Можно, я поживу в твоем сердце?

В этот раз я проснулся намного раньше обычного. Данила все еще спал, иногда бормоча что-то бессвязное во сне, немного понаблюдав за ним с не сходящей с лица улыбкой, я решил в кои то веки сам приготовить завтрак. На самом деле, готовить я не умею, но ведь нужно учиться, правильно? Хотя бы яичницу поджарить, я смогу (но это не точно), Багира сидела в кухне на подоконнике, следя за птицами, что сидели на ветках высокого тополя, он рос прямо перед моими окнами, и кошка часто зависала у окна. Лапками она то и дело стучала по стеклу, думая, будто сможет кого-то поймать. Ласково потрепав ее по голове в знак приветствия, я поставил чайник на плиту, взял из холодильника пару яиц и достал из шкафа сковородку. Ну что ж, приступим. Разогрев сковороду, я разбил в нее яйца, которые после соприкосновения тут же зашипели, я надеюсь, это нормально? Белок моментально забелел, и я потянулся за лопаткой, чтобы как-то повернуть сие творение, пригорит ведь, пока я тянул руку, нащупывая все, что попадалось под нее, успел уронить кружку, мою, блять, любимую красную кружку! Тут же позабыв о яичнице, я начал собирать осколки, сотый раз проклиная себя за врожденную рукожопость. Наконец, сложив все в пакетик, я пообещал склеить ее, когда-нибудь, но вдруг почувствовал запах гари. - Блять! – выкрикнул я, тут же закрыв рот – Даня ведь спит, а я ору. Повернувшись к плите, я увидел, что сковорода задымела. Испугавшись, я взял ее и сунул под кран, преждевременно открыв его. Дыма стало еще больше, а в воздухе, будто слон насрал – дышать было абсолютно нечем, прикрывая нос полотенцем, я открыл окно, согнав Багиру с подоконника. Теперь на кухне стояла плотная дымовая завеса, из-за которой я ни черта не видел. - Че тут нахуй творится? – Данила прибежал, видимо, услышал гром, который я устроил, еще и Багира замяукала, тоже испугалась. - А я это, завтрак вот готовлю.. – начал оправдываться я, хотя по сути и не обязан – моя хата, что хочу, то и ворочу. Угрюмо посмотрев на меня, Син взял из раковины сковороду и выкинул угольки (да, от яичницы даже названия не осталось) в урну. - Иди в душ, я сам все приготовлю, - он постарался выдавить из себя что-то наподобие улыбки, но получилось не очень. Решив его больше не злить, я послушался и поплелся в ванную. Повар хуев. Взбодрившись уже привычным холодным душем, что приподнял мне настроение, я вернулся на кухню, где уже все было прибрано, и запах потихоньку выветривался. Коробов заваривал чай, с каким-то сожалением посмотрев на мою разбитую кружку, а на столе лежали бутерброды с колбасой и сыром. Ну и ну, такое ощущение, будто он супергерой какой-то, вот как он это делает? Как все успевает? Нет, это навсегда останется за гранью моего понимания. - Можешь идти умываться, чай-то уж я смогу заварить, - улыбнулся я. Но в ответ получил лишь отрицательное качание головой, сопровождаемое словами: - Ага, блять, тебе только доверь что-нибудь, нет уж, отныне я сам все готовить буду, - мрачно пробубнил он, макая пакетик в кипяток, я бесшумно подкрался к нему и, стоя сзади, прошептал: - А может все-таки стоит доверить? – вышло так, как я и задумывал – Син развернулся, и мы оказались лицом к лицу, на непозволительно близком расстоянии. Он молча стоял и смотрел немного удивленно. Полный решимости, я медленно наклонился и коснулся его губ своими, это было совсем невесомое прикосновение, но на него Даня никак не отреагировал, решив, что это разрешение продолжать, я уже более уверенно поцеловал его, взамен получив такой