть вместе, хочешь – здесь, хочешь – в другом мире. А хочешь – мы создадим свой. Ты и я – партнеры. Ты своим благоразумием будешь сдерживать мои порывы. Вместе мы сможем достичь многого. И кто знает, может через достаточное количество времени, наш отец простит меня. Мы могли бы когда-то стать вновь единой семьей. Пойми,- убеждал он горячо Рауля,- мы с тобой состоим из одной сущности. Кто, как не я лучше поймет тебя и кто как не ты, лучше знает меня?- в ожидании ответа он замолчал. - Ты прав,- сказал Рауль, и глубина его глаз засветилась опасным огнем.- Лучше нас друг друга никто не знает. И поэтому я говорю тебе – убирайся со своими интригами! Я еле сдерживаю себя, чтобы не причинить тебе вред, и мое терпение не безгранич-чно-о,- его голос тоже стал меняться, превращаясь в шипение,- уходи-и-и или ты-ы узна-аеш-шь о моих-х новых-х спосо-обностях-х! Страх появился в призрачных синих глазах Егора-Горга. Он стал таять и растворился в воздухе. - До встречи,- прошипело у меня в голове. Тон был угрожающий.