Причина

"Он определённо издевается."

Микаса сидела в повозке и сверлила взглядом идеально прямую спину капитана, не понимая, почему именно она должна была сопровождать его в качестве помощника в закупке необходимого для будущей экспедиции в Шиганшину. За последние несколько дней этот человек сделал слишком много странных вещей, начиная с его подарка, заканчивая неожиданным поцелуем. И чёрт с ним, что этот поцелуй не был для них первым. В прошлый раз Леви был пьян и Микаса была уверена, что просто попалась ему под горячую руку - благо мужчина не воспользовался ей для удовлетворения своих желаний. В этот раз всё было совершенно по-другому. В этот раз мужчина был серьёзен и пугающе искренен. Хоть он и поступил импульсивно, но весь его вид говорил о том, что в этот раз он не жалеет о произошедшем и не собирается за это извиняться. По какой-то непонятной для юной девушки причине Леви хотел её поцеловать. По какой-то неведомой причине ей это понравилось. И это раздражало. Раздражало, что подаренный им нож теперь неизменно спрятан в кармане её форменной куртки, что она до сих пор помнит прикосновения его грубых мужских рук к её ладони, и что неизбежно краснеет, стоит только пересечься с ним взглядом. Сам Леви выглядел куда серьёзнее и задумчивее обычного. Со стороны казалось, что его полностью поглотила подготовка к приближающейся операции по возвращению стены Мария, но это было не совсем так. Мужчина уже давно перестал удивляться, ловя себя на том, что не сводит глаз с рядовой, но тем не менее тревожил этот факт не меньше. Во-первых, Микаса была просто непозволительно юна. Как никак семнадцать лет разницы - притом, что девушке всего пятнадцать. Иной раз Леви чувствовал себя просто напросто старым извращенцем, положившим глаз на юную деву. Во-вторых, пресловутая разница в служебном положении. Мелочь по сравнению с возрастом, но тем не менее серьёзный повод для Эрвина устроить лучшему воину человечества знатный выговор. И самое главное - время. У них абсолютно не было времени в этом разобраться - они члены разведкорпуса, чья жизнь может оборваться в любой момент. Даже в этот раз они готовились к очередной смертельной вылазке и неизвестно, вернутся ли живыми. А если не вернутся? Леви в принципе никогда об этом не задумывался. До последнего времени. Он ненавязчиво наблюдал за тем, как Микаса по его указу подсчитывала потраченные средства и проверяла коробки с лезвиями и пайками для участников грядущей экспедиции. Девушка была спокойна и сосредоточена, она уверенно делала соответствующие пометки в документах, абсолютно не боясь непривычной для неё работы. Микаса всегда оставалась Микасой и выполняла порученное ей без единой погрешности. - Пора возвращаться, - произнёс Леви, когда с погрузкой припасов было покончено. Они вместе с рядовой сопровождали повозку, пока один из новобранцев разведкорпуса вёл лошадь через толпу людей, собравшихся на рыночной площади. - Так много людей, - заметила девушка, разглядывая прилавки собравшихся торговцев. - Похоже, мы попали на ярмарку, - заметил Леви, не оборачиваясь. Внезапно он замер. - Что-то не так? - спросила Микаса. - Нет... - капитан подошёл к юноше, дал ему какие-то указания и вернулся к рядовой, - Пойдём, купим ещё кое-что, пока есть возможность. Он уверенно пошёл к прилавкам, пока не нашёл, то что было нужно. - Чайная лавка? - удивилась девушка. - Ханджи постоянно ворует у меня чай, - раздражённо произнёс мужчина, показывая продавцу нужный сорт, - Думает, что я не знаю. - Тогда почему вы ей не помешаете? - Эту страшную женщину ничего не остановит, если что-то в голову взбредёт... - А есть смысл покупать чай сейчас?.. Разве не лучше взять его после экспедиции? Леви серьёзно посмотрел на рядовую. Вполне возможно, что она была права. - Если перед каждой вылазкой за стены ты думаешь о том, что скорее всего не вернёшься, значит ты зря пришла в разведку. Мы сражаемся, чтобы освободить человечество, а не для того чтобы сдохнуть в пасти титанов, поэтому мы должны вернуться любой ценой. Микаса, смутившись, спряталась привычным жестом за шарфом, капитан всегда говорил грубоватые, но правильные вещи. Пока Леви рассчитывался с продавцом, она рассеянно рассматривала витрины, изредка принюхиваясь к стоящим там образцам чая. Один из сортов пах особенно приятно, поэтому девушка осторожно взяла коробочку в руки, задумчиво вдыхая приятный аромат. - Нравится? - голос Леви, раздавшийся совсем рядом, заставил рядовую вздрогнуть от неожиданности. Микаса неуверенно кивнула в ответ на его вопросительный взгляд, - Мы возьмём немного этого тоже, - произнёс мужчина, выхватывая коробочку из рук рядовой. - Н-не надо, сэр, - заикаясь пролепетала Микаса, - У меня нет денег на такие покупки... - Его куплю я, Аккерман. Попробуем вместе. - Но... - Отставить. Считай это наградой за твою помощь сегодня. - Но вы же сами