«Разбавленная кровь»

Гин переступила порог дома в тот самый момент, когда первый луч солнца коснулся земли. Девушка, словно дикая пантера, бесшумно пробралась в свою комнату, сбросила чужую одежду и приняла ванну, чтобы смыть с себя людской запах. «Если братик узнает, то беды мне точно не миновать», — думала она, хотя прекрасно знала что подвергает себя опасности. Гин переполняли эмоции. Ей удалось выбраться из дома, увидеть ночной город и даже познакомиться с человеком — с девушкой, причем очень красивой. Встретиться бы с ней еще разочек. Но вампиршу расстраивало то, что если Хигучи узнает правду, она разочаруется. Как поступить с этой непростой ситуацией?.. «Надо будет обо всём рассказать Ацуши! Может он мне поможет». ~ — Всё очень вкусно. Спасибо, — поблагодарил служанку Ацуши, когда закончил завтракать. На его воротнике остались микроскопические крошки от тоста. Юноша собрал документы в папку и направился в кабинет Акутагавы, чтобы обсудить с ним дальнейшие дела. Его путь пересёкся с Гин. — Доброе утро! — поздоровался Ацуши и шепотом спросил. — Как всё прошло? — Сейчас такое тебе расскажу! — на радостях воспела вампирша. — Это было круто! — А еще опасно. — Какой же ты зануда, — радость в её голосе угасла. — Извини, но мне надо к твоему брату. — Оу. А как у вас всё прошло? — спросила она, отчего Накаджима слегка смутился. — Ну-у. Неплохо. Мы поговорили. — И всё? — удивилась она. — Бэ-э. Скучно. Эй, у тебя здесь крошки. — Где? Гин подошла к парню и принялась отряхивать хлебные крошки с пиджака. В этот момент из-за угла вышел Рюноске. Увидев свою сестру и своего секретаря вместе, он резко остановился. — Ты что это делаешь? — Привет, братик! — Гин силой нагнула Ацуши за ухо и шепотом сказала ему. — Потом поговорим. И ушла. — Господин Акутагава, это не… — Замахал руками юноша. — Пройдем в мой кабинет, — спокойно произнёс вампир. В кабинете, как всегда, плотно задернутые гардины не пропускали природный источник света, зато пространство освещали лампы. Рюноске сел в кресло перед столом, а Ацуши стоял и прижимал к себе папку. — Не нужно мне ничего объяснять. Это не важно. Ты же шёл ко мне? Значит, у тебя есть ко мне дело. Спрашивай. — Да. Я хотел попросить вас отпустить меня на 2-3 дня. По личным делам. — Что-то случилось? — Нет-нет. Просто мне срочно нужно…уйти. Нахмурившись, Рюноске подпер кулаком голову и запрокинул ногу на ногу. — Это как-то связанно с завтрашним полнолунием? — неожиданно спросил он, отчего Накаджима Ацуши занервничал. «Черт. Как он узнал? Что мне теперь ему сказать? Правду или опять солгать? А-А. Что делать!» — запаниковал оборотень. — Понимаете, тут такое дело… Мне нужно в храм. Помолиться. — В какой храм? Ты верующий? Хотя мне все равно — верующий ты или нет. — Акутагава выпрямил ноги под столом. — Я не разрешаю покидать поместье без уважительной причины. Это касается всех. — Понятно. «Да, блин! Уперся, как баран. Ему все равно? Что же мне делать?» — ругался про себя оборотень. — «Я же покалечить тут всех могу, если вовремя не спрячусь». — Что тебе сказала моя сестра? — Э… Она попросила меня найти Дазая-сана. — Ложь заставила сердце парня колотиться быстрее. — Зачем ей Дазай? — Это личное. — У меня нет секретов от младшей сестры. Почему же у неё есть? Зачем ты мне лжешь, Ацуши? У тебя сердце стучит так громко, что даже в Китае слышно. Я не стану злиться, но впредь