долгожданный ответ. Данила целовал мягко, без напора, и мне это нравилось, нам некуда торопиться, ни я, ни он пока не использовали язык, что только накаляло обстановку. Одной рукой я приобнял его за талию, а второй забрался ему под футболку, пальцами пересчитывая выпирающие ребра (чего ж ты такой тощий-то, господи), от такой ласки его кожа покрылась мурашками, и сам он вздрогнул. Я стал покрывать поцелуями его шею, отчего он откинул голову назад, предоставляя больше места, руками он сжимал край тумбы, о которую опирался, до побелевших костяшек. Торсом я чувствовал, что он нехило так возбужден, да я и сам хотел большего, поэтому, подхватив за бедра, я понес его в спальню, клпдя на кровать и, нависнув сверху, продолжил целовать. Пальцами, зацепив край его футболки, потянул ее вверх, поэтому пришлось ненадолго оторваться от его губ, чтобы снять ее. Все происходило так медленно, секунды тянулись слишком долго, и этого хватало, чтобы насладиться моментом, насладиться друг другом. Вдруг, он перехватил инициативу и перевернулся, оказавшись сверху, Син начал покусывать мои ключицы (и когда я успел лишиться футболки?), языком зализывая место укуса, чем вызывал у меня тихие стоны. Не в силах больше терпеть, Коробов спустил с меня шорты вместе с трусами, освободив уже колом стоящий член, то же самое сделал и с собой. Усевшись обратно, он вопросительно посмотрел на меня. Поняв, что ему нужно, я приподнялся на локтях и расстроенно протянул, - блять, Дань, у меня смазки нет.. – немного подумав, он лишь пожал плечами: - Ладно, - наклонившись, он снова поцеловал меня, медленно опускаясь все ниже и ниже. Добравшись до члена, Данила, недолго думая, лизнул головку, вызвав у меня шумный вдох, затем прошелся по всей длине, обводя кончиком языка вздувшиеся венки. Я просто лежал и получал космический кайф от его действий, издавая стоны одобрения, Даня, набравшись смелости, уже взял в рот наполовину и медленно двигал головой, привыкая к новым ощущениям. Мне не хотелось его торопить, хоть я и желал, чтобы он работал быстрее, наконец, когда темп был задан, Коробов уже полностью заглатывал, умудряясь не давиться, что было очень даже хорошо для первого (я надеюсь) раза. Было видно, что он очень старается доставить мне удовольствие, вбирая губами мой член, пряча зубы. Чувствуя, что разрядка уже близко, я хотел сказать Дане об этом, и уже открыл рот, но он и так все понял, почему-то не собираясь отстраняться, в итоге я кончил с протяжным стоном, изливаясь прямо ему в глотку, но он проглотил, немного закашлявшись, но все же сумев. Напоследок облизав испачканную в сперме головку. Я заметил, что он тоже кончил, кончил лишь от того, что отсосал мне, поверить не могу. - Господи, Дань, это было лучшее, что я когда-либо испытывал, правда. Спасибо, - притянув его к себе, поцеловал и обнял, накрыв обоих одеялом, не заботясь о том, что хорошо было бы сходить в душ и помыться. Сейчас я заботился лишь о Даниле, который тут же уснул, положив голову на мою грудь, и всем телом прижавшись ко мне. А ведь у нас даже секса не было, но мне уже так хорошо, что словами не передать. Я люблю его. - И долго мне тебя ждать? – с грустью в голосе спросил Даня. Мы стояли в прихожей и никак не могли попрощаться, хотя я еще минут десять назад должен был выйти из дома, если не хотел опоздать на студию, а я не хотел, так получилось. - Не знаю, Дань, часа 4 я там точно пробуду, нужно все по-хорошему записать, ты же понимаешь, - вздохнул я и, обняв его, поцеловал в уголок губ, - ну все, я опаздываю, постараюсь