приказали мне... - Ты можешь хотя бы раз забыть о своей привычке перечить мне, Аккерман? Заткнись и скажи "спасибо". Девушка окончательно растерялась, и "спасибо" пролепетала уже спрятавшись за алой тканью. Леви же мысленно распинал себя за то, что не смог сдержаться, стоило ему только увидеть лёгкую, едва заметную улыбку Микасы, взявшую в руки коробочку с чаем и смешно морщившую носик, когда она принюхивалась к незнакомому аромату. Она снова разбудила в нём непривычные чувства. Воинственная и в пылу сражения Микаса вызывала неподдельное восхищение, а такая милая и женственная - необъяснимую нежность. Всегда серьёзный и неприступный Леви растаял (разумеется, не подавая вида) от одной лишь улыбки юной Аккерман. - Идём, - бросил он через плечо, выходя из лавки, и девушка тут же засеменила следом, - Прогуляемся до штаба пешком. - Но тот солдат нас наверное ждёт... - Я отпустил его. Микаса оторопело замерла. "Он совершенно точно издевается." - Чего встала? Шагай давай, а то одна будешь возвращаться. - Сэр, позвольте, но уже ведь темнеет... - Вот именно, поэтому поторапливайся и не болтай. Они вышли из оживлённой части города и пошли вперед по неосвещённой дороге. Стремительно темнеющее небо сменило множество оттенков - от персикового до глубокого синего - пока они шли в молчании. Девушка явно нервничала, оставшись наедине с человеком, совершающим в последнее время всё больше и больше странных поступков. - Ну говори уже, - проворчал через какое-то время Леви, - Такое чувство, что сейчас лопнешь, если не спросишь. - Зачем всё это? - Что именно? - Чай, нож... И тогда... Вы же не были пьяны в тот раз... Леви вдруг рассмеялся. Микаса уставилась на капитана, не веря своим ушам. Его неожиданно приятный смех окончательно смутил девушку, непонятно отчего отдаваясь где-то глубоко внутри неё теплом и уютом. - Мне не обязательно напиваться, чтобы поцеловать кого-то, - произнёс Леви, с лёгкой усмешкой разглядывая румянец, заливший щеки рядовой. - Вы не ответили на вопрос. - У тебя совсем плохо с фантазией, Аккерман, - мужчина поколебался секунду и протянул потрясённой девушке раскрытую ладонь, - Идём. Микаса, краснея ещё больше, взяла его за руку и они побрели дальше в чуть затянувшемся молчании. Дорога до штаба пролегала по достаточно пустынным улицам, редко когда освещённым и плавно уходила за город, едва заметно петляя. Приятный тёплый ветерок взъерошил волосы девушки, натянувшей шарф, будто бы щит, до самых глаз. Грубые сильные руки капитана были неожиданно тёплыми. Он крепко, почти до боли, сжимал её ладонь, уверенно ведя за собой. Через некоторое время стемнело окончательно и на небе начали появляться ещё пока едва заметные звёзды. - Вы так и не ответили мне, - решилась таки прервать тишину Микаса. - Я сам не знаю почему, - без привычного напряжения в голосе ответил мужчина, - Наверное это не тот ответ, который тебя бы устроил, верно? Девушка кивнула. Леви остановился и посмотрел ей в глаза со всей возможной серьёзностью. Он правда не знал. Каждая мелочь, каждая новая чёрточка характера, которую он раскрывал в рядовой, манила его. Манила с такой силой, что остановиться, казалось, было невозможно. Леви не умел оперировать такими понятиями как любовь, он никогда не заводил отношений и совершенно не умел выражать чувства словами. В другой бы раз он запросто запер бы все эти необъяснимые эмоции за привычной маской строгости и равнодушия, но теперь, когда через несколько дней они должны были отправиться в очередную самоубийственную экспедицию, ему вдруг стало страшно. Наверное впервые в жизни сильнейшему войну человечества было страшно отправляться за стены. Страшно от мысли, что не успеет. - Наверное, пока мы не вернёмся, нет смысла это обсуждать, - произнёс он пару мгновений спустя. - Но вы же купили чай сейчас, - возразила Микаса. Леви улыбнулся. Именно так, как может только он - искренне и по доброму. Эту улыбку видели немногие, и никто не видел её во второй раз. Никто кроме Микасы, завороженно разглядывающей капитана. Мужчина осторожно прикоснулся пальцами к небольшому шрамику на щеке рядовой, провёл ими до приоткрытых губ девушки. Микаса была заметно выше и ему это нравилось. Она была красива. Леви притянул её к себе ближе, скользнув ладонью за затылок девушки, и оставил на её губах лёгкий поцелуй. - Мы заварим его вместе, когда вернёмся. В этот момент для Микасы и Леви мир перестал существовать. Остались только они вдвоём и дорога, тянущаяся через небольшой лес, освещённая тысячами звёзд. - Мы вернёмся, - серьёзно произнёс Леви как обычно без тени нежности в голосе, снова целуя девушку, неумело ответившую ему взаимностью. Рядовая, не зная куда деваться от смущения, уткнулась носом в плечо капитана сразу, как только он разорвал поцелуй, Леви же мягко приобнял её за плечи, прижимая девушку к себе чуть ближе. Они просто обязаны вернуться.