не надо мне лгать. Потому что я перестану тебе доверять, как своему секретарю. — Просите меня. — Юноша опустил голову и крепко зажмурился. — Пожалуйста, не ругайте Гин. — Что опять с ней случилось? — Она попросила меня помочь ей, покинуть ваш дом. — ЧТО?! — Прошу вас, Акутагава-сан! — взмолился парень. — Она просто хотела найти себе друзей, только и всего. — Друзей? Люди ненавидят таких как мы! — Акутагава не скрывал своего гнева. — Она ничего не понимает. Люди бы убили её, если бы узнали! — Ась? — перепугался Ацуши. Он побелел, как полотно, его пальцы похолодели, а внутри всё сжалось. Рюноске покинул кабинет так стремительно, что за ним было не поспеть. Он направился в комнату младшей сестры, чтобы выяснить всё самолично. Ворвавшись в её покои без стука, старший брат приблизился к девушке, которая сидела на полу с книжкой. Почувствовав неладное, Гин напряглась. — Нужно вообще-то стучать, — холодно сказала она даже не взглянув на него. — Кто разрешил тебе покинуть дом?! — Рюноске схватил её книгу и вырвал из рук. — Я уже устал повторять тебе одно и то же. То, что ты делаешь опасно для всех! Увидев, что Ацуши прячется за дверью, Гин вскочила и закричала на него: — ПРЕДАТЕЛЬ!! Да как ты мог?! Я же верила тебе, тигр! — Тигр? — переспросил Рюноске и посмотрел на юношу. — Ну, раз ты выдал мой секрет, я выдам твой! — прошипела Гин в порыве жгучей обиды. — Брат, ты слеп, как летучая мышь! Этот парень — оборотень! — Оборотень? — переспросил Акутагава. — Значит, ты… — Он хотел спрятаться, чтобы переждать полнолуние и не раскрыть себя! Да у него на лице всё написано! Гин думала, что рассказав брату секрет Накаджимы, она тем самым убережет себя от наказания. Для Рюноске известие было ошеломительным, словно ведро холодной воды на голову. Он посмотрел на секретаря в упор, но тот отвел взгляд. — Гин, с этого момента ты будешь находиться под охраной, — сказал Рюноске. — Ради нашей общей безопасности. — Лучше сдохнуть, чем жить вот так, — от обиды, ярости и боли, девушка вытолкала брата и оборотня из комнаты и громко захлопнула дверь. Из соседней комнаты вышел Дазай. Он широко зевнул: — Божечки, ну что за «Санта барбара»? Поспать не даёте. Ой. Похоже, я что-то пропустил. Вернувшись в кабинет, Акутагава и Дазай посадили Ацуши в кресло и нависли над ним, как гильотина над головой. - Это правда? Ты оборотень? - в голосе Рюноске слышалось давление. — Почему ты не сказал нам о себе, Ацуши-кун? - не понимал Дазай. Молчание. Накаджима тупо смотрел на свои руки, пальцы которых были холодны. — Ты испугался? — Ацуши-кун, скажи хоть что-нибудь в своё оправдание. — Мне просто нужна была работа. Я боялся, что если останусь в городе, то причиню зло людям. Просто такое уже было. А здесь. — Он поднял голову и осмотрел стены. — В лесу мне проще ориентироваться. Никто не увидит. Акутагава сложил руки на груди. Он понимал переживания парня, ведь у самого такая же проблема. Но в отличие от оборотня вампир сделал себя затворником. — Ты трансформируешься в тигра? — Угу. В альбиноса. Теперь вы прогоните меня? Рюноске усмехнулся, помолчал несколько минут, наблюдая за тем, как переживал секретарь. Он смотрел на него своими красивыми глазами и ждал ответа, который решил его дальнейшую судьбу. — Нет, Ацуши, ты останешься, — наконец-то сказал Рюноске. — Я был бы не прочь взглянуть, как ты превращаешься. Всегда было интересно.