вернуться, как только смогу. - Пока. Полчаса езды на такси – и я уже захожу в уютную светлую комнату, что зовется студией. Игорь сидел за компьютером, настраивая программы, а Хэв что-то обсуждал с левым парнем, мне не знакомым. - Хэй, салют! Прошу прощения за опоздание, домашние дела задержали, - улыбнулся им я, стараясь своей коронной улыбкой задобрить битмейкеров. - Умер что ли кто, что ты так опоздал? – подал голос парень, с которым говорил Хэви, да че он за хер с горы, чтобы так со мной говорить? Нахмурившись, я убрал улыбку с лица и уже настроился на агрессию. - А он еще кто такой? Почему посторонние на студии? – обратился я к Виннеру. Действительно, какого хуя тут происходит? Хэв виновато взглянул на меня. - Я вообще-то оп.. - Я не тебя спросил. Икс, кто это? - Это мой оператор – Алексей, а это Гена Рики Ф, - мое имя он выделил так, чтобы показать парню, кому тот только что нагрубил, при упоминании меня, Алексей стыдливо опустил глаза в пол и промямлил что-то вроде «Извините». Отличное, блять, знакомство. - Ладно, проехали, Игорь, что там со звуком, все готово?.. Несколько часов потения у майка – и трек записан, оставалось только свести, что я и поручил парням, с обещанием проставиться в баре. Когда-нибудь. Леха же на деле оказался хорошим парнем, просто со слишком длинным языком, он пришел, чтобы помочь Хэву снять «бэкстейдж» или как там оно назвается.. в общем, процесс записи трека. - Ведь ты видел нас в эфирах, в клипах на мобилах, - напевая под нос собственные строчки, я начал собираться домой, предварительно отправив Коробову сообщение о том, что скоро буду. – Парни, я пошел, звякните, если будут вопросы по треку, - махнув рукой, я ретировался на улицу. Вдохнув прохладный ночной воздух, я сам себе улыбнулся, когда подумал, что дома меня ждет Данила с его прекраснейшей едой, наверняка ведь что-то, да приготовил. Не успел я пройти и пары метров, как меня окликнул ненавистный, но такой знакомый голос. - Гена! Стой! – послушно остановившись, но не оборачиваясь, я стал ждать, когда человек приблизится ко мне, - подожди. - Я жду, - уныло сказал я, желания с ним разговаривать не было никакого. Тем более, я не хотел опоздать домой, Данька ждет, - что опять? Я, по-моему, уже все сказал. - Ген, прости меня, я повел себя, как мудак. - И что теперь, мне тебе на шею вешаться? - Нет, просто хочу, чтобы ты простил меня.. - Я простил тебя. - ..и мы возобновили старое общение. - Нет. Все, Слава, это конец. Я сделал так, как ты хотел – я согласился на баттл, я, блять, записал с тобой ебучий фит, на который ты зачем-то позвал Замая, что все запорол, я простил тебя. Теперь прошу, отвали от меня, я больше не хочу иметь с тобой ничего общего. – холодным голосом я говорил все эти слова и ни о чем не жалел. Мне было плевать. На все. Вынув из кармана пачку сигарет, я закурил, выпуская дым к небу. - И что, это.. все? Мы теперь и здороваться не будем? - Что за херню ты мелешь, Слав? – не выдержав, я повернулся к нему, - Что ты от меня хочешь? Любишь – хорошо, люби, только не влезай в мою жизнь и держи свою любовь при себе, мне этого не нужно. Говори про меня, что тебе вздумается, хочешь – ударь. Мне похуй, что ты сделаешь, просто оставь меня в покое. Взглянув ему в глаза, я не увидел в них ничего, в них была лишь какая-то пустота. Ни разочарования, ни обиды, только пустота. - Хорошо. Больше не буду тебя докучать. Прощай. Развернувшись, он медленными шагами побрел в сторону метро, а я так и остался стоять с тлеющей сигаретой в зубах. Да что ж я делаю не так?